Глава 44

Последний день рождественских каникул на площади Гриммо выдался пасмурным и холодным. Снег за окном продолжал лежать плотным покровом, а ветер завывал в трубах, добавляя мрачности атмосфере старого дома. Настроение у Гарри, Рона, Гермионы и Уизли было смешанным. Облегчение от того, что папа Артур шёл на поправку, смешивалось с предвкушением возвращения в Хогвартс и неизбежным столкновением с Амбридж. Они сидели на кухне, доедая остатки рождественских угощений. Сириус и Люпин были с ними, обсуждая что-то шёпотом. - Значит, завтра мы возвращаемся, - вздохнула Джинни, доедая последний имбирный пряник. - Честно говоря, мне не хочется. Амбридж будет ещё хуже. - Согласна, - кивнула Гермиона. - Новые правила, патрули… Она сделает всё, чтобы найти А.Н.б.У.. - Пусть попробует, - сказал Рон, сжимая свой амулет. Он чувствовал решимость, окрепшую за эти каникулы. - Мы стали сильнее. Мои амулеты, наши тренировки… Мы не дадим ей нас сломить. - И она не знает, насколько мы на самом деле продвинулись, - добавил Гарри, его глаза блеснули. - Мы просто будем действовать умнее. Сириус посмотрел на них. - Вы правы. Амбридж - это проблема, но она отвлекающий фактор. Истинная угроза - Тот-Кого-Нельзя-Называть. Будьте осторожны в школе. Не доверяйте никому, кто не входит в ваш круг. И помните, что вы не одни. Орден Феникса всегда начеку. - И используйте свои дары, - добавил Люпин, его взгляд задержался на Роне. - Ваши способности могут оказаться ключевыми. Вечер прошёл в сборах вещей и последних инструкциях. Каждый понимал, что праздники закончились, и теперь их ждал новый раунд борьбы. Утро возвращения в Хогвартс было таким же холодным и снежным, как и дни на площади Гриммо. Друзья, обменявшись последними напутствиями с Сириусом и Люпином, отправились на Хогвартс-экспресс. Вагоны были полны студентов, возвращающихся с каникул, и воздух гудел от смеха и разговоров, но Гарри, Рон и Гермиона чувствовали, что атмосфера в школе изменится, как только они прибудут. Рон, сидя у окна, смотрел на проносящиеся мимо заснеженные пейзажи. Его ум был полон мыслей о папе, о Нагини, о новых правилах Амбридж и о книге, которую он получил на Рождество. Он достал её, «Древние Руны и Символы Силы: Практическое Применение и Глубинная Связь с Магией Первоэлементов», и углубился в чтение. Читая о различных аспектах Силы и её проявлениях, Рон вдруг вспомнил своё предыдущее видение, где он видел Стива Роджерса и Тессеракт. Тогда это казалось просто сном, но теперь, когда его способности стали более осознанными, он понял, что это было нечто большее. Рон закрыл глаза, сосредоточившись. Он использовал свою Силу и Легилименцию, чтобы намеренно попытаться воспроизвести то видение, углубиться в него. Он хотел понять, что оно означало, и как оно связано с тем, что происходит сейчас. Он чувствовал, как его сознание переносится, минуя привычные границы. И ему удалось. Он осознанно увидел другое видение, на этот раз более чёткое и детализированное. Он снова оказался в мире, который был ему знаком по фантастическим фильмам. Он видел Стива Роджерса, сражающегося против солдата по имени Зимний Солдат. Он видел, как Капитан Америка пытается спасти своего друга, Баки Барнсом, который стал марионеткой ГИДРЫ. Он видел сражения, погони, отчаянную борьбу за свободу и справедливость. Рон не просто наблюдал; он чувствовал эмоции героев, их решимость, их борьбу против скрытой угрозы, которая проникла в самые верха власти. Он ощущал Тессеракт - источник необъятной силы, который был как-то связан с этой историей. Видение было ярким и насыщенным, но когда Рон открыл глаза, оно исчезло, оставив после себя лишь смутное ощущение, что в этих мирах есть что-то общее. Что-то, что может помочь ему понять их собственную ситуацию. Гермиона посмотрела на него. - Рон? Ты в порядке? Ты выглядишь… - Я… я видел, - прошептал Рон, его глаза были широко раскрыты. - Я видел другое видение. Про Стива Роджерса и Зимнего Солдата. Это как фильм. Но… но я чувствую, что это не просто так. Это связано. С Тессерактом. С властью. Гарри нахмурился. - Что ты имеешь в виду? - Не знаю, - ответил Рон, всё ещё пытаясь осмыслить увиденное. - Но это о борьбе с теми, кто использует скрытые методы. С теми, кто прячется в тени и контролирует других. Это похоже на то, что делает Волан-де-Морт. И Амбридж. Гермиона задумалась. - Может быть, твоя Сила показывает тебе какие-то аналогии? Какие-то уроки из других реальностей, которые могут быть полезны здесь? - Возможно, - сказал Рон. - Но я чувствую, что это больше, чем просто аналогия. Поезд замедлил ход, приближаясь к станции Хогсмид. Друзья собрали свои вещи, чувствуя нарастающее напряжение. Предвкушение возвращения домой смешивалось с тревогой о том, что их ждёт в стенах Хогвартса. Когда они вышли из поезда, их встретил привычный морозный воздух и знакомый пейзаж. Однако кое-что было иначе. Возле карет стояли не только фестралы, но и несколько фигур в розовом, что сразу же вызвало у Гарри, Рона и Гермионы неприятное чувство. Это были члены Инспекционной ДружиныАмбридж, которые, кажется, уже начали свою работу, досматривая студентов. - Ну, вот и началось, - прошептала Гермиона, плотнее кутаясь в шарф. - Она явно решила не терять времени, - пробормотал Гарри. Рон почувствовал её неприятную, приторную ауру, которая словно окутывала станцию. Но он также ощущал, что она пока ничего не знает о продолжающихся тренировках А.Н.Б.У.. Это было их преимущество. Когда они садились в карету, Рон поймал взгляд Драко Малфоя, который стоял рядом с другими слизеринцами, явно ожидая увидеть проявления недовольства или страха. - Что, Уизли-Бартон? - ехидно протянул Малфой. - Уже скучали по нашему розовому профессору? Рон посмотрел на него, и тут его взгляд упал на волосы Малфоя. Они были идеально причёсаны, но... от них исходил слабый, едва уловимый запах гари и чего-то едкого. Это был тот же запах, что и от Фреда и Джорджа, когда они экспериментировали с особенно мощными фейерверками. Рон не смог сдержать улыбки. - О, Малфой. Я вижу, ты решил изменить свой имидж. Очень… огненно. Малфой нахмурился, явно не понимая, в чём дело. Он поспешно понюхал свою шевелюру, его глаза расширились. - Что за… - пробормотал он, пытаясь пригладить волосы. - Чем это пахнет?! Рон пожал плечами, делая невинное лицо. - Возможно, это новая модная тенденция среди слизеринцев. Или ты просто… слишком сильно старался выглядеть горячо. Малфой зарычал, пытаясь стереть невидимую субстанцию с волос. Его лицо исказилось от отвращения и гнева. Гарри и Гермиона с трудом сдерживали смех, но они прекрасно поняли, что это очередная "шутка" Фреда и Джорджа, возможно, припасённая специально для Малфоя в честь возвращения. - Ты ещё попляшешь, Уизли! - прошипел Малфой, когда карета начала двигаться. Рон лишь улыбнулся. Это был маленький, но приятный момент перед предстоящими трудностями. Амбридж могла вводить новые правила и ограничения, но пока она ничего не знала о силе их дружбы и их растущих магических способностях. Прибытие в Хогвартс было встречено новыми, зловещими табличками Амбридж на стенах и ощущением нарастающего контроля. В Большом зале за ужином Амбридж сидела за преподавательским столом, надменно оглядывая студентов. Но не все были подавлены. Фред и Джордж обменивались хитрыми взглядами, а Рон порой ловил на себе взгляды Малфоя, полные ярости из-за "ароматной" шутки с волосами. В тот вечер, когда студенты возвращались в свои гостиные после ужина, Гарри, Рон и Гермиона шли по коридору на втором этаже, когда услышали громкий визг и топот. Из-за угла вывернул Драко Малфой, за ним гнался разъярённый отряд… кухонных эльфов-домовиков. - Отстаньте от меня, грязные твари! - визжал Малфой, пытаясь отмахнуться от маленьких существ, которые, кажется, были в полном бешенстве. Один из эльфов, с полотенцем на бёдрах и огромным половником в руке, выглядел особенно свирепо. - Он оскорбил нашу стряпню! Он сказал, что наши праздничные кексы похожи на подошвы ботинок! Эльфы Хогвартса не потерпят таких оскорблений! Другие эльфы, вооружившись тряпками, лопатками и даже крошечными венчиками, пытались загнать Малфоя в угол. Рон почувствовал, как его Легилименция улавливает волны чистого гнева, исходящие от эльфов. Он быстро понял, что произошло. Малфой, вероятно, снова позволил себе высокомерные комментарии по поводу еды, не подозревая, что эльфы, ответственные за неё, обладают такой чувствительностью к критике. - Ого, - пробормотал Гарри, пытаясь сдержать смех. - Похоже, Малфой решил задеть чувства самых безобидных существ в замке. - Он заслужил это, - прошептала Гермиона, хотя её губы дрожали от смеха. - С его высокомерием он рано или поздно наступил бы на чью-то мозоль. Малфой попытался забежать за угол, но один из эльфов ловко подсёк его ноги. Драко споткнулся и с громким "УФФ!" растянулся на полу, прямо в небольшой лужице чего-то липкого и ярко-розового, что, кажется, вытекло из разбитого пузырька. Запах был отвратительный - смесь протухших яиц и чего-то вроде рвотного порошка. Эльфы тут же налетели на него, начав осыпать его маленькими, но болезненными ударами своими кухонными принадлежностями. - Возьми это за кексы! - кричал один эльф. - А это за гордость эльфов Хогвартса! - вторил другой. - Я… я пожалуюсь Амбридж! - заверещал Малфой, пытаясь отползти. - Пусть жалуется! - пропищал главный эльф. - Наша еда священна! Гарри, Рон и Гермиона поспешно прошли мимо, стараясь не привлекать внимания, но им было трудно сдержать смех. Рон был в восторге. Это было прекрасное напоминание о том, что даже без прямой магии, глупость Малфоя всегда найдёт способ его наказать. Случай с Драко Малфоем и рассерженными домовиками стал настоящей сенсацией в Хогвартсе. Гарри, Рон и Гермиона ещё долго хихикали по этому поводу, когда шли по коридорам. Но они и не подозревали, что история получит неожиданное продолжение. На следующее утро, в Большом зале, во время завтрака, по рядам столов Гриффиндора, Пуффендуя и Когтеврана начали распространяться маленькие, но чёткие фотографии. На них был запечатлён Драко Малфой, барахтающийся на полу в луже розовой липкой дряни, в то время как разъярённые домовики осыпали его ударами. Лицо Малфоя было искажено от ужаса и отвращения. Виновником "фоторепортажа" оказался не кто иной, как Колин Криви. Он сидел за гриффиндорским столом, сияя от гордости, а рядом с ним стояла табличка: «Эксклюзивные фото! Драко Малфой в розовой луже! 2 сикля за штуку!» Рон подавился тыквенным соком. - Он… он действительно это сделал! Гарри расхохотался. - Колин - гений! Это просто блестяще! Гермиона покачала головой, но на её губах играла улыбка. - Это… это, конечно, смешно, но Амбридж этого не одобрит. Это нарушение её декретов. Колин Криви, тем временем, уже бойко продавал свои снимки, и к нему выстроилась целая очередь. Даже некоторые студенты Когтеврана и Пуффендуя не могли устоять перед искушением. В этот момент, за слизеринским столом, Драко Малфой вдруг заметил одну из фотографий, переходящих из рук в руки. Он схватил её, его лицо побагровело от ярости. - КРИВИ! - взревел Малфой, вскакивая на ноги. - Я тебя уничтожу! Ты заплатишь за это! Его крик привлёк внимание Амбридж, которая тут же повернула свою голову в их сторону, её глаза сузились. Она увидела фотографии. - Что это тут происходит?! - пронзительно произнесла Амбридж, направляясь к гриффиндорскому столу. - Мистер Криви, что это за… несанкционированные изображения?! Колин побледнел, но не отступил. - Это всего лишь… фоторепортаж, профессор! О повседневной жизни в школе! - Повседневная жизнь?! - возмутилась Амбридж, схватив одну из фотографий. - Это… это унизительно! И это прямое нарушение Декрета об Образовании № 26 о недопущении материалов, порочащих честь учеников! Рон почувствовал её гнев, смешанный с удовлетворением. Она нашла новый повод для наказания. - И я вижу, что вы, мистер Криви, продаёте их! Это уже Декрет № 27 о несанкционированной торговле! - продолжала Амбридж, её голос становился всё пронзительнее. - Вы получите отработку, мистер Криви! И эти… грязные снимки будут конфискованы! Малфой, который стоял рядом, удовлетворённо усмехнулся. Колин поник, но тут Гарри поспешно прошептал ему: - Убери остальные, Колин! Рон использовал свою Силу, чтобы незаметно подтолкнуть стопку фотографий под скамью, пока Амбридж отчитывала Колина. Гермиона тяжело вздохнула. - Это только начало. Она будет действовать ещё агрессивнее. После инцидента с Малфоем и Колином Криви, атмосфера в Хогвартсе стала ещё более напряжённой. Амбридж ужесточила контроль, и новые Декреты об Образовании появлялись на стенах с пугающей скоростью, запрещая буквально всё, что не вписывалось в её узкое представление о порядке. Однако это лишь усилило решимость А.Н.б.У. В ту же неделю состоялось первое собрание клуба после каникул. Гарри, Рон и Гермиона провели его в Выручай-комнате, которая теперь была ещё более замаскирована и защищена. Рон принёс с собой ту старую книгу о Рунах и Силе, которую получил на Рождество, а его амулеты тихо лежали в карманах почти у каждого члена клуба. Рон вышел вперёд, его голос был уверенным, в нём чувствовалась новая сила и авторитет. - Отлично, все в сборе! Прежде чем мы начнём тренировку, я хочу сказать, что Амбридж стала ещё более опасной. Она будет искать любой повод, чтобы нас поймать. Поэтому мы должны быть осторожнее, чем когда-либо. Гермиона кивнула. - И она ввела новые правила. Любые собрания без её разрешения запрещены. И она ужесточила патрули. Но мы не сдадимся. - Именно, - добавил Гарри. - Мы продолжаем тренироваться. Мы становимся сильнее. Рон подошёл к группе. - Сегодня мы сосредоточимся на укреплении ваших внутренних барьеров. Я знаю, что многие из вас уже могут использовать базовые заклинания без палочек, и это фантастика. Но теперь нам нужно научиться защищаться от ментальных атак. Амбридж может использовать Легилименцию или даже Сыворотку Правды. Он посмотрел на Невилла. - Невилл, ты уже показал невероятную стойкость, когда тебе пришлось говорить с Амбридж о твоих родителях. Это и есть настоящий щит. - Я научу вас основам Окклюменции, - продолжил Рон, его глаза горели. - Это не та Окклюменция, которой учат в школе. Это больше похоже на… укрепление сознания через связь с Силой. Как древние воины могли очищать свой разум, чтобы противостоять врагам. Это поможет вам защитить свои мысли от вторжения. Он продемонстрировал несколько упражнений на концентрацию, показывая, как нужно "очищать" разум от посторонних мыслей и создавать мысленный "щит". Некоторые ученики с трудом справлялись, но другие, особенно те, кто был более восприимчив к Силе, начинали чувствовать результаты. - А ещё, - сказал Рон, доставая свою новую книгу. - Я изучил несколько рун, которые могут усилить ментальную защиту. Мы можем начертить их на внутренней стороне нашей одежды или на небольших предметах. Это невидимые для обычного глаза руны, которые будут действовать как дополнительный барьер. Гермиона слушала с восхищением. - Рон, это потрясающе! Твоя книга действительно пригодилась. - Я чувствую, что это только начало, - ответил Рон. - В ней так много всего. И я уверен, что мы сможем адаптировать эти древние знания для нашей борьбы. Тренировка продолжалась. Рон ходил между учениками, поправляя их позы, давая советы, его голос был спокоен и уверен. Он не только учил их магии, но и внушал им веру в себя и в свои способности. Каждый член А.Н.Б.У. чувствовал, что под руководством Рона, Гарри и Гермионы они становятся не просто учениками, а настоящими бойцами. После тренировки в Выручай-комнате, когда большинство студентов уже разошлись, Гарри, Рон и Гермиона остались, чтобы обсудить следующие шаги. Напряжение в Хогвартсе нарастало, и каждый день приносил новые ограничения от Амбридж. - Мы должны быть готовы ко всему, - сказал Гарри, его взгляд был серьёзным. - Если Волан-де-Морт действительно ищет что-то важное в Министерстве, значит, он становится всё сильнее. Рон резко дёрнулся, услышав это имя. Его Легилименция ощущала волну страха и запрета, связанную с этим словом. Он поёжился. - Гарри, нельзя это говорить! - сказал Рон, его голос был непривычно резким. - Не произноси это имя! Гарри нахмурился. - Почему нет? Что в этом такого? Это просто имя. - Нет, не просто имя! - настаивал Рон, его глаза были полны серьёзности. Он посмотрел на Гермиону, которая, казалось, понимала, о чём он говорит. - Я чувствую это. Каждый раз, когда это имя произносится, это… это как маяк. Оно привлекает внимание. Это табу. Гермиона кивнула. - Рон прав, Гарри. В некоторых культурах имена обладают силой. Имя - это часть сущности. А его имя… оно наполнено тёмной магией. Рон продолжил, его голос стал тише, почти шёпотом. - Это не просто суеверие. Я чувствую это своей магией. Это… как будто имя связано с его магией, с его присутствием. Произнося его, ты даёшь ему больше власти, больше связи с нами. Это не только древнее знание, но и своего рода проклятие, которое он наложил. Чем чаще его произносят, тем легче ему отследить того, кто произносит. - Он посмотрел на их потрясённые лица. - Моя тетя Мюриэль всегда говорила, что произнесение его имени может привести к беде. Раньше я думал, что это просто старые суеверия, но теперь… теперь я понимаю, что это больше. Гарри всё ещё выглядел скептически, но в его глазах появилось сомнение. - Но… мы же должны называть его как-то. - Называй его «Ты-Знаешь-Кто» или «Тот-Кого-Нельзя-Называть», - ответил Рон. - Так делают все. Это не просто так. Это как защитный барьер. Я чувствую, что это очень, очень опасно. - Это как если бы его имя было частью заклинания, - сказала Гермиона. - которое он сам создал. Произнося его, мы невольно активируем его часть. - Именно. - Рон кивнул. - Так что… пожалуйста. Не произноси это имя. Никогда. Гарри кивнул, его лицо стало серьёзным. Он понял, что Рон не просто так это говорит. У Рона были способности, которые позволяли ему чувствовать такие вещи. - Хорошо, - сказал Гарри. - Я понял. Я не буду. Трое друзей обменялись взглядами. Очередное открытие, очередное предупреждение в мире, который становился всё более запутанным и опасным. После тревожного разговора о запретном имени Того-Кого-Нельзя-Называть, Гарри, Рон и Гермиона чувствовали, что напряжение в воздухе Хогвартса стало ещё более осязаемым. Они сидели в гостиной Гриффиндора, вокруг них бурлила обычная школьная жизнь, но их мысли были далеко от неё. - Если произносить его имя так опасно, - начала Гермиона тихим голосом, - значит, он становится всё могущественнее. И то, что он послал Нагини в Министерство… это очень тревожный знак. - И она напала на папу именно в Отделе Тайн, - добавил Рон, его взгляд был задумчивым. Он вспомнил своё видение и слова Дамблдора и Грюма на площади Гриммо. - Грюм не хотел говорить, что там находится, но ясно, что это что-то очень важное. - Значит, оружие, за которым гоняется Сам-Знаешь-Кто, оно в Министерстве магии? - спросил Гарри, его глаза расширились. Рон кивнул. - Дамблдор сказал, что Тот-Кого-Нельзя-Называть ищет что-то, что находится под защитой Ордена Феникса. И папа говорил, что охранял какую-то старинную реликвию, связанную с основателями. - Но что это может быть? - воскликнула Гермиона. - Отдел Тайн… это же самое секретное место в Министерстве! Там хранятся все самые важные загадки магии! - Может, это какое-то пророчество? - предположил Гарри, вспомнив свои подозрения. Рон покачал головой. - Нет, Дамблдор не упомянул пророчество, когда я с ним говорил. И Грюм тоже. Они говорили о "предмете" или "реликвии". Что-то, что можно использовать. Что-то… физическое. - Предмет, который может дать ему больше власти? - задумчиво произнесла Гермиона. - Это могло бы быть что угодно. От какого-нибудь древнего артефакта до… до чего-то совершенно невероятного. - И тот факт, что он послал Нагини… - сказал Рон. - Он не хочет рисковать сам. Он использует её. Он знает, что она связана с ним и может проникать туда, куда он сам не может. Гарри поёжился. - Значит, он будет продолжать попытки. И если ему это удастся… - Тогда нам всем будет гораздо хуже, чем сейчас, - закончила Гермиона. - Мы должны узнать, что это за предмет. И мы должны быть готовы, если он снова попытается его получить. Друзья понимали, что Отдел Тайн и таинственное оружие станут центральным элементом их борьбы. Это было не просто школьное противостояние с Амбридж; это была настоящая война, и её следующая глава, возможно, развернётся именно в этом секретном месте. Несмотря ни на что в центре внимания, как всегда, были Фред и Джордж Уизли. Они, невзирая на строгие новые правила Амбридж и усиленные патрули, бесстрашно демонстрировали новейший товар своего магазина розыгрышей. Вокруг них собралась целая толпа. - Представляем вашему вниманию, дамы и господа! - объявил Фред, широко улыбаясь. - Самый эффективный способ борьбы со скукой и несанкционированными инспекциями! - Идеально подходит для тех, кто хочет получить немного… особого внимания, - подхватил Джордж, подмигивая толпе. Они держали в руках несколько маленьких, ярко-зелёных шариков. - Это наши новые «Тошнотворные драже»! - объяснил Фред. - Принимать по желанию. Эффект - мгновенное, но безболезненное недомогание, полное отсутствие аппетита и, главное, полное и немедленное освобождение от школьных занятий! По гостиной прокатился одобрительный гул. Некоторые студенты тут же потянулись за кошельками. - А для тех, кто ищет что-то более… показательное, - продолжил Джордж, доставая небольшую, но очень громкую хлопушку. - Мы представляем «Самоактивирующиеся Петарды Протеста»! Идеально подходят для внезапных демонстраций и громких заявлений! Гарри, Рон и Гермиона подошли ближе. - Вы что, с ума сошли? - прошептала Гермиона, бросив испуганный взгляд на портрет Полной Дамы, опасаясь, что она может донести Амбридж. - Это же прямое нарушение всех новых декретов! - Спокойно, Гермиона, - усмехнулся Фред. - Не все протесты должны быть громкими. Иногда достаточно лёгкого недомогания. Особенно когда оно поражает того, кто… очень хочет быть на занятиях. Рон почувствовал, как Фред и Джордж намекают на Малфоя и его приспешников. Его Легилименция уловила их хитрые, но добрые намерения. Они не просто дурачились; они давали студентам способ хоть как-то выразить своё недовольство, оставаясь при этом в относительной безопасности. - И как вы собираетесь это распространять? - спросил Гарри. - Мы всегда найдём способ, Гарри, - подмигнул Джордж. - В конце концов, это же Хогвартс. Здесь всегда есть лазейки. Несмотря на опасения Гермионы, Рон чувствовал прилив гордости за своих братьев. В мире, где Амбридж пыталась подавить любое проявление индивидуальности и свободы, их магазин розыгрышей был своего рода актом сопротивления, дарящим студентам хотя бы крупицу радости и надежды. После шумного веселья, вызванного демонстрацией новейших розыгрышей Фреда и Джорджа, гостиная Гриффиндора постепенно опустела. Студенты разошлись по своим спальням, и скоро остались только Гарри, Рон и Гермиона, сидевшие в креслах у догорающего камина. Разговоры о Малфое, Амбридж и её декретах уступили место более глубоким размышлениям. - У них есть своя стратегия, - прошептала Гермиона, глядя на угли. - Но это очень рискованно. Рон кивнул. - Она будет искать повод, чтобы закрыть их магазин. И тогда она найдёт что-то на нас. - Мы просто должны быть на шаг впереди, - сказал Гарри, задумчиво глядя в огонь. - Продолжать тренировки А.Н.Б.У.. Учиться всему, чему только можем. Рон почувствовал прилив решимости. Он вспомнил свои видения, свою растущую Силу, знания из новой книги. Он был готов к борьбе. - Я буду много читать, - произнёс Рон. - О рунах, о контроле стихий. Я чувствую, что это может пригодиться. Мои амулеты… они работают. Я ощущаю, как они создают барьер. Гермиона посмотрела на него с гордостью. - Я не сомневаюсь, Рон. Ты делаешь невероятные успехи. - Мы все должны быть готовы, - добавил Гарри. - Следующие несколько месяцев будут тяжёлыми. Тишина опустилась на гостиную, нарушаемая лишь потрескиванием дров в камине. Друзья ещё некоторое время сидели так, каждый погружённый в свои мысли о том, что их ждёт. Наконец, усталость взяла своё. Они поднялись и направились в свои спальни. В комнате мальчиков Дин, Симус и Невилл уже крепко спали, их дыхание было ровным и спокойным. Гарри и Рон молча разделись и надели пижамы. Никто из них не произнёс ни слова, но в воздухе витало невысказанное понимание. Они прошли через многое вместе, и предстоящие испытания лишь сплотят их ещё сильнее. - Спокойной ночи, Гарри, - прошептал Рон, забираясь под одеяло. - Спокойной ночи, Рон, - ответил Гарри. В соседней комнате Гермиона тоже готовилась ко сну, её ум, вероятно, уже строил планы по обходу декретов Амбридж и подготовке к следующим урокам А.Н.б.У.. За стенами Хогвартса продолжал падать снег, окутывая замок в белое покрывало. Внутри царил временный покой, но каждый из них знал, что это лишь затишье перед бурей. На следующее утро, после интенсивной утренней тренировки в Выручай-комнате, Рон почувствовал себя бодрым и полным сил. Он поспешил в Большой зал на завтрак, где уже сидели Гарри и Гермиона, а также другие гриффиндорцы. Рон уселся рядом с Гарри, когда разносчик почты пронёсся над столами, бросая газеты. Гермиона поймала свой экземпляр «Ежедневного пророка». Она развернула его, и её глаза пробежались по первой полосе. Внезапно она ойкнула так, что обернулись все, сидевшие неподалёку. Гарри и Рон тут же подались вперёд. - Что случилось, Гермиона?! - одновременно спросили они. Гермиона держала газету дрожащими руками, её лицо было смертельно бледным. Крупный заголовок на первой полосе кричал: МАССОВЫЙ ПОБЕГ ИЗ АЗКАБАНА! Под заголовком шла ужасающая статья. - Массовый побег из Азкабана! - прошептала Гермиона, её голос дрожал от шока. - Десять Пожирателей Смерти сбежали! - Кто?! - воскликнул Гарри, пытаясь выхватить газету. - Подождите! - Гермиона быстро прочитала. - Антонин Долохов… посажен за зверские убийства бесчисленного количества маглов и противников Сами-Знаете-Кого. Август Руквуд… за шпионаж в Министерстве магии и передачу информации Сами-Знаете-Кому. И… - её голос оборвался. - И Беллатриса Лестрейндж! Рон почувствовал, как кровь отлила от его лица. Беллатриса Лестрейндж. Та самая, что пытала родителей Невилла. Тот, кто был ответственен за то, что Лонгботтомы оказались в Мунго. - Беллатриса Лестрейндж! - продолжила Гермиона дрожащим голосом. - Посажена за пытки и нанесение необратимого вреда Фрэнку и Алисе Лонгботтом, а также за участие в пытках многих других. В статье говорилось, что побег произошёл минувшей ночью, и Министерство магии «глубоко обеспокоено» этим событием, но «полностью контролирует ситуацию». Приводилась цитата министра магии Корнелиуса Фаджа, который настаивал на том, что побег не имеет никакого отношения к Сами-Знаете-Кому, и что сбежавшие заключённые были «опасными, но изолированными безумцами». Однако внизу статьи была маленькая заметка, напечатанная более мелким шрифтом: «По слухам, несколько сотрудников Министерства, дежуривших в ночь побега, были обнаружены в состоянии глубокого шока и с явными признаками воздействия заклинания Круциатус. Министерство пока не комментирует эти сообщения.» - Они пытались скрыть это! - воскликнул Гарри. - Они знают, что это Сам-Знаете-Кто! Рон кивнул, его челюсть была плотно сжата. Он чувствовал волну страха и паники, поднимающуюся в Большом зале по мере того, как новости распространялись. Это был не просто побег. Это было объявление войны. - Амбридж… - прошептала Гермиона. - Что она скажет теперь? Она не сможет отрицать это. Но Рон знал, что она попытается. Она будет изворачиваться, лгать, обвинять Дамблдора. Но теперь ставки были невероятно высоки. Завтрак в Большом зале после новостей о побеге из Азкабана был далёк от обычного. Шёпот и обеспокоенные взгляды распространялись по залу, как лесной пожар. Амбридж сидела за преподавательским столом, её лицо было неестественно спокойным, что только усиливало подозрения. - Она не сможет это отрицать, - пробормотала Гермиона, наблюдая за Амбридж. - Это слишком крупное событие. - Она попытается, - мрачно ответил Гарри. - Будет говорить, что это работа обычных преступников, а не Сам-Знаешь-Кто. Фадж уже начал эту линию. - И она будет использовать это, чтобы ещё больше ужесточить контроль, - добавил Рон. - Я чувствую, что она в бешенстве. Она хотела, чтобы все верили, что Сам-Знаешь-Кто не вернулся, а теперь… теперь это невозможно. Разговоры за столом Гриффиндора были полны тревоги. Студенты гадали, кто ещё мог сбежать, и что это означает для их безопасности. - Теперь они точно будут везде, - сказала Джинни. - Пожиратели Смерти. - Это не меняет наших планов, - твёрдо произнёс Гарри. - Мы продолжаем тренироваться. Мы должны быть готовы. Рон кивнул. - Мы готовы. Мы видели худшее. И мы знаем, что это только начало. Позже, когда они шли по коридору на пути к своим первым урокам, Хагрид стоял у двери в вестибюль, дожидаясь, когда пройдёт толпа когтевранцев. Он по-прежнему был в кровоподтёках, как в день возвращения из командировки к великанам, а на переносице у него красовалась свежая рана, которую он пытался прикрыть рукой. - Хагрид! - воскликнул Гарри, подбегая к нему. - Что случилось?! - Ничего, Гарри, - пробасил Хагрид, его голос был хриплым. - Просто… небольшие неприятности. Гермиона подошла ближе. - Новая рана, Хагрид? Тебе нужно обратиться к целителям. - Да ладно, Гермиона, - отмахнулся Хагрид, хотя было видно, что ему больно. - Я в порядке. Хуже другое. Он понизил голос, оглядываясь по сторонам. - Амбридж… она меня просто достала. - Что она сделала теперь? - спросил Рон, чувствуя, как его гнев на Амбридж снова разгорается. - Ну, сегодня утром… она снова была у меня в хижине, - объяснил Хагрид. - И она сказала, что я оставлен с испытательным сроком! - Что?! - в один голос воскликнули Гарри, Рон и Гермиона. - Да! - вздохнул Хагрид. - Сказала, что мои методы преподавания «слишком нестандартны» и что я «недостаточно квалифицирован». А ещё она сказала, что если ещё раз увидит, как я приношу в школу опасных существ… ну, вы поняли. - Это возмутительно! - воскликнула Гермиона. - Она просто ищет повод, чтобы от тебя избавиться! - Конечно, ищет, - мрачно согласился Хагрид. - Она хочет убрать всех, кто хоть как-то связан с Дамблдором. И это… - он указал на свою рану на переносице, - это она решила, что мне надо «учиться быть более аккуратным». Кажется, она послала ко мне двух гоблинов, чтобы "помочь" мне. - Она зашла слишком далеко! - прорычал Рон, его кулаки сжались. Он почувствовал прилив Силы, готовый вырваться. - Мы должны что-то сделать, Хагрид, - сказал Гарри. - Нет, Гарри, - покачал головой Хагрид. - Вы просто держитесь подальше от неприятностей. Я справлюсь. Главное, чтобы вы, ребята, были в безопасности. Друзья обменялись обеспокоенными взглядами. Угроза со стороны Амбридж теперь напрямую касалась не только их, но и их союзников. Известие о том, что Хагрид оставлен с испытательным сроком, разнеслось по всей школе, как лесной пожар. Гарри, Рон и Гермиона были возмущены, но, к их глубокому разочарованию, почти никто из других учеников не выразил особого расстройства. Некоторые, и в первую очередь, конечно, Драко Малфой, просто обрадовались. В Большом зале за завтраком Малфой сидел, ухмыляясь, и что-то шептал своим приспешникам. - Ну что, Хагрид? Скоро вернёшься к своим нормальным обязанностям лесника? - громко произнёс Малфой, так, чтобы все слышали. Гарри сжал кулаки. - Он не заслуживает этого. Хагрид - хороший учитель! - Для некоторых, Гарри, - мрачно ответила Гермиона. - Многие считают его уроки… слишком опасными. Рон почувствовал их разочарование. - Это всё Амбридж. Она хочет, чтобы все соответствовали её скучным стандартам. Она просто пытается избавиться от всех, кто не вписывается в её мир. Позже, идя по коридору, Рон услышал, как две студентки Когтеврана обсуждали ситуацию. - Ну, наконец-то, - сказала одна. - Может быть, теперь мы будем изучать что-то полезное, а не этих… фырчунов. - Да, - согласилась другая. - Мой брат говорил, что его гиппогрифы чуть не оторвали ему голову. Рон покачал головой. Это было больно слышать. Как и ожидалось, каждое занятие по Уходу за магическими существами проходило теперь в присутствии Амбридж и её блокнота. Она сидела на стуле, словно на троне, её глаза бегали по ученикам, а перо скребло по пергаменту, записывая каждое движение Хагрида. На первом же уроке после каникул Хагрид, несмотря на присутствие Амбридж, решил не отступать от своих принципов. Он привёл на занятие… диковинных животных, которых, казалось, специально выбрал для того, чтобы вывести Амбридж из себя. Это были Взрывопотамы – существа, напоминающие огромных креветок, с бронированным панцирем и способностью взрываться от сильного удара. - Добро пожаловать, студенты! - пробасил Хагрид, его лицо было покрыто новым слоем сажи, а брови опалены. - Сегодня мы изучаем Взрывопотамов! Очаровательные создания, правда? Амбридж тут же подняла свою руку, скребя пером по блокноту. - Мистер Хагрид, я должна отметить, что эти существа выглядят… чрезвычайно опасными. - Что вы, профессор! - воскликнул Хагрид. - Это очень деликатные создания. Главное, не пугать их и не… ну, не бить их. Рон чувствовал Силу, исходящую от Взрывопотамов, она была нестабильной и импульсивной. Он также ощущал нарастающее раздражение Амбридж. Хагрид продолжил, пытаясь показать, как правильно обращаться с Взрывопотамом. Однако одно из существ вдруг выпустило струю вонючей жидкости, которая едва не попала в Амбридж. Она вскрикнула, отпрыгнув в сторону. - Мистер Хагрид! - пронзительно произнесла Амбридж, её лицо исказилось. - Это неприемлемо! Это вопиющее нарушение всех правил безопасности! Я так и запишу: «Неадекватное использование опасных существ»! Гарри, Рон и Гермиона с трудом сдерживали смех. Хагрид выглядел искренне расстроенным, но в его глазах мелькнула искорка озорства. За всеми этими тревогами и делами - домашними заданиями, тайными собраниями А.Н.б.У. и регулярными уроками в клубах, жизнь в Хогвартсе продолжалась. Амбридж усиливала давление, но студенты А.Н.б.У. становились всё более изобретательными в своей борьбе. Рон старался распределять своё время максимально эффективно. Уроки, домашние задания, тренировки с А.Н.б.У., изучение его новой книги о рунах и развитие его уникальных способностей - всё это требовало огромной концентрации. Он проводил часы в Выручай-комнате, оттачивая свою магию стихий: заставлял воду превращаться в лёд и обратно, призывал крошечные языки пламени, которые танцевали на его ладони, двигал камни без палочки, и парил над полом, чувствуя, как ветер несёт его. Его контроль растений становился всё более точным, позволяя ему управлять даже самыми упрямыми ветками. А Иллюзии становились настолько убедительными, что даже Гарри и Гермиона иногда не могли отличить их от реальности. На тайных занятиях А.Н.Б.У.Рон не только помогал Гарри обучать студентов заклинаниям, но и сам стал наставником, делясь своими знаниями. Он начал вводить учеников в основы Окклюменции, но не в традиционном понимании. - Это не просто блокировка мыслей, - объяснял Рон группе из нескольких доверенных студентов, включая Невилла и Джинни. - Это умение очищать разум, создавать внутреннюю тишину, чтобы ваши эмоции и мысли не были видны как на ладони. Представьте, что ваш разум - это озеро. Легилименция пытается бросить в него камень и вызвать рябь. Наша задача - держать озеро спокойным и гладким. Он показывал им дыхательные упражнения и техники медитации, которые помогали сосредоточиться. Рон также учил их простым рунам защиты, которые можно было начертить невидимыми чернилами на одежде или даже просто представить в уме. - Эти руны, - говорил Рон, держа в руке один из своих амулетов, - это не просто символы. Это древние ключи к энергии. Правильно использованные, они могут усилить вашу собственную защиту, сделать вас менее заметными для тех, кто ищет. Однажды, во время занятия, Рон решил продемонстрировать один из аспектов магии земли, который он совершенствовал. Он попросил Невилла принести горшок с растением. - Невилл, ты очень силён в Травологии, - сказал Рон. - Попробуй почувствовать энергию этого растения. Затем Рон сосредоточился, и из почвы горшка начали медленно подниматься тонкие корни, обвиваясь вокруг стебля, словно живые нити. Они тянулись к его руке. - Это контроль растений, - объяснил Рон. - Способность не просто выращивать их, но и управлять их ростом, направлять их энергию. Это может быть полезно для создания укрытий или даже отвлечения врагов. Джинни с восхищением наблюдала за ним. - Рон, это невероятно! - А как насчёт чего-то… более активного? - спросил Гарри. - Как эти твои… подвиды магии стихий? Рон улыбнулся. - Мы доберёмся и до этого. Но сначала - основы. Чем глубже вы понимаете принципы, тем легче будет освоить более сложные вещи. Несмотря на постоянную угрозу со стороны Амбридж и Того-Кого-Нельзя-Называть, Рон чувствовал, что они движутся в правильном направлении. Каждое занятие, каждое новое знание приближало их к моменту, когда они смогут дать отпор. Вечер после очередного напряжённого дня в Хогвартсе опустился на замок. Амбридж продолжала ужесточать свою хватку, но студенты А.Н.б.У. продолжали свои тайные тренировки, становясь сильнее. Однако даже в такое время находилось место для обычной жизни. Гарри покинул гостиную Гриффиндора раньше обычного, его щёки слегка покраснели, а во взгляде читалось предвкушение. Он направлялся на свидание с Чжоу Чанг. Рон наблюдал за ним, слегка ухмыляясь. - Ну что ж, удачи ему. Надеюсь, он не наступит на какой-нибудь взрывопотам на свидании. Гермиона закатила глаза. - Рон! Будь серьёзнее. Он явно нервничает. Когда Гарри ушёл, гостиная понемногу опустела. Рон поудобнее устроился в кресле у камина, держа в руках свою новую книгу - «Древние Руны и Символы Силы: Практическое Применение и Глубинная Связь с Магией Первоэлементов». Он углубился в изучение главы о рунах защиты разума и контроле эмоций, понимая, насколько это важно в свете угрозы Легилименции со стороны Того-Кого-Нельзя-Называть и даже Снейпа. Тем временем Гермиона сидела за столом, окружённая горой пергаментов и книг. Она разбирала новые декреты Амбридж, делая пометки и пытаясь найти в них лазейки. Рядом с ней лежала её книга по этимологии магических языков, которую она также использовала для поиска древних заклинаний и контрзаклятий, которые могли бы обойти ограничения Министерства. - Поверить не могу, - пробормотала Гермиона, проводя пальцем по тексту одного из декретов. - Она запретила использование «определённых чар, направленных на создание групповых эффектов». Это прямо нацелено на нас. Рон, не отрываясь от своей книги, ответил: - Тем лучше. Значит, то, что мы делаем, действительно работает. И она боится этого. Он перевернул страницу, его взгляд остановился на изображении древней руны, которая, как он чувствовал, обладала огромным потенциалом. Это была руна для усиления восприятия, которая могла помочь ему лучше чувствовать других и их намерения, а также усилить его сейсмочувствительность и магию звука. - Нашла что-нибудь полезное? - спросил Рон у Гермионы. - Пока только подтверждение того, - Гермиона вздохнула. - насколько она… всеобъемлюща в своих запретах. Но я думаю о том, как мы можем использовать это в свою пользу. Если она пытается всё контролировать, значит, ей придётся отвлекаться на каждую мелочь. - Именно. - Рон кивнул. - Чем больше шума мы создадим, тем сложнее ей будет сосредоточиться на главном. А пока… я продолжу изучать, как усилить наши ментальные барьеры. Это будет очень важно, если Сам-Знаешь-Кто попытается проникнуть в наши мысли. Время шло. В гостиной было тихо, только слышались шелест страниц и скрип пера. Каждый из них готовился к предстоящим испытаниям по-своему, зная, что их знания и навыки станут их главным оружием в борьбе за будущее. Ночь в Хогвартсе была наполнена тишиной и шорохом страниц, когда Рон и Гермиона продолжали свои исследования. Наконец, дверь в гостиную Гриффиндора скрипнула, и в неё вошёл Гарри, выглядящий задумчивым. - Как прошло свидание? - спросил Рон, отрываясь от книги. Гарри сел в кресло, тяжело вздохнув. - Нормально. Только… Чжоу всё время говорила о Седрике. Гермиона подняла голову от своих пергаментов. - О, Гарри, мне жаль. Она, должно быть, до сих пор тяжело переживает. - Да, - тихо сказал Гарри. - Она плакала. Я не знал, что делать. Я чувствую себя виноватым. Рон почувствовал его смущение и неловкость. - Это не твоя вина, Гарри. Она просто… переживает. И это нормально. Затем Гарри сменил тему. - А ещё… я встретил Хагрида в «Трёх Мётлах». Он был там, кажется, не один. Я не успел подойти поближе, но он выглядел ещё более потрепанным. - Что он делал в «Трёх Мётлах»? - спросила Гермиона, нахмурившись. - Не знаю, - ответил Гарри. - Но он выглядел встревоженным. И я слышал, как он с кем-то говорил очень тихо. Возможно, с членами Ордена. На следующее утро, за завтраком, Гермиона выглядела необычайно решительной. Она развернула свежий номер «Ежедневного пророка», который, как обычно, был полон извращённых версий событий от Министерства и новых декретов Амбридж. - Это просто возмутительно! - воскликнула Гермиона, тыча пальцем в газету. - Они продолжают лгать! И полностью игнорируют побег из Азкабана, кроме официальных, ничего не значащих заявлений. - А что ты хотела? - скептически спросил Рон. - Они хотят, чтобы все верили, что всё в порядке. - Но это не так! - настаивала Гермиона. - Люди должны знать правду! О Сами-Знаете-Ком, о Хагриде, о том, что происходит на самом деле! В её глазах загорелся огонёк, и Рон понял, что она что-то задумала. - Я придумала, - торжественно произнесла Гермиона. - Мы должны рассказать правду. И единственный способ сделать это - через «Ежедневный пророк». Гарри и Рон уставились на неё. - Ты что, с ума сошла, Гермиона? - спросил Рон. - Пророк полностью под контролем Министерства! - Не совсем, - таинственно улыбнулась Гермиона. - Помните Риту Скитер? Гарри и Рон переглянулись, вспомнив скандальную журналистку, которая писала ложные статьи о Гарри во время Турнира Трёх Волшебников. - Что с ней? - спросил Гарри. - У меня есть на неё кое-какой компромат, - самодовольно произнесла Гермиона. - Я знаю, что она незарегистрированный анимаг, и она не хочет, чтобы это стало достоянием общественности. Я могу заставить её написать правдивую статью. - Ты собираешься написать Рите Скитер? - Гарри был поражён. - Именно, - кивнула Гермиона. - Я напишу ей письмо, предлагая сделку. Она напишет правдивую статью, основываясь на твоём рассказе, Гарри. Обо всём, что ты видел и что произошло. О возвращении Сами-Знаете-Кого, о Седрике, о нападении на твоего отца, Рон, и о побеге из Азкабана. Гарри колебался. - Но… это же Рита Скитер. Она искажает факты. - Не в этот раз, - твёрдо ответила Гермиона. - Я прослежу за этим. Я дам ей достаточно информации, чтобы ей было выгодно сотрудничать. И Гарри, ты поделишься всем. Каждой деталью. Пусть люди услышат правду от тебя. Рон посмотрел на Гарри. Это был смелый, рискованный шаг, но, возможно, единственный способ прорвать информационную блокаду Министерства. - Это может быть очень опасно, Гермиона, - сказал Рон. - Амбридж будет в ярости. - Я знаю, - ответила Гермиона, но в её глазах читалась непоколебимая решимость. - Но мы не можем больше молчать. План Гермионы был смелым, и они знали, что он сопряжён с огромным риском. Но выбора не было. «Ежедневный пророк» продолжал публиковать ложь, а Амбридж становилась всё более деспотичной. Нужно было донести правду. В ближайшие выходные, под предлогом посещения Хогсмида, Гарри, Рон и Гермиона направились в «Три Метлы». Внутри было шумно и многолюдно, но Гермиона уже заранее договорилась о встрече с Ритой Скитер в укромном уголке таверны. Рита сидела за столом, её острые глазки бегали по посетителям, а из сумочки торчала притаившаяся Жукменка. - Мистер Поттер, мисс Грейнджер, мистер Уизли, - промурлыкала Рита, когда они подошли, её голос был фальшиво-слащавым. - Какая неожиданность. Полагаю, вы хотите обсудить… эксклюзив. Гермиона села напротив неё, её взгляд был твёрдым. - Мисс Скитер, мы хотим, чтобы вы написали правдивую статью. Обо всём, что произошло. Без искажений. Иначе… - она выразительно взглянула на сумочку Риты. - Иначе ваша небольшая тайна может стать достоянием общественности. Лицо Риты Скитер слегка дёрнулось, но она быстро взяла себя в руки.  - Я, конечно, всегда за правду, дорогая. Но вы же понимаете, что Министерство… - Вы получите эксклюзив, который заставит весь волшебный мир говорить, - перебила Гермиона. - Гарри расскажет вам всё. От начала до конца. Вы напишете его историю слово в слово. Рита Скитер посмотрела на Гарри, её глаза загорелись хищным огнём журналиста. Она вытащила своё Быстропишущее перо и блокнот. - Что ж, мистер Поттер, - сказала она, её улыбка стала более искренней, но не менее коварной. - Я вся во внимании. Гарри глубоко вздохнул и начал говорить. Он рассказал о ночи возвращения Того-Кого-Нельзя-Называть, о смерти Седрика Диггори, о том, как Фадж отказался верить ему. Он рассказал о том, как Дамблдор пытался предупредить Министерство, и о том, как Амбридж извращает правду и пытается подавить любое инакомыслие в Хогвартсе. Рон сидел рядом с ним, чувствуя каждый прилив эмоций Гарри, каждое колебание его голоса. Он ощущал, как Сила пульсирует в нём, поддерживая друга. Он даже почувствовал, как Рита Скитер, несмотря на свою циничность, была захвачена рассказом Гарри. Её перо не переставало скрести по пергаменту, а её глаза были прикованы к Гарри. - И вы действительно видели Того-Кого-Нельзя-Называть своими глазами, мистер Поттер? - спросила Рита, когда Гарри закончил. - Да, - твёрдо ответил Гарри. - И он вернулся. Рита Скитер закрыла свой блокнот. На её лице читалась смесь предвкушения и беспокойства. Она понимала, что эта статья взорвёт волшебный мир. - Что ж, мистер Поттер, - сказала Рита. - Я думаю, у меня достаточно материала. Завтрашний выпуск «Ежедневного пророка» будет… незабываемым. Утро, наступившее после тайного интервью Гарри с Ритой Скитер, было наполнено ощущением предвкушения и нервозности. Гарри, Рон и Гермиона спустились в Большой зал на завтрак, их глаза неотрывно следили за совами, которые несли утренние газеты. Наконец, первая сова с «Ежедневным пророком» приземлилась у стола Гриффиндора. Гермиона схватила газету, её руки дрожали. Развернув её, она замерла, а затем её лицо озарилось выражением шока и облегчения одновременно. Заголовок на первой полосе кричал крупными буквами: ВОЗВРАЩЕНИЕ ТОГО-КОГО-НЕЛЬЗЯ-НАЗЫВАТЬ: ИСТОРИЯ ГАРРИ ПОТТЕРА Под заголовком была огромная фотография Гарри, выглядевшего серьёзным и решительным. Статья занимала почти всю первую полосу и продолжалась на нескольких внутренних. - Она это сделала! - выдохнула Гермиона, её голос дрожал от волнения. - Она написала! Рон выхватил газету и начал читать. Статья Риты Скитер была написана в её обычном броском стиле, но на этот раз она была наполнена правдой. Гарри был изображён не как лжец или истерик, а как свидетель и жертва ужасающих событий. Он подробно рассказал о ночи на кладбище, о смерти Седрика, о возвращении Того-Кого-Нельзя-Называть во всей его ужасающей реальности. Были упомянуты видения Гарри и его связь с Сами-Знаете-Кем, а также нападение на Артура Уизли и побег Пожирателей Смерти из Азкабана, включая Беллатрису Лестрейндж. В статье также содержалась критика Министерства магии и лично Корнелиуса Фаджа за их отказ признать правду и за их политику сокрытия информации. Амбридж не была упомянута напрямую, но в статье были ясные намёки на то, что происходит в Хогвартсе под её руководством, и как она пытается подавить правду. По мере того как студенты, преподаватели и даже некоторые ученики разворачивали свои экземпляры газеты, по Большому залу прокатилась волна изумления, шока и нарастающего негодования. Шёпот превратился в громкие голоса, а некоторые студенты вскакивали со своих мест, указывая на газету. За преподавательским столом воцарилась гробовая тишина. Амбридж сидела, уставившись в свою газету. Её лицо медленно, но верно, приобретало оттенок тёмно-пурпурного. Её глаза сузились, а рот превратился в тонкую, злую линию. Она сжала газету в кулаке так сильно, что пергамент затрещал. - Поттер! - пронзительно произнесла Амбридж, её голос был полон неконтролируемой ярости. Весь зал затих. - Поттер! Я ожидаю вас в своём кабинете немедленно! Гарри поднял глаза, его лицо было бледным, но решительным. Рон положил руку ему на плечо. - Мы с тобой, - прошептал Рон. Напряжение в Большом зале можно было резать ножом, когда Гарри, сжимая кулаки, встал из-за стола. Рон и Гермиона хотели пойти с ним, но Гарри жестом показал им оставаться на местах. Он один должен был встретить гнев Амбридж. Кабинет Амбридж встретил его привычной приторной розовой атмосферой и запахом кошачьих парфюмов. Она сидела за своим столом, её лицо было налито кровью, а маленькие глазки метали молнии. Газета, которую она держала, была измята и порвана. - Поттер! - прорычала Амбридж, её голос был низким и дрожащим от ярости, но он не был тем пронзительным визгом, который он ожидал. - Как вы посмели?! Как вы посмели опубликовать эту… мерзкую ложь?! Гарри стоял прямо, не отводя взгляда. - Я сказал правду, профессор. Тот-Кого-Нельзя-Называть вернулся. Амбридж хлопнула ладонью по столу. - Это клевета! Это бунт! Вы порочите имя Министерства! Вы подрываете авторитет власти! Вы лжёте! - Я не лгу! - твёрдо ответил Гарри. - Седрик Диггори был убит Сами-Знаешь-Кем! Отец Рона… мистер Уизли был ранен его змеёй! И Пожиратели Смерти сбежали из Азкабана! Амбридж тяжело дышала, её грудь поднималась и опускалась. Казалось, она готова взорваться. Но затем, к удивлению Гарри, она взяла себя в руки. Её лицо приобрело более контролируемое, хотя и не менее злобное выражение. - Мистер Поттер, - сказала Амбридж, её голос понизился до угрожающего, приторного тона. - Я могла бы оставить вас на отработку до конца ваших дней. Я могла бы исключить вас из школы. Вы подрываете всё, что я строю здесь. Вы сеете панику и раздор. Гарри приготовился к худшему. Он ожидал очередного использования Черного пера или немедленного отстранения. - Но, - продолжила Амбридж, её губы растянулись в тонкой, неприятной улыбке, - Министерство решило действовать более… тонко. Мы не будем давать Дамблдору и вам повод обвинять нас в жестокости. Это устное наказание, Поттер. Гарри был озадачен. Только устное наказание? - Я хочу, чтобы вы поняли, Поттер, - продолжала она, медленно и отчётливо. - Мы знаем, что вы пытаетесь сделать. Вы пытаетесь подорвать нашу работу. Но мы не позволим этому случиться. Эта статья… это лишь шум. Люди забудут. - Она встала, подойдя к Гарри вплотную, её маленькие глазки впились в него. - Но я предупреждаю вас, Поттер. Если вы ещё раз попытаетесь распространить подобную чушь, или если я узнаю, что вы продолжаете свои… незаконные собрания, - её голос стал ледяным, - последствия будут гораздо серьёзнее. Поверьте мне, я найду способ вас остановить. У меня есть все полномочия. Гарри понимал, что это была не победа. Это была игра. Амбридж и Министерство не могли позволить себе открыто расправиться с ним, когда волшебный мир только что прочитал его историю. Они пытались сохранить видимость контроля и законности. - Теперь идите, Поттер, - резко произнесла Амбридж, указывая на дверь. - И подумайте о своём поведении. Гарри молча повернулся и вышел из кабинета, чувствуя на себе её обжигающий взгляд. Он не получил отработки, но угроза была ясна. Это был не конец, а лишь начало нового раунда в их противостоянии. После визита в кабинет Амбридж, Гарри вернулся в гостиную Гриффиндора, где Рон и Гермиона с нетерпением ждали его. Они тут же окружили его, их лица были полны беспокойства. - Ну как? - одновременно спросили Рон и Гермиона. - Что она сделала? Гарри опустился в кресло, чувствуя, как с него сходит напряжение.  - Ничего. То есть… она не дала мне отработку и не стала исключать. Просто… устное наказание. Рон и Гермиона переглянулись в недоумении. - Только устное наказание? - недоверчиво произнесла Гермиона. - Это совсем не похоже на Амбридж. - Я знаю, - кивнул Гарри. - Она сказала, что Министерство не хочет давать нам повод обвинять их в жестокости. Но она меня предупредила. Сказала, что если я продолжу «сеять панику» или собирать А.Н.Б.У., последствия будут гораздо серьёзнее. И что она найдёт способ меня остановить. - Она просто пытается сохранить лицо, - сказал Рон, его Легилименция ощущала тлеющий гнев Амбридж, который она тщательно скрывала. - Но её это довело до бешенства. Она привыкла всё контролировать, а тут наша статья… - Это означает, что мы сделали всё правильно, - добавила Гермиона, её глаза загорелись решимостью. - Люди читают. И они начинают задавать вопросы. Министерство не может просто так это игнорировать. - Но и нам теперь придётся быть ещё осторожнее, - предупредил Гарри. - Она будет следить за каждым нашим шагом. Рон поднялся.  - Пусть следит. Мы не остановимся. Наоборот, теперь, когда правда вышла наружу, нам нужно быть ещё сильнее. День продолжался. Несмотря на напряжённую атмосферу, школьные занятия не отменялись. Гарри отправился на тренировку по квиддичу. Он знал, что ему нужно выплеснуть накопившееся напряжение, и полёт на метле был лучшим способом для этого. На тренировочном поле он почувствовал себя свободнее, хоть и знал, что Амбридж наверняка приставила к нему какого-нибудь шпиона. Рон направился в оранжереи на занятия по Гербологии. Он чувствовал, что сегодня ему особенно хочется поработать с растениями, используя свои возрождённые способности. Невилл уже был там, увлечённо работая с каким-то колючим кустом. - Привет, Невилл! - поздоровался Рон. - Привет, Рон! - отозвался Невилл, выглядя более уверенным, чем обычно. - Сегодня мы пересаживаем Мандрагоры. Рон сосредоточился, и его контроль растений тут же дал о себе знать. Он почувствовал жизненную силу Мандрагор, их тонкие корни, их потребность в питании. Он смог легко поднять одну из них из горшка, не повредив её и не издавая слишком громкого крика, к удивлению Невилла. - Ого, Рон! - воскликнул Невилл. - Как ты это делаешь? - Просто… чувствую их, - ответил Рон, слегка улыбнувшись. - И немного магии. Она позволяет мне лучше понимать растения. Это очень полезно. Тем временем Гермиона отправилась в библиотеку. Она была полна решимости использовать каждую свободную минуту для исследований. На этот раз она углубилась в книги по древним защитным чарам и заклинаниям обнаружения. Она искала способы, которые могли бы помочь А.Н.Б.У. обнаруживать шпионов Амбридж и защищаться от её надзора. Она также читала о различных формах легальных сопротивлений в истории волшебного мира, пытаясь найти вдохновение для их борьбы. Несмотря на разделённые пути, друзья оставались едины в своей решимости противостоять Амбридж и Того-Кого-Нельзя-Называть. Каждый из них развивал свои уникальные способности и знания, готовясь к предстоящим битвам.