Глава 47

Май принёс с собой не только последние Образовательные Декреты Амбридж, но и кульминацию квиддичного сезона.  Заключительный матч сезона - Гриффиндор против Когтеврана - должен был состояться в последние майские выходные. Хотя Пуффендуйцам удалось-таки выиграть у Слизерина с минимальным перевесом, гриффиндорцы почти не надеялись на победу. Напряжение витало в воздухе. Амбридж сидела на трибунах с довольным видом, окружённая своими Инспекторами, которые радостно фиксировали каждое нарушение, реальное или мнимое. Гарри, как и всегда, играл на позиции ловца. Он чувствовал груз ответственности, ведь от этого матча зависело многое - не только победа Гриффиндора, но и моральный дух школы. Рон и Гермиона нашли места в предпоследнем ряду трибун, откуда открывался отличный вид на поле. Они скандировали вместе со всеми, поддерживая Гарри, но их мысли были заняты другим. - Думаешь, Гарри сможет поймать Снитч? - спросил Рон, напряжённо следя за движениями Гарри в воздухе. - Он всегда это делает, - ответила Гермиона, хотя её голос звучал нервно. - Просто нужно сосредоточиться. - Рон! Гермиона! - раздался над ухом чей-то сиплый голос. Они обернулись и увидели Хагрида, который стоял рядом с ними, пытаясь быть незаметным, что для него было почти невозможно. Его взгляд был встревоженным. - Слушайте, вы не могли бы пойти со мной? Прямо сейчас. Пока все смотрят матч. Рон и Гермиона обменялись быстрыми взглядами. Они знали, что если Хагрид просит о таком во время матча, значит, что-то серьёзное случилось. - Да, Хагрид, - ответил Рон. - Конечно. Они с Гермионой бочком выбрались в проход под недовольное ворчание учеников, которым пришлось встать, чтобы пропустить их. Те, мимо кого пробирался Хагрид, не жаловались - они только старались сделаться как можно меньше, избегая его тяжёлого взгляда. Хагрид шёл быстро, его огромные шаги легко преодолевали расстояние. Он озирался на каждом шагу, его беспокойство было почти осязаемым. Рону и Гермионе приходилось бежать вприпрыжку, чтобы поспеть за ним. - Что случилось, Хагрид? - прошептала Гермиона, пытаясь отдышаться. - Почему так срочно? - Просто… есть кое-что, что я должен вам показать, - пробасил Хагрид, не сбавляя шага. - Кое-что… важное. У хижины Гермиона машинально свернула налево, к двери, ожидая, что они войдут внутрь. Однако Хагрид двинулся прямиком под сень листвы на самом краю Запретного Леса и поднял арбалет, прислонённый к стволу дерева. Заметив, что ребята отстали, он обернулся, его лицо было мрачным. - Нам туда. - В лес? - переспросила Гермиона, её голос дрогнул. Она всегда относилась к Запретному Лесу с большой настороженностью. - Да, - ответил Хагрид, его взгляд был напряжённым.  Рон почувствовал, как по его коже пробежали мурашки. Если Хагрид считает, что им безопаснее в Запретном Лесу, чем в стенах Хогвартса, значит, дело действительно серьёзное. Его чувство Силы уловило волну беспокойства и страха, исходящую от Хагрида, смешанную с глубокой привязанностью к тому, что он собирался им показать. - Что это такое, Хагрид? - спросил Рон, его голос был полон предчувствия. - Вы скоро узнаете, - пробормотал Хагрид, погружаясь в густую чащу деревьев, его огромная фигура почти мгновенно скрылась в тени. Гарри в этот момент продолжал играть в Квиддич, не подозревая, что его друзья уже глубоко в Запретном Лесу, и что их ждёт встреча, которая изменит их представление о мире. Рон и Гермиона последовали за Хагридом в Запретный Лес. Зелёный полумрак сгущался вокруг них, поглощая звуки матча по Квиддичу. Хагрид, закинув арбалет за плечо, уже размашисто шагал вперёд, а им приходилось почти бежать, чтобы не отставать от его огромных шагов. Влажный запах земли и листвы наполнял воздух, смешиваясь с лёгким беспокойством. - Зачем тебе оружие, Хагрид? - спросил Рон, его голос звучал приглушённо в густой чаще. - На всякий случай, - пробасил Хагрид, не оборачиваясь. - Когда ты водил нас смотреть на Фестралов, ты не брал с собой арбалета, - заметила Гермиона, её голос звучал настороженно. - Тогда мы не заходили так далеко, - ответил Хагрид. - Да и потом, это было до того, как Флоренц ушёл из Лесу. - При чём здесь Флоренц? - спросила Гермиона, нахмурившись. - При том, что другие кентавры здорово на меня разозлились, вот при чём, - сказал Хагрид, и в его голосе прозвучала горечь. - Они считают, что я их предал, согласившись преподавать в школе. Думают, я слишком много болтаю о том, что должно оставаться в тайне. Рон почувствовал волну обиды и разочарования, исходящую от Хагрида.  - Но ведь ты помогаешь Дамблдору! И нам! - Они этого не понимают, Рон, - вздохнул Хагрид. - Они живут по своим законам, и человеческие дела их мало волнуют. Но не волнуйтесь. Мы идём в ту часть Лесу, куда они редко заходят. Туда, где живут… другие. Гермиона побледнела. - Хагрид! Куда ты нас ведёшь? Что там? - Мы идём к моему… брату, - прошептал Хагрид, и в его голосе прозвучала смесь нежности и глубокого беспокойства. - Он… он немного заблудился. Ему нужна помощь. И мне нужна ваша помощь, чтобы помочь ему. Рон и Гермиона продолжали идти вслед за Хагридом, углубляясь в чащу Запретного Леса. Густые деревья почти не пропускали свет, и атмосфера становилась всё более таинственной и напряжённой. Каждый шорох заставлял их вздрагивать. - Я всё ещё не понимаю, Хагрид, - прошептала Гермиона, когда они пробирались сквозь плотные заросли. - У тебя есть… брат? Почему мы никогда о нём не слышали? И почему он в Запретном Лесу? - Он… он большой, - пробасил Хагрид, его голос звучал напряжённо. - Очень большой. Он… он великан. Я нашёл его несколько месяцев назад, когда был с поручением Дамблдора. Он был один, испуганный. Ему нужна была помощь. Рон почувствовал, как его сердце ёкнуло. Великан? Это было гораздо серьёзнее, чем он предполагал. И если кентавры были злы на Хагрида из-за Флоренца, то какова будет их реакция на великана? - Великан? - переспросил Рон, пытаясь осознать эту информацию. - Хагрид, это же… это невероятно опасно! - Он не опасен! - тут же возразил Хагрид, но в его голосе прозвучали нотки сомнения. - Он просто… неуклюжий. И он скучает по своей семье. Я пытался научить его говорить, быть… быть как мы. Но это трудно. Они вышли на небольшую поляну, где деревья были повалены, словно гигантской рукой. В центре поляны, привязанный толстыми цепями к нескольким огромным деревьям, сидел… нечто. Оно было огромным, в несколько раз больше Хагрида, с грубой, поросшей шерстью кожей, маленькими, но проницательными глазами, и огромной, растрёпанной головой. Это был великан. Великан сидел, раскачиваясь из стороны в сторону, и его движения заставляли цепи звякать. Он выглядел несчастным и одиноким. - Это… это он? - прошептала Гермиона, её глаза были широко раскрыты. - Да, - пробасил Хагрид, его голос смягчился. - Это Грохх. Мой маленький брат. Грохх поднял голову и посмотрел на них. Его взгляд был любопытным, но и немного настороженным. Он издал низкий, гортанный звук. - Он не понимает меня до конца, - объяснил Хагрид, подходя ближе к Грохху. - Но я учу его. Он просто… очень одинок. Рон почувствовал волну грусти, исходящую от великана. Несмотря на его устрашающий вид, Грохх казался больше печальным, чем агрессивным. - Хагрид, - тихо сказала Гермиона, - почему он привязан? Хагрид тяжело вздохнул. - Он… он не всегда понимает свою силу. Однажды он чуть не разрушил пол-леса, когда испугался. Цепи… они для его же безопасности. И для безопасности других. Грохх вдруг издал громкий рев, который заставил их вздрогнуть, и попытался вырваться. Цепи натянулись, деревья заскрипели. - Тише, Грохх, тише! - говорил Хагрид, пытаясь его успокоить. - Это Рон и Гермиона. Друзья. Рон взглянул на Гермиону. Это было намного сложнее, чем просто прятаться от Амбридж. У них появился новый, неожиданный и очень большой подопечный. Грохх, увидев незнакомых людей, издал ещё один громкий, глубокий звук, и попытался вырваться из цепей. Деревья вокруг него заскрипели и закачались. Рон инстинктивно приготовил палочку, но Хагрид тут же остановил его. - Нет! Не надо! - пробасил Хагрид. - Он просто… немного нервничает. Он добрый. Правда. Просто… не привык к людям. Хагрид подошёл к Грохху, его огромное лицо выражало глубокую нежность. Он поднял одну из огромных лап великана и начал осторожно гладить её. - Тише, Грохх, тише, - говорил Хагрид, его голос был успокаивающим. - Это Рон. И Гермиона. Мои друзья. Они пришли помочь. Грохх медленно опустил голову, его маленькие глаза сфокусировались на Роне и Гермионе. Он издал нечто похожее на вздох. - Я учу его говорить, - объяснил Хагрид, повернувшись к ним. - Очень медленно. Он знает несколько слов. Повтори за мной, Грохх: «Хагрид». Грохх издал низкий рык, затем пробасил:  - Хаг…рид… - Отлично! - воскликнул Хагрид, сияя. - Видите? Он учится! Теперь: «Рон». Грохх снова издал гортанный звук, который, к удивлению Рона, действительно отдалённо напоминал его имя.  - Рррр… оннн… - И «Гермиона», Грохх, - сказал Хагрид. Грохх застонал, и его лицо сморщилось. Это слово явно было для него слишком сложным.  - Херрр… ми… нааа… - Почти! - подбодрила Гермиона, пытаясь скрыть свою тревогу. Она смотрела на великана с невероятным сочетанием страха и научного интереса. - Он… он очень большой, Хагрид. Как он оказался здесь? - Они все обижали его, Гермиона, потому что он такой маленький! - сказал Хагрид. - Маленький? - недоверчиво переспросил Рон, глядя на гигантское существо. - Да, - подтвердил Хагрид. - Он самый маленький из всех. Это из-за меня. Я… я ведь сам полувеликан. И его мать… Хагрид запнулся, его лицо омрачилось. Он явно не хотел вдаваться в подробности. - В общем, я подумал, что смогу помочь ему. Научить его, чтобы он смог жить среди людей. Или хотя бы не так сильно скучать. Но это тяжело. Я не могу быть здесь постоянно. И Амбридж… если она узнает о нём… - Понятно, - сказала Гермиона, её мысли лихорадочно работали. - Так вот почему ты привёл нас. Ты хочешь, чтобы мы… - Помогли мне с ним, - закончил Хагрид, его взгляд был полным надежды. - Помогли научить его. Разговаривать. Вести себя. Он не злой. Просто… очень большой и одинокий. Рон посмотрел на Грохха. Великан смотрел на него своими маленькими глазами, и Рон почувствовал его тоску и изоляцию. Это был не просто дикий зверь, это было существо, которому нужна была помощь. - Мы попробуем, Хагрид, - твёрдо сказал Рон. - Но это будет непросто. - Это будет очень трудно, - согласилась Гермиона, но в её голосе уже не было страха, лишь вызов. - Но мы справимся. Рон и Гермиона понимали, что обучение Грохха будет непростой задачей, но они были полны решимости. После того как Хагрид подробно объяснил им расписание своих визитов к брату, а также его привычки и предпочтения, Рон и Гермиона решили действовать сообща. Первое, что они поняли, это необходимость завоевать доверие Грохха. Великан выглядел одиноким, и Рон чувствовал его тоску. - Мы не можем просто заставлять его, - тихо сказала Гермиона, когда они в следующий раз отправились в Запретный Лес, пока Гарри был на тренировке по Квиддичу. - Ему нужно понять, что мы не хотим ему зла. - Точно, - кивнул Рон. Он достал из кармана несколько яблок, которые прихватил из Большого зала. - Хагрид говорил, он любит фрукты. Они осторожно подошли к Грохху. Великан сидел, прислонившись к дереву, и тихонько скулил. - Привет, Грохх, - мягко сказал Рон, протягивая ему яблоко. - Это тебе. Грохх медленно поднял огромную руку, взял яблоко и осторожно понюхал его, прежде чем отправить в рот и с хрустом разжевать. Он издал звук, похожий на довольное урчание. - Хороший Грохх, - сказала Гермиона, а затем начала говорить медленно и чётко. - Мы хотим научить тебя. Новые слова. Рон осторожно вызвал маленькую, ярко-оранжевую светящуюся сферу, которая закружилась над его ладонью. - Это… свет, Грохх, - сказал Рон, показывая сферу. - Свет. Глаза Грохха расширились. Он протянул палец, пытаясь дотронуться до света. - Свеет… - пробасил он, и Рон почувствовал волну любопытства, исходящую от великана. Гермиона достала свою палочку. - А это… магия, Грохх. Мы можем делать разные вещи с помощью магии. Она сотворила простое заклинание, и из её палочки вылетел фонтан разноцветных искр, который осветил поляну. Грохх издал удивлённый вздох. Они провели там несколько часов, терпеливо повторяя слова, показывая простые фокусы, используя магию стихий и более классические чары. Рон обнаружил, что, используя свою Силу, он мог чувствовать, когда Грохх был напуган или расстроен, и мог заранее попытаться успокоить его. - Он умнее, чем кажется, - прошептала Гермиона, когда они возвращались к замку. - Просто ему нужно много терпения. - Да, - согласился Рон. - Но мы справимся. И он может быть очень полезен. Если мы научим его хотя бы основам… Они понимали, что обучение Грохха будет долгим и опасным процессом. Но в то же время, это была миссия, которая давала им ощущение цели, отвлекая от постоянного давления Амбридж. Рон и Гермиона знали, что должны рассказать Гарри о Гроххе. Они ждали подходящего момента, и он настал после одной из их тренировок А.Н.Б.У. в Выручай-комнате. - Гарри, нам нужно кое-что тебе рассказать, - начала Гермиона, когда они втроём остались одни. Гарри нахмурился, видя их серьёзные лица.  - Что случилось? Что-то с Амбридж? - Нет, - сказал Рон, - это про Хагрида. Он… он показал нам кое-кого. - Кого? - спросил Гарри, его беспокойство нарастало. - Своего брата, - прошептала Гермиона. - Грохха. Глаза Гарри расширились.  - Брата? Хагрида? У Хагрида есть брат? - Да, - кивнул Рон. - Он… он великан. И Хагрид нашёл его в Запретном Лесу. Он был один, его выгнали из племени. - Хагрид хочет, чтобы мы помогли ему научить Грохха говорить и вести себя, - объяснила Гермиона. - Он очень одинок, Гарри. И Хагрид не может быть с ним постоянно. Гарри выглядел ошеломлённым.  - Великан в Запретном Лесу? И Хагрид просит нас помогать ему? Это же… это опасно, ребята! Что, если Амбридж узнает? Или кентавры? - Мы знаем, - сказал Рон. - Но Грохх не злой. Просто… очень большой. И он учится. Мы уже начали учить его словам. И Хагрид говорит, что он ему доверяет. - Это огромная ответственность, - задумчиво произнесла Гермиона. - Но Хагрид отчаянно нуждается в помощи. И если мы не поможем, то никто не поможет. Гарри глубоко вздохнул, переваривая эту информацию. Он знал, что Хагрид никогда не попросил бы о чём-то, что не было бы для него чрезвычайно важно.  - Ладно, - сказал Гарри, его голос звучал решительно. - Я с вами. Когда мы идём к нему в следующий раз? В следующие несколько недель напряжение в Хогвартсе нарастало. Амбридж усиливала контроль, а Фред и Джордж, хотя и покинули школу, продолжали отправлять известия о своих растущих успехах на Косой Аллее, что только злило Амбридж ещё больше. Тем временем, все уроки пятикурсников были посвящены повторению вопросов, которые, по мнению преподавателей, почти наверняка должны были встретиться им на экзаменах. Больше не задавали никаких домашних заданий, всё время уходило на усиленную подготовку к СОВ. Гарри, Рон и Гермиона, несмотря на свои тайные занятия, были на высоте. Их дисциплина и острый ум, особенно у Рона, позволяли им быстро усваивать материал. В редкие свободные моменты, когда они могли покинуть замок незамеченными, Рон и Гермиона продолжали свои визиты к Грохху, иногда к ним присоединялся и Гарри. Они медленно, но верно продвигались в обучении великана. Грохх начал произносить больше слов, хотя и с трудом, и казалось, начал понимать их просьбы. Его доверие к ним росло. - Он сказал «спасибо» сегодня! - взволнованно прошептала ГермионаГарри и Рону после одной из таких вылазок. - Ну, почти. Это было больше похоже на «спанс». Но это прогресс! - Он даже пытался обнять меня, - добавил Рон, его лицо выражало смесь гордости и лёгкого испуга. - Чуть не раздавил. Гарри усмехнулся. Несмотря на все трудности, они справлялись. Они были готовы к экзаменам, а их тайная жизнь в Запретном Лесу добавляла им сил и уверенности. На следующем уроке Трансфигурации профессор МакГонагалл раздала пятикурсникам расписание экзаменов и ознакомила с правилами их проведения. В её голосе звучала привычная строгость, но и едва уловимая нотка беспокойства. - Итак, - начала профессор МакГонагалл, - как вы, возможно, уже знаете, наступают экзамены СОВ. Это важный этап в вашей жизни. Ваша будущая карьера зависит от того, как вы сдадите эти экзамены. И я ожидаю от каждого из вас полной отдачи и сосредоточенности. - Она сделала паузу, обведя взглядом класс. - Я не буду напоминать о запрете на списывание. Любая попытка будет немедленно пресечена и повлечёт за собой самое суровое наказание. Отныне за соблюдением правил будут следить не только преподаватели, но и представители Экзаменационного совета. И помните, что любой шум или отвлекающие манёвры будут караться мгновенным обнулением результата. Гарри, Рон и Гермиона сидели вместе, их лица были серьёзны. - Она явно намекает на Фреда и Джорджа, - прошептала Гермиона. - И на любые попытки Амбридж сорвать экзамены. - Она пытается нас защитить, - тихо сказал Гарри. - Но ей приходится говорить это из-за Амбридж. Их первый экзамен, по теории заклинаний, был назначен на утро понедельника. Остаток недели прошёл в усиленной подготовке. Гарри и Гермиона погрузились в учебники с головой, стараясь повторить как можно больше. Гермиона, как всегда, казалась воплощением сосредоточенности, а Гарри, хоть и нервничал, справлялся благодаря своим усиленным тренировкам с А.Н.б.У.. Тем временем Рон использовал свои способности. Его мозг, работающий быстрее и эффективнее, чем когда-либо, позволял ему буквально поглощать информацию. Он быстро просматривал учебники, запоминая ключевые моменты и формулы с невероятной точностью. Он также уделил время медитации, чтобы успокоить свой разум и контролировать свои эмоции, готовясь к стрессу экзамена. За ужином накануне экзамена царила атмосфера лёгкой подавленности. Пятикурсники почти не разговаривали между собой, лишь изредка обмениваясь нервными взглядами. Парвати бормотала себе под нос заклинания, и солонка перед ней судорожно подёргивалась. Гермиона перечитывала «Успехи заклинательных наук» с такой скоростью, что взгляд её казался расплывшимся, а Невилл каждые полминуты ронял нож или вилку и опрокидывал вазочку с мармеладом. Вдруг Гарри почувствовал чьё-то присутствие в вестибюле. Он и Рон мгновенно повернулись на скамье и уставились в открытую дверь. В вестибюле стояла Амбридж, а рядом с ней - группа очень древних на вид магов и волшебниц, их лица были строгими и непроницаемыми. Это были члены Экзаменационного совета. Среди них выделялась статная, седовласая волшебница с проницательными глазами, одетая в тёмно-пурпурную мантию. Она выглядела так, словно видела всё на свете и ничто не могло её удивить. - Может, посмотрим поближе? - тихо сказал Рон, его глаза загорелись любопытством, смешанным с настороженностью. Гарри и Гермиона кивнули, и трое друзей поспешили к распахнутым дверям, стараясь не привлекать внимания Амбридж. Они встали среди других учеников, которые с благоговением и страхом наблюдали за прибывшими. Седовласая волшебница, как выяснилось, была профессор Грайзельда Марчбэнкс, одна из старейших и наиболее уважаемых членов Экзаменационного совета. Именно она когда-то экзаменовала самого Дамблдора. - Прекрасно, прекрасно добрались, - произнесла Марчбэнкс, её голос был ясным и сильным, несмотря на возраст. - Мы приезжаем сюда уже далеко не в первый раз! Кстати, - её взгляд скользнул по Амбридж, - что-то я давненько не получала вестей от Дамблдора! Где он сейчас, не знаете? Лицо Амбридж пошло пятнами. - Не имею понятия, - сладко промурлыкала она, но в её голосе звенела сталь. - Но осмелюсь предположить, что Министерство магии вскоре его отыщет. Он ведь, как известно, скрывается от правосудия. - Ох, вот как? - брови Марчбэнкс поползли вверх. - Я всегда считала, что Альбус Дамблдор - один из самых честных и порядочных людей, которых я знала. Он всегда проявлял исключительную преданность делу Хогвартса и его учеников. - Его преданность Министерству оставляла желать лучшего, - отрезала Амбридж, её улыбка стала напряжённой. - И его методы… были весьма неортодоксальными. - Неортодоксальными, да? - Марчбэнкс усмехнулась. - Что ж, Долорес, в моём возрасте я видела много ортодоксальных подходов, которые приносили больше вреда, чем пользы. Амбридж проглотила слова, её лицо исказилось. Гарри, Рон и Гермиона обменялись ликующими взглядами. Профессор Марчбэнкс явно не собиралась плясать под дудку Амбридж. Остаток вечера прошёл довольно уныло. Все пытались что-то повторить в последнюю минуту, но проку от этого было немного. Беседа с Марчбэнкс лишь добавила нервозности. Наутро, за завтраком, пятикурсники по-прежнему почти не разговаривали между собой. Парвати бормотала себе под нос заклинания, и солонка перед ней судорожно подёргивалась. Гермиона перечитывала «Успехи заклинательных наук» с такой скоростью, что взгляд её казался расплывшимся, а Невилл каждые полминуты ронял нож или вилку и опрокидывал вазочку с мармеладом. Когда завтрак кончился, пяти- и семикурсники остались слоняться в вестибюле, а прочие ученики разошлись по аудиториям. Затем, в половине десятого, оставшихся начали класс за классом приглашать обратно в Большой зал. Четыре факультетских стола убрали, заменив их множеством парт, обращённых к концу Зала, где находился стол для преподавателей. За ним стояла профессор МакГонагалл, а рядом с ней - несколько других преподавателей и, к большому неудовольствию Амбридж, профессор Марчбэнкс и её коллеги. Когда все расселись по местам и успокоились, профессор МакГонагалл сказала: - Итак, начали, - и перевернула огромные песочные часы. Рядом с ними были разложены и расставлены запасные перья, баночки с чернилами и свитки пергамента. Рон с гулко бьющимся сердцем взял свой билет - Гермиона, сидевшая на три ряда правее его и на четыре парты ближе к преподавателям, уже строчила как сумасшедшая - и прочёл первый вопрос: а) Приведите магическую формулу  б) опишите движения палочки, с помощью которых можно заставить предметы летать. У Рона в голове мелькнула смутная картина: дубинка, парящая высоко в воздухе и с треском обрушивающаяся на толстый череп тролля… Слабо улыбаясь, он склонился над пергаментом и начал писать. Он вспомнил, как во время тренировок А.Н.Б.У. объяснял членам клуба тонкости Левитационного заклинания, а его собственный ум, усиленный Силой, помогал ему мгновенно восстановить в памяти каждое слово и движение палочки. Экзамен по теории Заклинаний в Большом зале шёл полным ходом. Пятикурсники сосредоточенно писали, скрип перьев по пергаменту был единственным звуком, нарушающим тишину, если не считать редкого вздоха или шороха. Рон легко справлялся с первым вопросом, его ум, словно губка, впитывал и воспроизводил информацию с невероятной скоростью. Он перешёл ко второму вопросу: а) Объясните, почему некоторые бытовые предметы с трудом поддаются Заклинанию Невидимости,  б) предложите способы преодоления этой проблемы. Рон усмехнулся. Он вспомнил, как Гарри однажды спрятал учебник по Зельеварению под Заклинанием Невидимости, и Снейп всё равно его нашёл. Он задумался, как бы решил эту проблему с помощью Силы. Может быть, можно было бы исказить свет вокруг объекта, сделав его не просто невидимым, а неощутимым для зрения, или даже для мыслей. Он начал писать, комбинируя свои знания из учебников с интуитивными идеями, навеянными его способностями. Гермиона, как и ожидалось, писала без остановки, её перо летало по пергаменту. Гарри тоже выглядел сосредоточенным, хотя Рон чувствовал лёгкое напряжение, исходящее от него. Он знал, что Гарри всё ещё чувствует давление от разговора с Амбридж. Профессор МакГонагалл прохаживалась между рядами, внимательно наблюдая за каждым учеником. Рядом с ней сидела профессор Марчбэнкс, её острые глаза следили за каждым движением. Амбридж тоже была там, но она сидела в углу, пытаясь быть незаметной, хотя её присутствие чувствовалось. Рон закончил с вопросом, его пергамент был аккуратно исписан. Он посмотрел на часы. Время ещё было. Он закрыл глаза и сосредоточился. Он мог слышать тихий шелест перьев, чувствовать нервозность некоторых студентов и лёгкое раздражение Амбридж, исходящее от неё, как волны тепла. Когда письменный экзамен по теории заклинаний закончился, пятикурсники, включая Гарри, Рона и Гермиону, почувствовали небольшое облегчение. За обедом, который они съели вместе со всеми остальными в Большом зале (факультетские столы временно вернули на свои места), царила атмосфера лёгкого напряжения, смешанного с предвкушением. После обеда их всех перевели в небольшую комнатку рядом с Большим залом, откуда их должны были приглашать на устный экзамен. Воздух в комнате был плотным от нервного напряжения. Ученики, дожидавшиеся своей очереди, вполголоса бормотали заклинания и отрабатывали движения палочкой, время от времени нечаянно угощая соседей тычком в глаз или в спину. - Как думаете, что будет на устном? - прошептал Рон, нервно потирая руки. - Мне кажется, я что-то упустил. - Не говори глупости, Рон, - тихо ответила Гермиона, но её голос тоже звучал напряжённо. - Ты знаешь это не хуже меня. Просто сосредоточься. - Ты справишься, Рон, - ободряюще сказал Гарри. - Мы все справимся. Вскоре их начали вызывать маленькими группами в алфавитном порядке. Имена звучали из-за двери, и каждый раз в комнате воцарялась короткая тишина. - Грейнджер, Гермиона! - громко выкликнул профессор Флитвик, его писклявый голос прозвучал из-за двери. Гермиона глубоко вздохнула. - Пожелайте мне удачи. - Удачи! - хором сказали Гарри и Рон. Гермиона грациозно проскользнула между рядами учеников и исчезла за дверью. Следующие десять минут тянулись для Гарри и Рона мучительно долго. Звуки из-за двери были приглушёнными, но иногда доносились обрывки заклинаний и голоса экзаменаторов. Наконец, профессор Флитвик выкликнул: - Паркинсон, Пэнси! Патил, Падма! Патил, Парвати! Поттер, Гарри! Гарри встал, его сердце бешено колотилось. Он обменялся быстрым взглядом с Роном. - Удачи, Гарри, - прошептал Рон. - Тебе тоже, - ответил Гарри, прежде чем отправиться к двери. Через некоторое время Гарри вышел из комнаты, его лицо было слегка потным, но в глазах горел огонёк. Он быстро подошёл к Рону. - Как прошло? - спросил Рон. - Нормально, - ответил Гарри. - Они спрашивали о Левитации, сделвать оранжевой крысу… Марчбэнкс была там, и она очень внимательно слушала. Амбридж тоже сидела, но молчала. Не успели они закончить разговор, как из-за двери снова раздался голос профессора Флитвика: - Уизли-Бартон, Рон! Рон глубоко вздохнул. Его черед. Он чувствовал волнение, но и решимость. Он был готов. Он посмотрел на Гарри, который ободряюще кивнул. Рон вошёл в небольшую комнату, где проходил устный экзамен по Заклинаниям. За столом сидели профессор Флитвик, его глаза сияли за толстыми стёклами очков, и профессор Марчбэнкс, её взгляд был проницательным. В углу, скрестив руки на груди, сидела Амбридж, её жабье лицо было непроницаемым, но Рон чувствовал исходящее от неё напряжение. - Мистер Уизли-Бартон, - начал профессор Флитвик, его писклявый голос был дружелюбным. - Добро пожаловать. Мы зададим вам несколько вопросов и попросим продемонстрировать некоторые заклинания. - Готов, профессор, - спокойно ответил Рон. - Прекрасно. Давайте начнём с простого. Объясните принцип действия Левитационного заклинания. Рон чётко и уверенно объяснил теорию, движения палочки и особенности произношения. Он вспомнил, как во время тренировок с Гарри и Гермионой он не только запоминал, но и чувствовал заклинания. - А теперь, пожалуйста, продемонстрируйте его на этой перьевой ручке, - попросил Флитвик, указывая на ручку на столе. Рон поднял палочку. - Вингардиум Левиоса! - произнёс он, выполняя чёткое движение. Ручка плавно поднялась в воздух, зависла на мгновение, а затем мягко опустилась на стол. Это было безупречное исполнение. Профессор Флитвик одобрительно кивнул. - Очень хорошо, мистер Уизли-Бартон. А теперь, скажите мне… - Профессор Флитвик задал несколько вопросов о Запирающих чарах, Зажигающих заклинаниях и различиях между ними. Рон отвечал уверенно, иногда даже опережая вопрос, демонстрируя глубокое понимание. Профессор Марчбэнкс, которая до сих пор молчала, вдруг заговорила: - Мистер Уизли-Бартон, как вы думаете, что является самым важным для успешного произнесения сложного заклинания? Помимо формулы и движений палочки? Рон на мгновение задумался. Он почувствовал, как Сила пульсирует в нём, давая ему ясность. - Намерение, профессор, - ответил Рон. - И концентрация. Нужно по-настоящему хотеть, чтобы заклинание сработало, и чётко представлять результат. И, конечно, контроль над своими эмоциями. Профессор Марчбэнкс одобрительно улыбнулась. Амбридж в углу выглядела всё более недовольной. Она явно надеялась, что Рон провалится. - Что ж, мистер Уизли, - сказал профессор Флитвик. - Вы показали отличные знания и навыки. На этом ваш экзамен по Заклинаниям закончен. Рон почувствовал прилив облегчения и гордости. Он справился. Рон вышел из экзаменационной комнаты с лёгким сердцем. Гарри ждал его снаружи. - Ну как? - спросил Гарри. - Отлично! - воскликнул Рон. - Думаю, я справился. Флитвик был доволен. И Марчбэнкс тоже. Амбридж выглядела так, будто съела лимон. - Здорово! - улыбнулся Гарри. - Молодчина! Вскоре к ним присоединилась Гермиона, которая ждала результатов экзамена и обсуждала вопросы с другими учениками. - Ну, Рон, как ощущения? - спросила Гермиона. - Лучше не бывает, - ответил Рон. - Чувствую, что всё на своих местах. Предстояли ещё несколько экзаменов, включая Трансфигурацию, Зельеварение, Травологию и, конечно, Защиту от Тёмных Искусств. Последний вызывал у них особое беспокойство, ведь его проводила сама Амбридж. Они знали, что она попытается использовать его, чтобы окончательно «срезать» Гарри. - Мы должны быть готовы к Защите от Тёмных Искусств больше всего, - серьёзно сказала Гермиона. - Она будет пытаться нас поймать. - Пусть попробует, - сказал Рон, его глаза горели решимостью. - Мы покажем ей, что А.Н.Б.У. не зря тренировалась. Вечером отдыхать было некогда: после ужина Гарри, Рон и Гермиона сразу отправились в свою гостиную и взялись за подготовку к завтрашнему экзамену по Трансфигурации. Несмотря на то, что они отлично учились, каждый из них чувствовал напряжение. Особенно Гермиона, которая, казалось, была самой нервной из всех. - Ладно, давайте повторим основные формулы, - сказала Гермиона, разложив перед собой стопку учебников. - Что такое Трансфигурация и каковы её четыре основных принципа? Рон уже просматривал страницы, его глаза скользили по тексту с невероятной скоростью. Он ощущал, как его мозг обрабатывает информацию, запоминая каждую деталь. - Трансфигурация - это изменение формы или внешнего вида объекта. Четыре принципа: точность намерения, концентрация, точность произношения и чёткое движение палочки. - Отлично, Рон! - одобрила Гермиона. - А теперь, Гарри, объясни мне, почему трансфигурация живых существ считается более сложной? Гарри задумался на мгновение. - Потому что ты работаешь не только с материей, но и с сознанием существа. Нужно не просто изменить его форму, но и сохранить его жизненную сущность. Если ты ошибешься, это может быть очень опасно. Они повторяли заклинания, обменивались вопросами и ответами, пытаясь убедиться, что ничего не упустили. Ночь была наполнена тихим бормотанием формул и шелестом страниц. Утром, на письменном экзамене по Трансфигурации, Рон чувствовал себя уверенно. Вопросы были сложными, но он, благодаря своим способностям, мог легко воспроизвести всю необходимую информацию. Он написал о Трансфигурационных законах Гэмпта, о невозможности создания пищи из ничего, о различиях между Превращением и Исчезновением. Он подробно описал движения палочки для превращения спички в иголку, а также теоретические основы превращения кролика в тапочки, добавляя примечания о потенциальных опасностях и необходимых мерах предосторожности. Его ответы были точны и обстоятельны. После письменной части наступила практическая. Их переместили в большой класс, где их ждали экзаменаторы, включая профессора МакГонагалл и представителей Экзаменационного совета. Амбридж тоже была там, наблюдая за каждым движением. - Приступаем к практической части, - объявила профессор МакГонагалл. - Ваша задача - превратить эту мышь в табакерку. Чем лучше качество табакерки и чем меньше изменений в мышиных чертах, тем выше ваша оценка. Начинайте. Рон подошёл к своему столу. Перед ним сидела маленькая, нервная мышь. Он глубоко вздохнул, сосредоточившись. Он вспомнил все лекции профессора МакГонагалл, а также собственные тренировки по контролю растений, которые помогли ему развить тонкую чувствительность к изменениям материи. Он поднял палочку. Его намерение было чистым, а концентрация - абсолютной. Он представил себе табакерку: гладкую, деревянную, с небольшой резьбой. - Вера Верто! - произнёс Рон, чётко выполняя движение палочкой. Мышь вспыхнула ярким светом, и на её месте появилась изящная, идеально гладкая табакерка из красного дерева. Она была безупречна, без единого волоска или признака мышиных черт. Рон с гордостью посмотрел на своё творение. Он чувствовал, что справился. Он бросил взгляд на Гарри, который сосредоточенно колдовал над своей мышью, и на Гермиону, которая уже закончила, её табакерка блестела на свету. Амбридж нахмурилась, глядя на работы учеников. Она явно искала изъяны. Но сегодня Рон и его друзья были на высоте. В среду они сдали экзамен по Травологии. Это был один из самых «мирных» экзаменов, проходивший в оранжерее. Запах влажной земли и экзотических растений успокаивал, и даже присутствие Амбридж, которая наблюдала за ними, не смогло испортить атмосферу. Рон с лёгкостью справился с распознаванием различных видов растений, их свойствами и правильным уходом. Его способность к контролю растений, которую он развивал, помогала ему интуитивно понимать потребности даже самых капризных магических трав. Наконец, наступил четверг, день экзамена по Защите от Тёмных Искусств. Напряжение в Большом зале было почти осязаемым. Каждый пятикурсник знал, что этот экзамен будет особенным, ведь его проводила сама Долорес Амбридж. Рон без труда ответил на все письменные вопросы. Он уверенно писал о принципах Обезоруживающего заклинания и Щитовых чар, о разнице между Круциатусом и Империусом, а также о мерах предосторожности при работе с тёмными артефактами. Он чувствовал, как его ум и знания, полученные благодаря А.Н.Б.У. и его улучшенному интеллекту, были на совершенно другом уровне по сравнению с тем, что преподавала Амбридж. Когда дело дошло до устного экзамена, Рон вошёл в кабинет с особой решимостью. Амбридж сидела за столом, её взгляд был холоден и проницателен. Рядом с ней сидел член Экзаменационного совета - старый волшебник с длинной седой бородой, выглядевший уставшим и немного скучающим. - Мистер Уизли-Бартон, - сладко промурлыкала Амбридж. - Мы перейдём сразу к практической части. Продемонстрируйте мне, пожалуйста, Обезоруживающее заклинание. Рон поднял палочку. - Экспеллиармус! - чётко произнёс он, выполняя резкое движение. Деревянная мишень, стоявшая в углу, со стуком отлетела в сторону, словно от сильного удара. Это было мощное и точное заклинание. Старый волшебник кивнул, а Амбридж лишь слегка нахмурилась. - Хорошо. А теперь… Щитовые чары. Защититесь от моего заклинания. Амбридж подняла палочку. - Остолбеней! - резко произнесла она. Рон почувствовал прилив энергии. Он мгновенно поднял палочку и, используя все свои навыки, вызванные тренировками А.Н.Б.У. и его способностями Силы, создал мощный Щит. - Протего! - громко произнёс Рон. Заклинание Амбридж ударилось о невидимый щит Рона и отскочило, не причинив ему никакого вреда. Лицо Амбридж пошло пятнами. Она не ожидала такой силы. - Отлично! - воскликнул старый волшебник, его глаза загорелись интересом. - Замечательно, молодой человек! Очень сильные чары! - Очень… громко, - пробормотала Амбридж, явно недовольная таким исходом. Рон продолжал демонстрировать все требуемые чары с особенным удовольствием: Световые заклинания зажигались ярче, чем обычно, Запирающие чары защёлкивались с убедительным щелчком, а Чары Снятия Зачарования рассеивались с невероятной эффективностью. Каждый раз, когда он успешно применял заклинание, он чувствовал, как Амбридж всё больше и больше раздражается. - На этом ваш экзамен по Защите от Тёмных Искусств окончен, мистер Уизли, - наконец, произнесла Амбридж, её голос был напряжённым. Она явно не могла найти, к чему придраться. Настал черёд Гарри. Он вошёл в кабинет, где уже находились Амбридж и тот же старый волшебник из Экзаменационного совета. Гарри чувствовал на себе прожигающий взгляд Амбридж, но он был готов. Его решимость после вчерашнего разговора с ней только укрепилась. - Мистер Поттер, - начала Амбридж, её голос был необычайно сладок, что говорило о её злобном настроении. - Мы, разумеется, понимаем, что у вас есть… особый интерес к Защите от Тёмных Искусств. Поэтому мы решили уделить вам особое внимание. Старый волшебник из Совета кашлянул, явно чувствуя себя неловко. - Ваша задача, мистер Поттер, - продолжила Амбридж, - продемонстрировать Обезоруживающее заклинание на этом манекене. Максимальная точность. Гарри поднял палочку. - Экспеллиармус! - громко и чётко произнёс он. Манекен, одетый в потрепанную мантию, с треском отлетел к стене, ударившись о неё с такой силой, что раздался глухой стук. Это было невероятно мощное заклинание, выполненное с поразительной точностью. Даже старый волшебник присвистнул. Лицо Амбридж стало ещё темнее. - Очень… энергично, мистер Поттер. А теперь, пожалуйста, продемонстрируйте Чары Щита. Я брошу в вас несколько лёгких заклинаний. Амбридж подняла свою палочку. - Таранталлегра! - произнесла она. Гарри мгновенно отреагировал. - Протего! - крикнул он, и мощный, невидимый щит вспыхнул перед ним. Заклинание Амбридж ударилось о него и отскочило, превратившись в безвредные искры. Амбридж нахмурилась ещё сильнее. - Ступефай! - резко бросила она. Гарри снова призвал Щит, и заклинание ударилось о него с силой, которая заставила воздух вокруг Гарри дрогнуть. Он стоял твёрдо, ни на йоту не сдвинувшись. Старый волшебник из Совета улыбнулся, наблюдая за происходящим. - Вы показали достаточные навыки, мистер Поттер, - пробормотала Амбридж, её голос был полон скрытой ярости. Она не могла придраться ни к чему. - На этом ваш экзамен окончен. Гарри не стал дожидаться, пока она передумает, и быстро вышел из кабинета, чувствуя победу. Гарри вышел из кабинета, где его уже ждали Рон и Гермиона. - Ну что?! - почти хором спросили они. Гарри рассказал им о том, как прошёл экзамен, и как Амбридж пыталась его завалить, но у неё ничего не вышло. - Вот это да! - воскликнул Рон, ударив кулаком по ладони. - Она, должно быть, просто в ярости! - Она была в такой ярости, что, кажется, могла лопнуть, - усмехнулся Гарри. - Но она ничего не смогла сделать. - Это победа, Гарри! - счастливо произнесла Гермиона. - Это покажет ей, что она не может просто так манипулировать нами и нашими оценками. И они были правы. Результаты экзамена по Защите от Тёмных Искусств стали для Амбридж настоящим ударом. Все члены А.Н.б.У., которые прошли экзамен, показали очень высокие результаты, а Гарри, Рон и Гермиона получили высшие баллы. Профессор Марчбэнкс лично похвалила их за выдающиеся навыки, что ещё больше подрывало авторитет Амбридж. Это событие укрепило дух А.Н.Б.У.. Ученики поняли, что даже под самым жёстким контролем они могут сопротивляться и побеждать. Слова Гарри, брошенные Амбридж во время консультации по профессии, и их блестящие результаты на экзамене стали неоспоримым доказательством того, что А.Н.Б.У. была реальной силой, способной противостоять Министерству. Амбридж, в свою очередь, стала ещё более агрессивной и параноидальной. В пятницу наступил день экзамена по Древним Рунам. Этот предмет был одним из самых сложных, требующим кропотливости и хорошей памяти. Гермиона, как всегда, чувствовала себя в своей стихии, но Гарри и Рон тоже неплохо справлялись, особенно Рон, чьи усиленные интеллектуальные способности позволяли ему без труда запоминать сложные символы и их значения. Экзамен проходил в одном из отдалённых классов. Амбридж не присутствовала лично, но несколько её инспекторов из Инспекционной дружины важно расхаживали между партами, их глаза рыскали в поисках малейшего нарушения. Письменная часть включала в себя перевод древних текстов и объяснение значения различных рун. Гарри сосредоточенно корпел над пергаментом, вспоминая уроки А.Н.Б.У., где Гермиона часто включала элементы Древних Рун в свои объяснения о магических символах. Рон писал быстро и уверенно. Он легко переводил предложенные отрывки и описывал символы, вспоминая не только их буквальные значения, но и возможные оккультные применения, которые они обсуждали в рамках своих углублённых занятий по магии. Он даже добавил несколько своих собственных наблюдений о потенциальном взаимодействии рунической магии с магией стихий, что, возможно, было излишним для экзамена, но он не мог удержаться. Практическая часть заключалась в правильном черчении и активации нескольких рунических символов. Гермиона справилась безупречно. Гарри тоже выполнил задание с достаточной точностью. Рон, благодаря своей интуиции и точности движений палочки, создавал идеально симметричные и мощные руны. Когда экзамен закончился, все трое вышли из класса с облегчением. - Фух, это было тяжело, - вздохнул Гарри. - Надеюсь, я не напутал с переводами. - Ты справился, Гарри, - сказала Гермиона. - Ты очень хорошо поработал. А ты, Рон, - она посмотрела на него с удивлением, - ты, кажется, был на высоте. Твои руны были… очень чёткими. - Ну, я старался, - скромно улыбнулся Рон. Он не мог объяснить им, как его новые способности помогали ему в этом. После изнурительной недели экзаменов Гарри, Рон и Гермиона наконец-то добрались до последнего препятствия: экзамена по Зельеварению. Они потратили львиную долю субботы и воскресенья на подготовку к нему, понимая, что этот предмет требует особой точности и внимания к деталям. В субботу утром они собрались в библиотеке, окружённые горами книг по Зельеварению. Гермиона, как всегда, была движущей силой их подготовки, диктуя ингредиенты, этапы приготовления и возможные ошибки. - Хорошо, Рон, - начала Гермиона, указывая на страницу. - Расскажи мне про Сыворотку Правды. Основные ингредиенты, время настаивания и, самое главное, как определить, что она готова? Рон закрыл глаза, вызывая из памяти каждую деталь. Его улучшенный мозг с лёгкостью воспроизводил информацию. - Основные ингредиенты: бодрящие бобы, навозный жук, толчёные корни асфоделя и… и перо двурога. Настаивать месяц при свете полной луны. А готова она, когда становится абсолютно прозрачной, без единого оттенка, и при лёгком взбалтывании появляются едва заметные, переливающиеся пузырьки. - Великолепно, Рон! - одобрила Гермиона. - Это безупречно. Гарри, а что насчёт Феликс Фелицис? Процесс приготовления и особенности применения. Гарри нахмурился, вспоминая. - Ну, это очень сложное зелье… нужно настаивать шесть месяцев, постоянно помешивая… его цвет меняется на всех стадиях… и… и его нельзя использовать слишком часто, иначе это может привести к головокружению и безрассудству. - Отлично, оба! - кивнула Гермиона. - Снегг будет очень строг. Он всегда ищет малейший повод, чтобы снизить баллы. И, конечно, Амбридж будет там. Она не упустит такого шанса. Оставшуюся часть выходных они посвятили не только теории, но и мысленной практике. Они представляли себя в подземелье, с котлами и ингредиентами, оттачивая каждое движение и произношение в своём воображении. В воскресенье вечером, в гостиной Гриффиндора, они сидели у камина, повторяя последние детали. - Помните, главное - не паниковать, - сказал Рон, хотя сам чувствовал лёгкое нервное возбуждение. - Особенно когда Снегг будет стоять над душой. - Ему это доставляет удовольствие, - мрачно заметил Гарри. - Он будет пытаться нас вывести из себя. - Мы не дадим ему такого шанса, - твёрдо сказала Гермиона. - Мы будем спокойны, сосредоточены и точны. Мы уже доказали, что можем справиться. Когда они легли спать, каждый из них чувствовал смесь усталости и предвкушения. Последний экзамен был так близко, и они знали, что их ждёт финальная битва с Амбридж на этом поприще. Они были готовы. Экзамен по Зельеварению: Под Взглядом Снегга и Марчбэнкс Утро понедельника принесло с собой запах серы и трав, витающий в подземельях. Экзамен по Зельеварению должен был стать последним испытанием. Гарри, Рон и Гермиона вошли в класс, который теперь был заставлен одиночными партами и котлами. Во главе класса стоял профессор Снегг, его взгляд, как всегда, был пронзителен и полон ехидства. Рядом с ним, к удивлению учеников, находились не только Амбридж, но и профессор Марчбэнкс из Экзаменационного совета, а также ещё один, пожилой волшебник. - Итак, - прошипел Снегг, его голос разнёсся эхом по холодному классу. - Сегодня вам предстоит продемонстрировать свои… талантливые навыки в искусстве зельеварения. Ваша задача - сварить Оборотное зелье. Инструкции на пергаментах перед вами. За любую ошибку, за любое отклонение от рецепта будут сниматься баллы. Время пошло. Напряжение в классе было невыносимым. Каждый ученик склонился над своим котлом, пытаясь сосредоточиться. Амбридж ходила между рядами, её глаза рыскали в поисках ошибки, но она старалась держаться подальше от Снегга, который выглядел особенно мрачно. Профессор Марчбэнкс и её коллега внимательно наблюдали, изредка перешёптываясь. Рон с сосредоточенным видом принялся за работу. Он чувствовал каждую реакцию ингредиентов, словно его руки сами знали, что делать. Его усиленный интеллект позволял ему идеально следовать рецепту, а контроль над стихиями давал ему интуитивное понимание, как регулировать огонь под котлом для достижения идеальной температуры. Он аккуратно нарезал стебли двулистника, добавил щепотку праха асфоделя, помешивая зелье ровно семь раз по часовой стрелке, прежде чем влить последнюю каплю. Он почувствовал, как Снейп остановился позади него. - Уизли-Бартон, - прошипел Снейп. - Что это у вас? Кажется, вы забыли добавить коготь грифона. - Нет, сэр, - спокойно ответил Рон, не отрываясь от котла. - Коготь грифона добавляется на второй стадии, после настаивания на три часа. Сейчас первая стадия. Снейп прищурился, явно недовольный тем, что его поправили. Он бросил быстрый взгляд на пергамент и увидел, что Рон прав. Он недовольно фыркнул и отошёл. Профессор Марчбэнкс, которая наблюдала за этим обменом, едва заметно улыбнулась. Зелье в котле Рона медленно меняло цвет, становясь идеально сияющим, переливающимся оттенками. Оно выглядело безупречно. Когда время истекло, все ученики отошли от своих котлов, ожидая вердикта. Снегг начал обходить ряды, его лицо выражало привычное презрение. Но когда он подошёл к котлу Рона, он остановился. Зелье было идеальным. - Хм, - только и произнёс Снейп, что для него было равносильно высшей похвале. Профессор Марчбэнкс подошла к котлу Рона, внимательно изучила зелье и кивнула. - Превосходно, мистер Уизли-Бартон. Отличная работа. Амбридж выглядела так, будто её ударили молнией. Она явно не ожидала такого результата от Рона. Она бросила на него яростный взгляд. Гарри и Гермиона тоже справились, хотя их зелья не были такими идеальными, как у Рона, но всё равно были очень хороши. Когда экзамен закончился, все трое вышли из подземелий, чувствуя облегчение. - Мы сделали это! - воскликнул Гарри. - Все экзамены позади! - И, кажется, мы справились на отлично, - счастливо произнесла Гермиона. - Амбридж выглядела так, будто у неё сейчас лопнет голова, - усмехнулся Рон. - Она явно не ожидала, что мы покажем такие результаты. Настал вторник, и с ним пришёл экзамен по Уходу за магическими существами. Практические испытания проходили на зелёной поляне у опушки Запретного леса, под ласковым майским солнцем. Атмосфера была относительно спокойной, хотя Амбридж снова присутствовала, наблюдая со своей обычной, ядовитой улыбкой. Учеников попросили опознать нарла среди дюжины обыкновенных ежей (правильный метод состоял в том, чтобы предложить им всем по очереди молоко; нарлы, крайне подозрительные существа, чьи иглы обладают целым рядом волшебных свойств, обычно приходят от этого в бешенство, считая, что их пытаются отравить); показать, как нужно обращаться с лукотрусом; покормить и почистить огненного краба, избежав при этом серьёзных ожогов, и, наконец, выбрать из множества продуктов те, что не принесут вреда больному единорогу. Рон чувствовал себя как рыба в воде. Его интуитивное понимание природы и животных, усиленное контролем растений и способностями Силы, позволяло ему чувствовать эмоции существ. Он легко отличил нарла, осторожно предложив ему молоко, и с улыбкой наблюдал, как ёж сердито фыркнул, показывая свои иглы. Он ловко обращался с лукотрусом, уговорив его забраться на плечо, и без труда очистил панцирь огненного краба, регулируя свой внутренний жар, чтобы избежать ожогов. Что касается единорога, Рон не только выбрал правильные травы, но и, используя свою магию стихий, добавил им немного живительной энергии. Когда экзаменаторша Рона, симпатичная пухленькая ведьмочка, улыбнулась ему и сообщила, что он может идти, Рон украдкой показал Хагриду (который тоже присутствовал, наблюдая за своими учениками) большой палец, а потом направился обратно к замку, чувствуя себя отлично. Письменный экзамен по Астрономии в среду утром прошёл без неприятных сюрпризов. Вопросы были стандартными, касались названий звёзд, созвездий и планет, их движения и расположения. Гарри, Рон и Гермиона справились с ним без особых затруднений. После этого был экзамен по Нумерологии. Для Гермионы это был один из любимых предметов, и она буквально излучала уверенность. Для Рона этот экзамен также не представлял проблемы. Его улучшенный интеллект позволял ему мгновенно видеть связи между числами и их магическими значениями. Он с легкостью решал сложные нумерологические задачи, интерпретируя числовые закономерности в заклинаниях и предсказаниях. Для Гарри этот экзамен тоже прошел без проблем. Вечером, в одиннадцать часов, они поднялись на верхушку Астрономической башни для практического экзамена по Астрономии. Ночь для наблюдений над звёздами выдалась идеальная - тихая и безоблачная, с миллионами сверкающих точек на тёмном полотне неба. Прохладный ветерок приятно обдувал лица. Они настроили телескопы и по команде профессора Марчбэнкс, которая снова была среди экзаменаторов, принялись заполнять пустые карты, которые им роздали. Им нужно было отметить положение различных звёзд и созвездий, а также рассчитать движение нескольких планет. Гарри, Рон и Гермиона работали слаженно, время от времени тихо перешёптываясь, сверяя данные. - Я думаю, это Альфа Центавра, - прошептала Гермиона, указывая на точку в телескопе. - Да, похоже, - согласился Рон, его глаза быстро скользили по карте. - А вон там, кажется, Орион. Гарри, Рон и Гермиона сосредоточенно заполняли свои астрономические карты на верхушке Астрономической башни, когда произошло нечто, заставившее их забыть обо всех экзаменах. Вдали, у хижины Хагрида, вспыхнули яркие огни, и послышались громкие голоса. - Что там происходит? - прошептал Гарри, напряжённо вглядываясь в темноту. Вскоре они увидели группу людей, которые окружили хижину Хагрида. Среди них выделялась фигура Амбридж. Стало ясно, что это Министерство. - Они пришли за Хагридом! - воскликнул Рон, его глаза расширились от ужаса. Он почувствовал сильный прилив тревоги и ярости, исходящий от своего друга, огромная фигура которого была окружена. В этот момент из замка выбежала профессор МакГонагалл, её мантия развевалась за спиной. Она бежала прямо к хижине Хагрида, её голос, усиленный магией, разнёсся над поляной. - Как вы смеете! - кричала она. - Как вы смеете! Гермиона, Парвати и Лаванда дружно завизжали: люди у хижины послали навстречу декану их факультета не меньше четырёх Оглушающих заклятий. На полпути между хижиной и замком красные лучи угодили в неё - на мгновение фигура МакГонагалл словно осветилась изнутри зловещим красным светом, потом ноги её оторвались от земли, она упала навзничь и больше не шевелилась. - Нет! - закричал Гарри, пытаясь броситься ей на помощь. - Взять его, взять! - торжествующе закричала Амбридж, указывая на Хагрида. Но Хагрид, видя, что произошло с профессором МакГонагалл, пришёл в ярость. Он издал нечеловеческий рёв, который заставил вздрогнуть даже деревья Запретного леса. Его огромная фигура рванулась вперёд, сбивая с ног нескольких мракоборцев. Он был похож на разъярённого медведя. Он бросился в чащу Запретного Леса, его огромные шаги быстро удалялись в темноте. Он сбежал. Гарри, Рон и Гермиона смотрели на это в полном оцепенении. - Они… они оглушили МакГонагалл! - прошептала Гермиона, её голос дрожал от шока и гнева. - Прямо на наших глазах! - И Хагрид… он сбежал, - сказал Рон, его кулаки были сжаты. Он чувствовал ярость, но также и облегчение от того, что Хагрид избежал ареста. - Амбридж! - прорычал Гарри. - Она ответит за это! Настроения в Гриффиндорской Гостиной: Гнев и Солидарность Они побрели обратно в Гриффиндорскую гостиную и обнаружили, что там яблоку негде упасть. Шум у хижины лесничего разбудил несколько человек, а те подняли друзей. Симус с Дином, чуть опередившие Гарри, Рона и Гермиону, уже рассказывали о том, что они видели и слышали с верхушки Астрономической башни. В гостиной царил шум и гвалт. Ученики были в шоке и ярости. - Но с чего ей увольнять Хагрида? - воскликнула Анджелина Джонсон, её голос был полон возмущения. - Это же не Трелони - в нынешнем году он преподавал гораздо лучше, чем обычно! - Амбридж ненавидит полулюдей, - объяснила Гермиона, её голос был твёрд. - Она давно пыталась выгнать Хагрида. Это её предвзятость. - А ещё она думала, что это Хагрид запускает к ней в кабинет нюхлеров, - добавила Кэти Белл, явно с трудом сдерживая смех, несмотря на серьёзность ситуации. - Ах ты, чёрт побери! - громко воскликнул Ли Джордан, и все в гостиной повернулись к нему. - Это ведь я их ей подсовывал! Фред с Джорджем оставили мне несколько штук - ну, я и левитировал их через окно! Они думали, что это Хагрид! Это просто возмутительно! Волна негодования прокатилась по гостиной. Слова Ли Джордана вызвали новую вспышку гнева. - То есть она атаковала МакГонагалл и попыталась арестовать Хагрида за то, что ты подбросил ей нюхлеров? - потрясённо спросила Гермиона. - Ну да, - покраснел Ли. - Но я же не знал, что всё так обернётся! Я просто хотел её немного проучить! - Это не имеет значения, Ли, - сказал Гарри, его голос был мрачен. - Амбридж использовала это как предлог. Она просто искала повод, чтобы избавиться от Хагрида. И она напала на профессора МакГонагалл. Мы не можем этого так оставить. Рон почувствовал, как в нём поднимается волна решимости. Амбридж зашла слишком далеко. Он посмотрел на Гарри и Гермиону, и в их глазах он увидел ту же непреклонную волю. Заключительный экзамен, по Истории Магии, был назначен на послеобеденное время пятницы. Несмотря на завершение всех остальных экзаменов, напряжение в воздухе оставалось. Новости о нападении на профессора МакГонагалл и побеге Хагрида распространились по замку со скоростью лесного пожара, и теперь каждый ученик чувствовал нескрываемое возмущение. В два часа пополудни пятикурсники вошли в Большой зал и, заняв свои места, стали ждать разрешения перевернуть билеты. Четыре факультетских стола снова были заменены рядами экзаменационных парт. За столом для преподавателей сидели не только профессор Биннс (который, казалось, был ещё более туманным, чем обычно), но и профессор МакГонагалл (теперь уже с палочкой в руке, выглядевшая бледной, но решительной), а также профессор Марчбэнкс и несколько других экзаменаторов. Амбридж тоже была там, её взгляд был особенно цепким, она явно искала любой повод для провокации. Гарри, Рон и Гермиона сидели на своих местах, их лица выражали сосредоточенность, но и скрытую решимость. Они чувствовали, что этот экзамен будет скорее проверкой их стойкости, чем знаний. - Пожалуйста, переверните билеты, - произнесла профессор Марчбэнкс из-за преподавательского стола. Её голос был строгим, но в нём слышались нотки сочувствия. - Итак, начали! Рон уставился на первый вопрос: а) Опишите причины и основные события Восстания гоблинов 1612 года, включая ключевых лидеров с обеих сторон. б) Проанализируйте, как это событие повлияло на отношения между волшебниками и гоблинами в последующие столетия. Рон почувствовал, как его ум мгновенно начал обрабатывать информацию. Он вспомнил все подробности, которые читал, и даже те, которые обсуждались в тайных беседах А.Н.Б.У. о несправедливости в волшебном мире. Он начал писать, его перо быстро скользило по пергаменту. Он не просто вспоминал факты, он понимал суть конфликта, словно видел его изнутри. Его ответы были не только точными, но и глубокими, анализирующими события с разных сторон. Он бросил взгляд на Гарри, который сосредоточенно писал, и на Гермиону, которая уже исписала пол-свитка. Атмосфера в зале была напряжённой. Каждый ученик чувствовал на себе давящий взгляд Амбридж, которая время от времени обменивалась короткими, презрительными взглядами с профессором МакГонагалл. Когда время экзамена истекло, Рон, Гарри и Гермиона сдали свои свитки и вышли из Большого зала, чувствуя окончательное освобождение. Экзамены СОВ были позади, но впереди их ждала более серьёзная битва. - Думаю, я справился, - сказал Рон, потирая шею. - Но Биннс… его вопросы всегда такие… однообразные. - Зато ты точно не заснёшь, если будешь так анализировать, как сейчас, - усмехнулась Гермиона. - Ты вообще был великолепен на всех экзаменах, Рон! - Мы все были великолепны, - скромно ответил Рон, но чувствовал приятный прилив гордости. - И Амбридж это знает. - Да, - подтвердил Гарри, его глаза горели решимостью. - Она просто лопнет от злости, когда увидит наши оценки. Но теперь… теперь у нас нет экзаменов. Мы можем сосредоточиться на том, чтобы разобраться с ней раз и навсегда. Они понимали, что Амбридж не остановится. Нападение на профессора МакГонагалл и попытка арестовать Хагрида были лишь началом её ответной реакции на их успехи. Теперь, когда формальности были позади, Гарри, Рон и Гермиона были готовы к следующему шагу в борьбе.