Сон

Камилле снился сон. Мерный и спокойный, отсвечивающий радужными бликами, прохладный, как тень у озера в летний полдень, но очень светлый. В нем она исполняла балетную партию, лучшую роль, правда непонятно, какую — то ли Клару, то ли ещё кого, но роль эта была очень важна. И ей её дали! Мерант назвал ее самой подходящей кандидатурой, Фелис задорно улыбалась, Розита Маури рядом ободряюще погладила ее по плечу, как дорогую ученицу, и даже Одетта улыбалась, и одноклассницы, и весь зал... Весь зал аплодировал ей, хотя она ещё не закончила танцевать. Ей было так легко и свободно, как никогда не было во время танца, удивительно, не правда ли? Но Камилла ощущала себя настоящей танцовщицей, феей искусства, скользя по огромной светлой сцене, купаясь в мягком оранжевом свете. Откуда-то сыпалось конфетти, разноцветное, как леденцы, Камилла ещё подумала — откуда конфетти в балете? Но оно почему-то очень подходило сюда, красочными вихрями обвевая точеную фигурку Камиллы. Прямо настоящая сказка. Она даже успела выйти на поклон, и в зале заметила голубым пятном расплывавшееся лицо матери. Та хлопала стоя, кричала браво, и улыбалась — искренне радуясь, что вот, её дочь молодец, они всего добились и всё было не зря. Камилла помахала ей, наплевав на приличия — зал неистовствовал, купая её в овациях, откуда-то вынырнула Фелис, прижимая ее в свои объятия, Камилла потеряла себя в солнечном свете... ...и проснулась. Отголоски нежданной радости ещё теплились в ее груди. Вдруг захотелось встать на пуанты снова, спустя всё это время. Может быть, она даже выиграет что-то, вполне может быть. И зрители будут аплодировать стоя, и Фелис улыбнется ей. Хочется верить, что однажды так и будет.