Глава 2. Моя вина.

Нана проснулась от лучей солнца, которые падали ей на лицо. Встав с кровати, она надела синее кимоно и заплела волосы в косичку. Умывшись, Нана вышла из комнаты и пересеклась с Мадарой. — Доброе утро, — с улыбкой сказала Нана. — На утреннюю тренировку? — Доброе. Да, — ответил Мадара. — И откуда в тебе столько сил? — В смысле? — Ложишься поздно, встаёшь рано. — А, да, привык уже. Нана ничего не ответила, лишь улыбнулась. Они вместе вышли на улицу и разошлись в разные стороны: Мадара к полю для тренировок, а Нана — в дом к семье Шинко. Она шла в комнату к госпоже, попутно здороваясь с другими служанками, которые уже вовсю работали. Осторожно открыв сёдзи в комнату к Сэчико, Нана зашла внутрь, закрывая за собой. — Госпожа, пора вставать, — Нана подошла ближе к спящей госпоже. — Мм, — недовольно промычала Сэчико, не желая просыпаться. — Госпожа Сэчико, вставайте. — Встаю, — пробурчала госпожа, приподнимаясь на кровати. Нана подошла к окнам, открывая их и вместе с тем впуская в комнату солнечные лучи. Она повернулась к госпоже, та сидела на кровати, потирая глаза. Её волосы немного торчали в разные стороны, и Нана, несдержавшись, тихо хихикнула. — Как вам спалось, госпожа? — Хорошо. Как тебе? — Тоже хорошо. Сэчико сама по себе была совой и предпочитала спать намного дольше, чем её будили. Пока её госпожа окончательно просыпалась, Нана подготовила всё для умывания. — Какое кимоно желаете сегодня надеть? — Давай вот это, — она указала на кимоно светло-зелёного цвета. Нана кивнула и достала из шкафа нужное. — Не давит пояс, госпожа? — Нет. Закончив с кимоно, Сэчико села перед зеркалом. Нана заплела ей две небольшие косички, закрепив их сзади с помощью кандзаси с зелёными лентами, а после нанесла на шею и запястья масло с ароматом ириса. «Уже заканчивается, — подумала химе, глядя на бутылёк. — Надо будет отпроситься в деревню, чтобы купить новое». — Доброе утро, — сказала Сэчико, зайдя в столовую. Там были только Сота и её мать. — Утречка, Ане-сан, — Сота радостно улыбнулся сестре. Химе потрепала его по макушке, проходя мимо к своему месту. — Доброе утро, милая, — Мива улыбнулась дочери, а Сэчико немного поклонилась в ответ. — А папа с нами завтракать не будет? — Нет. У него какие-то важные дела, поэтому он позавтракает у себя в комнате, — Мива приступила к завтраку. — Понятно, — вслед за ней к еде приступили Сэчико и Сота. — А где Изао и Шин? Я не увидела их снаружи. — Горо сказал, что сегодня за мной присмотрят другие. А они будут тренироваться с ним и Мадарой, а после моих уроков вернуться. — Ясно, — улыбнувшись, ответила Сэчико. — Нана, здравствуй, — к ней подошла женщина в возрасте. — Здравствуйте, Мэй, — она поклонилась. Мэй была старшей служанкой в доме Шинко. Именно она обучает и следит за работой всех девушек в доме. — Передай госпоже Сэчико, что её после завтрака ждёт господин Джиро. — Хорошо. Мэй улыбнулась и пошла дальше по коридору. Закончив с завтраком, Сэчико поднялась из-за стола. Поклонившись матери, она вышла из столовой. Нана передала ей слова Мэй, и они вместе пошли к кабинету Джиро. Подойдя к его кабинету, Сэчико осторожно постучалась. — Войдите, — послышалось из-за двери, и она зашла внутрь, а Нана осталась ждать снаружи. — Доброе утро. Ты хотел меня видеть? — А, Сэчико, это ты, — Джиро улыбнулся, оторвавшись от бумаг. — Доброе утро, присаживайся, — он указал на стульчик напротив себя. — За что ты вчера отчитала Горо? «Ц, всё-таки пожаловался. Когда только успел?» — фыркнула в своей голове химе. — За воспитание Изао и Шин. Он ведь за них в ответе. — Зачем же так строго? — Папа, — она подняла на него серьёзный взгляд, — я больше не позволю произойти тому, что произошло пять лет назад по моей вине. — Хорошо, я тебя понял, — Джиро посмотрел на дочь, вздохнув. Он кивнул ей, давая понять, что она может идти. — Я ещё хотела спросить. — Да? — Я могу завтра прогуляться по деревне? — после происшествия пять лет назад Джиро запретил ей выходить за пределы их поместья без разрешения. — Хорошо, сходи. Но обязательно в сопровождении Наны и Мадары. — Конечно, — Сэчико поклонилась отцу, улыбнувшись, и покинула его кабинет. — Только вот ты не виновата в произошедшем, — сказал Джиро, когда его дочь вышла из кабинета. — Виноват только я, позволив эмоциям взять верх над разумом. После разговора с отцом Сэчико хотела погулять по саду, но Нана остановила её, напомнив про стрельбу из лука. Химе расстроилась, но послушно пошла по коридорам к полю для стрельбы, где её уже ждал учитель. Они проходили мимо поля, где тренировались Горо, Изао, Шин и Мадара. Двое молодых парней дрались против Мадары, а сам Горо стоял и наблюдал за ними, что-то говоря. Мадара был без майки, и его волосы были заплетены в хвост, поэтому Сэчико невольно засмотрелась на его спину, покрытую шрамами. — Госпожа, — осторожно позвала её Нана. — Я никогда не забуду тот день, — прошептала Сэчико, продолжая смотреть на его шрамы. Она невольно вспомнила тот самый день.

Пять лет назад.

— Госпожа Сэчико, нам пора возвращаться, — сказал Мадара, когда начало вечереть. Сегодня они гуляли за пределами поместья возле леса. Сэчико сидела на корточках и собирала цветы. Нане в тот день дали выходной, так как её мать сильно заболела, и поэтому Мадара следил за госпожой один. — Но я не хочу. Хочу ещё погулять, — возразила химе, уж очень она любила гулять возле леса. — Понимаю, но нужно идти. Господин Джиро будет ругаться, — он подошёл ближе к химе. Она надула щёки и скрестила руки на груди. Мадара вздохнула, его госпожа порой была слишком капризной. — Госпожа, идёмте. А завтра ещё выйдем погулять возле леса, — он протянул ей руку. — Не хочу! — вдруг крикнула Сэчико и, сильно толкнув Мадару, быстро побежала к лесу. Мадара от неожиданности потерял равновесие и упал. — Госпожа Сэчико! — окликнул он её. Быстро поднявшись, Мадара побежал за ней. Сэчико уже успела забежать в лес и спряталась за одним из деревьев. Мадара забежал в лес, оглядываясь по сторонам. Химе хихикнула, когда её слуга пробежал мимо, и побежала в другую сторону. Но беда была в том, что обратно она выйти не смогла, а Мадара её так и не нашёл. На улице уже почти полностью стемнело. Мадара долго искал свою госпожу и пытался так же найти по чакре, но не получалось. Сенсорные навыки у него были не очень хорошо развиты, и сейчас он очень об этом жалел. "Уже совсем темно," — думал Мадара, возвращаясь к выходу из леса. Он надеялся, что госпожа вышла и ждёт там. Но на выходе он встретил только Джиро и Горо; с ними ещё были два стражника. Мадара поклонился, оглянувшись. Госпожи Сэчико не было. — Мадара, почему вы ещё не вернулись? — Джиро подошёл к нему. — Где Сэчико? — Го... Госпожа Сэчико убежала, и я не могу её найти, — Мадара продолжал стоять с наклонённой головой. — Как это убежала?! — Джиро вмиг расвирепел и схватил его за хаори, с силой притягивая к себе. — Как ты это допустил, Мадара?! — Простите, — прошептал он, напрягаясь. Джиро рыкнул и с силой оттолкнул Мадару. Он еле удержался на ногах. — Все живо в лес! Разделитесь и ищите Сэчико! Пока она не найдётся, никто не вернётся в поместье! — Джиро отдал приказ и сам пошёл в лес. — Молись, чтобы с ней ничего не произошло, — прошипел он Мадаре. Тот ничего не ответил и отправился в лес вместе с остальными. Сэчико оглядывалась, пугаясь каждого шороха и тени. Было уже совсем темно. Она сидела за одним из деревьев, обнимая себя за ноги. "Мадара, найди меня скорее. Мне страшно," — она зажала себе уши, прижимая ноги ближе к себе. Слёзы навернулись на глаза, и Сэчико мысленно продолжала звать Мадару. Она заблудилась и не смогла вернуться обратно из-за темноты. А когда совсем стемнело, паника взяла верх, и она села возле дерева, ожидая, когда её найдут. Ей постоянно казалось, что рядом кто-то ходит, и от этого становилось ещё страшнее. Она подрагивала от страха и поспешила зажмуриться от очередной тени. — Госпожа Сэчико! — послышался крик. — Госпожа Сэчико! — Тут... — прошептала она, услышав крик; по её щекам потекли слёзы. — Я тут! — крикнула она, выбегая навстречу голосу. К ней подбежал Горо, поднимая её одной рукой, а второй держал факел. — Госпожа, вы в порядке? — разглядывая химе, спросил Горо. Она покачала головой. — Как же вы нас напугали, госпожа. — Сэчико! — послышался крик отца совсем рядом. — Господин Джиро, я нашёл её! — громко крикнул Горо и пошёл в сторону, откуда слышался голос её отца. — Сэчико! — воскликнул Джиро, забирая дочь из рук Горо и крепко прижимая к себе. — Господи, Сэчико, как ты меня напугала. С тобой всё хорошо? Ты нигде не поранилась? — Папа, прости меня, прости, — Сэчико сильнее прижималась к отцу, всхлипывая. Джиро поцеловал дочь в висок. Из-за поворота осторожно показался Мадара. Сэчико попыталась вырваться к нему, но Джиро не позволил, бросив на Мадару злой взгляд. — Возвращаемся в поместье, — приказал Джиро и пошёл вперёд, не отпуская химе с рук. Сэчико смотрела на Мадару, но тот опустил взгляд в землю и не поднимал его всю дорогу. По возвращению, Джиро передал Сэчико Мэй, а Горо и Мадаре приказал следовать за ним. Мадара прекрасно понимал, что сейчас его накажут за то, что позволил госпоже убежать. Зайдя в пустую комнату, Джиро зажёг несколько свечей и достал кнут. — Пятнадцать ударов, — сказал он, протянув кнут Горо. — Господин Джиро... — Горо попытался успокоить своего господина. — Я сказал пятнадцать ударов, — но Джиро был непреклонен. А Мадара, всё поняв, начал снимать хаори и майку. Джиро глянул на него и покинул комнату. — Прости, Мадара, но я не могу... — Не извиняйтесь, Горо, — перебил его Мадара, садясь на колени. — Я сам виноват. Мне было велено защищать и охранять госпожу Сэчико, а я допустил, чтобы она убежала. Горо глубоко вздохнул и, встав позади Мадары, нанёс первый удар. Острая боль пронзила спину, и парень еле сдержал крик. Место удара начало жечь и пульсировать. Сжав хакама, он принял второй удар, вновь не издав ни звука. "Осталось тринадцать," — думал Мадара, стараясь хоть немного успокоить чувство страха и нарастающую панику. "Десять," — продолжал обратный отсчёт Мадара. "Терпи. Осталось шесть," — удары попадали уже в одни и те же места, из-за чего боль было терпеть ещё сложнее. — "Два." После последнего удара Мадара руками упёрся в пол, тяжело дыша. Заведя Сэчико в комнату, Мэй помогла ей умыться и переодеться в ночнушку. Пожелав спокойной ночи, женщина покинула химе. Когда Мэй ушла, Сэчико тихо покинула свою комнату вслед за ней. Она хотела найти Мадару, чтобы извиниться перед ним. Спустившись вниз, она увидела, как в одной из комнат слабо горел свет, и оттуда доносился какой-то звук. Сэчико подошла ближе к приоткрытым сёдзи. Её глаза расширились. На коленях сидел Мадара без хаори и майки, а рядом с ним стоял Горо с кнутом в руках и бил по спине. Мадара смирно сидел, не издавая ни звука, даже когда кнут с силой ударял по его спине, оставляя шрамы. И только его лицо выдавало боль, которую он сейчас испытывал. Сэчико сжала ночнушку, не в силах пошевелиться, а из её глаз потекли слёзы. "Это из-за меня... Из-за меня его наказывают..." — Госпожа, — её кто-то дёрнул к себе. Это была Мэй. — Госпожа Сэчико, идёмте, не надо вам на это смотреть. Мэй потащила Сэчико за собой, уводя подальше от помещения, где наказывали Мадару. Она завела её в комнату, усаживая на кровать. — Ложитесь спать, госпожа, — Мэй погладила химе по голове и направилась к выходу. — Мэй, — вдруг окликнула её Сэчико, а её привычный мягкий голос стал холодным, — Подготовь для Мадары прямо сейчас отдельную комнату. — Госпожа Сэчико, так не... — Я сказала, подготовь для него отдельную комнату, — Сэчико посмотрела на неё с нахмуренными бровями, а по её щекам продолжали бежать слёзы. — И чтобы его потом сразу отвели туда. — Поняла вас, — Мэй не посмела сказать ни слова против. — Господин Джиро, — Мэй зашла в его кабинет. — Что такое, Мэй? — Джиро сидел за столом, тяжело дыша. — Госпожа Сэчико всё увидела и приказала приготовить для Мадары отдельную комнату. Джиро долго молчал, смотря в одну точку и сжимая руки в кулаки. — Если она так велела, значит, делай, — Мэй поклонилась и покинула кабинет главы. Как только Мэй приготовила комнату, Горо привёл Мадару. Вся его спина была опухшей и кровоточила. Парень тяжело дышал, сдержанно шипя от боли при передвижениях. — Мадара, проходи и ложись. Теперь это твоя комната, — Мэй подошла к нему; выяснять, почему так у Мадары не было сил, она не стала, и потому он лишь качнул головой. — Позвать лекаря? — обратилась Мэй к Горо. — Нет, я уже позвал, — он осмотрел комнату, а затем посмотрел на Мадару, который медленно опустился на кровать, ложась на неё животом. — Почему у него отдельная комната? — шёпотом спросил Горо. — Госпожа Сэчико приказала, — так же шёпотом ответила Мэй. Горо тяжело вздохнул, подойдя к Мадаре. Присев рядом, он погладил его по голове. Мэй стояла в стороне и с болью в глазах смотрела на Мадару. На утро Сэчико медленно зашла в комнату к Мадаре. Лекарь сидел возле него, обрабатывая раны. Мадара лежал на кровати на животе. Лекарь, заметив госпожу, поднялся, поклонившись ей. — Как он? — спросила Сэчико. — У него поднялась температура. Сейчас он спит, я обработал его раны повторно, осталось нанести мазь. — Я сама нанесу ему мазь, — она подошла ближе, присаживаясь рядом с Мадарой. — А ты можешь идти. — Как скажите, госпожа, — лекарь начал собирать свои вещи. — Скажи, а его раны заживут? — Заживут, госпожа. Но правда, шрамы останутся. Губы Сэчико дрогнули. Когда лекарь ушёл, оставив мазь, она взяла её в руки. Набрав мази, химе начала медленно распределять её по ранам Мадары. Её руки дрожали. Вдруг Мадара зашевелился и медленно открыл глаза. — Госпожа... — удивлённо прошептал он, увидев её рядом. Он хотел было подняться, но химе его остановила. — Лежи, — Сэчико прикоснулась к его плечу. — Не шевелись. — Мадара послушно остался лежать. А она продолжила распределять мазь по его ранам. — Госпожа, вы в порядке? — он чувствовал, как от этого вопроса рука девушки дрогнула. — Как ты можешь в такой ситуации переживать обо мне? — прошептала химе, а по её щекам покатились слёзы. — Почему вы плачете? — Прости меня, — прошептала Сэчико, после долгого молчания, — Прости... Это всё из-за меня... Я больше не убегу... Никогда... Она продолжала плакать и просить прощения. Мадара медленно поднялся, преодолевая адскую боль. — Госпожа, вы не виноваты, — начал он, сев на кровати. — Я сам виноват. Недоглядел за вами. Сэчико продолжала плакать, склонив голову. Мадара не осмеливался прикоснуться к ней, продолжая сидеть смирно. Спина разрывалась от боли, но эта боль ничто по сравнению с той, что он испытывал от слёз своей госпожи... — Идём, Нана, — Сэчико отвела взгляд от спины Мадары и пошла вперёд. Нана последовала за ней. В отдельном помещении Нана помогла переодеться химе в кэйкоги. Все занятия по стрельбе она стояла в стороне и наблюдала. Вообще Сэчико не должна изучать боевые искусства в любом виде, но ей очень этого хотелось, так что Джиро ей позволил. — Мадара, а откуда у тебя эти шрамы? — спросил Изао, когда тренировка закончилась. Мадара взглянул на него, а потом прикоснулся к своей спине. Горо посмотрел на Мадару, а потом перевёл взгляд на двух парней, которые ждали ответ от старшего. — Изао, Шин, умывайтесь и ступайте. Вас ждёт Сота, — Горо подошёл к Мадаре и положил руку ему на спину. — А, хорошо, — двое парней поклонились и ушли. — Не смотрите так, Горо, — сказал Мадара, когда они остались вдвоём. — Вы не могли ослушаться. — Быстро обтеревшись, он поспешил надеть майку, скрывая свои шрамы. — Ты сейчас свободен? — вздохнув, поинтересовался Горо. — Да. У госпожи сейчас стрельба, а потом уроки, — ответил Мадара, завязывая хаори. — Пойдём тогда поедим вместе, — Горо улыбнулся и пошёл вперёд, а в след за ним пошёл Мадара. Горо винил себя за то, что саморучно оставил шрамы на его теле, за то, что не смог успокоить своего господина. У Горо не было кровных детей, но к Мадаре он относился как к сыну. Именно он нашёл его тогда у реки и предложил забрать. Горо лично учил его всему — и по службе, и просто как человека, а также учил его заново читать и писать, гулял с ним, когда было свободное время. Покупал одежду, трапезничал с ним. Мадара был безумно благодарен за это и тоже испытывал к Горо тёплые чувства, но назвать его отцом не смел даже в мыслях. Мадара шёл по саду к беседке, где его ждали Нана и Сэчико. Подойдя ближе, он на мгновение остановился, внимательно смотря на химе. Она широко улыбалась Нане, которая сидела напротив, а потом прикоснулась к месту между шеей и плечом. У неё всегда там болит после стрельбы из лука. Девушка подошла к госпоже сзади и начала массировать это место. Мадара ещё немного понаблюдал за ними и подошёл к ним. — Госпожа, — он поклонился, и Сэчико с Наной перевели взгляд на него. — Привет, — она мягко улыбнулась ему. — Как прошла тренировка? — Всё хорошо, — Мадара подошёл к черноволосой. — Позволите? — он намекал на то, чтобы помассировать место, которое болит вместо Наны. Сэчико кивнула, соглашаясь. Нана отошла, освобождая место для Мадары, и села обратно напротив госпожи. Он осторожно прикоснулся к ней и начал массировать мышцу. Сэчико откинула голову к левому плечу, удовлетворённо выдыхая. — Завтра пойдём в деревню, после моих уроков. Папа разрешил. — Хорошо, — разом ответили Нана и Мадара. — Если снова отвлечёшься, как в прошлый раз, и отойдёшь от меня, останешься без ужина, — обратилась к девушке Сэчико. — Поняла вас, — Нана свела брови и неловко улыбнулась. Когда Мадара достаточно размял мышцы, Сэчико мягко коснулась его руки кончиками пальцев, останавливая. — Спасибо, — она улыбнулась; он в ответ качнул головой. — Сыграйте кто-нибудь со мной в сёги? Нана и Мадара застыли, переглянувшись, и занервничали. — В чём дело? — Сэчико растерянно смотрела то на Нану, то на Мадару. — Простите, госпожа, но мне уже неловко с вами играть, — первая заговорила Нана. — Вы всегда выигрываете. — Тебе тоже? — Простите... — Может, тогда в Го? — Давайте, тут хотя бы у меня есть шанс, — согласился Мадара, а лицо Наны осталось прежним. Парень сам сходил за Го, и они играли до самого ужина. Закончили они со счётом 2:1 в пользу Сэчико. Сегодня снова была полная луна, поэтому Мадара вышел из своей комнаты и спрятался за деревом. Госпожа снова стояла на балконе и смотрела на луну, а рядом с ней была Нана. О чём химе думает в этот момент, он может только догадываться.