her breaking point

— Видимо, тебе здесь нравится? — его голос прорезал тишину, повисшую в комнате. Гермиона вздрогнула, и чашка с кофе упала на пол, разбившись на десятки мелких осколков. Этот звук странно гармонировал с тем, что творилось внутри неё — словно всё её внутреннее спокойствие рассыпалось вместе с чашкой. Её руки дрожали, когда она опустилась на пол, чтобы убрать осколки. — Грейнджер, ты настоящая головная боль, — тяжело выдыхая, сказал Малфой. Она опустилась на колени, дрожащими руками стараясь собрать разбитое. Но руки внезапно перехватили чужие — сильные, холодные, с фарфоровой кожей. — Не стоит, — тихо сказал Драко, присев рядом. Его взгляд не отрывался от неё, тело словно воспламенилось, ощущение внутреннего жара разлилось по груди. — Я уберу сама, — голос Гермионы прозвучал ровно, без эмоций, но едва ли она могла скрыть напряжение. Когда она попыталась освободить руки, Драко удержал их. — Эльфы позаботятся о том, — он указал взглядом на разбитую чашку. Но после его слов в глазах девушки вспыхнуло возмущение. — Эльфы? Я полгода назад утвердила их неприкосновенность и освободила от рабства! Их всех должны были отпустить! — её голос задрожал от гнева, Гермиона схватила палочку и направила на Драко. — Быстро покажи, где вы их держите! Её глаза вспыхнули так, что Драко почувствовал, как в груди сжалось от её внезапной ярости. Он не испугался; вместо этого его губы изогнулись в усмешке, а взгляд наполнился чем-то непонятным. — Эй, не заводись так, — Малфой поднял руки вверх, будто сдаваясь, — они просто работают на нас. По своей воле, с выходными, за хорошие деньги, — последнее он слегка выделил. — Ты разве не встречала их, пока жила здесь? — Не замечала… — Гермиона чуть расслабилась, опуская палочку. — Наверное, Нарцисса постаралась. Но ты всё равно позже покажешь мне, в каких условиях они живут. Она вернулась к дивану, схватив книгу. Глаза заскользили по страницам. Она читала о том, как племя Воронов ставило эксперименты на оборотнях и слегка покачивала ногой. Драко прислонился к спинке дивана позади неё, пытаясь хоть как-то разглядеть содержание, но из-за копны каштановых волос, которые пахли чем-то сладким, это получалось плохо. — Ты знал, что они выжигали руны между глаз у оборотней и могли видеть то, что видят они? Кое-где даже упоминают, что они могли управлять оборотнями с помощью рун. — Откуда мне знать? Я не сижу целыми днями в библиотеке, есть дела и поважнее, — Малфой выхватил книгу у неё из рук и сел на соседний диван, изучая. — Малфой, я же читала! Но Драко и глазом не повел на её возмущения. С чего бы вообще? Она в его поместье, сидит в его библиотеке, читает его книги, пьёт его кофе. — Я хочу домой и на работу. Сколько ещё мне здесь оставаться? — Столько, сколько посчитает нужным Поттер. Все вопросы к нему, — сказал Малфой, не отрывая глаз от рассказа. — Он запретил отправлять ему сов и вообще пользоваться магией! — Правильно сделал, тебе нужно восстанавливаться. И вообще, почему ты ноешь? Вы с моей мамой вроде бы нашли общий язык, тут огромная библиотека и кормят хорошо, наслаждайся, пока можешь. — Пфф, — фыркнула Гермиона, скрестив руки под грудью, — с чего ты взял, что мы нашли общий язык с Нарциссой? — Ну как минимум, ты её назвала Нарциссой, — Драко не мог не сдержать улыбку и кинул короткий взгляд на Грейнджер. — Она писала, что вы вместе завтракаете и обсуждаете книги. — О, мы не просто завтракаем, Малфой. Она делится со мной воспоминаниями, как ты в детстве пытался казаться лучшим во всём, — девушка таинственно улыбнулась, закинув ногу на ногу, начиная свой рассказ. — Она рассказывала мне, как её сын с первого по пятый курс в каждом своём письме жаловался на гриффиндорскую заучку, которая опережала его по всем предметам. «Мама, этой Грейнджер опять добавили 20 очков за скорость», «Мам, сегодня даже Снейп её похвалил», «Мама, если бы не её жульничество, мы бы выиграли турнир!». Ну и кто из нас с тобой нытик? — девушка победно подняла носик кверху и откинулась на спинку кожаного дивана. Гермиона заметила, как Драко слегка покраснел от её слов, но он быстро восстановил свою невозмутимость, хотя тени смущения всё ещё играли на его щеках. — Смешно. Но не думай, что сможешь меня так легко задеть, — ответил Малфой, снова погружаясь в книгу. — Тем более, я не нытик, а стратег. — Стратег, говоришь? — Гермиона усмехнулась. — Интересная у тебя стратегия, спрятать меня в своём доме и оставить под присмотром своей матери. — Моя мать заботится о тебе, а ты в безопасности. И вообще, если бы не Поттер, я бы не стал с этим связываться, — Малфой перевернул страницу и вновь сосредоточился на чтении. Гермиона, чувствуя себя слегка побеждённой, встала с дивана и подошла к окну. Вид за окном был красивым, и её мысли понемногу начали успокаиваться. В конце концов, Малфой был прав: здесь было безопасно и комфортно. — И что ты думаешь об этих рунах? — неожиданно спросил Драко, отвлекаясь от книги. — О рунах? Я думаю, это ужасно. Представь, что испытывали оборотни, когда их заставляли проходить через это. Но с другой стороны, если бы мы могли понять, как они работали, возможно, это помогло бы нам в исследовании магических существ и их контроле, — задумчиво ответила Гермиона. — Именно, — Малфой кивнул. — Это могло бы открыть новые горизонты в магических исследованиях. Но только если использовать эти знания во благо, а не во вред. — Малфой, неужели ты можешь говорить о благе? — Гермиона посмотрела на него с удивлением. — Обычно ты больше заинтересован в собственной выгоде. — Люди меняются, Грейнджер, — ответил он с лёгкой улыбкой. — Возможно, я тоже способен на что-то большее. Гермиона хотела что-то ответить, но её мысли прервал звук хлопка в воздухе. Эльф оказался в комнате в следующее мгновение. Вид его чистой одежды и сияющей золотой серёжки в ухе, удивил её до глубины души. В этом доме, где она ожидала увидеть старые порядки, такие перемены казались почти невероятными. Тинки выглядел очень ухоженно, что порадовало Гермиону. — Здравствуйте, хозяин, чем могу быть полезен, хозяин? — Сделай для меня и для мисс Грейнджер кофе, пожалуйста, — также, не отрываясь от книги, сказал Малфой. — Какой кофе пьёт мисс Грейнджер? — эльф подошел поближе к девушке. — С двумя ложками мёда и сливками, пожалуйста. Гермиону это немного засмущало. Она наклонила голову вниз и заметила осколки, которые по-прежнему лежали на полу. Решив, что у эльфа уже есть задание и она может убрать разбитую чашку вместо него, Грейнджер подошла к дивану. Но внезапно у неё случился приступ головокружения, она схватилась рукой за кожаную спинку. Её пальцы побелели от напряжения. Она старалась дышать ровно, будто пыталась убедить себя, что всё хорошо, что просто устала, что пройдёт. Драко заметил, как она слегка покачнулась, и как сильно она сжала губы, будто сдерживала боль или эмоции. — Ты бледная, — он говорил спокойно, но в голосе уже сквозила нота подозрения. — Спасибо, — выплюнула она, несмотря на него. — С тобой всё в порядке? — Да, а с тобой? — словно отрепетировав, ответила она. — Грейнджер, я не идиот. Ты выглядишь так, будто сейчас рухнешь, — он подошёл ближе, но она резко сделала шаг в сторону, не давая ему подойти. — У тебя кровь? — Малфой как пуля подлетел к девушке, у которой на бежевой блузке появились кровавые пятна. — Сядь. Немедленно. Но она не спешила подчиняться. Девушка испуганно посмотрела в его глаза. В них читалась тревога и забота? Или ей показалось? — Со мной всё нормально, это пустяки, — она несколько раз тяжело выдохнула, стараясь сохранить спокойствие и поспешила к выходу из комнаты. Он схватил её руку и повернул её обратно к себе, почти инстинктивно, не задумываясь о том, как она отреагирует. Ему было всё равно — только бы убедиться, что она в порядке. Двумя руками он схватился за ткань кофты, с такой силой дёрнув в разные стороны, что пуговицы разлетелись. Рана под её грудью выглядела неестественно. Гной и кровь сочились, как будто сама магия отказывалась исцелять её. Драко не понимал, как она скрывала своё состояние, когда он увидел её обнажённую кожу, покрытую кровью. Её сердце заколотилось сильнее, когда Драко обнажил её кожу. Она почувствовала, как лицо вспыхнуло от гнева и смущения одновременно. Гермиона отшатнулась, но её протесты не имели силы — слишком слабые, почти шёпотом. — Ты мог бы предупредить… — прошептала она, пытаясь спрятать рану. — Ты правда думала, что я не замечу? — его голос срывался от напряжения, но при этом звучал тихо, чтобы не пугать. — Гермиона, это опасно. Почему ты молчала? — Я не хотела беспокоить никого. Я справлюсь, — её голос дрожал, но она старалась казаться сильной. — Это не «справлюсь», — резко возразил он, удерживая её взгляд. — Ты нужна… нам целой и здоровой. Прошла неделя после нападения, но рана всё ещё выглядела так, словно её нанесли час назад. Ни зелья, ни заклинания, применённые целителями, не дали результата. Кожа вокруг рассечения была воспалённой, горячей на ощупь, а сама рана сочилась гноем, будто изнутри происходил медленный, но неумолимый процесс разрушения. — Болит? — Драко дотронулся рукой немного ниже места удара. Боль простреливала тело то резко, как лезвие, то глухо и тягуче, словно кто-то медленно сжимал её изнутри. Она знала, как сразу после нападения Поттер, не теряя ни секунды, телепортировал её в Мунго, крича о помощи на весь приёмный зал. Там, под светом магических ламп, целители пытались стабилизировать её состояние, вводили сыворотки, прикладывали артефакты, но ничего не работало дольше нескольких часов. Гермиона слышала отрывки разговоров — «руническое вмешательство», «древняя магия», «проклятие крови» — и чувствовала, как земля уходит из-под ног. Её выписали спустя сутки, уверяя, что динамика положительная и дальше всё зависит от её внутренней силы и покоя. Но на деле ей становилось только хуже. Иногда ночью, когда боль не давала уснуть, она чувствовала, как будто рана… шевелится? Малфой был зол. Почему она сидит и как ни в чём не бывало читает книги? Почему Поттер и целители ничего не сказали ему о том, что рана не заживает? Она вообще кому-то говорила? Дура Грейнджер молчала. — Нет, ничего не болит, — Гермиона отрицательно замотала головой. — Мне некомфортно, Малфой, — сказала она, намекнув на её откровенный внешний вид. — Не ври. Салазар, какая же ты упёртая, — он старался не повышать голос, но ведьма просто сводила его с ума. — Тут и тролю понятно, что тебе нужно в Мунго. Гермиона в оцепенении наблюдала за стекавшей по телу кровью и внезапно рухнула на Драко. — Ну нет, Грейнджер, — его голос задрожал от тревоги. — Гермиона? Гермиона не отвечала, её лицо было бледным, и она продолжала лежать неподвижно. Её хрупкое тело замерло и обмякло. Бесшумное дыхание приводило грудь в медленное движение вверх и вниз. — Чёрт… — он подхватил её на руки. Кровь стекала по его рукам, капая на дорогой пол, оставляя за собой жуткую дорожку. Он резко зашагал к камину и высыпал летучий порох в камин.