Ты примешь это в себя

Утро прошло в заторможенной тишине. Кофе был горьким. Тело — липким от тревожного возбуждения. Я постоянно ловила себя на мысли: а если он пошутил? А если это была игра — и всё забудется? Но в 13:17 пришло сообщение от курьера: — Здравствуйте! У двери посылка. Не забудьте забрать. Приятного вечера Я вышла босиком. Дверь тихо закрылась за спиной. Чёрная коробка — аккуратная, матовая, с тиснением в виде волка на крышке. Я принесла её на кровать. Сердце стучало в висках. Распаковала. Игрушка — гладкая, чёрная, с блютузом и пультом. Маленький листок внутри: «Для тебя. Управление — моё. Твои руки сегодня отдыхают. Не бойся чувствовать. Я рядом. — М» 22:01 Я включаю свет в комнате. Камера настроена. На мне — чёрный пеньюар, почти прозрачный. Под ним — ничего. Ни лифчика, ни трусиков. Ты просил, Малек, — я послушалась. Пальцы слегка дрожат, когда запускаю стрим. Обычно зрители появляются постепенно, но сегодня — будто ждали. 478… 585… 732… 915… Комментарии сыпятся в чат: «Богиня пришла!» «Сегодня она совсем голая?» «Что-то изменилось… чувствуется.» Я делаю глубокий вдох. Усаживаюсь на кровати, как всегда. Камера чуть сверху. Но сегодня — я не улыбаюсь кокетливо. Не строю из себя персонажа. Пока я читаю первые сообщения, на экране мигает один приват. От GreyWolf34. Я открываю. — Надень. Сейчас. Не смотри в камеру. Просто встань на колени. И встань спиной. Я глотаю воздух. Пальцы касаются игрушки. Холод пластика между ног — электрический. Медленно… очень медленно ввожу её внутрь. Тёплая. Скользкая. Плотно входит. Я тихо стону. Микрофон улавливает всё. В чате сразу вспышка: «О Боже… звук… она уже внутри себя?» «Кто включил хард режим?» «Я ДРЯННО ЖИВУ.» Я поворачиваюсь. Колени на постели. Камера снимает изгиб спины, медленно сползающий вниз пеньюар, округлость ягодиц. Я не вижу Малека. Но чувствую. Он смотрит. Через секунду… Игрушка вибрирует. Резкий импульс. Я вскрикиваю — неожиданно. Сжимаюсь, хватаюсь за простынь. И снова. Длиннее. Медленнее. Волной. Внутри — всё напрягается. Бедра дрожат. Малек: — Сядь. Ляг на спину. Раздвинь ноги. Покажи мне, как дрожат твои бёдра. Я подчиняюсь. Всё тело — в огне. Чат бешено пульсирует. «Кто управляет ею? Кто это?» «Это НЕ просто стрим. Она с кем-то играет.» «Она ТАЕТ. Боже, это лучшее, что я видел.» Я чувствую, как в животе нарастает тёплая тяжесть. Ноги широко раздвинуты, колени дрожат. Пульсация внутри меня — по команде. Иногда он останавливает вибрацию на мгновение — и я почти рыдаю от пустоты. Потом он шлёт сообщение: — Скажи. Прямо в камеру. «Я принадлежу тебе. Возьми меня, когда захочешь.» Я смотрю в объектив. Лицо горит. Всё внутри пульсирует. Я на грани. И всё же шепчу: — Я… я принадлежу тебе… Мой голос срывается. — Возьми меня… когда захочешь… Игрушка входит в максимальный режим. Я закусываю губу, но всё равно кричу — стонно, хрипло, с надрывом. Моё тело судорожно выгибается, пальцы цепляются за простынь. Я кончаю. Сильно. Шумно. На глазах у всех. Для него. Экран затуманен потом и слезами. Чат сходит с ума. Зрители в экстазе. Такого количества зрителей у меня ещё не было. Я смотрю на сообщение от Малека: — Молодец. Это только начало. Завтра — я буду рядом. Без экрана.

***

Он написал ровно в полдень. «Сегодня. 20:30. Без камер. Без слов. Только ты и я. Приходи. Или останься в своей клетке.» Адрес — отель, не слишком далеко. Пятизвездочный. Окна в пол. Вид на реку. У него хороший вкус. Я долго смотрела на экран, сжимая телефон так крепко, что побелели пальцы. Что, если я приду? Что, если он разденет меня, привяжет к кровати, закроет глаза… Что, если я потеряю контроль по-настоящему, а не под псевдонимом и светом лампы? Сердце стучало. Но я осталась дома. Почти автоматически включила свет. Подошла к зеркалу. Посмотрела на свое отражение — волосы распущены, глаза тревожно блестят, грудь тяжело поднимается с каждым вдохом. Я не была готова к нему. Но я была готова к стриму. 22:12 Чат закипел уже через пару минут: «Вернулась!» «Королева огня!» «Видели тот оргазм в прошлый раз? Сегодня будет жёстче?» Я улыбнулась. На мне короткий топ, без бюстгальтера, соски четко проступают под тканью. Нижняя часть — кружевные шортики. И ничего под ними. — Всем привет, — сказала я, садясь на колени. — Сегодня… вы ведёте игру. Комментарии вспыхнули: «Сделай глубокий минет игрушке!» «Тебе идёт быть послушной!» «Поставь пробку и танцуй!» Я достала ящик. Мои инструменты. Пробка, виброяйцо, фаллоимитатор с рельефом, силиконовый плёт, чёрные наручники. Всё вымыто, свежее, холодное. Среди этих игрушек была та самая — его. Я посмотрела на неё… и отложила в сторону. Он снова написал. В приват. Я видела, как мигнул значок: — Ты не придешь. Я знал. Но ты всё равно делаешь это — для меня. Я проигнорировала. Он начал слать чаевые. 300$. Потом 500. Потом 1000. Я продолжала читать других. — Хочу, чтобы ты глубоко посадила на себя фаллос. Медленно. Глазами в камеру. Я выполнила. Сжимая зубы, опускаясь на игрушку. Жестко. Глубоко. Я стонала. Чат обезумел. И вдруг появился новый ник: Watcher_0x Он прислал 5000. Одним платежом. Без слов. Я слегка присела ближе к экрану, разглядывая кругленькую сумму. Затем: — Раздвинь ноги. Поставь виброяйцо. Не включай пока. Только засунь. И скажи: «Покажи, как мной управлять.» Я застыла. — «Хорошо…» — прошептала я. Облокотилась на подушку, вставила яйцо. Оно глубоко, чуть холодит. Тепло быстро распространяется, пульсирует даже без вибрации. Я посмотрела прямо в камеру: — Покажи, как мной управлять. Малек снова написал. — Остановись. Ты не знаешь, кто он. Я не ответила. Watcher_0x прислал новое задание: — Наручники. За спину. И сядь верхом на подушку. Двигайся. Медленно. До оргазма. Только бедра — никакой помощи рук. Я сделала. Пальцы скованы — это возбуждает вдвойне. Трение — идеальное. Подушка влажнеет подо мной. Я скользила, тяжело дыша. Щёки пылали. Грудь сжалась. Глаза затуманились. — Ты послушная, да? — спросила я в пустоту, не зная, к кому обращаюсь. Может, к Малеку. Может, к новому. Может… к себе самой. Чат забыл про всё остальное. Только Watcher_0x слал команды. Только он вел меня к краю. Я сорвалась с него. Крик. Судорога. Оргазм медленный, накрывающий, горячий, как воск на коже. Тело вибрировало. И снова сообщение. От него. От Малека. — Прячешься. Но я тебя найду. А этот — он хочет не тебя. Он хочет сломать. Разве ты не чувствуешь? Ты только моя! Я закрыла стрим. Сидела одна. Голая. Вся в следах от игры. Окно в комнате распахнуто. Прохлада вечера бьёт по коже. А внутри — страх. Не перед игрушками. Не перед зрителями. Перед тем, что, возможно, уже поздно вернуть контроль. И Малек знал, что кто-то ещё начал играть ею всерьёз.

***

День начался сухо. Невкусный кофе, дождь за окном. Ранее я получала максиму по 20$ за задания, но теперь двое борются за моё внимание, за возможность овладеть мной, хоть и через экран. Коробка от новенького пришла вечером. Вечно мне присылали новые вещички для развлечения. Не с подписью. Не с именем. Только маленький белый лист: «Сегодня ты будешь моей полностью.» — W.» Я открыла коробку. Маска — плотная, закрывающая глаза и лоб, как из театра боли. Наручники из тёмной кожи, с шипами. Плеть. И что-то новое — металлическое виброяйцо с острым, нервным блеском. Я почувствовала, как внутри сжалось. Кто-то контролирует сценарий. И этот кто-то — не Малек. Телефон загорелся через минуту. Синнер. Он знал. Возможно следил. — Получила? — коротко. Я не ответила. — От кого? — Малек начал мне написывать. — Новый зритель, — отправила я. Он моментально: — Ты серьёзно, Одри? — Это просто игра. — Нет. Это — предательство. Ты сливаешься на камеру для ублюдка, который даже имени не называет? Ты позволяешь ему командовать телом, которое МОЁ? Я набрала текст: — Мы не вместе, Малек. Я могу делать, что хочу. И делаю то, что делала до тебя. Тебе какое дело? Он резко: — Ты можешь трахаться на камеру для кого угодно, да? Но когда я зову тебя, ты не приходишь. Когда я хочу видеть твои глаза без фильтра — ты прячешься. А тут надела маску и дала себя ломать. Красиво, Одри. Прямо в мою ебаную душу. Я почувствовала, как что-то кольнуло в животе. От боли. И от… предвкушения. Он ревнует? Я написала: — Что тебе вообще нужно? — Простое. Ты становишься на колени, без камеры. Смотришь мне в глаза. И дрожишь — не потому что играешь, а потому что реально моя. Не перед анонимами, не за донаты. А перед мной. Я резко выключила экран. Не смогла ничего ответить. Пошла на кухню за новой порцией кофе. Я… хотела его. Но не могла позволить ему победить.

***

Запустила стрим. На мне — тонкое чёрное боди, ничего под ним. Маску не надела, но чокер — да. Чат завёлся сразу: «Она вернулась!» «Сегодня будет шоу!» «Новый уровень — кто он?» Watcher_0x сразу прислал 6000. Задание: — Закрепи наручники. Введи яйцо. Скажи в камеру: «Я не принадлежу себе. Сегодня мной владеет он.» Пальцы дрожали, но я сделала. Холод металла вошёл внутрь. Щелчок — наручники сомкнулись. Я смотрела в объектив, и с горящими глазами прошептала: — Я… не принадлежу себе. Сегодня мной владеет он. На экране — реакции, сердечки, деньги. Восторг. Но ещё одно окно всплыло: Малек: — Ты серьёзно сейчас это сказала? Ты ебешься с анонимом, а потом притворяешься, что хочешь быть покорной? Ты — моя, Одри. Даже когда раздвигаешь ноги не для меня — Ты всё равно МОЯ. Я уставилась на экран. Горло сжалось. Пробка внутри — начала вибрировать. Громко. Агрессивно. Watcher: — Двигайся. Покажи ему, кому ты отдаёшь себя на самом деле. Мне показалось, что они ведут сейчас борьбу. Может они знакомы? Малек снова: — Продолжи, сучка. Давай. Сделай это. Хочу видеть, как ты прячешь свои настоящие стоны за маской. Хочу видеть, как ты слезаешь с него и всё равно плачешь по мне. Я вскрикнула. Не сдержалась. Пробка ударила током удовольствия, живот сжался. Я терлась о кровать, наручники звенели, глаза затуманились. Чат: «Это лучший стрим!» «Она УЛЕТАЕТ!» «Кто этот W?» «GreyWolf с ума сходит в чате» Малек написал лично: — Ты хочешь, чтобы я пришёл и забрал тебя за волосы прямо сейчас? Хочешь, чтобы я вырвал из тебя эту сраную пробку и показал, как должно быть? Ты думаешь, он тебя держит? Одри, детка… он играет. А я — беру. Я игнорировала его, отрабатывала полученные деньги от незнакомых смотрителей. В квартире пахло мятным табаком и чаем, оставшимся остывать на подоконнике. Я сидела на полу в спальне — спиной к кровати, колени прижаты к груди, взгляд уткнулся в чёрный экран выключенного монитора. Свет тусклый: только настольная лампа, отражающаяся в стекле шкафа. В комнате тихо, но не по-настоящему. Тишина, которая гудит — как перед бурей. На мне длинная, растянутая футболка. Без трусов. Волосы растрёпаны, взгляд — тяжёлый, уставший. В ящике — маска, виброяйцо, чокер, вся эта чёртова сцена. Я не могу её выбросить. И не могу взять в руки. Я сама себе — и цирк, и зритель. Телефон загорелся. Watcher_0x: — Ты думаешь, что он тебя спасёт? Он не спасает. Я видел, как он с другими поступал. Ты у него будешь сотой, детка. В лучшем случае. — Ты кто, блядь? — Тот, кто был на его месте. Тот, кого он скинул. Тот, кто знает, как он хочет женщин — под видом контроля, якобы страсти. Но ты не игрушка. Ты будешь моей. Без крика. Без шоу. Я заберу тебя у него, как он забрал дорогое мне. — Что, мать твою, это значит?.. — прошептала я. Слово «сотая» сидело в груди, как игла. Я встала, прошлась по квартире. Тихие шаги босиком по деревянному полу. Кухня — бардак. Немытая кружка, открытка от доставки, коробка из под роллов. Всё как всегда, но невыносимо. Я включила воду в ванне. Холодную. Опустила руки в струю. Хотела отмыться от происходящего. Голову не отмыть, потому что не могла сейчас остыть. Мне надо было чувствовать. Телефон снова загорелся. Как они меня оба достали. Малек: — Ты молчишь. Значит читаешь. Ты всё поняла. Он не просто пидор. Это ублюдок, который пытался развалить мою компанию. Он засадил двух девчонок на таблетки, заставил стримить под веществами, а потом слил их видео. Думаешь, он тебя хочет? Он хочет ебнуть меня через тебя. Я стояла с мокрыми руками. Тело сжалось. Да почему мне вечно везёт на всяких кретинов? — Почему ты мне раньше об этом не сказал? — Потому что раньше я не знал, я надеялся, что ты не полезешь в грязь глубже, чем надо. А ты, блядь, нырнула с головой. — Я сама разберусь. — Да ты, не разберёшься, пока тебе не засунут правду в глотку. Он не зритель. Он охотник. Он не хочет тебя. Он хочет сломать то, что есть у меня. Я выронила телефон в раковину. Он заглох под водой. Я не плакала. Я дребезжала изнутри. Ночь.Я снова в спальне. Лежу на кровати, в тонкой сорочке. Всё тело чувствительное. Кажется, даже простыни больно касаются. На экране передо мной — пустой стрим. Я не включила камеру. Но чат активен. Watcher_0x пишет: — Он истерит, да? Этот хмырь не умеет делиться. И всегда орёт, когда чувствует, что теряет контроль. А ты... ты же хочешь, чтобы он смотрел, как ты стонешь по моей команде. Сделай это. Только для меня. Просто скажи мне голосом, что хочешь быть моей шлюшкой. И я покажу тебе, как на самом деле принадлежать. Каждый кто онлайн, видел его сообщение. Всем нравилось следить за перепалкой двух мужиков. А ещё больше нравилось, как я под их команды, вгоняю в себя очередной резиновый хер. Голос в голове — уже не мой. Он — тяжёлый, как грязь под ногтями. Как дым в лёгких. Как… желание, от которого мерзко. Телефон всё ещё гудит. Он снова пишет: — Скажи, как тебе нравится быть игрушкой врага. Тебе ведь плевать, кого он ненавидит, да? Лишь бы кто-то смотрел. Лишь бы кто-то платил. Я бросаю телефон о стену. Он падает. Экран трескается. Сама падаю рядом. Вся дрожу. Малек пишет лично: — Он тебя не трахнет. Использует. А потом скинет записи, как с теми. Я тебе не папочка. Я тебя не спасу. Но если ты выберешь его — я тебя убью. Я снова психую. Потому что знаю — он не врет. А вот кто смотрит на меня сейчас — это уже не игра. Это — капкан.