Часть 2

      Синий тигр сидел посреди комнаты, уставившись на девушек с таким глуповатым выражением морды, будто только что проснулся после десятилетней спячки и не мог понять, куда попал. Его огромные круглые глаза медленно переводились с одной девушки на другую, а пушистые уши время от времени подергивались — явно перегруженные новыми запахами и звуками.       Руми никогда раньше не приводила никого в свою комнату, и теперь тигр вел себя так, будто девушки посягали на его личное пространство. — Это Дёрби. Питомец Джину... — Руми сделала шаг вперед и провела ладонью по его лохматой макушке.       Из настороженного зверя он тут же превратился в этакую пушистую лепешку довольства. Глаза закатились, розовый язык высунулся из пасти, а из груди вырвалось что-то среднее между мурчанием, храпом и звуком заводимого мотоцикла.       Зои восторженно взвизгнула, рассматривая это очаровательное создание. И правда — несмотря на синюю шерсть, светящиеся полоски и размеры, больше подходящие для среднестатистического кресла, Дёрби вел себя точь-в-точь как обычный домашний кот. Мира склонила голову набок, изучая зверя. Питомец Джину? Насколько близкими они успели стать за такое короткое время? — Он передавал записки от Джину. — Сказала Руми, предвосхищая вопросы подруг. Да, он просто выполнял работу почтовой голубки. Зои замерла с открытым ртом. Мира медленно подняла бровь. — Записки. — Ну да... — Ты переписывалась с Джину?       Мира выглядела крайне обескураженной. Да, они многого не знали о том, что произошло между этими двумя. Но с такими подробностями состояние Руми становилось более объяснимым. Руми не стала отвечать. Ей было стыдно, что несмотря на то, с какой теплотой девочки восприняли правду о ней, она так и не смогла рассказать об этом.       Руми снова погладила мягкую шерстку, и тигр прикрыл глаза. Они оба знали, что это значит. Он искал утешения там, где боль была такой же, как у него. Где тоже тосковали по Джину. Зои вдруг плюхнулась на пол рядом с Дёрби и, недолго думая, запустила пальцы в его шерсть. — Он пушистый как облако! — Прошептала она с благоговением.       Мира покачала головой, но уголки ее губ дрогнули. Ну вот. Теперь у них в команде есть гигантский светящийся кот. Почему бы и нет? — Значит, записки... Что еще он умеет? — Мира наконец опустилась на корточки рядом с Дёрби, осторожно протянув руку. Ее пальцы едва коснулись сизой шерсти, и тигр тут же повернул голову, изучая новую чесальщицу оценивающим взглядом. Руми наблюдала за ними, чувствуя, как в груди теплеет. Сколько же всего этот пушистый чудик умел... — Обычно он провожал меня к Джину, — голос ее дрогнул на имени, но она продолжила. — Всегда мог его найти.       С восстановленным Хонмуном все изменилось. Врата между мирами запечатаны. Они даже не знали, возможно ли вообще такое путешествие... Что уж говорить про такие условия. Зои, тем временем, уже вовсю обдумывала план. — О, а может, он сможет найти кого-нибудь из Саджа бойс? — воскликнула она, хлопнув в ладоши. Дёрби вздрогнул от громкого звука.       Руми нахмурилась. Последняя их встреча с демонической бандой закончилась грандиозной дракой и всеобщим изгнанием... Но Зои уже разошлась: — Они же друзья Джину! Ну, в каком-то смысле... Ну, они точно его ценили! И если объяснить, что это ради него... — Ты предлагаешь попросить помощи у демонов, которые буквально клялись нас растерзать? — Мира медленно подняла бровь. — Нууу... — Зои замялась, — Может, они передумали?       Тишину нарушил Дёрби, который вдруг зевнул, обнажив клыки размером с кинжалы, и лениво перевернулся на спину, подставляя живот. Три пары рук тут же принялись поглаживать и почесывать мягкую шерстку, закручивающуюся на груди. Руми невольно улыбнулась. Да, это безумие. Но разве не безумием было все, через что они прошли? — Дёрби... — она присела рядом с ним, глядя в его светящиеся глаза. — Ты ведь можешь найти путь, да? Даже сейчас?       Тигр прищурился, потом медленно, с важным видом кивнул. — Он понимает нас! — Ахнула Зои, чем вызвала теплую улыбку подруг. Мира нежно растрепала ее волосы. — Значит... мы попробуем? — Дёрби в ответ бодро ткнул ее носом в плечо. — Да, Руми. Мы с тобой. — Мира и Зои переглянулись. Да, это они уже решили.       Было решено действовать обдуманно. Предупредить Бобби о несанкционированном отпуске, записать короткое видео для фанатов, собрать вещи и подготовить оружие. И только потом отправляться на поиски демонов, которые хоть как-то могут пролить свет на такую сложную ситуацию.       Конечно, они не были уверены, что демонический бойсбэнд может дать ответы на интересующие их вопросы. Но это может стать первым шагом. Контактом с демонами. А вот в том, что контактировать с ними придется много, они были убеждены.       Так или иначе, на сегодня девушки решили закончить и разойтись по своим комнатам. Руми наконец-то взобралась на кровать. Тигр последовал за ней, укладываясь ей под бок. Теплый, мурчащий комочек, который успокаивающе действовал на нее, был как всегда кстати.       Душа Джину в ее мече.       Сколько раз она призывала меч, изменившийся от влияния Джину. Сколько раз разговаривала с ним, как с человеком. Она рыдала, ругалась, просила прощения, шептала нежности, но все без толку. Никакой реакции. Не то чтобы она ожидала, что он ответит ей. Но ждала хоть чего-нибудь. Хоть какого-то изменения в энергии меча или в ее собственном состоянии. Но в ответ пустота.       Мира быстро решила все вопросы с Бобби и концертами. Стрим с фанатами тоже был проведен. Неудивительно, но одним из самых популярных вопросов был о Саджа Бойс. Не знают ли Хантрикс, куда они пропали, и не хотят ли продолжить с ними сотрудничать. Кажется, те немногие совместные мероприятия оставили свой след в сердцах зрителей. Кто знает, может, повернись все иначе... — Итак. Кого именно мы собираемся искать? — Мира развалилась на диване, мелодично постукивая ногтями по подлокотнику. Они были готовы. Но сумки в углу комнаты выглядели подозрительно объемными для простого путешествия. — Мистери! — Воскликнула Зои, вскочив с кресла. Но быстро вернулась на место, став мишенью для взглядов подруг. — А что? Почему нет?       И правда, почему нет. У них все равно не было более подходящего варианта. Да и Мистери не был таким уж плохим вариантом. Они с Зои, кажется, поладили. Руми села на пол напротив тигра, поймав его взгляд. В последних лучах заката его шерсть переливалась неестественным синим свечением, а клыки отбрасывали длинные тени на пол. Он выглядел как живое воплощение границы между мирами. — Дёрпи, ты не мог бы пожалуйста найти Мистери?       Тигр замер. Его зрачки расширились, став почти чёрными, а дыхание замедлилось настолько, что казалось — он вообще перестал дышать. Воздух вокруг вдруг стал густым, наполненным статикой, от которой защёкотало кожу. И тогда он исчез. Не убежал – именно растворился в воздухе, оставив после себя лишь лёгкое синее марево и ощущение, будто пространство на мгновение надорвалось. Может, ему просто нужно немного времени?       И вдруг — мохнатая голова появилась из ниоткуда прямо за балконной перегородкой. Дёрби смотрел на них с тем особенным выражением недоумения от ожидания. Его шерсть ещё пульсировала странным светом, а из-за спины доносилось лёгкое дрожание воздуха, будто где-то рядом висел невидимый проход в иное измерение.       Руми первой сделала шаг вперёд, ощущая, как волосы на руках встают дыбом от близости чего-то нездешнего. За ней, стараясь не отставать, двинулись остальные.       Дёрби двигался стремительно и беззвучно – его синеватая шерсть сливалась с темнотой, оставляя за собой лишь мимолётный светящийся шлейф. Он преодолевал расстояния огромными прыжками, взмывая над крышами домов, где его лапы едва касались черепицы, прежде чем он снова отталкивался вперёд.       Девушки следовали за ним, их силуэты мелькали среди городских теней. Годы тренировок превратили их движения в отточенный механизм – они перепрыгивали через заборы, взбегали по пожарным лестницам и приземлялись на асфальт с кошачьей грацией. Даже увесистые сумки за спинами не мешали им сохранять головокружительную скорость. Городские огни вскоре остались позади, уступив место бескрайнему звёздному небу. Они мчались через поля, где высокая трава шуршала под ногами, а в воздухе витал терпкий запах полыни. Луна, круглая и холодная, освещала их путь, отбрасывая длинные тени на землю.       И вдруг пейзаж резко изменился. Перед девушками раскинулась каменистая пустошь, будто вырванная из другого времени. Огромные валуны, некоторые высотой в два человеческих роста, были разбросаны по полю в хаотичном порядке, словно неведомая сила швырнула их сюда в приступе ярости. Между ними ютились камни поменьше, уже успевшие обрасти мхом и лишайником, а кое-где из трещин в земле пробивались чахлые деревья, их искривлённые ветви тянулись к небу, словно моля о снисхождении. — Я не знала, что поблизости есть что-то подобное! — Руми замерла на краю этого странного места, её глаза расширились от изумления.       Зои медленно обошла ближайший валун, проводя ладонью по его шершавой поверхности. — Это похоже на... — она запнулась, не находя подходящего слова. — На поле битвы, — закончила за неё Мира, её голос прозвучал приглушённо в этой внезапной тишине.       Дёрби тем временем взобрался на один из самых высоких валунов, устроившись на его плоской вершине, словно страж, наблюдающий за своими подопечными. Камень стоял на небольшом возвышении, и под ним зияло тёмное пространство – узкий проход, почти незаметный с первого взгляда.       Но девушки были слишком увлечены осмотром этого загадочного места. Зои присела у основания одного из камней, разглядывая причудливые узоры на его поверхности. — Смотрите, это же не просто трещины, — она провела пальцем по глубокой борозде. — Это похоже на...       Руми подошла ближе, её дыхание участилось. — Это похоже на демонические узоры.       На отметины короля демонов Гви-Ма, с помощью которых он контролировал своих подчиненных. Но обычно они были только на живых существах, ведь так? Почему они здесь? Что это вообще за место такое?       Дёрби издал протяжный вздох. Его глаза, светящиеся в темноте, были полны молчаливого ожидания. Наконец Руми подняла голову и встретилась с его взглядом. — Дёрби... — её голос дрогнул, — ты привёл нас сюда не просто так, да?       Тигр медленно моргнул, поочередно каждым глазом, затем спрыгнул с валуна и подошёл к тому самому тёмному проходу под камнем. Он оглянулся на них, призывая идти.       Пространство под камнем оказалось тесным и душным, пахнущим сырой землей и чем-то древним, забытым. Дёрби, прижав уши, с трудом протиснул свою крупную голову в узкий проход, его плечи задевали влажные стены, оставляя на шерсти темные полосы. Но то, что для тигра было неудобным, для девушек оказалось вполне проходимым. Они проползли следом, ощущая, как холодная земля цепляется за их одежду, как корни растений щекочут открытые участки кожи.       Когда тоннель наконец расширился, Руми первой выпрямилась во весь рост. Темнота здесь была абсолютной, густой, почти осязаемой. Она зажмурилась, давая глазам привыкнуть, и вдруг различила в углублении стены слабый отблеск — восковые свечи, покрытые толстым слоем пыли, но все еще пригодные. Ее пальцы дрожали, когда она чиркнула зажигалкой, и пламя ожило, затанцевав на фитилях, отбрасывая неровные тени на стены.       Свет рассеял тьму, и пещера предстала перед ними во всей своей мрачной красе. Это была не просто пещера – это была гробница. Воздух здесь был тяжелым, наполненным ароматами старых благовоний и влажного камня. Руми опустилась на колени, ее дыхание стало частым, поверхностным. В углублениях стен стояли курильницы, их металл позеленел от времени, а внутри застыли остатки ароматических смол. Кто-то приходил сюда. Кто-то помнил.       И тогда она увидела ее. Фотографию. Обычную, в простой деревянной рамке, но покрытую таким слоем пыли, что изображение казалось размытым пятном. Руми потянулась к ней, ее пальцы дрожали так сильно, что она едва не уронила рамку. Грубым движением руки она стерла пыль, и постепенно, словно проявляясь в проявителе, из небытия возникли два лица.       Мужчина и женщина. Они стояли близко друг к другу, их руки были сплетены. Мужчина улыбался, но даже на пожелтевшей фотографии было видно — он не был человеком. Демонические узоры проступали на его шее. Его руки темнели к запястью, и были видны длинные острые когти. Женщина была человеком. Ее улыбка была теплой, живой, счастливой, а глаза... Глаза были точь-в-точь как у Руми. — Руми, — голос Миры прозвучал хрипло, будто сквозь спазм в горле. Она нервно теребила прядь волос, ее глаза метались от фотографии к подруге и обратно. — Это... это твоя мама?