Глава 6: Метка под сердцем

“Иногда величие не в том, чтобы подняться, а в том, чтобы не пасть, даже когда весь мир давит на живот.” — Катарина ⸻ Хогвартс. Подземная Купальня для Тёмных ритуалов Вода была чёрной. Маслянистой. Глубокой, как шепот под кожей. Северус сидел на краю, босиком, рука спущена в гладь. Рядом — Катарина, её тело покрыто полупрозрачным халатом, длинные тёмные волосы каскадом ложатся на плечи. — Этот ритуал, — проговорил он, не глядя на неё, — будет последним, если ты оступишься. — Я не оступлюсь, — мягко ответила она. — Даже если он прикажет убить меня? Пауза. Только дыхание и капли воды с её пальцев. — Тогда ты умрёшь… как свободный человек. Но я не дам тебе умереть. Он повернулся. Его лицо — не как у Пожирателя. Как у мужчины, уставшего от войны. — Я люблю тебя, — сказал он. — Я знаю. Она подошла ближе. Развязала халат и вошла в воду. Тело её дрожало не от холода. Ребёнок шевельнулся — Катарина приложила ладонь. — Он слышит. Слышит, когда ты злишься. — Пусть слышит. Ему жить в этом аду. — Нет, — она прижалась к его груди. — Ему жить в нашем доме, Северус. Даже если этот дом — среди руин. Он не выдержал. Целовал её медленно. Пальцы скользили по спине, касались бёдер, живота. Вода закрывала их, как завеса. Волшебная. Живая. Их тела сливались, как заклинания. Она скользила на нём, дышала коротко, прерывисто. Он держал её крепко, но нежно. Грудь её касалась его плеч, руки сжимали его волосы. Она стонала, как будто мир рушился — и рождался одновременно. Когда всё стихло — они остались в воде, обнявшись. Он впервые не ушёл. Он остался с ней до утра. ⸻ Утро. Лаборатория. Отравление Пандора Нотт принесла зелёный чай. Катарина пила. Вкус был резкий. Незнакомый. Через три минуты — дрожь. — Северус… Он обернулся. Она хваталась за живот. Кожа побледнела. Вены вспыхнули тьмой. Он подбежал, ловя её, когда она падала. — Пандора, уходи! Сейчас же! — Я не знала! Я… я думала это для Лестрейндж! — ВОН! Северус поднял Катарину на руки. Пульс неровный. Ребёнок внутри бился, как пойманная птица. Он шептал заклятия, зелья, тексты на древнем языке. — “Только не сейчас… только не он…” — “Останься. Катя. Чёрт возьми — останься!” ⸻ Вечер. Она очнулась. Он сидел у изголовья. Усталый. Лоб опирался о её руку. Он не спал сутки. Она провела пальцами по его волосам. — Северус… Он вскинулся. Жив. Она — жива. — Ты… ты потеряла сознание. — А он? Он положил ладонь на её живот. Там — тёплый толчок. Мягкий. Он кивнул. — Он всё ещё с нами. Она прошептала: — Кто? Он сжал челюсть. — Мы найдем. Я обещаю. За дверью стоял Люциус. Он смотрел на следы проклятия, оставленного ядом на стенах. И прошептал: — Они посмеют тронуть её ещё раз — и я сам уничтожу этот двор. Он был не союзником. Но был мужчиной, знавшим цену женщине, что носит наследника силы.