Глава II Это игрушки?
21 февраля 2025, 15:35————————————————————————————————————————————————————————————
Любая из станций, любая из станций - это научно-исследовательский центр «Черная Меза», нас оккупируют... Черт, я не знаю, чтобы поверить в это, вам придется увидеть это своими глазами. Мы запрашиваем срочную военную поддержку!» - передают с Черной Мезы на ближайшую базу HECU.
————————————————————————————————————————————————————————————***
Playtime Co/ 7 августа/ 1995/ за 1 день до событий "Часа радости"/ Комната для персонала Playhouse № 3/ от третьего лица
Кролик Банзо подпрыгнул в воздух, ловко поймав несколько брошенных ему шариков с мармеладом, и принялся поглощать их с такой скоростью, что это могло бы смутить даже белку. — «Он мой любимец», — говорит Лоуренс, расслабленно устроившийся в мягком кресле. Удовлетворённо вздохнув, он бросил Банзо ещё несколько шариков жевательной резинки. — «Я прихожу сюда каждый удобный случай, чтобы побыть с маленьким гремлином. Даже не подозревал, что он обожает сладости!» Лоуренс продолжал наблюдать, как Банзо аккуратно поедает большую часть жвачек, брошенных в него. — «Это замечательно, что люди приходят сюда ради него и таких, как он. Особенно дети. Он настолько с ними ладит, что сам мог бы быть одним из них». — «Знаете, всякий раз, когда я вижу, как он скачет по коридору или играет с детьми, моё настроение сразу поднимается», — раздался новый голос, принадлежащий доктору Лоре. Легкий смех вырвался у неё, когда Банзо взглянул на неё перед тем, как она бросила в него несколько своих конфет. «Этот парень — самая здоровая игрушка, о которой я рассказываю своим друзьям вне работы. Уже много лет я буквально одержима им!» — добавила она, поправив очки. — «Как давно вы здесь работаете, док?» — спросил Лоуренс, сняв свою кепку охранника Clerance 1 и забросив её, словно фрисби, чем вызвал бурную реакцию у Банзо, который с азартом ринулся за ней. — «Около четырёх лет. Через месяц будет пять. Могу сказать, что теперь я настоящий профессионал», — гордо ответила она, пока Лоуренс вновь перевёл взгляд на неё, отрываясь от наблюдения за Банзо. — «Так долго работали врачом?» — «Нет, я начинала как детская медсестра в Playcare, а потом перешла на должность обычного педиатра в Playtime Co. Ответственная работа, знаете ли… Особенно когда игрушки начинают грубить сиротам и порой наносят травмы. Как правило, с такими случаями разбирается служба безопасности. Ну, точнее, Clerance 2. А вы, похоже, застряли в детском саду», — добавила она с лёгкой улыбкой, отвечая на его вопрос. —«И что же в этом печального? Здесь ведь классно! Я хочу сказать, что повышение, конечно, приятно, но только если позволяет больше времени проводить с детьми. Многие сотрудники службы безопасности второго, третьего и четвёртого классов, которых я встречал, выглядят так, будто всю жизнь провели на войне. Да и ребята из отдела доставки и транспортировки тоже особо не радуются. В конце концов, разве не забота о детях — основной принцип нашей компании? Я вот думаю, что последние, кого стоит ставить на охрану детей, — это мрачные типы. Нужно больше веселья и общения!»— продолжал Лоуренс, театрально жестикулируя, пока вдруг не почувствовал, как кто-то тянет его за штанину. Взглянув вниз, он увидел Банзо, смотрящего на него с надеждой. — «Хочешь ещё конфет, малыш?» Бунзо энергично закивал, и Лоуренс радостно подбросил в воздух ещё несколько шариков жвачки, которыми тот тут же занялся. — «Кстати, насчёт продвижения по карьерной лестнице... Я слышала, что Playtime Co планирует новую рекламную кампанию после крупного инцидента на нижних уровнях Playcare. Возможно, удастся подыскать себе уютное местечко среди учёных и получить дополнительные бонусы», — мечтательно заметила Лаура. — «Да уж, повезло бы, если бы ты действительно смогла стать учёным! Честно говоря, не совсем понимаю, как педиатр превращается в учёного, возвращающего к жизни таких малышей, как этот, но, может, тебе и правда повезёт!» — сказал Лоуренс, глядя, как Банзо заканчивает своё пиршество с разбросанными вокруг шариками жвачки. — «Знаешь, мне любопытно, как им удаётся оживлять этих ребят и наделять их такой индивидуальностью», — задумчиво произнёс Лоуренс. — «Если тебя реально повысят, сможешь меня порекомендовать на должность личного телохранителя этого малыша?» — шутливо добавил он, посмеиваясь. — «Договорились! Если получу повышение, обязательно тебя порекомендую. Всё-таки мы друзья. Хотя, знаешь, серьёзно рискую потерять работу, если начну выдавать секреты компании простому охраннику Clerance 1», — с усмешкой ответила Лаура. Лоуренс лишь хмыкнул в ответ. Тут открылась служебная дверь, и в комнату вошёл знакомый Лоре человек — суровый мужчина с густыми усами. —«Привет, Рич! Не думала, что ты заглянешь», — воскликнула она с озорной улыбкой. Рич тяжело вздохнул. — «Не собирался, пока твоя болтовня про этого парня не начала раздражать остальных сотрудников. Решил лично взглянуть на твоего Банзо»,— ответил он с едва скрываемым недовольством. — «Ну как же мне не хвалить его? Это же самое очаровательное существо на свете!» — сказала Лаура, бережно взяв Банзо на руки и демонстрируя его Ричу во всём великолепии: жёлтый кролик в зелёных штанишках выглядел невероятно мило. Хотя лицо Бунзо оставалось неподвижным, в его глазах читалась растерянность. — «Придётся навещать его почаще, раз уж всё равно приходится приглядывать за остальными. Только бы они не натворили дел — иначе вся ответственность ляжет на меня из-за этой дурацкой политики Playtime Co.»— проворчал Рич, протянув руку и неуверенно погладив кролика по голове. — «Ой, прости, забыла представить тебя нашему новому охраннику. Рич, это Лоуренс, Лоуренс — Рич»,— поспешила вмешаться Лаура. — «Рад познакомиться, парень»,— дружелюбно кивнул Рич, подходя к Лоуренсу и крепко пожимая ему руку. Охранник еле сдержал гримасу от столь крепкого рукопожатия. — «И я рад встрече, сэр»,— пробубнил Лоуренс, стараясь освободить свою слегка пострадавшую кисть. — «Лучше отпусти Банзо, а то ему явно некомфортно»,— заметил Рич, видя, как кролик извивается в руках Лауры. Девушка послушно поставила его на пол, и тот моментально выбежал из комнаты, оставив троих собеседников одних. — «Вот почему нельзя держать игрушки надолго. Они пугаются»,— раздражённо бросил Рич. — «Простите», — смущённо пролепетала Лаура, вызвав у Лоуренса невольный смешок.***
Playtime CO/ 8 августа/ 1995/ Час радости/ Playcare/ Киккин Чикен от первого лица
—«Твари приближаются!»— крикнул один из охранников Playtime Co. Я спрятался в одном из домиков в Playcare. Господи, зачем всё это происходит? За окном я видел множество тел. Я расстался со своими друзьями... ну, большинство из них. Крафти Корн всё ещё была со мной. Ей приходилось нелегко. Она плакала. Много плакала. Я должен был быть сильным. Ради неё. Это лучшее, что я могу сделать сейчас. Найти остальных придётся позже, когда всё успокоится.БАХ!
БАХ!
БАХ!
Охранник выпустил заряд из дробовика прямо в одного из Хагги-Вагги. Кажется, тот был зелёным. Пуля на миг отбросила его назад, но вскоре он протянул руку и схватился охраника. О боже... Он начал пожирать его... Кровь. Так много крови. Всё это происходило прямо у меня на глазах... Я услышал стук в дверь. Подбежав я увидел кровавый отпечаток ладони на дверном стекле. Я заглянул внутрь. Один из сотрудников был заживо съеден маленькими зверьками. Если бы меня могло тошнить, я бы точно это сделал. — «Я слышу, как они зовут меня, Киккин. Слышу их голоса... Их крики...», — прохрипела Крафти Корн, свернувшись рядом со мной. —«Сделай так, чтобы этот шум прекратился!» — «Всё будет хорошо... Надеюсь»,— прошептал я, пытаясь её утешить. Мы всего лишь дети... Как нам вообще справиться с этим кошмаром? Я сел рядом с ней. До сих пор слышались выстрелы. Сотрудники были плохими людьми... Но если мы устроим настоящую бойню, станем только хуже чем они. Не знаю, что делать... Что мне делать. Я должен быть роком группы... Весельчаком... Вот кем меня сделали сотрудники. Но где ДогДей? Его здесь нет... — «Киккин... Смотри!»— хриплым голосом позвала Крафти. Её голос дрожал. Я посмотрел туда, куда она указывала копытцем. Там... В гостиной нашего домика в Playcare начало формироваться большое зелёное облако. Внутри облака я заметила маленькое отверстие. Что это? Я осторожно подошёл ближе. — «Будь осторожнее», — донеслось откуда-то сзади. Это была Крафти. — «Эй, доверься мне, Крафти. Я справлюсь. Пойдёшь со мной? Думаю, будет круче, если мы сделаем это вместе», — предложил я, обернувшись к ней. — «Ты уверен?» — «Ага... Никогда раньше не пробовал ничего подобного. Может, это ведёт наружу? Мы ведь никогда не бывали на поверхности... Может, там настоящий мир...» — мои мысли звучали тревожно. «Пожалуйста, пусть всё получится...» Она кивнула и взяла меня за руку. —«Я пойду первым, следуй за мной»,— сказал я, криво улыбнувшись. Меня вдруг потянуло в туалет. Я выдохнул и приготовился войти в странное облако. Следом шла Крафти. Мир закружился. Голова пошла кругом, и вдруг мы вылетели наружу, ударившись о стену. — «О-оу-х», — простонал я. — «Ты в порядке, Киккин?» — услышал я голос Крафти, которая приземлилась менее болезненно. — «Да, просто ушибся», — прокашлялся я. Мы осмотрелись. Место, куда мы попали, совсем не походило на привычный Playtime Co. Я заметил плакат на стене, в которую врезался: «Сотрудники Черной Мезы несут ответственность за контроль радиационных материалов в нижних секторах H-D. Мы заботимся о безопасности каждого сотрудника. Вы находитесь на уровне 3, сектор A.» «Чёрная Меза...» Никогда не слышал, чтобы это была часть Playtime Co... Потому что это не так. — «Киккин... Где мы?» — взволнованно спросила Крафти. Залы Черной Мезы отличались от ярких игровых помещений. Они были серыми, металлическими, и время от времени попадались плакаты, посвящённые безопасности. — «Не знаю, Крафти... Совсем не знаю»,— тихо признался я.***
Playtime CO/ 8 августа/ 1995/ Час радости/ PlayHouse/ От первого лица Банзо
— «Выходи, Банзо... Я знаю, что ты здесь. Твоя мама хочет, чтобы ты сыграл с нами пару игр», — звонким голосом позвала длинноногая мамочка, заливаясь громким смехом. Я спрятался за одной из горок на детской площадке, прислушиваясь к шагам длинноногой, ищущих меня. Я уже видел, что она сделала с теми, кто попался ей на глаза. Не собираюсь заканчивать так же. Ни за что. Стараюсь не скатиться с горки и остаться незамеченной. Если бы я упал, то оказался бы на виду, и мамочка бы нашла меня. Я делаю глубокий вдох, пытаясь успокоиться. «Ты просто должна продержаться дольше её. В конце концов, ей это надоест»,— повторяю я себе. Но тут моя нога скользит, и я начинаю медленно съезжать вниз. «Нет, нет, нет!»— мысленно кричу я, тщетно цепляясь за выступы, чтобы удержать равновесие. Всё кончено. Это конец. Теперь она найдёт меня и разорвёт на куски или сделает моей участью играть роль марионетки в её безумных играх. Всё... кончено...ХЛОП!
Зелёное облачко окутало выход с горки, и я, вскрикнув «У-А-Г-Г-Х-Х-Х!!!», пролетев сквозь него. Меня выбросило, как пулю, и я скользнул по кафельному полу, больно царапая лицо. «О-о-о...» — пытаюсь приподняться и осмотреться. Передо мной стоял мужчина в синей форме и каске, который смотрел на меня сверху вниз с недоумённым выражением лица. «Охранник... Playtime CO», — мелькает мысль. На нём не обычная форма, но он наверняка один из тех, кто слежит в тюрьме. Меня вернут обратно в клетку. Он заберёт меня и накажет за попытку сбежать... — «Ах, какая прелесть!» Стоп... Что?!***
Черная Меса/ 16 мая/ 2001/ 5 минут с момента Каскадного Резонанса/ Взгляд Барни Калхауна
— «Чёртов идиотский лифт, почему ты не работаешь?» — ворчу я себе под нос. Вот тебе и долгожданный обеденный перерыв. Руководство решило, что я — идеальный кандидат для проверки неисправной панели лифта. Неужели у них нет, чёрт возьми, нормальных ремонтников? Почему я вынужден заниматься их работой? Впрочем, особого смысла искать рациональное объяснение в действиях секретного правительственного объекта ждать не приходится. Зато плюсы очевидны. Свет внезапно начинает мерцать, затем гаснет и снова вспыхивает. — «Вы, наверное, шутите!»— восклицаю я вслух. Подобные отключения электричества случались здесь из-за спектрометра. Этот прибор регулярно вытягивал столько энергии, что едва не вырубал электричество на всём объекте. Последнее, что мне хотелось бы, — это работать в полной темноте. Забыл прихватить с собой фонарь на смену. ВА-А-Г-Г-Х! ООО-О-Ф! Кто-то позади меня издаёт странные звуки. Клянусь, если это очередной неуклюжий учёный, поскользнувшийся на собственных шнурках… За моей спиной — жёлтый пушистый кролик, лицом уткнувшийся в пол. Выглядит чертовски очаровательно. Такое существо запросто может стать новым талисманом Черной Мезы, без всяких возражений. Надо срочно показать его ребятам. За кроликом висит нечто похожее на зелёное облако — видимо, портал. Судя по всему, именно из него только что выпал наш пушистый гость. Кролик встаёт и смотрит на меня. Никаких эмоций на его морде, но зато какие милые острые зубки! Интересно, насколько они острые на самом деле? Вероятно, весьма. Я не могу удержаться от восхищённого восклицания: — «О-о-о, какая прелесть!» Приседаю на корточки и начинаю гладить кролика по голове. Он нерешительно прижимается ко мне. Нажимаю на рацию, закреплённую на жилетке: — «Ребята, вы не поверите, что я нашёл возле лифта С. Не могу точно сказать, что это такое, но вам точно стоит подойти и взглянуть!» По радио раздается дружный хор голосов: — «Уже бежим, Барни!» Покажу сначала друзьям, а потом обязательно представлю его остальной охране. Этот зверёк явно привязывается ко мне, поэтому я продолжаю его гладить. — «Если ты понимаешь меня, малыш, то знай: ты попал в Чёрную Мезу. Тут мы занимаемся крутыми вещами вроде телепортов и прочего», — обращаюсь я к кролику, который с интересом изучает меня. — «А как тебе идея стать нашим талисманом?» — улыбаюсь я, глядя на пушистика.***
Playtime Co/ 8 августа/ 1995/ 1 час с начала "часа радости" и 10 минут с момента возникновения Каскадного Резонанса/ PlayHouse Гордон Фримен от первого лица
Я открываю глаза. Слава богу, мой костюм сумел защитить меня от того, что в него попало. Оглядываюсь вокруг — везде тела. Очень много тел. Определённо, я не в комнате с антимасс-спектрометром. Телепортировался невесть куда. Неужто поломка спектрометра оказалась настолько серьёзной, что убила большую часть персонала? Боже мой, мои коллеги... Возможно, они мертвы... Посмотрел налево и заметил плакат. На нём изображено пушистое голубое существо с надписью: «Помни, что рядом с тобой всегда есть взрослый, которому ты доверяешь». А над ними крупными буквами: «Правила Playtime Co». Playtime Co? Что за хрень?! Протёр бы глаза, да шлем мешает. Зато костюм для работы в опасных условиях, похоже, цел. Ещё один плюс. Теперь бы оружие раздобыть... Эти тела красноречиво намекают: тут что-то случилось. Неужели я попал в разгар какой-то террористической атаки? У некоторых из них конечности изувечены, словно их сбросили с большой высоты. Тут я заметил нечто странное. Оно буквально зовёт меня. В руках одного из мёртвых — лом. Поднимаюсь и приближаюсь к телу. Видимо, этот человек пытался защититься. Но теперь инструмент ему уже ни к чему. Мужчина одет в обычную одежду, явно не рабочую форму. Похоже, он был здесь гостем. Сомневаюсь, чтобы компания выдавала своим сотрудникам такую одежду. Наверняка, это кто-то из посетителей. Playtime Co., верно? Название звучит как что-то связанное с игрушками или развлекательным центром. Стоп. Этот мужчина, вероятно, был родителем. Получается, это своего рода парк аттракционов. И вот тогда до меня дошло. Глаза широко раскрылись, прежде чем я громко выругался: — Что за психопат посмел напасть на детский парк?! Я убью того, кто несет ответственность за эту бойню. Я хватаю лом — это немного, но сойдет. Меня тошнит, когда я прохожу мимо тел. В одной только этой комнате их, должно быть, сотни. Это похоже на огромную игровую площадку, превращенную в кошмарный ад. Я замечаю выход и осторожно продвигаюсь к нему. Передо мной раскрывается панорама: несколько близлежащих закрытых зданий, площадь с железнодорожной станцией и поездом в центре. Конечно, среди этих объектов есть и другие. Playtime Co, должно быть, была забита до отказа таким большим крытым парком. Я поднимаю взгляд и вижу над собой вывеску. Отхожу на несколько шагов назад, чтобы получше разглядеть её. Хорошо, это должно помочь — мне нужны инструкции. "В данный момент вы находитесь на игровой станции Playtime Co,"— гласят крупные буквы. Затем я замечаю маленькие стрелки, такие же, как на указателях направления движения в любом аэропорту или парке развлечений. Итак, я только что вышел из Playhouse, — думаю я, указывая правой рукой в направлении большой палатки, которая выглядит странно знакомой. Впереди находится железнодорожная станция с поездом, который, возможно, ведет Бог знает куда. Я должен проверить, есть ли на вокзале карта, показывающая, насколько велико это место. Снова взглянув на вывеску, я замечаю надпись слева от себя: "Поймай Вагги" — что бы это ни значило, — а справа: "Playhouse", откуда я только что вышел. Рядом с этим указано что-то вроде "музыкальная память". Я помню, как в детстве играл в подобные игры. Хорошие времена. Жаль, что эти воспоминания приходят ко мне в самых неподходящих обстоятельствах. Затем я вижу то, что искал: комнаты для персонала находятся за вокзалом. Я уверен, что там найдутся ключи или что-то ещё, что поможет мне получить доступ в другие части этого места. Если мне повезёт, я смогу не только найти выживших, но и получить чёткое представление о том, что здесь произошло. Надеюсь, я не натолкнусь на недоеденные трупы. Эта мысль преследует меня, вызывая мурашки по коже.***
Черная Меза/ 16 мая/ 2001/ 30 минут с момента Каскадного резонанса/ Смотровая площадка/ от лица доктора Исаака Кляйнера
Голова гудит, словно в огне. Дотрагиваюсь до лба — кожа липкая от крови. Что, чёрт возьми, стряслось? Сколько же я пролежал без сознания? По зданию завывают сигналы тревоги. Собрав последние силы, заставляю себя встать, цепляясь за край стола. Мышцы пронзает жгучая боль, пока я подтягиваюсь. Заметил неподалёку Розенберга. Он тоже без сознания. Неловко подхожу ближе. —Проснись!— кричу, пытаясь растолкать его. Глаза вдруг распахиваются, сначала полные страха, потом постепенно успокаиваясь. —Что случилось?— бормочет он. Но я уже знаю ответ. Никаких доказательств мне больше не надо. —Каскадный резонанс. Нам вообще не стоило слушать Брина. Нужно было оставить мощность на девяноста процентах, теперь комплекс имеет дело с бегающими вокруг перепуганными дикими животными Зен. Паника захлёстывает меня. Всё прошло ужасно неправильно. Надо срочно проверить другие камеры, оценить масштаб разрушений. В стене между наблюдательной комнатой и антимасс-спектрометром зияет огромная дыра. Сквозь неё виднеется зелёный портал прямо в центре повреждённого устройства. Доктор Фримен был там, когда всё началось. Проскользнул ли он через этот портал сам или его затянуло внутрь? Вопросов слишком много. — Розенберг, немедленно подключи остальные камеры по объекту! — прорычал я. — А я пригляжу за порталом! Розенберг молча кивнул и принялся лихорадочно вводить команды на единственном уцелевшем компьютере в комнате. Воздух пропах, как в перегретой духовке. «У нас есть несколько порталов по всему зданию. Это всё, что я вижу на этом этаже. Мне всё ещё нужно проверить камеры наблюдения, чтобы убедиться, что этот этаж безопасен… О боже, там, в коридоре, ведущем сюда, лежат трупы», — докладывает Розенберг, его голос слегка дрожит от напряжения. Просто замечательно,— думаю я про себя, внутренне скривившись от этой новости. Сарказм так и прёт из каждой мысли. Брин точно нас прикончит, если узнает об этом. Затем портал внизу замерцал, словно испытывая последние судороги перед исчезновением, прежде чем снова появиться на том же самом месте. «Возможно, Каскад ослабевает» — думаю я с проблеском надежды. Но странно: я не замечаю ни следа живой природы Зен. Обычно любой Каскадный Резонанс должен связать нас с Зеном. Что ж, это вселяет некоторую надежду. На самом деле мы даже не знаем наверняка, куда приведет Землю этот каскадный резонанс. В большинстве случаев это невозможно предугадать. Затем я замечаю, как портал начинает медленно гаснуть, его свет становится всё тусклее. Это красный туман? Нет, это не туман... Это газ! — Розенберг, нам нужно уходить прямо сейчас! — кричу я, голос дрожит от напряжения. — Что? — раздаётся его растерянный ответ. — Из большого портала выходит красный газ, и я совершенно не хочу быть рядом, чтобы узнать, что он способен сделать! Забудь о камерах наблюдения! Розенберг моментально приходит в движение, быстро хватая всё необходимое из разрушенного смотрового отсека. Когда мы собираемся открыть повреждённую раздвижную дверь — нашу единственную преграду для побега, — я слышу громкий, искажённый голос, прорезавший тишину: — Прототип... Спасёт нас…Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!