螳螂捕蝉，黄雀在后 — «Богомол ловит цикаду, а за ним уже охотится сорока.»
問天不如自問 — «Лучше спросить себя, чем спрашивать небо.»
«— Станет защищать Непревзойдённого Князя Демонов от мелких демонят?»
***
— Продолжаем. — хмуро сказал Фэн Синь. Ему до невозможности сильно хочется врезать этому мёртвому наглецу в красном, но пока он прекрасно помнит что такое играть в идиомы двадцать семь часов почти подряд.
— Вот так сразу? — улыбаясь спросила Яку.
— Да. — отчеканил Наньян.
— Пизда. — не задумываясь бросила девочка. Осознала она это лишь в тот момент, когда малость опешивший генерал выдохнул:
— Чего?
— Ничего. — быстро похлопала глазами сама невинность, слегка трясясь. Чуть погодя, наружу всё же вырвался негромкий смех. — Юаньхэн, пожалуйста...
— «Глава 15. Одежды, что краснее клёнов, кожа, что белее снега. Часть третья
Группа призраков медленно двигалась им навстречу. Судя по тюремным одеждам, это были духи казнённых преступников. В руках все они несли отрубленные головы, и головы эти болтали без умолку.»
— Какое... захватывающее дух зрелище. — задумчиво пробормотал Се Лянь, слегка склонив голову на бок. Не сказать, что в его тоне звучал хоть намёк на испуг, или что в голосе проскальзывало отвращение. Скорее наоборот, отчётливо было слышно ни чем не прикрытое воодушевление.
— Почему? — вскинул брови Ши Циньсюань.
— А часто вам встречается компания обезглавленных преступников? — в ответ вопросил принц, неопределённо махнув рукой.
— ...Справедливо. — заторможено кивнул Циньсюань.
— «Се Лянь шёпотом велел своим спутникам:
— Когда они приблизятся, не издавайте ни звука.
Сань Лан склонил голову набок:
— Ого, гэгэ, а ты не так-то прост...»
«— Как будто ты этого и так не знал.» — мысленно закатил глаза Хэ Сюань.
«— Актёр без оскара номер два!» — всё продолжала смеяться Яку.
— «В его голосе слышался неподдельный интерес, но Се Лянь только отмахнулся:
— Ничего особенного — так, пара фокусов. Пока мы скрыты от них, но, когда подойдут ближе, это может не сработать.»
«— Это по-вашему “ничего особенно”, “пара фокусов”?» — саркастично поднял бровь Пэй Мин.
— «Старый возница в изумлении вытаращился на шёлковую ленту, зависшую в воздухе возле повозки: очевидно, впервые сталкивался с подобным чудом. А при виде безголовых призраков, бредущих по дороге, он и вовсе закатил глаза — того и гляди беднягу удар хватит! Он затрясся и забормотал:
— Нет, нет, нет! Боюсь, я так не смогу! Почтенный даос, как же нам быть?!
После недолгого раздумья Се Лянь ответил:
— Что ж, тогда поступим вот как... Прошу меня простить.
И он резко надавил на какую-то точку на спине старика, отчего тот мгновенно обмяк и завалился на бок.»
«— Я начинаю его побаиваться...»
«— Чему только не учат в храмах самосовершенствования...» — скомкано улыбнулся Се Лянь, не зная плакать ему или смеяться.
—Вы не стали церемониться. — усмехнулся Мингуан.
Принц выдохнул, опустив голову вниз и потёр точку меж бровей.
— «Принц подхватил его и осторожно уложил на телегу, а сам занял место возницы. Почувствовав шевеление позади себя, он обернулся и обнаружил, что Сань Лан устраивается у него за спиной.
— Ты в порядке? — спросил Се Лянь.
— Да как сказать, — Сань Лан подпёр кулаком подбородок. — Мне страшно.»
— По тону так и не скажешь. — едко прокомментировал Му Цин.
— «На самом деле он вовсе не выглядел испуганным,» — Вот-вот! — «но на всякий случай Се Лянь сказал:
— Не бойся. Пока ты со мной, тебе ничто не угрожает.
Юноша улыбнулся, потом его взгляд упал на проклятую кангу, чёрным кольцом обхватывающую шею Се Ляня.»
Взор Хуа Чэна сам собой прошёлся по принцу, внезапно остановившись на шее Се Ляня. Повязка, прикрывающая проклятые оковы, слегка сползла и, с того места, где сидел Хуа Чэн, теперь можно было увидеть небольшой кусочек причудливого чёрного рисунка. Сердце уже давно умершего мужчины кольнула острая боль. Чувства, бушующие в нём были весьма противоречивы.
С одной стороны, он желал выжечь — собственными руками, собственной ненавистью ко всем, кто посмел навредить Ему, — точно такой же обруч на том, кто запятнал его Божество этими кандалами. Выжечь так же грубо, так же жестоко — как и тот ублюдок обошёлся с юным Принцем, когда оставил Его одного бороться с белым бедствием.
С другой, Его Высочество, по Его же словам, Сам попросил оставить канги. Из-за смерти дорого
человека призрака. Из-за его смерти. Из-за того, что Умина растерзали сотни, тысячи неупокоенных духов — Он винил Себя за это. И это намного хуже.
Се Лянь буквально ощутил на себе хмурый взгляд Хуа Чэна — не то пылающий адским огнём, не то ледяной, как снежные вершины гор в самые холодные дни. Он повернулся к мужчине, замечая, что взор, полный непонятных чувств, направлен на его шею. Потянувшись рукой проверить чего там такое, Се Лянь понял, что бинты слегка сползли.
— Кхм, — неловко кашлянул принц, стараясь как можно быстрее поправить повязку. Потом, убедившись в том, что оковы скрыты, он вновь посмотрел на Хуа Чэна, слегка неуверенно позвав его: — Сань Лан..?
Хуа Чэн заставил себя оторвать взгляд от того места, где только что была видна канга, и взглянуть в лицо Се Ляню. Принц глядел на него с переживанием и даже с некоторым смущением. Полные ненависти мысли отошли на второй план: теперь всё внимание Хуа Чэна привлекало обеспокоенное лицо.
— Всё хорошо? — тихо спросил Се Лянь.
— ...Да гэгэ.
— «Чтобы избежать дальнейших расспросов, Се Лянь поднял ворот, хоть и понимал, что уже без толку. В сгустившейся темноте он не мог разглядеть выражение лица своего спутника.
Се Лянь взялся за поводья и легонько подстегнул вола. Тем временем призраки подошли вплотную к телеге и принялись громко возмущаться:
—Что такое? Почему не пройти?!
— И правда! Вот чертовщина!
— Не говори ерунды! Единственная чертовщина здесь — это мы.»
Послышались негромкие смешки — слушать их пререкания было весьма забавно.
— «Се Лянь с трудом заставил вола двигаться вперёд, и они медленно проехали через толпу духов. Слушать, как пререкаются их зажатые в руках головы, было очень забавно.»
«— Вот-вот!»
— «Похоже, те были вечно всем недовольны:
— Эй, ты ничего не перепутал? Почему твоя голова в руках у моего тела?
— Потому что твоё тело схватило не ту голову!
— Ой, да хорош уже! Поменяйтесь — и всего делов!
— Почему срез на шее такой неровный?
— Да везёт как покойнику! Палач был новичком, башку мне срубил только с пятого или шестого раза. Я уж засомневался, не нарочно ли он.»
«— Ого, и так бывает!»
— «— Это потому, что твоя семья ему не заплатила. В следующий раз пусть не забудут заранее дать на лапу, и будет тебе чистая работа: вжух — и готово!»
— “В следующий раз?” — усмехнулся Хуа Чэн, вздёрнув одну бровь. От прежней хмурости не осталось и следа.
— И когда же будет этот “следующий раз”? — подхватила Яку.
— «— Да откуда он возьмётся, этот следующий раз!
В пятнадцатый день седьмого месяца проходит Фестиваль голодных духов, величайший праздник для нечисти. В этот день врата в мир теней распахиваются настежь, и все оборотни, демоны и прочие, кто обычно скрывается во мраке, выходят к смертным и устраивают бурные гуляния. Живым людям следует держаться от них подальше, особенно с наступлением вечера. Безопаснее всего отсидеться дома, заперев окна и двери, если не хочешь повстречаться с каким-нибудь духом. Се Лянь же был из тех везунчиков, у кого и вода в зубах застрянет: даже в облачении даоса привидения не давали ему прохода!»
«— Ваше Высочество...» — поморщился Хуа Чэн.
«— Почему ему так не везёт?» — нахмурился Фэн Синь.
«— Что с его удачей?» — слегка напрягся Му Цин.
— «Вокруг телеги сновали тусклые зелёные огоньки. Некоторые призраки, привлечённые светом, шустро носились, пытаясь поймать их. Другие, напротив, мрачно смотрели перед собой и бормотали что-то под нос, усаживались в круг и протягивали руки, моля о подношениях.
Фестиваль голодных духов был в самом разгаре. Се Лянь пробирался сквозь толпу нечисти, вздыхая про себя и думая о том, что отныне будет обязательно проверять календарь перед каждым выходом из дома. Неожиданно кто-то завопил пронзительно — как будто курицу режут:
— Беда! Беда! Призраков убивают!»
— Вот же... — помахал веером Ши Циньсюань.
— «Духи перепугались:
— Где? Где? Где призраков убивают?!
Крикун пустился в объяснения:
— Я до смерти перепугался! В той стороне всё усыпано растерзанными блуждающими огоньками! Их в клочья порвали!
— Какая жестокость!
— Вот это дикость!
— Кто это сделал? Неужели... где-то поблизости чародей или даос?!»
— Твою мать. — выругнулся Фэн Синь.
— Не думаю, что для Вашего Высочества это большая проблема... — попытался подбодрить Пэй Су.
«— Ага, особенно с Хуа Чэном в одной повозке!» — усмехнулся Хэ Сюань.
— «Толпа безголовых загалдела наперебой:
— Ага! Вот оно что! Как раз по пути сюда что-то преградило нам путь. Неужто это...
— Где? Где?
— Вон там!
— Беда, — пробормотал Се Лянь. Нечисть обступила телегу со всех сторон: типы один отвратительнее другого с перекошенными от ярости рожами. Они жадно перешёптывались:
— Я чувствую бурлящую энергию жизни...
Вот поэтому людям в день фестиваля лучше из дома не высовываться; Се Лянь понимал, что с такой оравой призраков ему не совладать, но прятаться дольше было нельзя.
— Пошёл! — заорал он и схватил поводья.
Перепуганный вол до того тревожно перебирал копытами, а от крика рванул со всей дури, увлекая за собой телегу. Се Лянь едва успел дёрнуть на себя Сань Лана.
— Держись крепче!»
«— Лучше б он свалился к гуям.» — нахмурился Фэн Синь.
— «Снова став видимой, повозка прорывалась через скопление блуждающих огней, пока Жое по приказу принца расчищала им путь. Позади бесновались демоны — зубастые чудовища с синими мордами, безногие, безрукие уроды. Они кричали:
— Смотрите: даос! Треклятому даосу жить надоело!»
«— Какому? “Треклятому”?» — опасно прищурился Хуа Чэн.
— «— Живой на нашем фестивале! Ну, сам себе дурак! Лови его, ребята!»
«— Что-ж... — устало выдохнул Инь Юй. — проводить бы их в последний путь, после таких слов о Его Высочестве.»
— «— В погоню!
Держа одной рукой поводья, Се Лянь порылся в вещах, достал ворох амулетов и швырнул их на землю позади себя:
— Задержи!»
— У Вас всегда с собой амулеты? — поинтересовался Лан Цяньцю. Такая подготовка звучит весьма предусмотренным шагом в нелёгком пути по Поднебесной.
— В большинстве случаев они всегда со мной. — мягко улыбнулся Се Лянь, не сильно кивнув.
— «Послышались звуки ударов — это из амулетов побега на пути демонов вырастали преграды, способные их задержать. Жаль только, ненадолго: даже израсходовав весь запас заклинаний, Се Лянь выиграл им не больше четверти часа. Он гнал повозку по горной дороге с такой скоростью, будто ему зад подпалили, но вдруг завопил что есть мочи:
— Стоять!»
— А?
— «Перед телегой показалась развилка — две тропки, утопающие в ночной тени. Тут нужна была предельная осторожность!
В день Фестиваля голодных духов дороги могут сыграть с путешественником злую шутку: если на пути возникнет тропинка, которой раньше не было, идти по ней нельзя ни в коем случае. Ступив на этот путь, живой попадёт по нему в мир призраков — и обратно уже не вернётся.»
— Ох, точно...
— «Се Лянь раньше не бывал здесь и потому не мог решить, куда сворачивать. Тогда он вспомнил, что в городе, собирая барахло, обзавёлся парой мелочей для святилища, включая палочки для предсказаний.»
— Весьма предусмотрительно! — воскликнул Пэй Мин.
— «Что ж, почему бы не попробовать? Се Лянь схватил стаканчик и потряс его:
— С благословением небожителей преграды неведомы! Каждая дорога ведёт на Небеса! Первая палочка для левой дороги, вторая для правой! Которая удачней, по той и поедем!
Едва он договорил, из стаканчика выпало две палочки. Он поднял их, чтобы взглянуть, и, потрясённый, умолк: «смертельная опасность»; «смертельная опасность».»
— Точно... — в лёгком отчаянии выдохнул Се Лянь. Ну неужели его неудача не может отстать от него хоть немного?
— «Выходит, обе дороги ведут к погибели?
В отчаянии он вцепился в стаканчик обеими руками и за тряс со всей силы:
— Что за жестокая судьба! С первой попытки такое невезение! Неужели нет другого ответа? Ну пожалуйста!
И снова выпали точно такие же палочки.»
— Этого следовало ожидать... — ели слышно пробормотал принц себе прямо под нос. В его случае, видимо, лучше спрашивать себя, чем спрашивать Небо.
— Гэгэ, не стоит переживать! — улыбнулся Хуа Чэн.
— «— Может, я попробую? — внезапно предложил Сань Лан.
Вряд ли что-то ещё могло ухудшить положение, и Се Лянь просто протянул спутнику стаканчик. Тот взял его одной рукой и непринуждённо встряхнул. Выпавшие палочки он не глядя передал Се Ляню, и принц не сдержал удивления: на обеих значилась «большая удача».»
— Ничего себе! — удивился Се Лянь. — Сань Лан, у тебя удивительная удача!
— Правда? — легко произнёс Хуа Чэн. — Мне тоже так кажется. Всегда так было.
«— Кому ты пиздишь?» — саркастично подумала Яку, глядя на этих двоих.
— «За минувшие годы Се Лянь привык, что и сам стал чертовски невезуч, и окружающих заражал невезением. По крайней мере, другие постоянно на это жаловались. А вот Сань Лану его дурная судьба была нипочём: с первой же попытки получил хорошее предсказание!»
— Не думаю, что гэгэ может приносить несчастья. — склонил голову Хуа Чэн.
— Думаю, мои вынужденные попутчики не согласились бы с тобой...
— «Раз оба пути безопасны, можно выбрать любой», — решил Се Лянь и повёл телегу наугад. Он сказал Сань Лану:
— Друг, а ты невероятно удачлив!
Тот взял стаканчик с палочками и небрежно забросил его назад, к остальному хламу.
— В самом деле? — улыбнулся он. — Я тоже так думаю. Всегда везло.»
«— Это же... почти буквальное повторение диалога Его Высочества и этого юноши здесь...» — удивился Лан Цяньцю.
— «Услышав, как легко он это сказал, Се Лянь невольно задумался, насколько же разные бывают люди: прямо небо и земля!
Какое-то время они ехали в тишине, а потом послышались вопли:
— Поймал! Он здесь!»
«— Вот же гуева нечесть!»
— «— Все сюда! Мы нашли этого паршивого даоса!
Орава призраков снова окружила телегу.
— Ах! — воскликнул Се Лянь. — Неужели я всё-таки ошибся?
Действие амулетов побега уже прошло, и теперь они оказались в лапах нечисти!
В толпе их было больше сотни: демоны, оборотни и духи; они всё прибывали и прибывали, смыкаясь плотным кольцом. Се Лянь поразился, откуда столько нечисти могло скопиться в одном месте, но времени на рассуждения не оставалось.»
«— Может он и в правду притягивает неудачу?»
«— Даже если он неудачлив — он же ничего плохого не сделал!»
— «Он вежливо обратился к ним:
— Господа, уверяю, в наши намерения не входило вам мешать. Прошу, будьте снисходительны!»
«— Так культурно к ним никто, кажется, не обращался.» — задумался Инь Юй.
— «— Тьфу! — один из безголовых призраков презрительно сплюнул. — Паршивый даос, а ты сам-то был снисходителен? Это же вы растерзали те блуждающие огоньки!»
— Вы же ничего не делали!
«— Хоть бы они меня послушали..!»
— «— Это были не мы! принялся оправдываться Се Лянь. — Я простой сборщик мусора...
— А ну, не хитри! Ты себя-то видел? Какой из тебя сборщик мусора? Явно даос! Или здесь есть другой даос, способный на такое зверство?!
— На огоньки мог напасть кто угодно...
— Кто, например? Демон?»
«— Почему нет?»
— «Се Лянь незаметно запустил руку в рукав и ответил:
— Вполне вероятно.
— Ха-ха-ха-ха-ха, гнусный даос! Ты... ты... Ты...»
«— Прибью.»
— «Мгновение назад толпа злобно гоготала, и вдруг все замерли как громом поражённые.
— Что я? — переспросил Се Лянь.
Вместо ответа демоны уставились на Се Ляня в полнейшем ужасе. Кто только что хохотал — те резко захлопнули рты, другие же, наоборот, широко разинули да так и остались стоять. Раздался стук: это кто-то из заключённых выронил из рук свою голову.
Се Лянь в недоумении позвал:
— Господа! Вы...
Он и вопрос задать не успел, а уже обнаружил, что обращается к пустому месту: всех демонов как ветром сдуло.»
— Вы же ничего не успели сделать?
— Вроде как...
— «— Что за дела?!
Неужели нечисть почуяла талисманы в его рукавах? Они настолько проницательны? Не такие уж сильные там заклятия... Се Лянь терялся в догадках. Может, демонов напугал не он, а нечто за его спиной?
С этой мыслью он обернулся, но в повозке не было никого, кроме старика возничего, по-прежнему валяющегося без сознания, и юноши — тот беззаботно смотрел на него, подпирая кулаком щёку.»
Богомол ловит цикаду, а за ним уже охотится сорока.
— Сань Лан... — тихо выдохнул Се Лянь.
— Да гэгэ? — невинно спросил Хуа Чэн.
— Спасибо... — шёпотом поблагодарил принц.
— Ну что ты, гэгэ!
«— Вот он, способ заставить сомневаться в собственной человечности.» — нахмурился Фэн Синь.
«— Даже как то жаль тех бедняков без голов...» — выдохнул Хэ Сюань.
— «Поймав его взгляд, Сань Лан опустил руку и улыбнулся:
— Господин даос, ты такой сильный и смелый! Всю нечисть распугал!»
— Сань Лан..!
— Но это ведь правда!
— «Се Лянь слабо улыбнулся в ответ:
— Правда? Вот уж не думал, что я такой страшный.
Затем он несколько раз дёрнул за поводья, и телега медленно покатилась дальше. Остаток пути прошёл спокойно, и уже меньше чем через пару часов повозка выехала из леса и очутилась на широкой просёлочной дороге. Отсюда были видны уютные огни деревни Водяных Каштанов, раскинувшейся у подножия горы.
Предсказание палочек сбылось: и впрямь повезло — отделались лёгким испугом.»
«— И огромным количеством подозрений.»
— «Подул прохладный ветерок, и Се Лянь снова обернулся. Сань Лан, похоже, пребывал в прекрасном настроении. Он улёгся, положив под голову руки вместо подушки, и смотрел на полную луну. Юное лицо в её призрачном свете казалось каким-то нереальным.
Некоторое время Се Лянь с улыбкой наблюдал за ним, а потом сказал:
— Друг.
— Что?
— Тебе когда-нибудь предсказывали судьбу?
— Нет. — Сань Лан повернул голову в его сторону.
— Погадать тебе?»
— Гэгэ умеет?
— Я не совсем уверен...
— «— Ты хочешь? — рассмеялся юноша.
— Почему бы и нет.
Сань Лан едва заметно кивнул.
— Вперёд, — он уселся рядом и склонился к Се Ляню. — Как гадать будешь?
— Может, по руке?»
— Гэгэ в чём-то меня подозревает? — с улыбкой шепнул Хуа Чэн на ухо принцу.
— Сань Лан и так знает ответ. — с такой же улыбкой ответил Се Лянь.
— «Уголки губ Сань Лана поползли вверх. Трудно было понять, что означает эта улыбка, но он просто сказал: «Ладно!» — и протянул левую руку.
Руки у него оказались изящные, худощавые, с длинными пальцами. Но это была не изнеженная красота, а та, что таит в себе силу: не поздоровилось бы тому, кого бы эта рука схватила за горло.»
«— О мой Бог, Тебе понравилось!»
— «Вспомнив, как изменилось лицо юноши, когда он случайно дотронулся до него в прошлый раз, Се Лянь не стал брать его ладонь в свою, только опустил пониже голову и принялся внимательно изучать линии на ней.
Луна ярко светила, силясь разогнать ночной мрак. Запряжённая волом телега тащилась по горной дороге, и под мерный скрип колёс Се Лянь задумчиво рассматривал линии на ладони Сань Лана. Наконец тот спросил:
— Что скажешь?
Се Лянь помолчал ещё немного и ответил:
— Хорошая судьба.»
«— Я... Я соврал Сань Лану?»
— «— Да? В каком это смысле?
Се Лянь поднял голову и с теплотой в голосе пояснил:
— У тебя сильный характер. С какими бы трудностями ни столкнулся, ты всегда остаёшься верен себе, а любое поражение обращаешь в победу. Твоя удача безгранична. Друг, тебя ждёт прекрасное будущее, полное успехов.»
— Гэгэ и правда хорош в предсказаниях! — смешок прям на ухо.
— «Всю эту чушь Се Лянь придумал только что. На самом деле он вообще не умел читать по руке, о чём много раз жалел, пока скитался по миру смертных: обучись он в своё время в обители Хуанцзи этому искусству — не пришлось бы потом зарабатывать на пропитание песнями и фокусами с разбиванием булыжника.»
— Ох, гэгэ... — в голосе слышалась небольшая грусть и совсем чуток наигранной обиды.
— Сань Лан, прости пожалуйста, просто..! — тихо начал тараторить Се Лянь.
— Я знаю, гэгэ, тебе совсем не нужно оправдываться. — спокойно выдохнул Хуа Чэн.
—«Ладонь Сань Лана заинтересовала его по совсем другой причине: ему надо было проверить, есть ли вообще на ней линии.
Нечисть может принимать фальшивые обличья и притворяться живыми людьми, но, если присмотреться, их телам обычно недостаёт мелких деталей вроде линий на ладонях или корней волос. Сань Лан внешне выглядел совершенно нормально: никаких признаков обмана! Если это замаскированный демон, он должен быть рангом не ниже «свирепого», чтобы сотворить настолько безупречную оболочку. Но что такой могущественный демон забыл на дороге к деревне Водяных Каштанов, в телеге, запряжённой стареньким волом, и почему тратит время на болтовню с каким-то даосом? Как и у небожителей, у верховных демонов обычно хватало своих дел.»
«— Хорошо ли говорить об этом прям в его присутствии?» — нахмурился Му Цин, глядя на принца и юношу, что о чём-то перешёптывались. Это заметил и Пэй Мин:
«— Хо-хо.»
— «Се Лянь с уверенным видом нёс всю эту чепуху, на ходу выдумывая подробности, но его фантазия быстро иссякла. Сань Лан же слушал «предсказание» очень внимательно, не отрывая от собеседника глаз, и улыбался уголком рта, будто о чём-то догадываясь.
— А ещё что-нибудь видишь?
Се Лянь, который уже порядком утомился, попытался увильнуть от прямого ответа:
— О чём ты хотел бы узнать?
— Как насчёт любви и брака?»
— Сань Лану не стоит переживать на этот счёт...
— Почему?
— «Се Лянь откашлялся и ответил с серьёзным видом:
— Я пока не настолько опытный предсказатель и не умею гадать на любовь. Но, думаю, уж тебе-то нет нужды об этом волноваться.
Сань Лан приподнял брови:
— Почему?
— Уверен, девушки от тебя без ума! — улыбнулся Се Лянь.
— Почему? — снова спросил юноша.
Се Лянь уже открыл было рот, чтобы ответить, но вдруг его осенило: парнишка же всеми правдами и неправдами напрашивается на комплименты!»
— Сань Лан...— пробормотал Се Лянь, глядя на слегка посмеивающегося Хуа Чэна.
— «Принц совсем растерялся. Он потёр переносицу и пробормотал:
— Сань Лан...
Это был первый раз, когда Се Лянь назвал его так. Юноша рассмеялся и решил, видимо, больше не доставать его. Тем временем скрипучая повозка добралась до деревни, и Се Лянь проворно спрыгнул на землю. Сань Лан тоже слез — и, когда они встали рядом, оказалось, что тот выше Се Ляня. Пока юноша лежал на спине, это не было заметно, а теперь Се Лянь с трудом мог заглянуть ему в глаза. Сань Лан потянулся.
— Куда пойдёшь? — спросил Се Лянь.
— Не знаю, — вздохнул Сань Лан. — Посплю на улице. Или поищу какую-нибудь пещеру, тоже сойдёт.
— Нет, так не годится.
— Ничего не поделаешь, — пожал плечами Сань Лан. — Идти-то мне некуда. — Он покосился на Се Ляня и снова улыбнулся: — Большое спасибо за предсказание. Надеюсь, оно сбудется! До скорой встречи.
Когда он упомянул предсказание, принцу стало стыдно.»
— Гэгэ нечего стыдиться.
— «Юноша уже повернулся, собираясь уходить, но Се Лянь поспешно окликнул его:
— Постой. Может, тебе остановиться в моей обители? Если ты не против, конечно...»
«— Можно..?»
— «Сань Лан остановился, а затем глянул на него вполоборота.
— А можно?
— Собственно говоря, это даже не мой дом, — пустился в объяснения принц. — Говорят, путники частенько устраиваются там на ночлег. Боюсь только, что тебе будет там неудобно: жилище совсем скромное, ты к такому не привык...
Если этот юноша действительно сбежал из дома, нельзя отпускать его бродить одного: за весь день паренёк съел всего половинку маньтоу. Будет продолжать в том же духе — того и гляди действительно упадёт в обморок посередь улицы.
Сань Лан молча вернулся к телеге и наклонился прямо к Се Ляню. Принц не понял, что тот собирается делать, но почувствовал, что расстояние между ними стремительно сокращается, и от этого ему стало как-то не по себе. Но юноша просто подхватил мешок с хламом, резко выпрямился и сказал:
— Пойдём!»
«— Я... я правда могу? Мне правда можно?»