Часть 30: Куда полезла?!

Шесть дней после

— Чем ты думала, когда полезла, м? Ты же понимаешь, что если поймают тебя, то я буду без силен! Полезла к паукам, в Рейх, четвёртый раз на минутку! Что у тебя за шило в пятой точке, что ты усидеть на одном месте не можешь? Понимаешь, какие последствия могут быть, когда твои узнают о гибели тебя? – расхаживал туда-сюда Мельник жестикулируя руками в кабинете.  — Полковник... это больше не повториться, правда, – сказал Восток. Хотя явно не был уверен в этом, и Святослав Константинович прекрасно это ощущал. — Не повториться, – перефразировал командир, – вот какого чёрта я вас здесь держу? Чтобы она по вентиляции шлялась? Скажешь парень? Практически патрули её чуть не схватили! А если бы схватили — всё! А упомянутая глянула из-за спины, тихо всхлипнула от ещё "одного" попадания.  — Больше не повториться, я прослежу, – ответил парень. — Не повториться, прослежу, что-то не видно, – хмуро глянул Мельник на сталкера и его подружку, которая пряталась за ним, как за щитом. – С драконом пусть лучше посидит, может уму разума наберётся. — Извините..., – тихо сказала скавенка. — Извинения и сопли пускать — не позволю! Отправишься к Ларисе, там и отработаешь, – постепенно снизил тон Мельник. — Товарищ полковник, она этим и занималась! – сказал электрозаводец. Уверенно и слишком в честных тонах. — Да..., – согласилась Крыся, показывая часть головы с черным глазом. — Ну, и что же такое собирала? – скрестил руки на груди мужчина, пристально смотря. – В Рейхе? — Травы и растения, я их всегда собираю... Ларисе Антоновне рассказала о некоторых свойствах, когда скавены болеют или получают травмы..., – закончила она, всхлипнув тихонько. — Думаешь на людях сработает? А радиация? Эксперименты решили устраивать? – набросил вопросов Святослав Константинович. В лечебные свойства он верил ещё до Катастрофы, но сейчас? С трудом. — Можете у врача спросить, как раз таки одному из бойцов полегчало после одного растения, – сказал Восток. — Слабо верится... У нас до всего этого..., – запнулся командир Ордена пытаясь не высказать "плохое" слово, – конца света были растения, которые используются в лекарствах, но эти? — Так это правда, они ещё чай с них делают, – ответил парень. — Делают... я знаю, что они ещё делают — врут, и всё возможное, чтобы не выбраться из ада, – намекнул полковник на Крысю. — Правду говори девочка. — Я не вру..., – тихо всхлипнула она, вот вот разрыдается мелкое создание. — Ладно..., – прекратил высказывания Мельник, уже и так достаточно профилактических действий было с его стороны, и всё без толку, – парень, отвечаешь за нее, по пятам ходишь и докладываешь все, что видишь и слышишь, а сейчас хотя бы пусть отмоется. — Идём, – сказал Восток девушке, которая явно выглядела, как провинившийся ребёнок перед отцом. В какой-то мере это было так. Сталкеры вышли из кабинета. Дверь тихо закрылась за ними. Полковник ещё долго стоял у стола, но всё же обошёл его. Потом тихо себе под нос пробормотал: — Травки ей, мать их… Чай из них варят… Дети малые, ей-богу. И тяжело опустился на стул, потирая виски.

***

— Крысь, ты чего это я же просто уехал на Бауманскую, а ты тут такое устроила! – высказал парень. Своё непонимание. Хотя от скавенки веяло трупным запахом. — Прости..., – отвернула она голову на пол, в глазах блестели слёзы. — Ей, ну ты чего это, – притянул он её к себе, – ты же понимаешь, что тут небезопасно покидать Смоленскую? – – погладил по спине девушку. — Я... помочь... хотела..., – всхлипнула она. — Тише, тише, успокойся... давай всё перестань плакать ты не виновата, сейчас к медсестре подойдём и всё, хорошо? Скавенка, только мурлыкнула как-то, заставив усмехнуться парня. Пока не послышался звук сёрбанья. — Ульман! – высказал Восток своё недовольство спартанцу, который прекратил пить. — Я то что? Просто наблюдаю, как ты обнимаешь свою подружку, которую, между прочим, я притащил за хвост. Вылазила с вентиляции. Восток на время посмотрел на него, но затем произнёс тихое: спасибо. — Как там на Электрозаводской, привёз оттуда топливо? — Привёз, ходил около МКАДа. Знаешь, тяжело привыкнуть, что у тебя нету безымянного пальца, особенно когда тащить канистры приходиться. — Кстати, она в дрянь какую-то упала пусть Ларка, её осмотрит, – выпил Ульман. Крыся лишь фыркнула от такого чисто сердечного. — Куда ты успела свалиться? – спросил обеспокоенно парень. — В дыру... с трупами..., до сих пор нос чешиться, – тихонько сказала она. — Так... идём! — Ей, возьми, – передал сумку Ульман, – отдашь медсестре. Восток лишь быстро схватил и двинулся с Крысей в направлении госпиталя.

***

— Ну и ну, Витя всё гораздо лучше и лучше, ещё пару деньков и перестану тебя держать здесь, – сказала Лариса прекратив перебинтовывать ногу пациенту. — Вот что б мы без тебя делали Ларка, может мужчина пригласит даму на чашечку чая? – сказал вальяжно потерпевший после когтей стража. — В знак благодарности разумеется. — Чая и сама могу сделать, – ухмылнулась женщина, – когда встанешь на ноги тогда и поговорим. Быстрые шаги заставили оддёрнуть край входа, показывая гостей. Неприятный запах сразу же ударил в ноздри. — Здравствуйте Лариса Антоновна, вот она собрала все, что вы просили, – сказал Восток. — Павел, но я не просила ничего, опять она что-ли лазила куда-то? – со строгостью набросилась медсестра. Упомянутая, что-то проговорила, и видимо — на втором языке. — Ульман сказал, что встретил её около Смоленской, как она с вентиляции вылазила. — Опять туда лазила? – спросила она у Крыси у которой щёки почернели от стыда. – Вечно куда-то занесёт тебя... иди выходи, осмотрю тебя, – поморщилась женщина от запаха. Та виновато опустила голову, выйдя из-за спины Востока. — Вот держите, – протянул парень рюкзак скавенки парень, – там она собирала около Рейха травы. Лариса взяла рюкзак и открыла его, внутри оказался револьвер, несколько аптечек и сложенные пучки растений, которые растут под землёй, зимой. — М-да, двадцать лет тебе уже стукнет..., – покачала головой женщина, – ну показывай, что, где, куда упала. Хотя нет... помойся для начала, и Павел, выйди тоже сполоснись, тебя кстати Токарев, что-то хотел передать, у Иккинга лежит. — Хорошо, спасибо Вам, – поблагодарил парень, выйдя.

***

Прислонившись спиной к стене Иккинг всё время поглядывал вперёд где висят трубки очищения или дезинфекции. Блокнот, уместился на голове дракона, а сам зверь рядышком мурлыкал что-то под нос себе. Спокойствие. Покрайней мере пока что. Вот прошло пять месяцев с такой безумной операции, как освобождение коллеги Николая Токарева, либо же Тетешника. Не любят они по характеру, когда называют их по настоящим именам. Но кому те пожалуются? Ну за исключением Востока. Метод тыка и рассказ умершего выжившего на Алтуфьевском кладбище. Первая такая его вылазка в городе, который выглядел, как скелет. Только в книге мог рассмотреть, как выглядела Москва до Удара. А она выглядела волшебно, даже слишком. Ну это было только плюсом для столицы огромного государства. Свадьбу сыграли в русских традициях с элементами викингской тематики. Тематика странное слово, и вообще сочетания двух разных миров. Один из которых не выпускал из своих когтистых лап на родину ( новое слово обозначающее дом). Подарок Хэддок решил либо найти, либо купить в крайнем случае, возможно, отправиться в Ганзу, где попробует подобрать что-то стоящее. Но это потом. Сейчас ему было слишком не по себе, даже в наличии Беззубика. Парень хотел, чтобы свершилось чудо и вернулся Хан с весточкой, что портал — открыт и они вернутся к себе на Олух. Но он боялся. Боялся столкнуться с изменениями, которые могли произойти на острове посреди океана. Как его двоюродный брат Сморкала управляет островом? Или не уничтожили до конца скалистую гору близнецы? И доживёт ли Стоик на момент прибытия? Вот этот вопрос мучал его. Астрид он рассказал свои теории и гипотезы, и девушка просто молча слушала. Возможно осознавала, как будет тяжело олуховчанам объяснять возвращение спустя пять лет. Почему странные штуки у него, борода, старость. В каком-то виде это было напоминание страшного грядущего для наследника. Стать, как отец. Он им и стал, пришлось принять секеру смерти перед врагами. А их было достаточно. Хоть парня не брали в операции, в туннелях метро, но прекрасно знал от Астрид, как это морально тяжело проходить там. Газы, галлюцинации, призраки и засады. Только на поверхность отправляли, и то после разлетевшиеся информации о Беззубике, Мельник сделал ограничение на полёт. Кроме, разумеется выхода "по делам" дракона. Эскиз протеза ноги, которую он смастерил спартанцу, уместился в разделе "изобретения". А в разделах с "монстрами" Черные и скавены. Самые интересные были первые и парень хотел бы узнать о них чуточку побольше, но после рассказов Крыси, что они из себя представляют — отбивало всякое желание. Со стороны станции запищали приборы открытия гермоворот. Красный цвет аварийной лампы замигал заставив внутри Иккинга напрячься, как и его спутника, который сверлил взглядом метал. Ворота поднялись и показался Восток со Степаном, который пропустил его вовнутрь. Парень отложил блокнот и приподнялся, пока дракон сверлил взглядом подошедшего человека. — Приветствую, – протянул руку парень, на что вошедший сделал аналогичный жест — скрепив в рукопожатии. — Ты за подарком от Николая? Он рядом с тумбой лежит Сайга называется, – сказал всадник. — Я в курсе, видел... ты это... спасибо, что помогаешь нашим. — Пустяк, просто сидеть и ничего не делать — не могу, – усмехнулся викинг. —Держи, – протянул Восток Иккингу тубус схожим с Драконьем Глазом, в чёрно–фиолетовых тоннах с башней с часами и красной звездой наверху. — Что это такое? – повертел парень в руках знакомую вещь. — Калейдоскоп называется, к глазу прикладываешь и через дырочку смотришь, чудеса настоящие происходят. Не смог к вам на помолвку прийти, сам понимаешь, вот сейчас решил подарок и благодарность от меня. Там кое-что отдашь Тетешнику с Бауманского Института притащил, оно в палатке твоей. Викинг повертел диковинку и всё-таки прислушался к совету электрозаводца. Рубиновые кристаллы переливались, изменяли форму. Свет падал так волшебно и необычно, создавая новые, и новые объекты внутри цилиндра. Иккинг усмехнулся этой красоте, которая пристала перед глазом. Фиолетовые, зелёные, голубые и красные тона создавали звёзды, треугольники, необычные цветы, которые распускались при каждом повороте. Любоваться можно было очень долго, но парень отцепил свой глаз от чуда в трубке. — Нравится? – спросил Восток у Иккинга. — А~, как оно работает? У нас была такая же знакомая вещь, – стал интересоваться всадник. — Там стёкла и камни внутри, из-за движения они и переливаются. Детская игрушка, раньше, но сейчас стоит немало, так ещё в таком состоянии! — Спасибо..., – поблагодарил ещё раз Иккинг. Дракон тоже приподнялся, обнюхал и фыркнул. — Крыся мне проболталась, когда в душ пошли, что он последний в своем роде, – сказал Восток указав на дракона. — Это так... она прям всё рассказала? – насторожиться парень. — Ну... так основу. Та и эту основу весь метрополитен знает, кстати не советую с ним высовываться. — Та я понял, что там происходит. Усёк так сказать. Всё настолько плохо? — Гнездо ищут, на Электрозаводской отчим рассказывал, от него и по шапке прилетело за то что к скавенам попёрся, – ухмыльнулся Восток. — Мне интересовало всегда, почему именно Восток? – перевёл тему Иккинг. Не особо хотел слышать о безумстве происходящим в метро. — Любовь к восточной культуре, люблю всё японское, китайское. Такие государства раньше, были. Вот поэтому стали меня ассоциировать с восточной культурой, – объяснил значение своей кликухи. — Ясно..., – протянул Иккинг, – там кажись кто-то идёт. Гермодвери приподнялись, давая проход скавенке с чаем. Три жестяные кружки от которых доносился не привычный запах грибов. — Держите, это с того, что смогла притащить, – сказала она протягивая одну из кружек. Парни взяли по одной, поблагодарили, а Иккинг положил на тубус под стенкой. Запах был необычным. Кусочки грибов, какой-то ягоды и зелёно-жёлтых растений плавали в коламутной воде. Аромат был земляным, немного грибным с элементами ржавчины. — Вроде не отрава..., – сказал Павел с насмешкой, сделав первый глоток. — А должна? – спросила она наивным голосом. Восток лишь поперхнулся от такого, уставившись на неё. Иккинг отпил немного, поймал на рецептор какие-то кислые сушенные ягоды, грибы и очень сильный болотный вкус. Не считая кусочков веток плавающих там. — Четыре раза кипятила ягоды и всё остальное, так что с вами всё в порядке должно быть. — Неплохо, это вы на постоянке пьёте? – спросил шатен у неё, на что та кивнула. Дракон решил тоже проверить чаёк, подошёл и уставился на Иккинга. — Нет братец, горячо, – на что рептилия фыркнула от ответа. — Вполне на любителя, удивительно, как вы до такого додумались? – задался вопросом Павел. — Сама, – ответила она отпив немного со своей кружки, – прочитала в какой-то книге рецепт и вот... нахимичила, и получился чай. — Буду на постоянке у тебя брать, – усмехнулся Восток. — Не врёшь? – сщурила глаза Крыся. — Нет. Скавенка долго и пристально смотрела на ковалера, так подметил под себя Иккинг. Чем-то напоминала ему парочка их, когда они очень долго скрывали чувства между собой, и только в восемнадцать лет под восходом солнца смогли произнести друг другу эти слова. — Смотри мне, – пригрозила она Востоку, по большей части в комедийной форме. На это Ночная Фурия фыркнула, и пошла в угол, где устроилась по-кошачьи. — А ты чего? Фыркаешь мне здесь, – возмутилась, девушка насмешкой со стороны дракона. Зверь промычал и закатил глаза, устроив голову на передних лапах, поджав хвост к морде. — Лариса тебя осмотрела? В порядке всё? – спросил Восток отпив чай. — Пустяк, жить буду, – отмахнулась она, – пару ушибов и синяков будет. — А что случилось? – поинтересовался викинг. — Упала в яму с трупами, вот и спрашиваю, – ответил Восток, – как жена твоя? — В порядке, на Арбатской сейчас, меня Токарев отпустил пораньше, вот сижу, скучаю с драконом, рисую, – рассказал всадник свой распорядок дня, отпив скавенского чайку. — Рисуешь разных зверей московских? — Да не только, это дневник по большей части, записную практически каждый день. — Понятно... Но резкое изменение в поведении дракона, заставил обратить внимание всех. — Беззубик? – спросил Иккинг у зверя, который поднял свои уши, с опаской порыкивая. — Что случилось? Зверь моментально подбежал к ним под рычащие звуки, как вдруг резкий толчок заставил пошатнуться, а комнату трухануть, что свет на мгновение — погас. Куски белой пыли посыпались вниз, а сами люди под крики: ложись! Лягли на грязный пол. — Вот трухануло..., – приподнялся Восток, – все в порядке? — Это у вас часто? – спросила скавенка у них. — Бывает, – ответил Иккинг, – наверное какое-то здание рухнуло от старости. — Возможно..., – сказал электрозаводец, – возможно..., – закончил он тихо, смотря на рычащего дракона, который всем своим видом показывал, это что-то другое...

***

Медитация процесс растяжимый, и важный если ты провидец. Хан, как раз таки занимался этим находясь в поисках ответов. — Хан, – сказал грубый мужской голос. Мужчина дёрнулся от такого, осмотрелся. — Хантер? Что стреслось то? – обеспокоенно спросил мужчина, увидев старого знакомого. — Ты должен помочь провести через туннели моего знакомого — Артёма, он на Рижской сейчас. — С какой целью? Покажи мне его, – заинтересовался провидец. Картинка задрожала, пространство изменилось, перенеся Хана на ВДНХ, где и находился Охотник. — Вон парнишка сидит, – указал Хантер на видение философу. — От него зависит судьба метрополитена, Хан. Мужчина нахмурился, посмотрел на собеседника. За столом сидел худой темноволосый парень, с явной тайной за спиной. В глазах философа был немой вопрос, но если от этого зависит судьбы людей — значит надо выполнять. — Почему ты не можешь заняться им? – спросил философ у спартанца. — Я мёртв, Хан...