18. Наклонности

      Они оказались в ловушке. Любая попытка уйти сейчас только подтвердила бы, что они здесь не для развлечения. Скопированные страницы исследования словно прожигали волшебный карман платья Гермионы.       — Отлично, — выдохнула она, продолжая играть свою роль и молча проклиная ситуацию, в которой они оказались. — Показывай дорогу, mon amour.       Глаза Драко потемнели, он подыграл ей. Но Гермиона чувствовала, как он напрягся:       — Как прикажет леди.       «Полуночный зал» полностью соответствовал своему названию — весь в чёрном шёлке с серебряными вставками, с волшебными звёздами, плывущими по потолку. В комнате расположились и другие пары, всего около сорока. Мадам Руссо закрыла дверь, но перед этим Гермиона успела заметить охранников в коридоре. Мадам Руссо подошла к Драко и, подняв изящную ручку, провела пальцем по его груди.       — Мы скучали по вам, мистер Малфой, — выдохнула она. — Я не видела такого талантливого волшебника, такого... одарённого с тех пор, как видела вас в последний раз. Я говорю от имени всех нас, когда говорю, что мы с большим нетерпением ждём вашего выступления.       Когда мадам Руссо отошла, чтобы пройтись по комнате, Гермиона повернулась к Драко. Он шагнул вперёд, на его лице отразилась мучительная боль.       — Прости, Грейнджер, — прошептал он. — Я правда думал, что всё будет проще, веселее. Я не понимал... Я не хочу, чтобы ты думала...       — Драко, — выдохнула Гермиона, — всё в порядке. Я знала, на что иду. Мы должны сделать всё убедительно. Если только ты не предпочтёшь объяснить мадам Руссо, почему сам Драко Малфой привёл кого-то в дом удовольствий только для того, чтобы почитать книги?       Маховик времени гудел между ними, его магия усиливалась тёмными чарами, вплетёнными в стены зала. Казалось, что каждый импульс отдавался эхом в их магических ядрах, создавая резонанс, прямо как в исследовании, которые они только что обнаружили.       — Чары слежения, — выдавила Гермиона, пытаясь сосредоточиться на практических сторонах ситуации. — Что именно они ищут?       — Магические признаки, соответствующие... — голос Драко был напряжённым, когда он вёл её к креслу в дальнем конце комнаты. — сильному удовольствию. Такому, что может подействовать на магические ядра.       Заколдованные звезды над ними, казалось, закружились быстрее, реагируя на растущее напряжение в комнате. Несколько незнакомых голосов окликнули Драко, пока они шли к креслу, на что он ответил лишь короткими кивками. Он грациозно сел, потянув Гермиону на себя, чтобы она села сверху.       Драко глубоко вздохнул:       — Я всё ещё могу вытащить нас отсюда, нам не обязательно...       — Всё в порядке, — она прижалась лбом к его лбу, её дыхание было неровным.       Гермиона положила руки на подлокотники кресла и оттолкнулась, приподнимаясь достаточно, чтобы изменить положение. Она оседлала его, упёршись коленями в подушку рядом с его бёдрами, а бёдрами — в его ноги.       — Поцелуй меня, Драко, — выдохнула она.       Он схватил её за талию, крепко обхватив пальцами. Она провела языком по его губам и нырнула внутрь, когда он разомкнул их для неё. Она схватила его руки, которые в этот момент сжимали её талию, и медленно провела ими вокруг и вверх, обхватив свою грудь. Даже сквозь платье он почувствовал, как напряглись её соски. Гермиона застонала, и его имя сорвалось с её губ. Она потянула одну из его рук вниз и обхватила ладонями свою задницу.       Он издал стон и сжал её обеими руками. Она соскользнула с него, развернулась и устроилась между его ног, извиваясь, пока изгиб её задницы не прижался вплотную к его твёрдому члену. Положив свои ладони сверху ладоней Драко, Гермиона начала медленно двигать бёдрами, потираясь о его внушительную длину. Драко руководил её движениями. С её губ сорвался хриплый стон, когда  она ощутила прилив удовольствия от того, что её клитор потёрся о его член.       Гермиона совершенно забыла, что её окружает, забыла, что она на задании, забыла, что находится в комнате, полной других людей, пока из-за плеча Гермионы не раздался женский голос:       — Вам следует занять центральное место, мистер Малфой. Дайте нашим гостям — и вам — то, что они хотят.       Гермиона моргнула. Голос мадам Руссо был мягким, но приказ был ясен. За ними всё ещё наблюдали, и поцелуи в тёмном углу не могли развеять подозрений этой женщины. Гермиона прервала отказ Драко, встав и потянув его за руку. Драко неохотно поднялся, бросив на Гермиону проницательный вопросительный взгляд. Она пошла вперёд, Драко последовал за ней. «Центр», как назвала его мадам Руссо, представлял собой доску, парящую в центре большой комнаты. Это было похоже на тонкий матрас, обтянутый чёрным шёлком, только более прочный и внушающий страх. На шёлк падал мерцающий золотистый свет, словно маяк в тёмной комнате. Тот, кто лежал бы на нем, несомненно, был бы выставлен на всеобщее обозрение остальной части комнаты — зрителям.       Гермиона почувствовала, как её переполняет храбрость. Она могла это сделать. Её неуверенность в себе была отброшена на второй план решимостью добиться успеха в их миссии. Они должны были быть убедительными, и она собиралась насладиться этим.       Гермиона оглядела комнату и обнаружила, что все смотрят на неё, когда она с важным видом вышла в центр. Казалось, здесь воцарилась тишина, нарушаемая только звуками её шагов и бормотанием зрителей «Драко» или «мистер Малфой». Гермиона сделала для себя вывод, что Драко действительно пользовался здесь популярностью.       Дойдя до центра, она поняла, что это скорее столешница, только немного мягче на ощупь. Она вспомнила, что Драко делал с ней на письменном столе в своём кабинете, и от этой мысли её щёки вспыхнули.       Когда она подошла совсем близко, появилась чёрная лестница, ведущая к левитирующей столешнице. Она отпустила руку Драко и медленно поднялась. Стоя на верхней ступеньке, она медленно повернулась по кругу и оглядела комнату. Её пальцы слегка дрожали, когда она увидела, сколько людей смотрит на неё.       Пары, группы, отдельные люди. Мужчины и женщины. Все на разных стадиях раздевания. Все на разных этапах секса. Некоторые просто целовались, в то время как некоторые явно занимались предварительными ласками, а кто-то уже выходил за рамки предварительных ласк.       Гермиона глубоко вздохнула, затем посмотрела на Драко, всё ещё стоявшего у подножия лестницы. Она встала коленями на стол, не сводя с него глаз.       — Что ты собираешься со мной сделать, Драко? — выдохнула она, совершенно забыв о своём французском акценте.       Она увидела, как потемнели глаза Драко, когда он обошёл лестницу и направился к ней. Он подошёл к Гермионе, её лицо было чуть выше его. Он схватил её, положил руки ей на затылок, путаясь пальцами в её волосах, и грубо притянул к себе для поцелуя.       Поцелуй был собственническим. Он был страстным. Он был всепоглощающим. Гермиона снова забыла о зрителях, когда схватила Драко за плечи и попыталась притянуть его к себе как можно ближе. С её губ сорвался хриплый стон, когда он откинулся назад и посмотрел на неё снизу вверх. Казалось, он взял себя в руки, прежде чем отступить назад, а затем поднялся по лестнице, не отрывая от неё взгляда. Когда он встал на стол перед стоящей на коленях Гермионой, у неё перехватило дыхание.       Она поняла, почему зрители ахнули, когда он ступил на возвышение. Он был просто великолепен. Невероятно высокий, мускулистый, красивый... он был неземным. Его официальная мантия не скрывала его габаритов — ни роста, ни мускулов, ни размеров его члена. Его эрекция, вызванная одним поцелуем и видом Гермионы, была видна сквозь его облегающие брюки. Он снял мантию с плеч и бросил толстую дорогую ткань с платформы. Шагнув вперёд, он, почти не двигая руками, что-то наколдовал. Гермиона наклонила голову, пытаясь рассмотреть, что это было. У неё перехватило дыхание. Это были аврорские наручники.       — Ты это уже видела, — пробормотал он, и в голове Гермионы промелькнули образы их будущих «я». Драко щёлкнул пальцами в жесте, который, как предположила Гермиона, означал, что она должна встать перед ним. Она попыталась изобразить его природную грацию, поднимаясь на каблуках на платформе. Драко развернул её и, схватив за запястья, сковал их за спиной наручниками. Он наклонился, касаясь носом обнажённой кожи на её шее. Казалось, он глубоко вздохнул, прежде чем, приоткрыв рот, поцеловать то место, где её шея переходила в плечо.       — Такая красивая, — пробормотал он. Его руки медленно блуждали по её телу. От скованных запястий вверх по рукам, к ключицам, вниз по бокам. Гермиона закрыла глаза и положила голову Драко на грудь позади себя. Его руки продолжали свой неторопливый путь, но не касались тех частей её тела, где она жаждала его. По бёдрам, рёбрам, шее, но ни разу не коснулись груди или центра её тела. Она простонала его имя, что заставило его руки прекратить своё ленивое наступление. Она открыла глаза, повернула голову и посмотрела на него снизу вверх. Он с задумчивым видом рассматривал аудиторию. «Выражение лица, как у аврора, — подумала она, — должно быть, он высматривает знакомые лица». Когда его взгляд вернулся к ней, его плечи были чуть менее напряжены. Она догадалась, что он не узнал никого из их зрителей.       К удивлению Гермионы, он быстро опустился на колени позади неё, так что его лицо оказалось на уровне её задницы.       — Я уже говорил, как сильно я их люблю, — пробормотал он, в то время как его руки на каблуках легко описывали круги по её ногам. Он наклонился вперёд и, приоткрыв рот, покрыл поцелуями кожу на задней поверхности её бёдер. Его пальцы медленно поднялись от её ступней, обводя узоры на лодыжках, икрах, бёдрах... прежде чем остановиться на подоле её очень короткого платья.       — Я уже говорил, как сильно мне это нравится, — выдохнул он, когда его руки сжали ткань её платья.       Драко встал в полный рост позади неё, его руки скользнули вверх и оказались у неё под платьем. Она невольно вздрогнула, когда его руки обхватили её бедра. Его пальцы теребили тонкую бретельку её стрингов, когда он наклонился, чтобы жадно поцеловать её в шею. Пальцы его левой руки медленно продвинулись вперёд, под сапфирово-голубой шёлк, и лёгкими, как пёрышко, прикосновениями погладили её.       Его пальцы нежно раздвинули её, средний палец умело нашёл скрытый клитор, и он пробормотал:       — О, а это? Это моё любимое, — его палец коснулся её клитора, отчего по всему её телу пробежала дрожь, а с губ сорвался стон. Его палец скользнул вниз, быстро входя в неё. Она выгнула спину и снова уронила голову ему на грудь. Её руки, сцепленные за спиной, прижались к нему, и она снова почувствовала его твёрдость. Она пошевелила скованной рукой, пытаясь коснуться его члена через брюки. Драко зашипел сквозь зубы и отступил назад, а Гермиона разочарованно застонала, когда он быстро вынул из неё палец.       По мановению его запястья перед Гермионой возник ещё один стол. Драко положил одну руку ей на поясницу, а другую — между лопаток, затем мягко подтолкнул её, чтобы она наклонилась над столом. Её ступни на каблуках оставались на платформе, ноги были выпрямлены, а платье высоко задралось на бёдрах, когда она склонилась над этим наколдованным столом. Рука поднялась с её лопаток. Он сгрёб в охапку её непослушные локоны и откинул её голову назад. Другой рукой он провёл по ткани на её бёдрах и ягодицах, прежде чем опуститься ниже. Его пальцы нащупали влажную ткань у неё между ног, и его хватка на её волосах усилилась. Он слегка отодвинул ткань в сторону и снова вошёл в неё. Теперь уже двумя пальцами. От этого вторжения у Гермионы вырвался глубокий стон.       Он наклонился вперёд, накрывая её тело, в то время как его пальцы продолжали свою восхитительную атаку. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая только звуком его проникновения в неё, её хриплыми стонами и его глубокими вдохами. Драко потянул её за волосы, заставив её грудь приподняться над столом, и впился губами в её горло. Гермиона почувствовала, что близка к оргазму, стоны стали громче, когда пальцы Драко снова нашли то место, из-за которого у неё темнело в глазах. Гермиона повернула голову в сторону и впилась Драко в губы глубоким поцелуем, клацнув зубами, когда её захлестнул оргазм.       Пока волны удовольствия продолжали обрушиваться на неё, Драко встал, и её волосы каскадом рассыпались по плечам. Он наклонился к ней сзади, приподнял подол её платья, прежде чем снять трусики, и провёл языком по всей длине её промежности. Его руки крепко обхватили её зад, прежде чем скользнуть вниз по её ногам и обхватить лодыжки. Одним быстрым движением он расставил её ступни ещё дальше, раздвигая её ноги ещё больше. Гермиона почувствовала, как на её лодыжках появились кандалы, привязывающие её к ножкам стола.       Язык и губы Драко продолжали ласкать её. Его язык умело обводил её клитор, от чего Гермиона извивалась на столе. Секунды, минуты, возможно, часы прошли незаметно, когда её захлестнул второй оргазм. Она прислонилась влажным лбом к столу, пытаясь успокоить учащённое дыхание. Когда она наконец подняла голову и повернулась, чтобы посмотреть на Малфоя, жар у неё прошёл. Драко медленно расстёгивал рубашку, не сводя глаз с ног Гермионы. Он стянул с себя рубашку, демонстрируя мускулы, а его взгляд скользнул вверх по её ногам и задержался на прикрытой платьем заднице. Его руки потянулись к ремню, расстёгивая пряжку, а затем и брюки. Он скользнул взглядом по телу Гермионы, лежащей на столе, прежде чем встретиться с её взглядом. В его глазах Гермиона видела только жар. Желание. Удовольствие. Одним быстрым движением он сбросил брюки и трусы, отбросив их в сторону, и предстал перед Гермионой обнажённым.       Гермиона вспомнила, что они стоят обнажённые перед залом, полным зрителей. Вздохи и стоны, последовавшие за обнажением Драко, были слышны ей даже в таком рассеянном состоянии. Несколько человек застонали по поводу его размеров, а он просто уставился на Гермиону. Она — как и все женщины в зале — застонала, когда он сжал и погладил свой член. Он не сводил с неё глаз, пока его рука ритмично двигалась.       Он подошёл к ней, одновременно снимая путы с её запястий и лодыжек. Она легла спиной на стол, он схватил ее за бедра и закинул их себе на плечи. Гермиона с благоговением посмотрела на Драко, когда он прижался к ней. Его член скользил по ней, задавая умопомрачительный ритм её клитору. Её платье задралось вокруг бёдер, но его тело не позволяло никому увидеть ничего лишнего. Он склонился над ней, их носы соприкоснулись, и его рука коснулась её подбородка.       — Так чертовски идеальна, — пробормотал он, прежде чем поцеловать её. Его член ударялся о её клитор, но всё ещё не проникал в неё. Он положил руки по обе стороны от её головы и приподнял её. Его мышцы напряглись, когда он отстранился от неё, но продолжал смотреть ей прямо в глаза. Гермиона закрыла глаза, и у неё вырвался стон. Его ровные, медленные толчки вызвали в ней новый прилив наслаждения.       Внезапно её платье распахнулось, и жидкая ткань потекла по бокам. Её тело, её грудь были выставлены на всеобщее обозрение. Её первой мыслью было, что Драко применил беспалочковую магию, чтобы снять с неё платье, но, судя по убийственному выражению его лица, это было не так. Его взгляд стал диким, а руки потянулись к её груди. Он злобно посмотрел на толпу. Гермиона проследила за его взглядом и увидела мужчину, чуть старше их, с палочкой в руках и довольным выражением лица.       — Мужчины тоже хотят шоу, — сказал он со смехом.       Драко прорычал Гермионе:       — Прикройся.       Она подняла руки, чтобы прикрыть грудь. Он невербально призвал свою волшебную палочку и быстро восстановил её платье. Он потратил несколько мгновений, проверяя ткань, чтобы убедиться, что всё в порядке.       Драко отступил назад, его возбуждённый член гордо сиял в тусклом свете прожекторов, а взгляд снова обратился к мужчине в толпе. Он произнёс три быстрых невербальных заклинания с такой отработанной лёгкостью, что Гермиона была поражена, несмотря на своё замешательство и страх. Мужчина был надёжно связан и потерял сознание.       — Драко, всё нормально, — сказала Гермиона, неловко садясь на стол.       — Это не нормально, — процедил Драко сквозь стиснутые зубы. Он собрал свою одежду и оделся прежде, чем Гермиона успела моргнуть. — Мы уходим, — он протянул слегка дрожащую руку и осторожно помог ей встать из-за стола. Он бросил быстрый взгляд на публику, которая всё ещё наблюдала за ним, прежде чем повернуться к мадам Руссо, которая быстрыми шагами приближалась к ним.       — Прошу прощения, мистер Малфой, мистер Элтон привык к тому, что ваши партнёрши проявляют...       — Мне плевать на то, к чему он привык, и мне плевать на твои извинения, — выпалил Драко, торопливо шагая через комнату, а Гермиона, вцепившись в него мёртвой хваткой, следовала за ним по пятам.       В голове у неё всё перемешалось. За короткое время на неё обрушилось столько эмоций. Она моргала, пытаясь переварить их все. Она не понимала, почему Драко так разозлился. Мадам Руссо сама сказала, что они привыкли к тому, что партнёрши Драко демонстрируют свои тела. Пэнси подробно объяснила, как Драко любил хвастаться ведьмой, с которой он был. Но сегодня он никому не позволял увидеть хоть какую-то часть её тела. Все это время он закрывал её платьем или собой.       Что-то пронзило Гермиону. Она не была уверена, что именно, но это было что-то нехорошее. Стыд? Смущение? Драко нравилось хвастаться ведьмой, с которой он был, но он не хотел выставлять напоказ Гермиону. Он закатил настоящую истерику, когда её тело показали публике, но он сам проделал это с бесчисленным количеством ведьм, которых приводил в подобные заведения. Она почувствовала, как вспыхнули её щеки, когда Драко практически протащил её через приёмную. Он вытащил её на улицу и направился прямо к месту их аппарации.       Гермиона с трудом перевела дыхание, когда они приземлились на ступеньках Малфой-Мэнора. Драко, не выпуская её руки, прошёл через парадную дверь и потащил её в свой кабинет. Он захлопнул за ними дверь, отпустил руку Гермионы и принялся расхаживать по комнате.       Она всё ещё чувствовала стыд и смущение на своих щеках. Он был так расстроен. От этого стало ещё хуже. Её глаза следили за шагающей фигурой перед ней. Она не знала, что делать, не знала, что сказать. Она тихо произнесла:       — Мне жаль...       Драко тут же развернулся и недоверчиво посмотрел на неё. Казалось, впервые за всё время, что она видела, он не находил слов. Его рот открылся и закрылся, когда он уставился на неё.       — Ты сожалеешь? Ты сожалеешь? Ты сожалеешь?!       — Э... да, именно это я и сказала. Мне жаль...       — Не повторяй этого снова, — выдавил Драко. — Ты извиняешься? Салазар, женщина, я в ужасе, чёрт возьми.       Гермиона моргнула, услышав его слова. Он был в ужасе от того, что его увидели с ней. Что другие люди видели его с ней. Она почувствовала, как слезы тут же навернулись на глаза. Драко заставил её почувствовать себя увереннее, чем когда-либо, своим горящим взглядом и тихими комплиментами.       Но в двух словах — «Я в ужасе» — он полностью лишил её уверенности, которую она постепенно обретала. Она быстро заморгала, пытаясь сдержать слезы.       — Чёрт, Гермиона, нет. Пожалуйста, не плачь, — он шагнул к ней, подняв руки, словно собирался обхватить её лицо, но она отступила на шаг.       Его руки опустились по бокам, когда он принял позу Гермионы. Она обхватила себя руками, словно защищаясь от него.       — Прости меня, Гермиона...       — Я не хочу этого слышать, — сказала Гермиона, рубанув воздух рукой. Её стыд перерастал в гнев. «Хорошо, — подумала она, — гнев — это лучше, чем слабость». — Я не хочу слышать о том, что ты приходишь в ужас или смущаешься, когда тебя видят со мной. Я иду спать, — она развернулась на каблуках, собираясь выйти из кабинета, но Драко поймал её за локоть.       — Я... Гермиона, я не понимаю...       — Да, Драко, — она почти издевалась над ним. — Я слышала всё о твоих... твоих наклонностях от Пэнси и от тех людей. Тебе нравится выпендриваться, но зачем тебе это делать, когда девушка, с которой ты находишься, всего лишь неотёсанная, лохматая, грязно...       — Не заканчивай это грёбаное предложение, — заявил Драко. Гермиона никогда раньше не слышала такого спокойного гнева. Комната, казалось, вибрировала от мощного гнева, исходившего от Драко волнами. — Ты думаешь, я был чертовски смущён тем, что меня увидели с тобой?!       Гермиона нахмурила брови. Она моргнула, пытаясь понять.       — Но...       — Грейнджер, ты ни черта не знаешь, — Драко шагнул вперёд и обхватил её шею руками. Он слегка наклонился, так что их лица оказались всего в нескольких дюймах друг от друга. — Я, чёрт возьми, не смущён. Мне, блядь, совсем не стыдно, что мысль о том, что кто-то из этих ублюдков увидит тебя, вызывает у меня желание вернуться в это забытое богами место и убить каждого из них, — его челюсть была сжата так сильно, что Гермиона удивилась, как он вообще смог произнести эти слова.       — Но Пэнси сказала... и мадам Руссо сказала... и они видели меня там...       — Гермиона, — выдохнул он, обхватив руками её шею. Их лбы соприкоснулись, и он закрыл глаза. — Гермиона. Ты даже не представляешь, — он слегка откинулся назад и посмотрел ей прямо в глаза. — Ты не похожа на тех женщин, с которыми я обычно общаюсь, — в её глазах что-то промелькнуло, потому что Драко бросился вперёд, — они меня не волнуют. Они меня не волновали. Мне плевать, даже если миллионы глаз будут прикованы к их обнажённым телам. Но я был с тобой. Ты мне, чёрт возьми, небезразлична. Это тело, — его руки скользнули вниз, по бокам, по бёдрам, прежде чем обхватить за талию. — Это тело принадлежит мне, и я могу его видеть. Я не хочу, чтобы хоть одна грёбаная душа видела это тело. Тот факт, что Крам и чёртов Рональд Уизли видели это тело, вызывает у меня желание выколоть им глаза и стереть все воспоминания об этом. Гермиона была потрясена. Она резко выдохнула, не осознавая, что задерживала дыхание во время его объяснения.       — Но... я не понимаю. Ты всё равно вытворял со мной... разные штуки в центре комнаты. Они видели...       — Они видели, как я ублажал свою ведьму. Они видели моё тело. Они знали, что никогда не будут достаточно зрелыми, опытными, не будут знать это тело достаточно хорошо, чтобы доставить такое удовольствие, какое доставляю тебе я. Они видели, что я с тобой делаю, но у них нет привилегии видеть тебя.       Он наклонился и коснулся губами её губ в страстном поцелуе.       — Ты, — поцелуй. — только, — поцелуй. — моя, — поцелуй.       — Я хочу продолжить, — прошептал он, уткнувшись в кожу её шеи. — Нет, я чувствую, что должен продолжить. Но есть вещи, которые мне нужно сделать, — Драко резко отстранился, и Гермиона удивленно уставилась на него.       — Вещи? Какие...       Драко прервал её очередным страстным поцелуем, от которого у неё на мгновение перехватило дыхание.       — Я вернусь, но, скорее всего, не увижу тебя сегодня вечером. Утром воспользуйся камином, чтобы добраться до работы, но перед уходом отправь патронуса Поттеру, чтобы он мог сопровождать тебя.       Прежде чем она успела сообразить, он ушёл, оставив её одну в его кабинете с тревожным ощущением, что он собирается совершить что-то безрассудное.