Глава 20. Месть ведьмы ч.2

Северус не мог пошевелиться. Его сердце билось где-то в горле, а разум метался между догадками. Внезапно дверь кухни резко распахнулась и из-за густой пелены сизого дыма появилась мама. Она шагнула в коридор и Северус сразу заметил, что её пальцы судорожно сжимают несколько небольших флаконов с мутной жидкостью. Быстрым, почти незаметным движением, она принялась прятать их в карманы своего платья, словно не хотела, чтобы кто-то их видел. — Мам?.. — голос Северуса был тихим, настороженным. Он смотрел на неё, пытаясь уловить какие-то эмоции на этом лице, но… Её глаза блестели, в них горел странный лихорадочный огонь. Щёки порозовели, хотя обычно они оставались бледными как мел. Она выглядела… перевозбуждённой. Почти пьяной — но не от алкоголя, а от чего-то другого. — Всё нормально? — переспросил он чуть громче. Эйлин остановилась, на мгновение посмотрела на него, будто только сейчас осознав его присутствие. Затем медленно кивнула. — Ты собрал вещи? — спросила она тоном, который прозвучал бы обыденно, если бы не её блеск в глазах и напряжённость в каждом движении. — Да… — ответил Северус не сразу, словно сам не был уверен в этом. — Замечательно… Замечательно! — вдруг затараторила она, начиная метаться по комнате. Северус следил за ней настороженно, наблюдая, как она быстрыми шагами переходила от стены к стене, словно что-то искала, бормоча себе под нос. — Акцио палочка… Акцио палочка… — её голос дрожал от нетерпения. Она размахивала рукой, но ничего не происходило. Иногда она открывала шкафы и выгребала оттуда все вещи и скидывала на пол. — Неужели не получится? Или он выкинул?.. — едва слышно пробормотала она себе под нос, оглядываясь по сторонам, словно в растерянности. Мальчик сглотнул, чувствуя как нервная дрожь пробегает по его телу. Он боялся. Сначала он просто следил за её движениями, но вскоре бросился за ней, перепрыгивая через валяющиеся на полу вещи, отчаянно пытаясь поговорить с ней. — Мам, что ты делаешь? — он старался говорить спокойно, но голос сорвался и его слова прозвучали испуганно. Она не ответила. Она будто не слышала его вообще. Мама вела себя… странно. Слишком резкие движения, слишком лихорадочное возбуждение в глазах. Казалось, эмоции переполняли её, вырываясь наружу, сметая всё на своём пути. Она выглядела так, словно балансировала на тонкой грани — между вдохновением и безумием. В голове Северуса мелькнула паническая мысль: а вдруг она надышалась парами зелья? Или… что ещё хуже — что если она сошла с ума? Он не знал, что делать, что говорить. — Мам, остановись… — он дёрнул её за руку, но она вырвалась, не взглянув на него. Впервые в жизни Северус испугался не отца. Он испугался матери. Ведь с отцом всё было понятно. Отец бил, кричал, пугал, но это было… предсказуемо. А мама сейчас… Он не знал, что делать с матерью, которая казалась не в себе. Такое чувство будто он остался один. Глаза защипало. Он моргнул, отгоняя слёзы, стиснул кулаки, пытаясь взять себя в руки. "Это все девчонки виноваты", думал он с внезапным раздражением. "Они привели свою мать, и та наговорила ей всякого. И теперь мама… теперь она…" Женщина продолжала переходить из комнаты в комнату, её движения становились всё более резкими, нервными. Все что оставалось мальчику это следовать за ней, он не знал что еще можно было сделать. Так они дошли до чердака. Там было темно, воздух пах пылью, старым деревом и сыростью. Внезапно Эйлин замерла. Северус напрягся, но не успел спросить что случилось как она шикнула, прижав палец к губам, требуя тишины. Он застыл стараясь не издавать звуков. И вдруг услышал это сам. Сквозь тишину дома до него донесся едва различимый звук. Тихий, почти призрачный, но ритмичный. Тук-тук. Где-то под полом раздавался стук. Миссис Снейп напряженно вслушивалась в тишину, а затем вдруг бросилась к одному из углов чердака и начала остервенело колотить руками по полу, пытаясь оторвать старые доски. Северус ошарашенно наблюдал за ней. Сначала она пыталась поддеть их пальцами, потом начала бить кулаками, но быстро отбила себе руки, потом попробовала выбить ногами, но это тоже оказалось безуспешно. Мальчик не мог больше стоять и просто смотреть, как она царапает доски до крови. В углу он заметил старый, тяжёлый подсвечник. Вздохнув, он схватил его и подошёл к матери. — Дай я помогу. Эйлин на мгновение посмотрела на него, и в её глазах блеснуло что-то похожее на благодарность. Совместными усилиями они начали разламывать пол и наконец одна из досок со скрипом поддалась, ломаясь под их ударами. Из тайника спрятанного в полу, вылетела тонкая, тёмная волшебная палочка. Эйлин схватила её, прижала к груди, стиснув пальцы так сильно, что побелели костяшки. На её лице отразилось такое облегчение, такое благоговение, что Северус невольно задержал дыхание. Она стояла, сжимая палочку, как мать которая после долгой разлуки вновь обнимает своего ребёнка. — Вот теперь я готова, — прошептала она, и в её голосе не было ни тени сомнений. Северус сглотнул, чувствуя как его сердце громко бьётся в груди.

***

Эйлин медленно спустилась по скрипучей лестнице, оставляя за собой тёмный чердак, пропахший пылью и плесенью. Её пальцы до боли сжимали волшебную палочку, как будто она могла исчезнуть, если ослабить хватку. В гостиной царил полумрак. Тусклый свет уличного фонаря просачивался через плотные занавески, отбрасывая длинные, дрожащие тени на стены. Она остановилась в дверном проёме, глубоко вдохнула, а затем выдохнула, словно избавляясь от последних сомнений. — А теперь, милый, иди к себе в комнату, — произнесла она ровно, но твёрдо. Северус, стоявший у лестницы, напрягся. — Но мама… — он сделал шаг вперёд, глядя на неё с тревогой. — Я прошу. — Голос её прозвучал твёрдо, спокойно. Так спокойно, как давно не звучал. — Я справлюсь сама, можешь не переживать и оставить всё на меня. Её уверенность ошеломила его. Северус смотрел на неё несколько долгих секунд. Он видел, что её руки больше не дрожат, что её глаза больше не прячутся от его взгляда. Он видел ту силу, которой не видел в ней с детства. И всё же… Он сглотнул, неохотно кивнул и развернулся. Тяжёлая дверь скрипнула, когда он закрыл её за собой. Но это не значило, что он ушёл. Северус не двигался. Он остался здесь, всего в нескольких шагах от матери, пусть и разделённый дверью. Он не мог просто уйти. Он не знал, долго ли мама останется в этом состоянии. Да, у неё есть палочка, но сможет ли она воспользоваться ею в нужный момент? А если нет? А если она, как и раньше, дрогнет перед этим человеком? А если… всё пойдёт не так? Северус знал, что не сможет просто ждать, сложив руки. Если что-то случится, он выскочит отсюда. Если мама не решится, он закончит то, что начал тогда, в тот раз. Он сел на пол, прислонился спиной к двери, вытянул ноги. Его пост начался.

***

Тем временем Эйлин Снейп медленно опустилась на старый диван, чувствуя как дрожат её пальцы. Она провела ладонью по карману, где лежали флаконы с зельями. Они были тёплыми, словно являлись частью её самой. Всё будет хорошо. Её пальцы сомкнулись вокруг палочки, и она почувствовала как внутри неё разливается странное спокойствие. Она не держала её столько лет. Она не колдовала столько лет. Но сейчас… Сейчас она сжала её так крепко, что побелели костяшки пальцев. Сейчас она готова. И впервые за долгие годы, она ничего не боялась.