Глава 84. Запретный лес

В глубине Запретного леса раздался резкий треск ветвей, и по заросшей тропе метнулась тонкая фигурка. За ней, тяжело взмахивая крыльями, мчалось чудовище, похожее на исполинскую птицу. Перья его отливали багровым, клюв был длинным и загнутым, а глаза горели яростью. С треском и писком в стороны шарахались мелкие твари — стайка синих пискокрылов, взвившихся вверх так стремительно, будто их понесло самим ветром. Девочка в очках с толстыми линзами скользнула под веткой, и птица, рявкнув, ушла выше, потеряв добычу из виду. На следующий день лес был другим — дождливым, серым. В дупле гигантского дерева сидела та же фигурка с каре, обняв колени и глядя сквозь тяжёлые струи дождя. Рядом, не боясь её, устроилось странное создание: пушистое, с хвостом, как у белки, и глазами, круглыми, как у совы. Оно моргало медленно и смотрело внимательно, словно понимало каждое слово. — Как думаешь, долго ещё будет идти дождь? — спросила девочка, не ожидая ответа. Существо лишь повело хвостом и моргнуло ещё раз. — И я думаю, что не скоро, — сама себе ответила девочка и глубже натянула капюшон. День сменялся другим. Фигурка снова и снова шагала меж деревьев, всматриваясь в кору и землю, склонившись над каждой трещиной, над каждым отпечатком. Но лес упорно не давал ей ответов, которые она искала. Она выдыхала устало, поправляла странные очки и шептала что-то под нос, словно сетовала на очередную неудачу. Вот она же лежит в гамаке высоко над землей и делает записи в дневнике при этом жуя бутерброд. В другой раз она, запыхавшись, выбралась из собственной сумки, лежавшей на земле, и погрозила кулаком ближайшим деревьям. Оттуда на неё с интересом уставились два десятка любопытных глаз. И только потом, когда лес уже начинал убаюкивать своей тишиной, в воздухе раздался свист. Девочка мчалась на метле, низко пригибаясь к древку. Вихрь её полёта спугнул стайку струйников — мелких зелёных существ с длинными хвостами, из которых вырывались брызги искр. Она резко дёрнула метлу, закружила на одном месте привлеченная чем-то, а затем спустилась вниз. Метла исчезла в сумке через плечо, поглощенная полностью. Девочка подошла к дереву, повернула маленькие винтики на своих очках, и линзы вытянулись, словно подзорная труба. Последний щелчок и выскочила голубая линза. Мир вокруг изменился, и на стволе проявились глубокие, рваные следы когтей. Она достала палочку из кабуры на поясе, прикоснулась кончиком к коре, и мягкий свет заклинания выдернул из древесины малюсенький осколок когтя. Тот со звоном упал в стеклянную колбочку. Девочка подняла её к свету. Внутри блеснул крошечный, но настоящий след того, кого она искала. Вивьен сняла очки и улыбнулась.

***

Лес будто замер. Всё вокруг было укрыто тенями, и лишь редкие потрескивания веток, и пронзительные крики ночных птиц напоминали, что жизнь здесь продолжается. Воздух был густым, влажным, наполненным сыростью. В этой вязкой тишине каждое движение казалось слишком громким, каждый шорох — предательским. И вдруг между деревьями показался синий дымок. Он вёл себя необычно, скользил меж корней и кустов, ни на что не реагируя, меняя направление так естественно, будто имел свой собственный разум. Но вот дым замер, вытянулся, закружился в воздухе будто учуял запах и начал обретать очертания. Туманные нити переплелись, и на месте бесформенного облака стоял призрачный волк. Его тело было соткано из прозрачного голубого света, сквозь него виднелись деревья, но форма оставалась чёткой: остроконечные уши, вытянутая морда, хищный изгиб спины. Глаза горели тусклым сапфировым светом, будто внутри них скрывался холодный огонь. Призрачный волк двигался бесшумно, скользя, как поток воздуха. Его взгляд остановился на куске светящегося мяса, лежавшем среди корней. Оно мерцало мягким, манящим светом, словно зовя к себе. Волк осторожно шагнул ближе, пригибаясь, его движения были плавны, точны — каждое, как у опытного охотника. Но, подойдя почти вплотную, он вдруг насторожился. Что-то неуловимое нарушило привычный ритм леса. Он дёрнул головой, словно чуя подвох, но было поздно. Ловушка сработала. Из земли метнулись сияющие путы и спеленали лапы хищника. Волк взвыл, вырываясь, захрустел зубами, пытаясь перегрызть светящиеся верёвки. Но те лишь стягивались всё крепче. Сверху, из тени дерева, спрыгнула фигурка. Девочка с каре приземлилась мягко, будто являлась частью этого леса. Взмах палочки и путы охватили уже и его пасть, не давая издать ни звука, кроме глухого рычания. Призрачный волк дёргался, его тело переливалось, будто собиралось рассыпаться в дым, но путы не давали ему этого и держали его крепко. Он не понимал — никогда раньше ни одно создание не могло поймать его. Почему же сейчас, впервые, он оказался в западне? Она подошла к плененному зверю неторопливо, как будто всё происходящее было лишь частью давно запланированного плана. Призрачный волк следил за каждым её шагом. В его взгляде не было страха — только настороженность и гордая злость. Он не привык быть добычей и не собирался мириться с новой ролью. Когда девочка приблизилась, из его пасти, зажатой светящимися оковами, вырвалось глухое рычание, а пена собралась у рта, не находя выхода. Она задержала взгляд на хищнике, и в её глазах блеснуло что-то похожее на любопытство, а не на сострадание. Вивьен сняла специальные очки, будто желая видеть его без преград, и произнесла тихо, почти ласково: — Да, голубчик… как же долго я тебя искала. В её голосе не было ни торжества, ни бурного восторга, только сухое подтверждение собственной правоты. Она не прыгала от радости, для неё это была не победа, а доказательство её теории — слушать лишь себя и не сдаваться. Хотя второе, как она сама любила повторять, возможно лишь «по возможности». Пристально вглядевшись в своего пленника, она окончательно убедилась, в тот раз загнало её на дерево не это существо. Они были разными. Тогда туман скрывал фигуру, но двигался он иначе не как часть самого тумана, как это существо, а скорее как нечто, что использовало туман как завесу, которая не давала его разглядеть. Было ли то создание волком или же её воображение само дорисовало этот образ под впечатлением от глухого рычания и звериного взгляда — теперь она уже не могла сказать с точностью. Она медленно опустила сумку с плеча, поставила её на землю и раскрыла. Перед глазами волка из глубины бездонной сумки начали один за другим появляться инструменты — блестящие, остроконечные, тонкие, длинные, изогнутые. Они больше походили на коллекцию пыточных орудий, в глазах девочки отражался лишь холодный, отстранённый интерес. Волк не понимал опасности данных инструментов, но все же дёрнулся увидев их отблеск в лунном свете. Его тело дрожало от напряжения, но взгляд оставался прежним — гордым. Он не понимал, что происходит, но чувствовал: всё вокруг идёт не так, как должно было. Девочка же разглядывала его с холодным любопытством. Её взгляд скользил по шерсти, по лапам, по зубам будто она мысленно перебирала варианты. Что взять? Коготь? Шерсть? Зуб? Жилу? Кость? Какой фрагмент станет лучшим проводником для будущей палочки? Она медленно оглядывала волка, словно изучала редкий артефакт. Решение созревало в её голове. Взмах палочки и путы развернули зверя, укладывая его так, как было удобнее девочке. Те, что сжимали пасть, изменились: теперь они держали её открытой, разделив верхнюю и нижнюю челюсти, не позволяя сомкнуть их снова. Вивьен вынула из сумки маленькую склянку, наполненную мелким серебристым порошком. Подошла ближе. Волк ощерился, его глаза сверкнули ярче, тело напряглось до предела. Девочка не дрогнула. Лёгкий выдох и облачко порошка рассыпалось прямо в морду хищника. Мгновение и в глазах волка дрогнул свет. Зрачки закатились, сапфировое свечение потускнело, челюсти ослабли. Голова бессильно склонилась бы набок если бы не путы, а язык вывалился в сторону. Призрачный зверь затих, погружённый в магический сон. — Хмм… сработало, — пробормотала девочка себе под нос, разглядывая спящего призрачного волка. — Каким бы редким ты ни был, но усыпляющий порошок действует на всех одинаково. Она опустилась рядом с сумкой и достала массивные щипцы с загнутыми краями. Блеснув металлом в свете палочки, инструмент показался почти грубым для такой тонкой работы, но выбора не было. Она решила взять зуб. Может, два. — Зуб — самое верное, — тихо сказала она себе, словно подтверждая принятое решение. Заклинаниям здесь доверять было нельзя — это основное правило, которое внушали каждому собирателю: ингредиенты нужно брать руками. Магия не должна касаться самой сути компонента, иначе он терял свою силу. Ей никто этого не говорил лично — она вычитала в старых книгах, и в этом, как всегда, полагалась только на них. Ей пришлось повозиться. Первый зуб не поддавался — казалось, сама сущность волка сопротивлялась. Девочка напрягла руки, пальцы побелели от усилия, лоб покрылся потом. Для неё, привыкшей к мелкой работе с травами, компонентами и колбами, такая физическая нагрузка оказалась тяжёлой. Но упорство сделало своё дело. Глухой хруст и первый клык оказался в её руке. Второй дался чуть легче. Она аккуратно сложила оба зуба в небольшой тканевый мешочек и спрятала в сумку, как будто это были самые ценные сокровища. Но просто так оставить волка она не могла. Достав из сумки пузырёк с густой жидкостью, она уже позволила себе использовать палочку. Кончик её засиял мягким светом, и она обработала пустые места во рту зверя, где прежде сидели зубы. Сияние запекло раны, приглушив кровоточащие следы. Затем последовал другой флакон. Девочка открыла его крышку и осторожно влила зелье прямо в приоткрытую пасть волка. Это был косторост — эликсир, что позволял костям и зубам вырастать заново. Через несколько дней у зверя вновь будут зубы, и он продолжит охотиться так, будто ничего не случилось. Она смотрела, как волк судорожно сглатывает, и уголки её губ слегка дрогнули. Мало кто из собирателей утруждал себя подобной заботой. Большинство брало своё и уходило, оставляя существ изувеченными, иногда обречёнными. Рога, когти, перья, жилы — всё вырывалось без оглядки на последствия. Многие виды исчезли именно так, оставленные и истощенные, неспособные восстановиться, не способные защититься. Она же держалась иной мысли. Не потому, что испытывала жалость или особую любовь к этим созданиям. Нет, в её груди не было сентиментальности. Её вела фанатичная преданность идеям Хонории Уитлок одной из создательниц палочек, которая когда-то писала о важности восполнять то, что берёшь. Не ради жалости — ради будущего. Чтобы магический мир не лишился собственных корней. И Вивьен не хотела повторить ошибку предшественников, которые вырубили, вырвали, вытеснили целые виды ради силы. Она делала это не ради волка, не ради милосердия. Она делала это ради будущего. Она снова взобралась на старую, облюбованную ветку, с которой вела наблюдение, и оттуда одним взмахом палочки развеяла путы. Призрачное тело волка опустилось на землю, неподвижное, но уже свободное. Спасибо, Тунья, — мелькнуло у неё в мыслях. Именно соседка недавно напомнила ей, что амулеты и артефакты нуждаются в перезарядке. Если бы не это, вся операция пошла бы прахом. Оставалось только ждать. Пять часов она просидела неподвижно, изредка меняя положение, чтобы кровь не затекала в ногах. Всё это время приходилось отгонять любопытных тварей, что стремились воспользоваться беспомощностью пленника. Особенно противными были гигантские пауки — чёрные, блестящие, они бесконечно лезли отовсюду, стремясь добраться до волка. Девочка с отвращением сжигала их короткими заклинаниями, радуясь, что насекомые никогда не использовались в её работе. Мысль о том, что ей пришлось бы возиться с подобными тварями, была отвратительна. Наконец волк зашевелился. Его тело дрогнуло, сапфировый свет вновь вспыхнул в глазах. Он неуверенно поднялся, обвел взглядом лес, словно не веря, что всё это было реальностью. Потом, прижав уши, развернулся и бросился прочь, уже на бегу растворяясь в голубоватом тумане. Девочка смотрела ему вслед, пока призрачный хвост не растворился окончательно. Лёгкая улыбка тронула её губы. Теперь можно было возвращаться. Она двинулась в сторону замка. На середине пути её догнала сова, тяжело взмахнув крыльями уселась рядом прямо на ветку. К лапке была привязана записка. Вивьен развернула её — короткое, сухое напоминание: «Скоро экзамены. Возвращайся.» — Как же вовремя, — усмехнулась она и погладила сову по крылу. Ей не терпелось скорее вернуться и поработать с трофеями. А ещё — почему-то рассказать обо всём соседке. Тунья всегда реагировала так живо и интересно. Спустя пару дней она добралась до опушки, выходящей к озеру. С помощью метлы легко перелетела через стену и неожиданно притормозила. Внизу, у стены, она заметила знакомую светлую голову. Её соседка. И рядом с ней — целая толпа людей и призраков. Вивьен, недолго думая, пошла на снижение. Приземлившись, она распугала ребят, заставив их шарахнуться. — Приветик! — весело поздоровалась она. Петунья в шоке уставилась на неё. — Ты вернулась?! — Ага, — просто ответила Вивьен, поправив волосы и хитро улыбнувшись.— Что у вас тут за собрание? — она оглядела разношёрстную толпу, пытаясь прикинуть, кого знает, а кого — нет. Она сама не знала на что она рассчитывала, память на лица у нее была никакая. Возможно она и была с кем-то знакома, но точно не знала с кем именно. Особенность бросилась в глаза с первого взгляда: большая часть присутствующих оказалась выходцами из Гриффиндора. Даже призраки, что удивительно, многие были оттуда, и это показалось ей странным. Вивьен нагнулась к соседке и шёпотом уточнила: — Это что, драка? Тебя позвали чтобы побить? Как ни старалась она говорить тихо, остальные всё равно услышали её слова и тут же возмутились. Петунья лишь удивлённо посмотрела на неё и спокойно заметила: — Нет. Но, похоже, драка при таком раскладе всё же скоро начнётся. Вивьен перевела взгляд на разъярённых учеников. Их было шестеро — четверо мальчишек и две девочки. А вокруг них кружили пять призраков. Ей пришлось напрячь слух, чтобы разобрать суть спора. Они выясняли, кто из них выйдет наружу. Каждый рвался идти, но зачем — она никак не могла понять. — А в чём спор? — спросила она у Петуньи. Та тяжело вздохнула: — Нужно сходить в одно место за пределами Хогвартса и разыграть там разговор, чтобы кое-кто его услышал. Я хотела пойти сама, но они не дают мне этого сделать. — Ну конечно! — воскликнула рыжая девочка, стоявшая ближе всех к её соседке. Лицо её казалось смутно знакомым. — Куда ты собралась? Ты ведь уже наказана! А если поймают ещё раз? Вдруг и вовсе выгонят? Вивьен заметила, как её соседка побледнела. — Но и вы не можете идти, — просто сказала она. — Вы первокурсники, скоро экзамены. Если схлопочете штрафные баллы под конец учебного года, вас же свои же однофакультетники и линчуют. Да и опасно это — вас могут поймать учителя. Все разом замолчали. — Но ведь идти всё равно нужно, — неуверенно пробормотала одна из девочек. — Да. Я пойду, — твёрдо заявила Петунья. Вивьен заметила, как рыжая девочка недовольно запыхтела, но слов у неё так и не нашлось. Девочка шатенка стоящая рядом с ней возмущённо уставилась на призраков и с явной претензией обратилась к ним: — А вы почему не можете полететь и выманить его оттуда? Он ведь как-то умудрился выживать там целых сто лет! Вам что, трудно выйти за пределы Хогвартса на каких-то пятнадцать минут? Господин Ник, вы же когда-то славились мужеством… или сейчас не рискнёте? Призраки, и без того бледные, стали казаться ещё прозрачнее. Мужчина в камзоле, до этого стоявший важно и слушавший, теперь торопливо отвёл взгляд, будто и не слышал вопроса. — Мы… мы не можем. Нет… Даже здесь, у стен, магической энергии слишком мало. Не заставляйте нас идти туда, — выдавил он. Вивьен услышала, как её соседка раздражённо цыкнула и посмотрела на «храбрецов» с откровенным пренебрежением. Вивьен, которая редко обращала внимание на чужие чувства и обычно не блистала в понимании эмоций, вдруг заметила: один из мальчиков с тоской смотрел на рыжую девочку. И неожиданно шагнул вперёд. — Если дело в скрытности, доверьте это мне. Я смогу пройти незамеченным. — И как же? — рыжая девочка удивлённо уставилась на него, поражённая тем, что он сам вызвался идти. Мальчик гордо улыбнулся: — У меня есть свои способы. На лице рыжей девочки мелькнула благодарность. А Вивьен с любопытством следила за происходящим. Казалось, здесь намечалось нечто любопытное. Она так и не поняла, в чём суть разговора, но на миг даже забыла о трофеях, которые совсем недавно добыла. — Я всё равно не могу позволить тебе идти одному, — упрямо сказала Петунья. Тут вперёд выступили остальные три мальчика и уверенно заявили: — Мы пойдём с ним. Её соседка тяжело вздохнула: — Зачем вы вообще решили во всё это ввязаться? Пришли сюда, последовав за призраками, и даже не знаете всех подробностей. Ребята лишь пожали плечами. Первый мальчик, тот самый, что заговорил раньше, быстро бросил взгляд на рыжую девочку и густо покраснел. А мальчик со шрамами спокойно добавил: — Подозрительно было, что они все разом направились за пределы замка, тем более накануне Призрачного бала. А теперь мы кое-что узнали об Алисе. Она ведь с нашего факультета и мы должны помочь. Нам не обязательно знать всё. И третий мальчик усмехнулся и добавил: — А ещё тут явно пахнет приключениями. Петунья тяжело вздохнула: — Отпускать вас одних страшно… да и вы даже не знаете, куда идти. В ответ ей протянули карту, нарисованную от руки. Брови девочки удивлённо взлетели вверх. — Это у вас что, хобби такое? Полный мальчик смутился, щеки его порозовели. — Это моя работа, — признался он. — Я хочу составить полную карту Хогвартса и его окрестностей. А то, что мы выйдем за пределы раньше положенного, только поможет мне сделать её точнее. Петунья только покачала головой, и всё никак не могла решиться. Тогда Вивьен, сама от себя не ожидая, вдруг сказала: — Давай тогда я схожу. Соседка уставилась на неё расширенными глазами — от неё такого точно никто не ждал. — Мне можно находиться за пределами Хогвартса, проблем не будет. Так что этих, — она кивнула на мальчиков, — можно и вовсе оставить здесь. Компания молча переваривала услышанное. Рыжая девочка покачала головой: — Одной нельзя. Нужно сымитировать разговор и пустить слух. А как ты это сделаешь одна? Будешь разговаривать сама с собой? Ну да это выглядело бы подозрительно. — Да, лучше, если вы пойдёте вместе, — вмешалась Петунья, подняв взгляд к небу. — Мы уже слишком много времени потратили на споры. Нужно решаться быстрее, иначе весь план пойдёт дракону под хвост. Идите все вместе. Им подробно объяснили, что нужно сделать и какие слова произнести. Вивьен внимательно выслушала план, и её брови удивлённо взметнулись. Вот из-за такой ерунды собралась целая толпа? Но любопытство всё же толкало её вперёд, и она просто кивнула. Ребята тоже выслушали все наставления. Им вручили какие-то жёлтые бумажки с красными закорючками. — А это что? — с интересом спросил один из мальчиков. — Защита, — коротко ответила Петунья. — Держите при себе. Вивьен же она протянула отдельный листок, вытащив его из своего кармана. — Не думала, что понадобится столько амулетов. Так что возьми мой. — Да не нужно, — хотела отказаться Вивьен. Чего ей бояться? Но, заметив хмурый взгляд соседки, покорно взяла бумажку… и вдруг даже ощутила странную радость. Они подошли к стене, и Вивьен с любопытством уставилась, как каменная кладка разошлась в стороны от лёгкого прикосновения палочки. Она сразу отметила это место в памяти. Ей казалось, что она знает достаточно тайн Хогвартса, и неприятно царапнуло чувство, что оказывается — далеко не всё. А затем она увидела то, о чём говорил один из гриффиндорцев: способ остаться незамеченным. Из внутреннего кармана он достал мантию-невидимку. Сначала Вивьен не придала ей особого значения — мантия и мантия, у неё таких пруд пруди. Но когда все четверо мальчиков скрылись под ней, её глаза чуть не вылезли из орбит. Небольшой кусок ткани растянулся, превратившись почти в простыню, под которой уместились все. А поразило её больше всего то, что невидимость была абсолютной — ни намёка на очертания. Такого не давала ни одна мантия, которую она видела прежде. — Это что такое? — выдохнула она, ошеломлённо касаясь мантии. Ткань оказалась прохладной, струящейся. Девочка не слышала ни дыхания ребят, ни их шагов, хотя стояла совсем рядом. — Вот это да! — воскликнула Вивьен. — Где ты её достал? Мальчик приподнял полотно и показался по пояс, верхняя часть его тела словно повисла в воздухе. — Она досталась мне от отца. Семейная реликвия. М-да… — мрачно подумала Вивьен. Значит, разобрать её вряд ли позволят. А ведь так хотелось выяснить, какими чарами она пропитана и какие компоненты использовались. Может, хотя бы кусочек оторвать?.. Похоже, её взгляд стал слишком кровожадным, потому что мальчик быстро выдернул край мантии из её пальцев, коротко бросил: «Выдвигаемся», — и мгновенно исчез под тканью. Вивьен досадливо вздохнула. Они выдвинулись вперёд, пройдя через скрытый проход. Напоследок Вивьен услышала голос соседки: — Вивьен! Она обернулась. — Как прошла твоя охота? — спросила Петунья. Вивьен широко улыбнулась и подняла большой палец вверх. Петунья в ответ тоже улыбнулась. — Поздравляю. И удачи вам, — добавила она уже всем ребятам. Вивьен пошла дальше, довольная, и на прощанье весело помахала рукой.