Глава 97. Неясные тени Хогсмида

Петунья и Алиса встретились у ворот. Алиса пришла в тёплой голубой кофте, коричневых штанах и удобных ботинках, выглядела одновременно уютно и по-выходному свободно. Петунья же, как обычно, была в форме. — Знаешь, — оживлённо сказала Алиса, —я постараюсь как следует потренироваться и научусь нормально использовать заклинания увеличения одежды. Петунья слегка смутилась и уточнила: — А что… в форме нельзя выходить? — Да нет, можно, — поспешила успокоить её Алиса. — Просто все стараются хотя бы по выходным избавиться от надоевшей формы. Кажется, это Петунью немного успокоило. — Тогда всё хорошо, — сказала она. — Мне нравится моя форма. Она почти неосознанно провела ладонью по ткани — бережно, с тихой гордостью. Алиса сразу поняла, что это не попытка оправдаться. Подруга действительно любила носить форму. Но где-то в глубине души Алиса всё же решила, что заклинание стоит потренировать. На всякий случай. Они отправились в Хогсмид. Со всех сторон доносились смех и разговоры, ученики шли группами, переговаривались, перебивали друг друга, и в воздухе чувствовалось общее нетерпение. Когда они приблизились к месту, где обычно встречались Алиса и Фредерик, Петунья заметила, как Алиса вдруг начала упрямо смотреть куда угодно, только не туда. Делала вид, что её невероятно заинтересовала тропинка, камни под ногами, что угодно. Не говоря ни слова, Петунья подхватила подругу под локоть и ускорила шаг, уводя её подальше от этого места. Алиса явно не ожидала такого, но без сопротивления пошла быстрее, чуть удивлённая, но благодарная. Когда место их встреч осталось позади, они замедлились. Теперь уже Петунья крутила головой во все стороны, разглядывая всё подряд. Так далеко она раньше не заходила. Необычные травы, странные насекомые, переливающиеся крылья, формы, которых не существовало в магловском мире, ей хотелось остановиться у каждого куста и рассмотреть всё как следует. Алиса вдруг легонько ткнула её локтем и указала на кустарник неподалёку. — Смотри. Петунья остановилась, прищурилась, не сразу понимая, на что именно нужно смотреть. И тут из листвы вырвалось маленькое светящееся создание — стремительное, едва заметное. Оно вылетело, описало дугу и тут же нырнуло обратно. За ним показалось второе, и между листьями послышался тонкий писк, будто они играли в догонялки. — Феи, — просто сказала Алиса. — Вау… — выдохнула Петунья, не отрывая взгляда. Она смотрела, затаив дыхание. Рот чуть приоткрылся, глаза заблестели — чистым, неподдельным восторгом. Алиса наблюдала за подругой с улыбкой. Обычно Петунья была собранной и серьёзной. Даже если улыбалась то сдержанно, будто не желая показывать окружающим свой восторг. Лишь в проявлении раздражения она себе не отказывала. И потому Алисе было особенно приятно видеть этот тихий, неподдельный восторг — распахнутые глаза, приоткрытый от удивления рот и свет, который вдруг появился в лице Петуньи. Так, не спеша, они дошли до Хогсмида. Петунья шла, не скрывая восторга, разглядывая местных жителей. Жители деревни были одеты в обычную одежду, но совсем не такую, как у маглов. Она сразу заметила, что здесь ценили не столько моду, сколько удобство: тёплые плащи с глубокими карманами, вязаные жилеты поверх рубашек, плотные юбки и брюки, рассчитанные явно на долгие прогулки и переменчивую погоду. Мимо прошёл мужчина в потёртом коричневом плаще и вязанных перчатках без пальцев, за ним — женщина в длинной тёмной юбке и шерстяном кардигане, из кармана которого торчал кончик волшебной палочки. Кто-то был закутан в шарф, кто-то — в плотные накидки, хотя погода вовсе не казалась холодной. И всё же среди этих практично одетых людей Петунья заметила и других. Навстречу им прошли две девушки-модницы — в пёстрых, ярких платьях, с аккуратными причёсками и… зонтиками от солнца. Они неспешно шли по улице, держа их над головами, хотя солнце в небе было скрыто за тучами. Петунья проводила их взглядом, невольно улыбнувшись. Почти сразу внимание девочек привлёк шум. Мальчик лет шести с визгом нёсся по улице, прижимая к себе пятнистого кота… у которого было два хвоста. Кот отчаянно извивался, а за ними, явно играя, бежала маленькая собачка. Мальчик то кричал, то заливался смехом и было совершенно непонятно, в ужасе он или всё это часть игры. Вдруг он поставил кота на мощёную дорожку, подхватил подбежавшую собачку, которая, к удивлению Петуньи, оказалась меньше кота, и снова побежал, но уже в другую сторону. А кот, взмахнув обоими хвостами, ринулся за ними следом. — Так здесь живут… обычные люди? Семьи? — спросила Петунья, не отрывая взгляда от этой суматохи. — Конечно, — ответила Алиса с лёгкой улыбкой. — А ты как думала? Да, здесь много лавок для учеников, и из-за этого кажется, будто это просто торговая деревня. Но на самом деле это обычное место. Со своими жителями, заботами и рутиной. И правда, приглядевшись, Петунья поняла, почему поначалу приняла деревню за нежилую. Учеников было слишком много — они заполнили улицу, магазинчики, маленькие кафе, шумели, смеялись, толпились у витрин. Хогсмид напоминал ей Косой переулок — только улицы здесь были шире, просторнее. Первым делом они зашли в магазин для животных. Алиса купила сироп для своей жабы, долго уточняя дозировку и состав. Петунья тоже не ушла с пустыми руками: для своей любимицы она взяла печенье со вкусом полевых мышей, а для кошки Лили — кошачью траву. Продавец с лукавой улыбкой заверил, что после неё кошка «точно будет в нирване», поскольку это редкое и очень вкусное лакомство. Петунья купила его с опаской. Её пугала мысль о том, что для и без того гиперактивной и вредной Тучки это может оказаться слишком. Но всё же она решила взять немного, на пробу. Выйдя из магазина, они уже собирались направиться в «Сладкое королевство», чтобы купить лакомства уже для себя и для девочек оставшихся в Хогвартсе. Но Петунья вдруг резко замедлилась и потянула Алису за рукав, указывая на вывеску одного из соседних магазинчиков. Книжная лавка. Алиса сначала уставилась на табличку, потом перевела взгляд на Петунью и у обеих на лицах одновременно расплылись одинаковые, заговорщические улыбки. — Как думаешь, у них есть новая часть «Проклятого любовью Арлекина»? — прошептала Алиса. Петунья пожала плечами с самым невинным видом: — Можно проверить. Они зашли в книжный магазин и, стараясь выглядеть неприметно, направились прямо к полке с романами. Перебирали корешки, наклонялись ближе, шептались. Историй про Арлекина там не оказалось, но внезапно Алиса сдавленно вскрикнула и ткнула пальцем в книгу. — Смотри! Третья часть «Сердца зверя»! Петунья прикусила губу, разглядывая обложку и ценник. Дороговато. — Давай скинемся и купим? — предложила Алиса. Они быстро отсчитали деньги. Петунья мысленно поморщилась, средств у неё было немного, и тратить их нужно было с умом. Она была уверена что больше денег ей не пришлют. Но книга… книга того стоила. Краснея и избегая лишних взглядов, они подошли к кассе. Покупка прошла успешно, и, выйдя из магазина с книгой, они чувствовали себя невероятно довольными собой. После этого путь наконец лежал в «Сладкое королевство». Там они набрали печенья, посмеиваясь и напоминая друг другу ни в коем случае не перепутать их с лакомством для совы и не угостить девочек печеньем со вкусом полевых мышей. К печенью не забыли купить ириски и пару шипучих конфет. К этому моменту обе поняли, что устали. — Может… в «Три метлы»? — предложила Алиса. — Выпьем сливочного пива. Ты точно должна его попробовать! Петунья кивнула. Дойдя до таверны, они уселись за стол. За сливочным пивом они наконец расслабились. Петунья сделала первый осторожный глоток и удивлённо улыбнулась. — Оно правда очень вкусное, — призналась она, поднимая кружку. — Я почему-то ожидала чего-то… странного. Алиса заулыбалась, явно довольная, а на ее лице появились очаровательные ямочки. Мимо проходили ученики, и многие здоровались с Алисой — кто-то махал рукой, кто-то останавливался на пару слов. У неё, как оказалось, было удивительно много знакомых, и она легко поддерживала разговор с каждым, не теряя нити беседы с Петуньей. В какой-то момент от соседнего стола донёсся громкий смех. Девочки невольно прислушались. — Да это не Гремучая ива, а Дракучая! — заявил один из гриффиндорцев, вызывая общий хохот. — Вот именно! — подхватил другой. — Откуда она вообще взялась? Раньше же её не было! — Старшеклассники теперь устраивают «испытания на храбрость», — продолжал кто-то ещё. — Типа, кто ближе подбежит или проскочит мимо. — Ага, — хохотнул первый, — только в итоге троих азартных умников она уже отправила прямиком в лазарет. Ребята говорили об этом со смехом, будто речь шла о забавном происшествии. А у Петуньи в голове всё вдруг встало на свои места. Она вспомнила нескольких бессознательных учеников, которых в последнее время приносили в лазарет со стандартным объяснением что они «просто упали». Уже тогда и мадам Крейн, мадам Помфри и даже сама Петунья чувствовали, что что-то не сходится. Она даже вспомнила, как мадам Крейн устало сказала: — Я бы поверила, что вы просто упали, если бы вы перед этим разбежались, а потом столкнулись все одновременно, как бараны. А так не верю. Но никто никого не выдал. Даже когда ребята пришли в себя, они упрямо твердили одно и то же, «что просто упали». Теперь Петунья понимала, почему они молчали. — Ты слышала про иву? — спросила Алиса, наклонившись к ней. Петунья кивнула, сделала ещё глоток сливочного пива и, немного поколебавшись, решила рассказать про прошлогодние приключения. Про появление ивы, волка и скрытый ход ведущий в странную хижину. По мере рассказа глаза Алисы становились всё больше и больше. — Вот это да… — выдохнула она, когда Петунья закончила. — Так получается, вы с Вивьен уже прошли испытание на храбрость! — Или на дурость, — буркнула Петунья, отставляя кружку. Но уголки её губ всё-таки дрогнули. Допив свои напитки, они вышли на улицу. Уже стемнело, и на небольшой площади перед таверной, где они до этого сидели, собралась толпа, там как раз шло представление. Какая-то бродячая труппа показывала огненное шоу. Артисты выпускали изо рта языки пламени, ловко перекидывали между ладонями огненные шары, подбрасывали их в воздух, заставляя вспыхивать и гаснуть в такт музыке. Искры разлетались веером, осыпаясь на каменную мостовую, и тут же исчезали, не оставляя и следа. Девочки стояли в кругу зевак, не отрывая глаз от представления. От выпитого сливочного пива их слегка подташнивало, обе время от времени икали, тихо хихикая над этим. Петунья поймала себя на мысли, что ей очень хорошо. И что правильно, очень правильно, что в Хогсмид они пошли только вдвоём с Алисой. Ей нравилась эта прогулка — лёгкая, живая, без неловкости. С Адамом она бы снова стала деревянной, зажатой, постоянно следящей за собой. А сейчас… сейчас она просто наслаждалась прогулкой. Огонь на площади вдруг изменился. Сначала пламя стало голубым — холодным, почти нереальным. Толпа ахнула. Затем оно вспыхнуло красным, и где-то сбоку громче загалдели гриффиндорцы. А потом огонь окрасился в зелёный — глубокий, насыщенный, и уже с другой стороны площади раздался возбуждённый гул слизеринцев. Петунья смотрела на это с восторгом, чувствуя, как внутри всё замирает от красоты. И вдруг она почувствовала — что-то не так. Она повернулась к Алисе. Та стояла с широко раскрытыми глазами. Зелёный свет отражался на её лице, делая выражение почти пугающим. Алиса сжимала пакеты с покупками так сильно, что костяшки пальцев побелели. Взгляд её был прикован не к огню, а куда-то в толпу. — Алиса… — осторожно спросила Петунья. — Ты как? С тобой всё нормально? Ответа не последовало. Алиса не моргала, не шевелилась, словно перестала слышать окружающий мир. Петунья проследила за её взглядом, но не увидела ничего необычного. Просто люди. Кто-то в праздничной одежде, кто-то в мантиях, кто-то смеялся, кто-то хлопал артистам. Ничего, что могло бы так напугать. И вдруг Алиса вздрогнула. Резко развернулась на каблуках и побежала прочь, в сторону Хогвартса. — Алиса! — вырвалось у Петуньи. Она рванула следом. Но Алису было трудно нагнать. Та бежала быстро, почти не оглядываясь, и вскоре свернула в сторону подлеска. Петунья задыхалась, чувствуя, как начинает колоть в боку, и невольно вспоминала слова Вивьен о ее «выносливости». Она замедлилась, пробираясь между деревьями, и полушёпотом звала подругу по имени. Намеренно не кричала, ведь не хотела напугать её ещё больше. — Алиса… И тут кто-то резко схватил её за руку и дёрнул в сторону. Петунья едва удержалась, чтобы не вскрикнуть. В последний момент она поняла что это была ее подруга. Та приложила палец к губам и прижалась спиной к стволу дерева. Петунья сделала то же самое, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Они замерли и прислушались. Вокруг было тихо. Лишь где-то вдалеке доносились смех и крики людей с площади, а ещё дальше лениво лаяла собака. Петунья молчала, хотя по-прежнему не понимала, в чём дело. Она лишь видела, как Алису бьёт мелкая дрожь. И тут они услышали вой. Он был не совсем рядом, но и не настолько далеко, чтобы его можно было легко проигнорировать. Протяжный, тянущийся звук прокатился по воздуху и растворился среди деревьев. Петунья насторожилась. Сердце неприятно сжалось, но этот вой не был тем самым. Не тем, который она помнила. Не тем, от которого холод пробегает по позвоночнику. Может, деревенская собака? — подумала она, стараясь не поддаваться тревоге. Девочки осторожно выглянули из-за дерева, но вокруг никого не было. Только темнеющие кусты, тропинка и далёкие огни Хогсмида. Алиса, кажется, немного успокоилась. Дыхание её стало ровнее. Они выпрямились, и Петунья помогла подруге подняться, ноги у той всё ещё дрожали. — Прости… — тихо сказала Алиса, опуская взгляд. — Иногда, когда я вижу людей в плащах… мне становится тревожно. И хочется бежать. Просто… бежать. Они двинулись в сторону Хогвартса, не торопясь, пробираясь через кусты, убегая они отошли чуть в сторону от основной дороги. Петунья попыталась разрядить обстановку: — Тяжело тебе, наверное, — сказала она с неловкой попыткой улыбнуться. — В Хогвартсе ведь половина людей ходит в мантиях. Но Алиса не улыбнулась. — Меня пугают не все, — тихо ответила она. — Обычно… взрослые маги. В мантиях. С капюшонами. Петунья нахмурилась, пытаясь вспомнить площадь. Был ли там кто-то… выделяющийся? Какая-то фигура, на которую она сама обратила бы внимание? Но в памяти всплывала только толпа. — А давно у тебя… этот страх? — осторожно спросила она. Алиса замедлила шаг. Несколько секунд шла молча, хмурясь, будто подбирала слова. — Ты знаешь… — наконец сказала она. — Со смерти моей мамы. Петунья невольно замедлилась. — Я не знаю всех подробностей, — продолжила Алиса, глядя перед собой. — Папа очень старался оградить меня от этого. Но дело было резонансным… и у него просто не получилось скрыть всё. Она тяжело вздохнула. — Он главный судья Визенгамота. Мама тоже работала в Министерстве. И… была не последним человеком. Так что слухи, разговоры, новости — их невозможно было заглушить. Петунья молчала, не перебивая. Алиса снова вдохнула — глубже, словно собираясь с силами. — Маму убил маг, сбежавший из Азкабана, — сказала она почти шёпотом. — Говорят, он напал на неё ради денег и палочки. У неё было с собой немного… и он забрал всё. Она сглотнула. — Его так и не поймали. В кустах тихо шелестел ветер, а где-то далеко всё ещё слышался приглушённый шум Хогсмида. Петунья шла рядом, чувствуя, как тяжесть этих слов оседает внутри. Она не знала, что сказать. Слова застревали где-то в горле, казались либо слишком пустыми, либо неуместными. В итоге она просто неуверенно взяла Алису за руку. Та, казалось, сначала даже не заметила этого жеста, но через мгновение сжала пальцы Петуньи крепче, отвечая на прикосновение. — Свидетели говорили, что это был высокий мужчина, — продолжила она, глядя себе под ноги и будто выпадая из реальности — В тёмной мантии. Голос её звучал отстранённо, почти механически. — Когда я узнала об этом, он начал сниться мне в кошмарах. Там я никогда не видела его лица. Только это чувство… — она судорожно выдохнула. — Страх. Ужас. Будто он вот вот догонит меня. По спине Петуньи пробежали мурашки. — Но как только я просыпаюсь, — Алиса чуть пожала плечами, — я сразу успокаиваюсь. Даже не вспоминаю об этом сне. До тех пор, пока не вижу похожую фигуру среди людей. Тогда всё возвращается и страх, и сны. Петунья несколько секунд шла молча, переваривая услышанное. Потом осторожно спросила: — И в этот раз… ты увидела кого-то похожего? Алиса кивнула. — Да. Один человек. Он как будто смотрел на меня из-под капюшона. Я чувствовала от него угрозу, точно такую же, как во сне. — Она поморщилась. — Я просто не смогла справиться с паникой и убежала. Она наконец подняла глаза. В них смешались испуг и смущение. — Ты, наверное, думаешь, что я веду себя как ребёнок. Что это глупо… Петунья тут же покачала головой. Нет. Она точно не считала страх Алисы ерундой. Она и сама видела странные, тревожные сны, такие, после которых страшно ложиться спать. А у Алисы этот страх имел имя, причину и историю. Он был связан со смертью её мамы. С тем, что убийца так и остался на свободе. Этот страх был настоящим. Логичным. И уж точно не глупым. — Я не считаю, что это глупо, — уверенно сказала Петунья. — Бояться подобного — совершенно нормально. Просто… помни, что я рядом. И если что, я тебе помогу.. или убегу вместе с тобой. Она неловко улыбнулась и замолчала, а потом, словно решившись, добавила то, о чём до этого не говорила никому: — Знаешь… я ведь тоже боюсь. Многого. — Ты?! — удивлённо воскликнула Алиса, даже остановившись. — Но ты же такая смелая! И сильная! Петунья тоже остановилась и внимательно посмотрела на подругу, проверяя, не смеётся ли та. Но Алиса не улыбалась, напротив, выглядела искренне ошеломлённой, словно сама мысль о страхах Петуньи была для неё чем-то невозможным. — С чего ты так решила? — осторожно спросила Петунья. И Алису будто прорвало. — А как же иначе? — выпалила она. — Ты спасла меня на игре! Прыгнула в воду, чтобы защитить меня от Фредерика, хотя вообще не понимала, что происходит. Ты помогла мне решиться дать ему отпор, а потом придумала план и он сработал! Она говорила всё быстрее, не делая пауз: — А сколько всего я, оказывается, о тебе ещё не знаю! Про иву я узнала только сегодня, про хижину тоже, про волка, который за тобой гнался… А ты всё равно не сдавалась, готовилась драться до конца! Петунья открыла рот, чтобы что-то сказать, но Алиса не дала ей вставить ни слова. — И твоя магия… она мощная! Я никогда в жизни не видела такого огромного щита. И ты ещё сдерживаешь тьму внутри себя, а я уверена, это требует невероятных сил. Петунья слушала эту тираду, едва сдерживая эмоции. Ей стоило огромного труда не раскрыть рот от изумления. Так вот как она выглядела в чужих глазах. Если бы Алиса слышала её мысли в те моменты, когда происходили все эти «подвиги», она бы точно не называла её смелой. Там было слишком много страха, сомнений, желания сбежать. И всё же Петунья была поражена тем, насколько разным может быть взгляд со стороны. Даже когда речь идёт о тебе самой. Она всегда считала себя слабой, осторожной, трусоватой. Той, кто действует не из храбрости, а потому что иначе просто не может. И мысль о том, что в глазах другого человека она выглядит вот так…заставляла что-то внутри неловко сжиматься. — Я не считаю себя такой уж сильной… — осторожно сказала Петунья. Алиса внимательно слушала. Петунье пришлось буквально заставить себя продолжить. Даже рот открыть оказалось почему-то тяжело. — Если честно… после того случая, когда тьма вернулась и спряталась глубже… — она запнулась и сглотнула. — Я начала видеть странные сны. Не сразу. Но они появились. Она говорила медленно, подбирая слова. — Сначала это было неясное тёмное пятно. Маленькое, почти незаметное. Оно мелькало где-то на краю моих снов и исчезало так быстро, что я даже не успевала испугаться. А потом… — Петунья на мгновение замолчала. — Потом оно стало появляться чаще. И ещё… больше. Оно начало напоминать фигуру. Но я никогда не могла посмотреть на неё прямо. Стоило мне попытаться — она исчезала. Всегда. Алиса заметно напряглась. — А теперь… — продолжила Петунья, чувствуя, как холодок ползёт по спине, — она начала приближаться. С каждым сном всё ближе. Почти доходит до меня… будто тянется рукой. И в этот момент я просыпаюсь. Теперь уже Алиса крепче сжала её ладонь. — А… эта тень, — тихо спросила она, — она пытается тебе что-то сказать? Связаться с тобой? Они остановились возле деревьев. Ветви тихо шелестели над головой. Петунья пожала плечами. — Вроде нет. Я не слышу от неё ни слов, ни звуков. Она просто идёт за мной… идет ко мне. Алиса явно слишком живо представила эту картину — её плечи непроизвольно передёрнулись. — Возможно… — задумчиво сказала она, — это похоже на то, что происходит со мной. Доктор, которого вызвал папа когда меня начали тревожить сны, говорил, что после сильного потрясения мозг может создавать пугающие образы. Чтобы ты смог пережить случившееся… но уже контролируя ситуацию. — Контролируя? — переспросила Петунья. — Да. Он говорил, что лучшее, что можно сделать — это в собственном сознании победить то, чего ты боишься. Закончить то, что осталось незаконченным. У меня это — не пойманный убийца. А у тебя… тьма, которая так и не исчезла. И ты не знаешь, чего от неё ждать. Петунья нахмурилась. — А как победить? — тихо спросила она. — Я ведь даже не всегда понимаю, что нахожусь во сне. Алиса грустно опустила голову. — Я и сама пока не знаю, — призналась она. — Иначе мы бы сейчас не стояли здесь из-за моего приступа паники. Она тяжело вздохнула. Петунья тоже. — Спасибо, что поддержала меня, — Алиса слабо улыбнулась. — И что рассказала о том, что тебя тревожит. Петунья пожала плечами, словно говоря "ничего особенного", а потом добавила: — И тебе спасибо. Что поделилась. Их разговор прервал вой. Он снова раздался где-то вдалеке — не слишком близко, но достаточно отчётливо, чтобы Петунья мгновенно напряглась. — Ты не переживай, — поспешно сказала Алиса, заметив её реакцию. — У многих местных есть собаки. Здесь вой и лай слышны часто. Петунья чуть расслабилась, но всё равно огляделась по сторонам. Здесь — это где именно? — Мы уже прошли примерно середину пути к Хогвартсу, — добавила Алиса, словно услышав её мысли. Петунья кивнула, и они двинулись дальше. Но через несколько шагов Петунья вдруг остановилась. Слева, чуть в стороне от тропы, в полумраке стоял ветхий дом. Перекошенный, тёмный, словно вросший в землю. Почему-то взгляд Петуньи сам собой к нему притянулся, она даже не сразу поняла, почему замерла. — О… — протянула Алиса, заметив, куда она смотрит. — Это заброшенный дом. Говорят, там водятся боггарты — те, что умеют превращаться в твои страхи. Некоторые из учеников уже дали дому имя— «Визжащая хижина». Оттуда постоянно доносятся страшные звуки: то вой, то крик, то визг. Она пожала плечами. — Думаю, это просто ветер гуляет по дому. Раньше, еще до появления Ивы, ученики проверяли там себя на храбрость, пробираясь внутрь. Но после нескольких… происшествий Хагрид заколотил дом, чтобы туда больше никто не лазил. Петунья медленно кивнула, и вдруг поняла, почему этот дом так притянул её внимание. В тот раз, когда они там были, уже стемнело. Тогда она не успела толком разглядеть дом снаружи, слишком быстро они с Хагридом отправились обратно в Хогвартс. — Это точно тот самый дом, — тихо сказала она. — В него вёл ход от ивы. Алиса вновь посмотрела на хижину, но уже иначе. Не с любопытством, а с настороженностью. И тут Петунья заметила то, от чего внутри неприятно сжалось. В хижине горел свет. Несмотря на заколоченные окна, в щелях между досками угадывалось слабое, неровное свечение. А вместе с ним — движение. Несколько неясных теней, скользящих внутри. Петунья почувствовала, как холод медленно поднимается по спине. Они с Алисой переглянулись.