Глава 1. Дын Марв

Можно было бы сказать, что всё стало как раньше, встало на свои места, но это была бы очень глупая ложь. Ничего как раньше уже не было, ни для нашей семьи точно. Маленькая Маришка грустившая по Сегериму задавала по-детски наивные вопросы про него: что с ним? Почему? Зачем? Чем безмерно злила отца. И тогда он первый раз позволил себе её ударить. Не розгами в воспитательных целях отшлёпать, а своей тяжелой рукой, чтобы гнев выплеснуть. Когда хрупкое тельце сестрички отлетело без чувств, я думал, он её убил и не сдержался. Ветер загулял в хате, завыл словно раненый зверь, загрохотал ставнями и захлопал дверьми, опрокинул стол, табуретки, затрепетал одежду, раскидал посуду, вёдра, всё что стояло на открытом пространстве не приколоченное к полу. А после откликнувшись на моё желание влетело в грудь испуганному мужику выбив воздух из лёгких и вдавив в крепкую стену избы. На этом мой запал кончился и я почувствовал дикую усталость. Но Микула не дремал. Его страх обратился злобой и вскочив на крепкие ноги мужик подскочил и нанёс удар, от которого меня снесло словно воздушным тараном. –Сучий колдун, эльфское семя, ублюдок! Удары сыпались сверху, вынуждая свернуться калачиком и ждать когда всё кончиться. И надеяться, что меня не убьют. Маменька попыталась заступиться, что-то кричала, но удары не прекращались. А всё ждал и ждал когда всё кончится. Наконец удары прекратили сыпаться, а тяжёлые шаги начали удаляться, пока из пристройки дома не стал доноситься шум задуваемых мехов и лязг металла. –Кийян, милый... Маменька была рядом, пыталась утешать, сама заливаясь слезами, но моё детское тельце не выдержало столь сильных побоев и погрузилось в спасительный сон. И отлёживаться мне придётся не один день, ну хоть ничего не сломали, что удивительно, и то хлеб. *** С тех пор отношения в семье изменились. Не сказать что раньше они были полны любви и взаимопонимания, но детская непосредственность скрашивала напряжение между мужем и женой. Сейчас же между нами царили страх и ненависть. Это сильно давило на Микулу и тот запил. Заливал собственные неудачи и поганый характер деревенской сивухой, а потом срывал злость на маменьке. На меня этот урод поглядывал злобно, со страхом, но руки лишний раз не распускал, да и старался держаться подальше. Помнит, скотина, как ему прилетело и опасается что ненароком зашибу. Ну а раз времени у меня прибавилось, Микула меня кузнечному делу больше не учил, я больше времени стал уделять магии. Выбирался подальше, где мог побыть один, и тренировался. Но старался избегать старого дуба, разве что поглядывал издалека. И однажды, примерно через неделю после расправы над эльфом, когда труп уже распух, случилось что-то странное. Будто кто-то оторвал ему нижнюю часть тела. А из разорванного пуза свисали едва заметные издалека кишки. На следующий день тело вовсе пропало, а по ночам близ хутора стали слышаться странные звуки. Рёв, рычание, копошения. Ситуация немного прояснилась, когда удалось подслушать разговор местных мужиков. –Сучьи трупоеды, совсем Йольку зашугали, сил нет. –Тебя просто жена достаёт, а мне пришлось вчера могилу родителей закапывать. Пустую. Гробы разломали и всё выжрали и костей не оставили. Даже могилки править не дали закончить, спугнули упыри поганые. Не знаю что именно за животные в этом мире обитают, что выкапывают похороненных и сжирают даже кости. Падальщики и в прошлых мирах были, но чтобы так? В общем ещё недели две такая чертовщина продолжалась, а после, когда пропал десятилетний Гришко, сынишка семьи бондарей живущей на окраине, мужики собрали отряд в пять рыл, похватали вилы, топорики да факела и под покровом ночи направились к кладбищу. Я не спал в этот день, да наверно вся деревня не спала переживая за родных, друзей и знакомых. Мне же просто было интересно, отчего я торчал у окна и глядел в ту сторону, где и скрылся наш бравый отряд охотников на чудовищ. Оттого успел приметить бегущего не разбирая дороги мужика. Одного, без оружия. Небо было ясным, Луна яркой, оттого и разглядел силуэт. И ещё один, нечеловеческий и даже не звериный. Крупный, с мощными лапами и худым телом. Он не стал добивать мужика, видать насытился, так что просто развернулся и скрылся во тьме. А я узнал что мир, помимо магии, далеко не такой обычный как мне казалось ранее. В нём обитают чудовища. *** Днём мужика осмотрели. Носика хорошо подрали, на торсе красовались шрамы от острых когтей, а на левой были следы зубов. Острых, длинных. Как только выжил? Ну а солтыс, поняв что своими силами они не справятся, позвал молодого, лет семнадцати, парня, вручил ему что-то и отправил в ближайшее крупное село. Местного помещика о помощи просить или специалиста позвать? А они вообще есть, специалисты по убиению монстров? Парень, Колек, обернулся уже к вечеру следующего дня. Один, видимо не за помощью к помещику его отсылали. Ну или помощь не дали. А буйство монстров продолжалось. Не то чтобы они нападали на местных. Пока к ним не лезли, они никого не трогали, но каждую ночь рычание и копошения были всё ближе и ближе. Да и Носик, выживший в драке с монстрами слёг в лихорадке. Надо думать, всё же его подрали трупоеды, которые мертвечину жрут. У них на лапах и в пастях столько разных болезней, что здоровенные зубы и когти на их фоне не так уж и страшны. И ладно бы только Носик слёг, в его семье все тоже заболели, а вот это уже чертовски опасно, только эпидемии нам и не хватало. Пока что дети слегли с лихорадкой, вместе с отцом, но и мать их чувствует себя не важно. Через неделю уже половина деревни кашляла и испытывала недомогание, у самых больных проступила сыпь, а я очень запереживал, когда Маришка и маменька тоже внезапно начали кашлять. А однажды, когда солтыс уже раздумывал снова кого отправить, видимо тоже озабоченный эпидемией, в Луговки прибыл странник. Невысокий, не слишком худой, в странной одежде. Я бы сказал что это доспех, но слишком уж он для доспеха лёгкий. Сапоги, кожаные штаны, синяя жилетка из-под которой выглядывает рубаха без рукавов. На жилетку накинута перевязь, на груди болтается странный медальон в форме оскалившейся морды кота. Из доспехов в его одежде можно выделить разве что перчатки без пальцев, на которых были наложены металлические пластины вдоль предплечья на равном расстояние друг от друга. Но и те скорее для парирования, чем для прямой защиты служат. Лошадь незнакомца была вся навьючена припасами и сумками с неизвестным содержимым. Ну а самое необычное и выделяющееся было его лицо и два меча за спиной. Два меча. За спиной. И не одноручники какие-то, а натуральные полуторники. Их же не вынешь толком из-за спины! Хотя ножны у него тоже необычными были, как-то по-хитрому сделаны, что мечи не болтаются и не выпадают, если застёжку не снять. А если снять, что сделать можно одной рукой за спиной, легко выхватываются. Ну а лицо... Абсолютно безволосое, на лице даже намёка на щетину нет, как и на голове. И не скажешь что это он так молод, на вид лет двадцать пять, а рожа лютого уголовника, ещё и кожа бледная. Не как у трупа, но близко. А лысина так и сверкает на солнце. На левой стороне лица, под глазом, выходя из слёзного канала и уходя к щеке лежал шрам. А глаза, жёлтые, светящиеся с узким кошачьим зрачком смотрели тебе будто прямо в душу. Делать было решительно нечего, с домашними делами я закончил, так что решил посмотреть на работу незнакомца. Да и не только я, ребятня тоже за ним следила на почтительном расстоянии. Да и взрослые поглядывали в сторону чужака, плюясь под ноги. Лишь солтыс лебезил перед гостем, ну да, тот ещё нас от трупоедов избавить должен. На лишнее внимание гость не реагировал, слишком сильно. Просто периодически зыркал своими жёлтыми глазами, от чего ребятня с криком разбегались, а взрослые спешно отводили взгляд под его удовлетворительный хмык. Один я никак не реагировал, от чего получил долгий изучающий взгляд. Наконец решив все дела с войтом и о чём-то с ним условившись, незнакомец направился в мою сторону, отпугивая ребятню, тех кто ещё не убежал. –А ты у нас бесстрашный, да? И улыбнулся такой неприятной ухмылкой. –Меня Кийяном звать. Дяденька, а вы кто? Прежде чем ответить незнакомец опустился на колено, сравнявшись со мной глазами. –А по глазам не видно? Я лишь с сомнением осмотрел их. Точно кошачьи, разве что радужка более человеческая. Размером, не цветом. –Оборотень? –Аха-ха-ха-ха!!! Мой ответ развеселил гостя, зашедшегося в хриплом смехе, будто кричащая стая ворон. –Меня зовут Гаэтан. Ведьмак я, охотник на чудовищ. Нас специально выращивают, проводят через мутации. Ну через особые ритуалы, делая нас сильнее, быстрее, живучее чем обычные люди. Встав с колена и отряхнувшись Гаэтан махнул за собой, направляясь в сторону указанного солтысом кладбища. А я по новому смотрел на наёмника. Если их проводят через контролируемые мутации в условиях средних веков, делая сильнее, быстрее и опаснее обычных людей, то подобное направление выглядит крайне перспективно. Не так как магия, но как запасной вариант вполне. –Ну рассказывай, поделись что у вас произошло. От вопроса Гаэтана я испытал очень неприятные эмоции от слишком свежих воспоминаний. Но не позволяя себе впасть в грусть и меланхолию собрался и ответил, ткнув своей детской рукой в сторону раскидистого старого дуба. Сейчас его не видно за домами, но он там есть. –На краю хутора селяне повесили эльфа. –Aen Seidhe.– перебил меня Гаэтан. –На эльфском это значит... –Народ гор.–. Уже я перебил ведьмака, что посмотрел в мою сторону с куда большим интересом, не ожидая таких познаний от деревенского мальчишки. –Верно. Тогда ты должен знать, эльфы не любят когда их называют эльфами. Ну да хер с этими остроухими, вернёмся к работе. Селяне повесили эльфа, тот начал гнить, вонять, а ветер разнёс его запах привлекая трупоедов. Трупоеды наверняка сожрали эльфа, а после заняли местное кладбище. –Звучит складно.– пожав плечами, припомнил. –И я видел одного, когда Носик возвращался ночью. Они с мужиками решили сами разобраться с трупоедами, но не смогли. Луна тогда хорошо светила и я увидел силуэт. Большая тварь, на четырёх мощных лапах. Худая. –Гуль, судя по всему. Гули одни не ходят, стая возможно. Типично. А с тобой что?– Я лишь непонимающе посмотрел на нового знакомого. –Синяк на половину лица, скула рассечена, губы опухли, ещё и за рёбра придерживаешься. –У Микулы...– я слегка запнулся, притронувшись к левой стороне лица, под скулой, почувствовав вспышку боли. –У тяти рука тяжёлая. Гаэтан неопределённо хмыкнул и на этом разговор был закончен. Потихоньку скорректировав маршрут мы добрались до дуба. Трупа уже не было, только обрывки верёвки, лужа крови впитавшаяся в землю и лёгкий сладковатый запах гнили, будто пропитавший место. –Ну пойдём, покажешь кладбище. К новому месту я подходил с опаской не то, что опасался приведений или мертвецов, но обитающие неподалёку гули спокойствия не добавляли. Кладбище было старым, деревенским. Просто огражденная деревянной оградкой территория с деревянными крестами в земле. Некоторые кресты были поломаны или выкопаны и валялись на земле, рядом с разрытыми могилами. Над одной из таких склонился Гаэтан. –Ну да, гули. Видишь как земля разрыта? А вот следы от когтей. От трупов ничего не осталось. Гули особенно любят подгнивший костный мозг, поэтому разгрызают даже кости. Говоришь, они неделю назад появились? Я лишь кивнул, сдерживая тошноту от ужасного запаха мертвечины. –Крупная стая. Штук восемь, не меньше, скорее даже больше. Уже пятую часть кладбища выжрали. А закончились бы мёртвые, они бы принялись за живых. Это поднимает цену за работу. М-да, как бы среди них альгуля не оказалось. Ну ладно пацан, пора возвращаться. Мы вернулись после полудня, Гаэтан направился к солтысу, ну а меня обступила малышня. Дети от четырёх до пятнадцати лет и все ждали подробности нашего приключения. Промучив меня вопросами до того времени, когда солнце не стало клониться к закату ребятня всё же разошлась по домам. Все проголодались, у кого-то ещё и обязанности имелись. И я наконец смог вернуться. Маменька как раз накрывала стол. –Мама! Я едва успел её поймать, когда она внезапно с болезненным хрипом стала заваливаться. Я едва смог помочь ей усесться на стул. Всё же разница в наших габаритах существенна. –Всё в порядке Кийян. Вымученно улыбнувшись маменька не переставала растирать ногу, а после ещё и закашлялась, вызвав у меня ещё больше беспокойства. Чтобы убедиться я решил сам помассировать то место, в которое вцепилась девушка. Бедро левой ноги, мышцы там словно одеревенели. Понятно почему маменька так закричала, внезапный болезненный спазм мышц. Только бы это было от переработки, а не от той дряни, которую принёс Носик. Понемногу маменька приходила в себя, а пока взял на себя её работу, накрыв на стол. В этот раз мяско с картошкой тушёное в горшочке, вкуснятина. Маменька расстаралась. И даже суровое лицо Микулы не сильно портило аппетит. Разве что тишина за столом угнетала. Ночью уже привыкшая к рычанию и копошению на улице Маришка легла ко мне, прижавшись вплотную спокойно засопела. Но рычания не было. Видимо Гаэтан устроил им отличные развлечения, раз трупоеды не разбрелись по деревне в поисках загулявшейся жертвы. Так что вскоре и меня сморило и я отлично выспался. На утро никакого терпения не хватало просто позавтракать, а уж дела были отложены на потом и я побежал в поисках ведьмака. Ведь самому было интересно узнать, как у него всё закончилось. Ведьмак не нашёлся, зато я обнаружил его лошадь у дома солтыса. И к седлу был приторочен крюк, с насаженной головой страховидлы. Белёсая кожа, абсолютно лысый череп, маленькие глазки и ушки очень напоминают человеческие, а дополняет зрелище ряд острых, неровных зубов. Вся морда твари очень сильно напоминала человеческую, но искажённую словно в кошмарном сне. Вокруг лошади собралась ребятня, обсуждая и споря о чудовище, но никто ничего не трогал. Колек, сын старосты, всякий раз окрикивал слишком любопытных и грозился выгнать. Но тому и самому было интересно поглядеть на трофей. Просто смотреть на бошку чудовища быстро наскучило, так что я вернулся домой. Решил заняться делами пока Гаэтан не освободиться. Скотину покормить, за ней же убрать, в огороде поработать. Так весь день и прошёл. Периодически я возвращался проверить ведьмака, но как выяснилось, они там с солтысом бухают. Уже под ночь, когда солнце зашло и на улице было темно, солтыс с гостем завалились к нам в дом. Ну как завалились, староста постучал и позвал отца для разговора "не для лишних ушей". Ну разве я мог не подслушать? Тем более когда удалились они в пристройку. Так что прислонив ухо к стене я едва не дышал пытаясь расслышать разговор. И кое-что расслышал. –Ублюдка забирайте, но денег не дам. –Мастер ведьмак, сжальтесь! Мы бедные крестьяне, откуда у нас столько денег? –Там была большая стая гулей, почти две дюжины крупных особей во главе с альгулем, которых вы приманили вывесив труп эльфа. Хватило мозгов развешивать трупы, готовьтесь расстаться с деньгами за решение проблем. Видимо за живое Микулу задел Гаэтан, его злое сопение я ни с чем не спутаю. Тихий лязг и я услышал угрожающий голос кузнеца. –Бери деньги солтыса, эльфского ублюдка и вали нахер мутант. От меня ты и гроша не получишь выродок. Тихий свист, стук, булькающие звуки и тишина на той стороне дали понять что всё пошло очень нехорошо. Но спустя считанные секунды дверь распахнулась и в дверном проёме показался Гаэтан, чьи сверкающие глаза притягивали взгляд не меньше, чем обнажённый клинок. Клинок, с которого стекала кровь. –Пойдём Кийян. Вкрадчивый голос не оставлял выбора. Но не матери, у которой хотят забрать ребёнка. –Не трогай моего сына! Гаэтан резко взмахнул мечом, сбрасывая кровь и вкладывая меч в ножны, а после хлёстким ударом откинул женщину. Мне это не понравилось и вновь ветер загулял по комнате, на что Гаэтан хмыкнул, за мгновение оказался рядом и пнул в живот, выводя меня из равновесия и откидывая к стене. Я лишь заметил как он походя сложил пальцы по-хитрому и я ощутил тяжесть. Будто меня придавило к земле, конечности едва двигались, а магия почти перестала слушаться. –Знаешь, а ты красотка. Солтыс обещал что недостаток денег мне оплатит твой муженёк, но раз он не захотел, то расплатишься за него ты. Натурой. Я вынужден был наблюдать, как с маменьки срывают платье, как Гаэтан ловит и прижимает её конечности, стягивает с себя штаны. Вынужден был наблюдать, как насилуют женщину, что подарила мне жизнь, у меня на глазах. А когда этот урод закончил, то выхватив клинок пронзил сердце девушки. А после схватив Маришку переломил её тонкую шейку словно курице, убив малышку. Думал и меня убьёт, но вместо этого подходя ближе снова сложил странный знак и я почувствовал облегчение и тут же воспользовался свободой. Ветер толкнул ко мне кухонный нож, упавший во время короткого буйства воздушной стихии, а я уже схватил его за ручку и ударил подошедшего ведьмака. –Неплохо. Его паскудная ухмылка отпечаталась в моём сознании. Мутант перехватил мою руку даже не глядя, а после ударил в основании шеи. И мир в глазах померк.