Глава 3.1

Реальность плыла словно мираж над раскалённым песком. Непонятные, размытые фигуры то появлялись перед глазами, то исчезали. Звуки ввинчивались в уставший мозг, но так и остались болезненными волнами вибрации не сообщая ничего, что моё сознание могло бы обработать. И всё же эта предсмертная агония отступала. Первый раз более осознанно я открыл глаза только с одной целью - найти своё оружие, свои мечи. Они стояли прислонённые к коре крепкого дуба в метре от меня. Но до чего было сложно до них добраться. Руки были слабы словно у новорождённого, дрожали и подгибались от малейших усилий. И всё же я полз. Полз по высокой, мягкой, зелёной траве. Что для конца осени было очень странно, но тогда я не обращал внимание на такие странности. Всё мое внимание было отдано клинкам. И я их получил, ценой нечеловеческих усилий обливаясь холодным потом и чувствуя боль во множестве мест, как будто кто-то нагрел заготовку от клинка шпаги и вонзил её мне в плечо хорошенько покрутив. А после под рёбра, в бедро, ключицу и ещё десяток мест. Но мои клинки, они словно светились в моём болезненном сознании, я слышал злобный рык ощерившихся гепардов, но не боялся. Тянулся к клинкам, пока не схватился за ремешок перевязи и потянул на себя прижав смертельное оружие словно самое дорогое сокровище, свернулся подтянув ноги к груди и позволил сознанию вновь уплыть в океан эмпирей. Второй раз меня разбудили руки и голоса. Меня пытались уложить более прямо. Забрать мечи, впрочем, не пытались. Голоса звучали твёрдо, с хрипотцой, все мужские, но язык... Он был мне знаком, но не родной. Больное сознание не спешило напрягаться и переводить. –Ассе геар. Хаэл! –Диссе карэг ин апарс. Двое мужчин в возрасте в каком-то рубище, но из добротной толстой и крепкой ткани пытались мне что-то сказать. Обоим было за сорок, оба уже обладали почтенной сединой в волосах и носили густые бороды. И несмотря на возраст, а так же сухость фигур, на вид они были крепки. Я не стал отвечать, лишь выдохнул сквозь сжатые зубы и прикрыв глаза вновь провалился в сон. Новое пробуждение было иным. Несмотря на слабость и боль от многочисленных ран полученных в бою с демоном я был жив и в сознании. Жив, а должен быть мёртв, демоны не даром считаются одними из самых опасных существ континента. Помимо запредельной для монстра мистической и физической мощи демоны одним присутствием распространяют вокруг себя скверну, чтобы это не значило. Специально гоэтию не изучал, да и запрещена она, но то что вокруг демонов сама реальность начинает...мутировать? И появление аберраций штука не редкая, это факт. А я получил десяток ранений кровью сильной твари. И всё же я был профессионалом. Параллельно внутренним переживаниям не забывал отслеживать обстановку вокруг не подавая признаков прихода в сознание. И то что я чувствовал мне не нравилось. Мы были на природе, под раскидистыми деревьями, очень высокими. На десятки метров вокруг я заметил людей, они не скрывались, шагали словно у себя дома, да и запах характерный. Но самое странное, все люди вокруг были мужчинами, все до единого. А ещё запах людей и природы перемешивался со звериным. Отчётливый запах волков, медведей и... грифонов! Чувства меня не подвели, я видел их, две крупные, зрелые особи, самец и самка. Самец крупней и отличался густой гривой на голове. Острый клюв поблескивал на солнце и был способен прокусить латную броню на рыцаре словно бумагу, острые когти на мощных задних лапах способны пробить тяжёлый башенный щит и разорвать на части крупного жеребца, а передние конечности в виде крыльев украшали густые, тёмные перья, в которых застрянут самые острые болты пущенные из тяжёлых арбалетов. Королевские грифоны опасные, жестокие создания и сейчас они спокойно отдыхали на полянке позволяя одному из мужчин вычёсывать их мех. –Удевително, как стол опасный зверр становится кроткым, стоыт проявит тэрпэниэ. –У вас ужасный акцент.– сказал я подошедшему крепкому старику на нильфгаардском, судя по всему родном языке местных людей. –Где я? –Эббинг, близ Империи Нильфгаард, круг друидов. Ну и везунчик же ты. Говорили мы на нильфгаардском, который я неплохо знал, на уровне старшей речи, и то что мне рассказали меня не особо радовало. Да, с одной стороны прожить пару дней после ранения демоном и наткнуться на блуждающей лошади на человека решившего мне помочь, а не ограбить и доставившим меня к единственным, кто способен спасти жизнь на многие дни пути вокруг может показаться невероятной удачей. А я вижу за этой удачей руку одной одноглазой твари, которой моя преждевременная смерть не нужна. И всё же я выжил и это главное. –И сколько я так пролежал? –Неделю, ты потерял много крови пока мы вымывали демоническую скверну, но быстро идёшь на поправку. Если всё продолжится в таком же темпе.– старик Росэн затянулся из трубки ароматным дымом и выпустив его продолжил. –Ещё недели две и будешь как новенький. –А тот кто меня спас? –А что с ним сделается? Сейчас вычищает гнездо кикимор, расплодились поганцы без меры. Закончит, вернётся и увидишься со своим другом. Кикиморы? Опасные твари, на уровне эндриаг, хотя есть и особи куда опасней. Если он отправился в одиночку вероятней всего ведьмак. Или чародей, но эта братия с друидами не дружит, марать руки не любят и вообще довольно эгоистичны, чтобы спасать залётного ведьмака. –Ведьмак? –Верно, ведьман. Ну, потом с ним пообщаетесь, как вернётся. А сейчас лежи, отдыхай, набирайся сил. Лежал я к слову на подстилке из каких-то трав и листьев в подобной друидам робе укрытый шкурой волка. Странно конечно, почему не в помещении, если они тут вообще есть. Но было тепло, удобно, а раны почти не беспокоили, так что я просто последовал совету старика Росэна. А уж когда пошёл дождь полностью избегая пространство под кроной древесных исполинов, будто они непроницаемые купала, я и вовсе заснул под мерный стук капель дождя. *** Как и говорил друид на поправку я шёл быстро. За три дня восстановился чтобы достаточно сносно ходить, хотя слабость всё ещё ощущалась. На месте ранений заметил новые шрамы от надрезов, видимо так мне вымывали скверну, да и сами места всё ещё были болезненно красными. Практиковаться с мечом я ещё не решался, но было чем заняться и без этого. Те же друиды весьма интересные ребята. Они сочетают в себе и жречество и чародейство, но абсолютно не в классическом варианте. Друиды проводят обряды и обращения к природе как к божеству, и она им отвечает! При этом никакой воли за этими ответами я не ощущал. Парадокс. Впрочем, я просто ведьмак, мало ли что я могу там ощутить. Из магического воздействия друиды могут призывать дождь и грозу, землетрясения и оползни, пробивать трещины до природных залежей горючего газа, призывать гейзеры и будить вулканы. Много что в общем, но всё их воздействие строиться на естественной связи и физических законах природы. То есть, если под ногами нет подводных источников, то и гейзер друиды призывать не смогут. Если маг может выпустить поток огня с руки, то друид подобного не сможет, ибо это воздействие насилует физические законы словно залётный рыцарь кметскую девку. Кстати, ведьмаки тоже нарушают природный баланс как неестественный элемент, как и чародеи, от чего нас не очень жалуют. И тем удивительно что именно друиды меня спасли. Объяснили они это тем, что обнаружили на мне следы демона которого я сразил, а демоны твари и вовсе нашему миру противны и противоестественны. А значит я помог их природному порядку. Ну и согласно этой логике друиды следят за природным балансом. Следят за популяциями животных, растений, компенсируют причинённый природе людьми вред. Пытаются донести всю важность их деятельности и добиться содействия от сильных мира сего постоянно посылая делегации королям, князьям, лордам и баронам. Как правило, безрезультатно. –Вы же понимаете что безнадёжным делом заняты?– я с благодарностью принял трубку и затянулся выпуская из носа сизый дымок. –Человечество всё сильнее и сильнее разгоняет маховик прогресса. Сталкиваясь с проблемами, они компенсируют их техническими решениями. Магия для элиты, остальным приходится обходиться своими силами. И они обходятся. За невозможностью перемещаться порталами, придумали колесо. Из невозможности создавать пищу магией, они придумали плуг разрыхляя и подчиняя землю. Людей становится больше и они всё стремительней будут разгонять маховик прогресса постепенно подчиняя эту планету и убивая её, строя на её костях свои города, чьи шпили будут уходить в небеса. –Да ну, сказки рассказываешь. В небеса уходить, тоже мне. Ещё один друид, более молодой, сейчас расчёсывал улёгшегося перед ним волка пока серый от удовольствия прикрывал глаза. –И не только это. Города вырастут, в них будут жить миллионы людей в каждом, люди создадут механизмы чтобы автоматизировать производство пищи, научаться летать создавая транспорт с хитрыми механизмами без использования животных и магии, а планета будет всё стремительней усыхать. –Печальные вещи ты говоришь.– старший друид и в самом деле выглядел грустным, а в его серых глазах отразилась тоска веков. –Чем же всё это по твоему в итоге закончиться? –Ну, либо люди полностью исчерпают ресурсы планеты, чем полностью её убьют, а после сгинут сами. В этом случае планета может и возродиться, когда-нибудь. Во втором случае люди так сильно разовьют технологии, что ни одному чародею не снилось, даже самому Альзуру. Перед нами эти люди будущего будут подобны богам. Они смогут летать за пределами нашей планеты добывая ресурсы из пространства за пределами нашего мира. Возможно будут заселять другие миры делая их пригодными для жизни и возможно восстановят первозданную чистоту родной планеты. –Или не восстановят? –Или не восстановят превратив мёртвую планету в центр производства. Кто знает? Впрочем, мне гораздо более интересен был мой спаситель. Ведьмак из Нильфгаарда. Пришёл он на четвёртый день, когда я наконец очнулся. Первое, что мне пришло в голову - огромный. Высокий и широкий, мускулистый словно чёрт, никогда не видел такой кусок мяса. Он был выше меня, ростом примерно метров двух с небольшим. Один его бицепс был размером с мою голову, а бедро с торс восьмилетнего ребёнка. Абсолютно лысый, с тяжёлым, давящим взглядом из под надвинутого лба. Многочисленные шрамы словно знаки отличия украшали его тело, а сломанные уши ещё сильнее усиливали образ типичного рубаки-головореза. Отличали его от подобных громил лишь жёлтые глаза с кошачьим зрачком, медальон свернувшейся в кольца змеи и хищная грация движений. Этот Змей произвёл впечатление и выжег в памяти образ и своё имя - Лето из Гулеты.