Часть 11

Вероника проснулась ранним утром, солнце только начало нежно просачиваться сквозь окна спальни Гермионы. Она неспешно села сначала на кровать, потерла ладонями веки, чтобы изображение стало четче и встала с постели, после чего пошла умываться. Единственная мысль сейчас – кофе. Чтобы проснуться и ясно мыслить. Это была ее привычка еще в своем мире. Без завтрака, но кофе. Именно оно вроде бы "включало все ее настройки". Надев обтягивающие темно-синие джинсы и теплый вязаный изумрудный свитер, Вероника взяла ту же книгу о защите которую начала читать вчера и вышла из комнаты. Пройдя несколько шагов по коридору, который был один из немногих в замке без картин, но с большим количеством дверей ведущих в студенческие спальни она услышала едва ощутимый голос разговора нескольких людей. И с каждым шагом он становился громче. Когда Вероника дошла до конца коридора, то в гостиной заметила Гарри, сидящего на диване у камина, возле него Джинни, которая сперла голову на его плечо и подобрала под себя ноги и Рон, который можно сказать "разлегся" напротив них на большом мягком кресле, опершись на спинку. Хотя Вероника не испытывала каких-то больших чувств ко всей семье Уизли, но сейчас ей по настоящему немного стало теплее на сердце когда она их увидела. Рон действительно заразен на поднятие настроения, потому что часто хочет шутить и относится ко всему с легкостью. С Джинни она не была еще хорошо знакома, хотя знала ее характер достаточно хорошо. Эта девушка была как огонь. Как стихия. Одна в семье девушка, еще и при чем сестра Фреда и Джорджа. Вопреки всем их "приколам" она выстояла, стала незаурядным игроком в квиддич и также умной студенткой. А как она была влюблена в Гарри еще с первой части и искала глазами его, а не брата, когда они приехали на платформу 9¾. А потом все же стала его девушкой. Чем-то они с Вероникой были схожи. -Привет всем, – произнесла Вероника с легкой улыбкой, подходя к ним. Гарри поднял голову и поздоровался с ней, словно давно ждал этой встречи. Скорее всего, думал об их вчерашнем разговоре. Рон и Джинни тоже усмехнулись. -Когда приехали? – спросила Вероника поочередно глядя на Джинни и Рона. -Вчера, поздно вечером. Решили по каменной связи. Джинни еще нельзя трансгрессировать, да и правда мне больше нравится путешествовать камином. -Боишься что снова трангресируешь без половины брови? – спросила она с едва сдержанной улыбкой. Рон поморщился. -Что планируете делать? – перевела тему Вероника. -Мы планируем, с чего начать ремонт замка, — объяснил Гарри. -Возможно, стоит сначала восстановить сожженные залы и переходы, чтобы всем было безопасно передвигаться. -Отличная идея, — ответила Вероника, став возле них с крепко прижатой книгой к груди, -Гермиона не говорила, когда вернется? -Сегодня третий день, как она уехала, — замрачно ответил Рон, -Говорила, что на дней пять не больше. Потому что должна догонять весь седьмой курс. Не удивлюсь если она к этому моменту перечитала уже несколько книг, — и с улыбкой хмыкнул. -А ты чем планируешь заняться? — спросила Джинни поочередно глядя то на нее, то на книгу в ее руках. -Кстати, — ответил за нее Поттер, -Вероника – будущий профессор Защиты от Тёмных Искусств. Вероника услышав это театрально согнула вперед колени, склонила голову и развела руками в сторону, будто держит платье, показывая им таким образом что поклоняется, а после чего ответила: -Но еще не точно. Сначала нужно изучить максимально все и сдать тесты. Если сдам, то хорошо. Если нет….- она выдохнула, -То нет… -Ну тогда желаю удачи, — поддержала ее Джинни. Вероника кивнула и вышла, чувствуя в сердце легкое тепло от поддержки друзей и одновременно непреодолимое желание быть сильнее. Она знала — еще много нужно учиться, чтобы быть достойной стоять рядом с теми, кого уважает. Северус Снейп Министерство магии. Кабинет председателя Мракоборского офиса. За окном – лондонский туман. На столе отчеты, пергаменты, волшебная лампа. Кингсли Бруствер поднялся со стула когда в кабинет вошел Северус Снейп. -Северус, спасибо, что пришел. И – извиняюсь за задержку. Мы едва разобрали завалы после Битвы. Слишком много решений в минуту. Но я не мог не встретиться с тобой лично. Снейп молчит. Тень от его мантии лежит на полу четким треугольником. Глаза – холодные, сосредоточенные. Кингсли кивнул, садясь: -Скажу просто. Твой поступок поразил всех нас. Дамблдор был прав. И, наверное, мир должен был узнать правду раньше. Но теперь мы по крайней мере можем восстанавливать не только Хогвартс, но и имена. Северус коротко хмыкнул. Без эмоций: -Вам нужна помощь с бумагами? Или же вы вызвали меня сюда для морального ободрения? Бруствер усмехнулся, не без уважения: -Знаешь, если бы я не знал тебя, подумал бы, что это была шутка. Но я действительно хочу обсудить ситуацию. И еще кое-что. Но для начала ремонт Хогвартса. Мы уже привлекли несколько строительных команд из магического сектора, но некоторые структуры, в том числе защитные ограничения на западном фланге, нужно будет перестроить с нуля. Похоже, некоторые из них разрушились еще в момент битвы с Волан-Де-Мортом. -Спасибо за очевидное. Без вас я бы, наверное, думал, что башня Когтеврана просто устала стоять, – сухо ответил зельевар. Временный министр магии улыбнулся уголками губ: -Нам нужны специалисты по стабилизации магических полей, особенно тех, которые были вплетены Дамблдором. Я думаю о приглашении мастеров из Франции или Румынии. -Если они не будут рисовать фрески вместо восстановления систем охраны, я не возражаю. -Еще одно. Финансирование. Министерство возьмет на себя часть расходов. Но Хогвартс должен выделить бюджет в поддержку закрытого учебного цикла, по крайней мере, до конца лета. Есть потребность в запасах, ингредиентов для зелья, манускриптах… Это ты знаешь лучше. -Я не собирался запускать Хогвартс без функционального подземелья, — взгляд Северуса был острым, -Если Министерство даст мне доступ к резервам, которые еще заблокированы со времен оккупации, я соберу все необходимые запасы за неделю. -Дадим. Но есть еще один момент, — заверил его Бруствер. -Конечно, — ворчливым голосом согласился Северус. -Дети. Они вернутся. Планируем – уже осенью. Мы должны гарантировать, что замок – безопасный, стабильный и живой. -Я уже убил одного Тёмного Лорда, чтобы обеспечить им безопасность, — тихим но резким тоном обрезал директор Хогвартса, -Теперь мне только нужно убрать обломки его амбиций из фундамента замка. -Северус… Ты делаешь больше, чем кто-нибудь мог бы просить. Я это ценю. -Я делаю это не ради благодарности. Я делаю это… потому что кто-то должен. -Если возникнут идеи относительно специалистов, дополнительных обрядов — дай знать. Мы работаем с тобой, не против тебя. -Это будет… новый опыт — подвел выводы Северус. -Что ж. Этот вопрос мы решили. Теперь следующее, — он берет пергамент со списком и пересматривает, -Мы составили список всех, кто принял участие в задержаниях или ликвидации Пожирателей Смерти. Частично – для допросов. Частично – для отчетности. Частично, чтобы убедиться, что среди наших... нет случайных предателей. Снейп скрещивает руки, ничего не говоря. -Ты в этом списке. Как и профессора: МакГонагалл, Флитвик, Спраут. Несколько старших учащихся. Гарри Поттер, Гермиона Грейнджер, Лонгботтом. И еще несколько имен... В частности, Вероника Нокс. Тебе это имя знакомо? Северус чуть заметно напрягся. -Знакомо. — тихо ответил он. Пауза. Кингсли продолжает: -Она убила Антонина Долохова. И помогла задержать Рабастана Лестрейнджа. Нам нужно будет собрать с нее показания в ближайшее время. Тишина. Кажется, что-то хрустнуло в воздухе. Снейп не шелохнулся, только его пальцы сжали пергамент, смяв его. -Что ты сказал? -Она убила Антонина Долохова. Свидетели подтверждают. Проклятие из ее палочки. Была вынуждена это сделать. Спасла Поттера. Мы поражены, честно говоря, никто не ожидал, что она... — Бруствер не успел договорить... -Да она даже не… — Снейп резко умолкает. Он злой. Смущенный. Озадаченный. Но не в праве сказать больше. Кингсли приподнимает бровь. -Что – не...? Северус медленно опускает руку с пергаментом. -Ничего, — голос низкий, полный холода. -Ты знаешь ее ближе? -Нет. — слишком быстро, -Несколько раз мы пересекались в Хогвартсе. Она не производила впечатления на того, кто держит палочку так, чтобы убить. Кингсли наклонился вперед: -Может, ты ее недооценил. Затем он открывает ящик и достает несколько папок. Поочередно вычитывает что-нибудь на обложке и откладывает в сторону. Впоследствии перечитав очередную папку, передает ее Снейпу. Он берет ее в руки и на обложке читает: – Вероника Нокс. Дела полевые. Допрос – ожидается. Он открывает папку. Там только одно письмо. Он читает молча: Рапорт. Вероника Нокс. Происхождение: неизвестно. Место прибытия: территория Хогвартса. *Наблюдение: нетипичная реакция на магическую среду. Психо-эмоциональная адаптация – быстрая. Использованные заклятия: Expelliarmus, Wingardium Leviosa, Accio, Sectumsempra, Flipendo, Cruciatus, Petrificus Totalus. Последнее зафиксировано: трансгрессия. Объект Долохов А. доставлен в координаты южной части Тихого океана. Вероятно – утопление. Тело не найдено. Фото отсутствует. Подпись: "Отправлено Феникс-каналом. Источник: Поттер". Он медленно зажимает пальцы на краю досье, сжимая, будто это не бумага, а чье-то горло. -Она что, сумасшедшая? — он чуть не шипит, -Она читает сказки, бродит по замку, как туристка, а теперь… теперь она исполняет арсенал дуэлянта Черного рынка?! Кингсли смотрит спокойно: -Но обезвредила одного из самых опасных смертников. Ты же знаешь, что Долохов – это не "вторичная цель". Снейп медленно сводит на него взгляд. Холодный, черный, как ночь над Азкабаном. -И поэтому ее не должно быть здесь. Ее присутствие – это вызов. Угроза. Она – маяк для тех, кто еще не сдался. И если она считает, что ее геройские фокусы достойны того, чтобы снова утопить этот замок в войне, она глубоко ошибается. Пауза. Тишина. -Ты боишься, что она вызовет месть? — тихо спрашивает Кингсли. -Я боюсь, что она ничего не понимает, — зельевар отвечает сквозь зубы, -Что она… никого не слушает. Она ворвалась сюда как буря, и ведет себя так, будто правила не для нее. Идиотка с эмоциями – и такой мощностью. Это хуже опасности. Это… непредсказуемость. И да, она вызовет месть. Он умолкает. -Ее имя не фигурировало ни в одном списке авроров, — Кингсли нахмуривается, -Она кто-то из иностранных подкреплений? -Она... друг Поттера, — тон холоднее айзберга, -Недостаточно ли этого, чтобы считать ее частью вашей «доблестной» армии? -Она хорошо себя показала. Северус поморщился: -Она импульсивна. Эмоциональная. Действует, не думая. И, как видишь… потенциально смертельно опасна. -Но результат есть, — совершенно спокойно ответил министр. -Ты действительно считаешь, что результат - единственный критерий? — голос его наполнен ядом, -Смерть – не свидетельство силы. Это – предел. А она даже не поняла, кого убила. -Ты думаешь, она не понимала? -Она, наверное, считает, — улыбается уголком рта, с горькой иронией, -Что борется со злом в стиле подростковой сказки. Они все теперь считают себя избранными. Героями. И она — самый плохой образец. Наступает тишина. Кингсли на мгновение задумывается, листает страницу, после чего с легким удивлением добавляет: -Кстати, в досье отсутствует фото. Почему? — этот вопрос скорее был сказан к себе в голос. -Возможно, камера испугалась, - жестоко ответил Северус, -Как и здравый смысл. -Или... кто-то не успел сделать. Она новенькая, как я понял? — с маленькой улыбкой. -Еще как. Кингсли рассмеялся, а потом уже посерьезнее: -Хорошо. Мы назначим дату ее официального допроса. Ты не возражаешь? -Я отрицаю все, что касается ее пребывания в Хогвартсе. -Она хочет преподавать? — удивленно спросил министр. -Да. Она хочет играть в школу. А я управляю замком, а не детским садом. -Это уже дело школьного совета. Если Минерва внесет ее кандидатуру, они будут ее рассматривать, — спокойно ответил Кингсли. -Если она станет профессором, — вставая с кресла, -Я сам покину эту школу. И он удаляется оставляя Кингсли в задумчивости. Спустившись на первый этаж как пуля выстреленная из пистолета, Северус сразу пошел к камину, чтобы немедленно прибыть в Хогвартс. Камин в кабинете директора взрывается зеленым пламенем, когда Северус, стиснув челюсть, снова бросает порошок летучего пороха в огонь: -Минерва. Ко мне. Немедленно! Минерва МакГонагалл появляется в дверях не позднее чем через две минуты. Она держится ровно, как обычно, но внимательно всматривается в Снейпа, которого еще не видела столь бледным и злым еще с прошлого года. -Вы меня вызывали, Северус? – спокойно спрашивает она, закрывая дверь. Он бросает толстую папку на стол. Бумага изнутри вибрирует. На обложке написано: «Вероника Нокс. Дела полевые. Допрос – ожидается». -Ты это читала? — рычит он. Минерва подходит. Разворачивает. Глаза пробегают строчки. Ее брови вздымаются. Она читает вслух: -Использованные заклятия: Expelliarmus, Wingardium Leviosa, Accio, Sectumsempra..., Flipendo, Cruciatus..?!, Petrificus Totalus... Последнее зафиксировано: трансгрессия. Объект Долохов А. доставлен в координаты в южной части Тихого океана. Вероятно – утопление. Тело не найдено. Она поднимает глаза. -Мерлин бородатый... -Она же безумная, Минерва, — в голосе Снейпа ядовитая злость, -Это не студентка. И не кандидат в преподаватели. Это ходячая аномалия с манией мстителя. -Северус… -Она убила Долохова. Не случайно. Не ошибочно. Она разложила его, как лягушку на ингредиенты, и выбросила в гребаный океан! И… — он делает шаг, будто не верит сам себе -Без всякой ошибки. Идеальная последовательность. Как в учебнике… только учебник на это еще не написали. МакГонагалл закрывает папку. Она думает. Потом говорит тихо: -Она спасла тебя. Снейп подходит ближе, и впервые в голосе усталость, но не меньшая ярость: -Я не просил. -Но она сделала это. И, похоже, не жалеет. Он молчит. Тень пробегает по его лицу. -Чего ты боишься, Северус? Что она похожа на тебя? Он останавливается. -Нет. Она хуже. Она еще улыбается после этого. -А может, сильнее? — спокойно добавляет Минерва. Северус сжал кулак. Его голос – почти шепот: -Не смей ее пускать к детям. Она научит их не героизму. Она научит их, что смерть – это романтика. Минерва вздыхает. -Она еще не профессор. Но… кажется, она уже оказывает влияние. Снейп посмотрел в окно. Темнота за стеклом отражала его лицо — исхудавшее, но теперь иначе. Там что-то шевельнулось, чуть чуть. -Северус… — наконец говорит она, -Как бы ты ни старался ее оттолкнуть — она уже здесь. И она сменила больше, чем ты признаешь. Она подошла поближе, остановилась напротив него. Ее голос оставался ровным, но ледяное спокойствие пробивалось в каждое слово. -Я понимаю твои опасения, Северус. И поверь – я разделяю часть из них. Но мы не уничтожаем человека за один поступок, даже если он чрезмерен. У Вероники будет шанс. Через три месяца — теоретический экзамен по магической безопасности, истории, основ этики. Если не сдаст – она покинет Хогвартс. Без права возвращаться. Если сдаст – подготовится к практическому. -Это не Академия волшебников, это Хогвартс, — отрезал Снейп, -Здесь не играют во второй шанс. -Она уже его получила. От тебя. Когда ты остался в живых. Минерва посмотрела на него долго. -Хочешь ты этого или нет – Дамблдор оставил ее здесь не просто так. И если бы ты мог слышать себя со стороны, понял бы, почему именно она. Снейп молчал. -Я возьму ее под свой контроль, — продолжила Макгоналл, -Каждый ее шаг, каждое заклинание, каждое слово. Но ты, Северус, должен принять одну вещь — твоя ненависть не должна закрыть глаза. Он молчит. Но челюсть напряжена так, что чуть не скрипит. Минерва оставляет папку на столе и тихо уходит. Вероника Нокс Астрономическая башня. Вечер. Учебники разбросаны. Открытые свитки шелестят от легкого сквозняка. На горизонте – последние полосы красного неба. Вероника сидела на холодном каменном выступе, с пером за ухом, вся в заметках. Глаза устали, но блестят. Она положила последнюю точку в тетрадь и потирала пальцы вздыхая. Потом поднялась, раздвинула шею, сгребла перо, свитки, книгу… одна упала с «легкого дыхания» ветра — она ловит ее в последний момент. -Спасибо, ветр. Ладно, хорошо, я иду есть… Подняла воротник плаща, взяла все под мышку, и шагнула вниз по лестнице, слыша собственные шаги. -Надеюсь, хоть ужин еще теплый. Если там снова этот крем из пастернака — вызову гремучую иву прямо в кухню... Даже засмеялась. Свет факелов постепенно становился сильнее, пока она спускалась по этажам Хогвартса. Слышны голоса, смех, шорох студентов, знакомые ароматы пирогов и тыквенного сока — и после этого она почувствовала, как тело расслабляется после дня молчания и концентрации. Она остановилась у двери в Большой зал. Глубокий вдох. Улыбнулась, и открыв дверь вошла внутрь, где свет и тепло словно обнимает ее. Вероника была растрепана, с книжками под мышкой, шарф свисал на одну сторону, на щеке легкий след чернил. Но она светилась спокойствием. Гарри замечает ее первым, машет рукой: -Наконец-то! Мы думали, тебя похитили руны или зажрал странствующий снарж! -Мммррф... серьезно, — Рон любит говорить с полным ртом еды, -Мы уже спорили, на каком уроке ты окончательно сгинешь. -Это они так беспокоятся. А что ты, правда, была там весь день? — спросила Джинни. -Все шесть глав, — устало, но удовлетворенно ответила Вероника, -И даже заставила призрачного аспида подписать "добровольное согласие" на экзорцизм. Это считается. -Если ты еще жива, — смеясь, отвечает Гарри. Она садится рядом, кладет книги, смотрит на еду с выражением "я тебя заслужила". -А ты правда хочешь стать преподавателем Защиты? — спрашивает Рон. -Если выживу, — жмурится Вероника, -Я заберу эту должность с собой в гроб. -Или в подземелье, — ответил Гарри, будто ничего не подразумевает. -Кто знает… может и так, — и подмигнула. Уже на выходе из Большого Зала Вероника заметила, что Профессор МакГонагал смотрит на нее, будто ожидая, когда девушка приблизится к столу Профессоров, чтобы что-то сказать. И действительно, когда вся компания подошла к нему, декан Гриффиндора позвала Веронику к себе: -Мисс Вероника, можно ли вас на несколько слов? -Да, конечно Профессор, — ответила девушка и показала жестом руки, чтобы друзья себе шли по своим делам, она потом придет. А сама пошла вслед за Минервой МакГонагалл по коридору, потом зашла с ней в пустую аудиторию. Минерва подходит, садится в кресло. Указывает Веронике на второе. -Садитесь. Нам нужно поговорить. Вероника слегка напрягается, но садится. Она уже научилась не убегать от взглядов старших волшебников. Даже если те могут разложить ее на части одним только словом. Минерва несколько секунд молчит. Потом начинает спокойно, с тем воздержанием, что всегда предшествует буре: -Я только что говорила с директором Снейпом. И только что прочла… Ваше досье из министерства. Вероника застывает. Но не опускает глаз. -Да. Там все так сухо написано… Как будто это просто табличка на доске. А не то, что было… -…что было реальностью, — кончает Минерва, внимательно глядя на нее. - Заклятие. Техника. Приговор. Долохов. Тишина. Вероника мягко отвечает: -Я не планировала. Оно просто… получилось. Так должно было быть. -Вы даже не остановились, — спокойно, но твердо ответила Профессор. -Я не могла. Если бы я остановилась – он бы… — она слегка качает головой, -…Я просто сделала то, что должна. Минерва молчит. Потом говорит: -Снейп считает вас угрозой. И, скажу честно… частично он прав. Вероника сдержанно улыбается, немного криво: -Я его… любимая проблема. -Он называет вас безумной. -О, это еще нежно с его стороны. Минерва смотрит на нее подольше. Затем на мгновение улыбается уголком губ. -А я... вижу перед собой человека, который не боится сделать выбор. Даже если он страшен. Даже если… никто потом не аплодирует. Вероника смотрит на нее – и ее глаза становятся немного влажными. -Вы не боитесь меня? Минерва приподнимается, но ее голос — тихий: -Боюсь, но не за себя. За вас. Вероника растерянно мигает. -У вас есть сила. Но у вас еще нет равновесия. И у вас нет привычки спрашивать себя: «Чего это меня стоит?» А это, поверьте, вопрос очень важный. -Я просто не хочу терять время, — тихо говорит девушка, -Я… знаю, что могу сделать больше. Минерва кладет ей руку на плечо: -Вы уже сделали больше, чем многие на вашем месте. Но теперь… Вы под моей опекой. И если вы хотите действительно учиться – не только бить, но и жить – я научу вас. У вас будет три месяца. Если сдадите теорию, мы будем говорить дальше. Но, пожалуйста, без новых Пожирателей Смерти. Вероника немного затаивает дыхание. Ей кажется, что это… как какое-то принятие. Может, первое настоящее. -А директор? -Оставьте его мне, — спокойно отвечает МакГонагалл, -Он… сложный человек. Вероника улыбается сквозь слезы: -Ага. Особенно когда презирает меня взглядом. -Он видит вас. Вот почему так боится. Огонь в камине немного поднялся, отбрасывая золотистый свет на лицо обеих женщин. Тишина повисла теплая и немного грустная. -Отдохните, — сказала Минерва мягко, -Завтра будет новый день. — и поднявшись с кресла вышла из аудитории. Девушка еще посидела минутку и тоже вышла из класса. Вероника стояла под витражом в коридоре четвертого этажа. В ушах еще звучал голос МакГонагалл, спокойный, как всегда, но в этот раз решительно теплый. "У вас будет три месяца. Если составите теорию — мы будем дальше говорить. Но, пожалуйста, без новых… Пожирателей Смерти." Она улыбнулась. Нет, не саркастически. Не победно. Просто впервые за несколько дней искренне. Три месяца. Три месяца! Это значит – она здесь. Не сегодня. Не до завтра. Целых три месяца! А там… а там, если все пойдет хорошо… «О Мерлин, я действительно остаюсь в Хогвартсе...» Она коснулась холодного камня под ладонью, словно пытаясь убедиться, что это реально. «Я – в мире магии. В замке, о котором читала как о выдумке. Сижу в гостиной Гриффиндора, изучаю те же книги, которые когда-то держала Гермиона... И я останусь здесь. Три месяца, чтобы доказать всем – и ему, особенно ему – что я не просто случайность. Я не сломалась. Я не вспышка, я постоянная.” Ее глаза невольно поднялись вверх, в сторону башен, где, наверное, где-то за толстыми стенами своего кабинета бродит Северус Снейп. Все еще злой. Все еще мнительный. Все еще… не готов. "Что ж, профессор... Игра только началась. У меня есть три месяца. А это - намного больше, чем было раньше. Я использую каждую минуту." Ее сердце колотилось. Она рассмеялась тихо, сама к себе. Впервые не от иронии, а от теплой, огненной радости, которую так давно не испытывала. "Гарри будет в шоке. Гермиона - напишет мне список из трехсот пунктов, чего не стоит делать. А Северус..." Она снова улыбнулась. На этот раз — дерзко, почти по-слизерински. "…а Северус будет вынужден терпеть меня еще три месяца. Каждый день. Каждый час. В Большом Зале. В библиотеке. В коридорах. Интересно, кто из нас сойдет с ума первый?" И, развернувшись на каблуках, она двинулась вперед, полная огня, решимости… и детской, чистой радости. Теперь она принадлежала этому месту. Как бы он ни сопротивлялся.