Часть 17

Солнце пробивалось сквозь высокие окна, золотыми пятнами рассыпаясь по длинным столам. В воздухе пахло свежими тостами, поджаренным беконом, горячим чаем и немного пылью – от вчерашних ремонтных работ. Гермиона не отрываясь от "Ежедневного Пророка" произнесла: -Говорят, что министерство планирует новые проверки безопасности во всех волшебных школах… Рон с куском тоста в руке ответил: -Ну, хотя бы они проверили, как наши ремонтники вчера мучались с тем потолком в коридоре третьего этажа. Я думал, он упадет им на голову. -Я проходил мимо, — подал голос Гарри улыбаясь, -Когда они пытались восстановить щит от протечки. Кажется, вместо того чтобы остановить воду, они вызвали ливень прямо посреди коридора. Джинни с искрой в глазах добавила: -Хоть бы кто-нибудь это снял. Я бы продала кадры Фреду и Джорджу – они бы точно сделали из этого рекламу своих новых волшебных зонтов. Вероника отложила вилку и обернулась к Рону и Джинни. -Как там фонд, который вы с Джорджем организовали? И магазин? Джинни приподняла брови и на мгновение отставила кружку с горячим чаем: -Он процветает! Джордж даже шутит, что скоро придется нанимать волшебников для того, чтобы считать прибыль. Рон кивнул и с набитым ртом сказал: -Не удивлюсь, если скоро их будет два. Вероника помнила, как об их магазине фокусов и трюков писалось в книге, и теплым голосом произнесла: -Перед битвой это было единственное место в Косом Переулке, где можно было хоть немного забыть о происходящем… Джинни улыбнулась мягче и ответила: -Джордж помнит это. Говорит, именно поэтому он не собирается останавливаться. Хочет, чтобы людям всегда было куда зайти, когда совсем плохо. -И чтобы всегда была возможность купить взрывную конфету или пирожок, от которого вырастают уши, как у эльфа, —добавил Рон. Вероника посмотрела на стол Профессоров и заметила что Его нет. Это было и неудивительно. Северус Снейп вообще редко здесь появлялся, поэтому она опустила взгляд на тарелку, потом посмотрела на Гермиону, и заметила как гриффиндорка читая газету вдруг насупилась и притихла. Она быстро пробегала по строчкам, а ее пальцы невольно сжимали газету. Вероника наклонившись к ней, спросила: -Что-нибудь произошло? Гермиона медленно подняла взгляд, нахмурившись. -Здесь пишут... перед тем, как Волан-де-Морт погиб, он успел создать новых инферналов. Больше, чем мы думали. Рон сглотнул чай и чуть не подавился. -Инферналы? Ты шутишь… Мы ведь думали, их всех уничтожили еще во время войны. -Не всех, — мрачно ответила она, -Некоторые из них были спрятаны. И теперь… они начали появляться. Преимущественно по ночам, в окрестностях магических поселений. Есть сообщения о нападениях на людей. Джинни положила вилку, и мгновенно стала серьезнее, а потом спросила: -Министерство что-нибудь делает? Гермиона кивнула, но неохотно. -Они организовали патрули. Но проблема в том, что новые инферналы… другие. Они быстрее, сильнее, но неизвестно или они сами нападають, или ими кто-то управляет. Вероника почувствовала, как холодок пробежал по ее спине. Утренний уют Большого Зала словно исчез, уступая место тревоге. Гарри наклонился вперед, внимательно глядя на Гермиону. -Если они стали умнее, значит мы имеем дело с новой угрозой. За столом стало тише. Гермиона все еще держала газету, Джинни внимательно смотрела на нее, а Рон нервно крутил ложку в чашке. Вероника после короткой паузы, подала голос: -Единственное, что может их уничтожить – это огонь. И не обычный, а достаточно сильный, чтобы пробить их защитную магию. Все остальное только задержит. Я читала в одной книге в запрещенной секции. Рон взглянул на нее, и на мгновение за столом воцарилась еще большая тишина. -А как дела с поиском сбежавших Пожирателей Смерти во время битвы? Перси вернулся в Министерство... Он ничего вам не рассказывал? — спросила Вероника. Рон немного смущенно прокашлялся и ответил: -Ну… Перси, как всегда, держится за протоколы. Говорит, что большинство известных нам сбежавших уже либо под стражей, либо под наблюдением. Но, — он наклонился поближе, и понизил голос, -Есть несколько исчезнувших бесследно. -Некоторые из них слишком опытны, чтобы просто попасть в руки, — добавил Поттер, -Если они снова появятся – это будет не случайно. Джинни нахмурилась и ответила немного напряженно: -И еще инферналы… Не нравится мне эта комбинация. Вероника перевела взгляд на Гермиону, тихо перегнувшую страницы газеты, но было видно – мыслями она уже где-то далеко, составляя в голове план действий. Она уже хотела что-то добавить, но в этот момент заметила, что за соседним столом двое старшекурсников из Когтеврана начали косо поглядывать в их сторону, словно улавливая каждое слово. Гарри быстро перевел взгляд на Веронику, и едва заметно кивнул головой, мол, осторожнее. -Нам, пожалуй, стоит продолжить этот разговор где-то в менее людном месте, — притихшим голосом добавила Вероника. Рон пожал плечами, но тоже приглушая голос, ответил. -Да, а то еще запустят слухи, что мы собираемся в поход на инферналов после завтрака. -Зная Хогвартс, так и будет, — с иронией в голосе произнесла Джинни, -К вечеру уже половина замка решит, что мы подготовили новый план спасения мира. Гермиона быстро свернула "Ежедневный Пророк" и положила его под тарелку, словно прятала от лишних глаз. Ее взгляд стал напряжен, но губы выдали легкую улыбку для вида. -Хорошо. После завтрака соберемся в библиотеке. Без лишних свидетелей. Вероника закивала, сделала глоток чая, но в голове уже крутилась мысль: если инферналы и беглецы-пожиратели действительно действуют вместе… они в опасности гораздо больше, чем думает Министерство. Девушка машинально снова подняла взгляд на стол Профессоров. На другом конце Большого Зала, за столом преподавателей Северус нечаянно поднял взгляд в их сторону. Вероника поймала его холодные глаза и почувствовала, что он догадывается, о чем они говорят, ведь некоторые из профессоров тоже читали этот выпуск. Он все же появился, – первое что подумала она. Чувство, будто током ударило с головы до ног. Его черные, как ночь, глаза встретились с ней. Холодные, как айсберг, без тени эмоций… но теперь у них была другая нота – настороженность. Он смотрел на нее так, словно решил, что она что-то скрывает. Взгляд, от которого даже воздух в зале казался холоднее. Вероника едва заметно приподняла бровь, словно в ответ: "И что же вы сделаете с этим, Профессор?". Но Северус, как всегда, увидев этот взгляд только отвернулся, вернувшись к своему разговору с коллегой. -Ладно, пойдемте, — завершил Поттер и поднялся. Гермиона, Рон, Джинни и Гарри направились к выходу, а Вероника шла сзади, не торопясь. Ее взгляд снова скользнул к столу преподавателей, где сидел Северус. Он говорил с Профессором Флитвиком, наклонившись немного вперед, но даже в этой позе выглядел, как всегда, сдержанно и отстраненно. Вероника не сводила с него глаз, шагая мимо. Ее шаги были почти бесшумны, и казалось, что она внимательно изучает каждое движение директора. В какой-то момент он все же поднял глаза – случайно или целенаправленно, трудно было сказать. И их взоры встретились. Только на мгновение. И тогда… она легонько, почти незаметно для постороннего, подмигнула ему одним глазом. В выражении его лица ничего не изменилось для других, но тот, кто знал его лучше, заметил бы – углы его губ стали еще жестче, а брови едва заметно нахмурились. Взгляд потемнел, словно окончательно утвердился в собственных подозрениях. Вероника, довольно едва коснувшись улыбкой уголка губ, спокойно вышла из Большого Зала вслед за друзьями, оставив за собой чувство вызова, зависшего в воздухе между ними. Будучи уже в библиотеке, компания заняла самый дальний стол от всех. Грейнджер разместилась на кресле, развернула снова газету на странице, где была статья об инферналах. -Это серьезнее, чем мы думали, — начала разговор Гермиона, -Министерство официально подтвердило уже пять нападений инферналов за последний месяц. Но в статье намекают, что настоящая цифра больше. Рон нахмурился и после нескольких секунд паузы подал голос: -Если они уже начали скрывать информацию, значит, либо не знают, как справиться, либо боятся паники. -А ты думаешь, паники не будет, когда кто-нибудь из них появится прямо в деревне? — спросила его сестра. -Меня больше волнует другое… — тихо, но уверенно произнес Гарри, -Если это те инферналы, которые создал Волан-де-Морт, они не просто бродят. Кто-то или что-то направляет их. Внимательно слушавшая Вероника наклонилась вперед. -Вы видели в статье, что они начинают нападать не только на магглов, но и на волшебников? И всегда ночью. Это значит, что они действуют по четкому плану. Гермиона угрюмо добавила: -И единственный способ уничтожить их – это огонь. Но если они действительно стали быстрее… даже огонь может быть недостаточно эффективным, если не подготовиться. -Так что, думаешь, нам следует поднять этот вопрос в Министерстве? — спросила Вероника. -Не уверена, что они прислушаются, — ответила Гермиона, -Лучше иметь свой план. Джинни скрестила руки, и немного насупившись, заговорила: -Мне не нравится, как все это звучит. И если добавить сюда Пожирателей, которые до сих пор на свободе… Гарри закивал, глядя на каждого по очереди. -Тогда нужно выяснить, связаны ли эти две проблемы. Если так… у нас может быть настоящая война, только без четких фронтов. Вероника наклонилась ближе к столу, а глаза ее загорелись так, как у нее бывает, когда в голове появляется четкая идея. -Слушайте… Если единственное, что может их уничтожить – это огонь, нам нужен способ вызвать его мгновенно. Без заклятий, без палочки, без риска, что волшебство не сработает. -И что, носить с собой факелы? — ответил Рон. -Нет, — Вероника улыбнулась уголком рта, -У маглов есть такая вещь – зажигалка. Маленькая, легкая, всегда под рукой. Мы могли бы создать волшебный аналог. Нечто, что за одно движение выдает сильное пламя, достаточное, чтобы поразить инфернала. Гермиона подняла брови, задумчиво постукивая пальцами по столу, обдумывая предложение. -Теоретически возможно. Как объединить магический источник энергии с мгновенным вызовом огня – вопрос. Но если подключить Фреда и Джорджа… -О, им это понравится, — оживленно ответила Джинни, -Они уже делали маленькие взрывные гаджеты, но здесь – чисто оборонительная вещь. -И представь, какая это реклама: "Защитись от инфернала – и подпали свой камин в одно движение", — смеясь, ответил Рон. Вероника хмыкнула, но в ее взгляде была видна серьезность. -Шутки шутками, но если такая вещь будет работать, она может спасти жизнь. -Я напишу Фреду и Джорджу сегодня же, — согласилась Джинни. Гарри закивал, скрестив руки на груди. -Главное, чтобы она была простой в использовании. Инферналы не дают времени на размышления. -Хорошо, тогда я помогу сформулировать техническую часть, чтобы они сразу поняли, что мы имеем в виду, — подвела итоги Гермиона с ноткой одобрения. Вероника едва заметно улыбнулась, уже представляя маленькое серебристое устройство в руке… и загорающееся в нужный момент пламя. -Хорошо, мы еще сегодня соберемся и пропишем идею для Джорджа, — обратился Гарри к Джинни, -Но сейчас мне нужно проверить удержались ли потолки на третьем этаже. -А мне – на квиддичное поле, мы с ребятами договорились, — ответила она поднимаясь с кресла. -Я с тобой, — Рон поднялся вслед за сестрой. Гермиона сложила газету и уже хотела что-то сказать, чтобы попрощаться с Вероникой, но та прервала ее: -Подожди. Мне нужно чтобы ты научила меня заклинанию расширения. Грейнджер посмотрела на девушку несколько секунд, а Рон, Гарри и Джинни успели исчезнуть в дверях библиотеки. Затем она вздохнула и вынула из своей бисерной сумочки книгу. Потом пододвинула ее к ней открытую на странице с аккуратными диаграммами и длинным описанием. -Заклинание невидимого расширения. Его используют для увеличения внутреннего пространства вещей – сумок, сундуков, даже комнат, если знать как, — сказала гриффиндорка пристально глядя на девушку, -В твоей ситуации это может быть полезно… и незаметно. Вероника склонилась над страницей, скользя пальцами по чертежам магических потоков. -Это сложно? -Сложно сделать правильно с первого раза. Но ты не из тех, кто сдается. Библиотека была почти пуста. Лишь тихий шелест страниц и дальние шаги библиотекарши растворялись в пространстве. Гермиона с Вероникой сидели за столом, заваленным книгами о пространственной магии. Фолианты были открыты на сложных схемах, где линии магических потоков переплетались как тонкие серебристые нити. Гермиона показав палочкой на диаграмму произнесла: -Движение должно быть таким. Медленное, плавное, и ни в коем случае не резкое. Ты будто "растягиваешь" ткань пространства. Вероника сжала губы, приподняла свою волшебную палочку и попробовала. На кончике вынырнуло легкое свечение, она произнесла заклинание, но – глухая вспышка и ничего больше. -Снова! — сердитым голосом сказала сама себе. -Ты поспешила внутри движения. Еще раз, — совершенно спокойно сказала Гермиона. Попытка. И еще одна. И еще. Неудача сменялась раздражением, раздражение – злостью. После двух часов тренировки и самих неудач Вероника откинулась на спинку стула, сжав кулаки. -Это невозможно. -Невозможно – это только то, что ты не попробовала достаточно раз, — сдержанно, но с теплом в голосе произнесла Гермиона. Вероника вдохнула глубже, снова взяла палочку. Ее взгляд потемнел, но теперь он был сосредоточен, как лезвие. Медленное движение, идеальное чувство равновесия между силой и точностью… тихий треск – и маленькая коробочка на столе вдруг расширилась втрое, вмещая в себя кучу книг. Мгновение тишины. -Ого… Это получилось даже лучше, чем я ожидала, — слегка удивленно ответила девушка. Гермиона хитро, но устало улыбаясь, произнесла: -Я же говорила… невозможного нет. Грейнджер еще несколько секунд смотрела на нее, словно пытаясь понять, был ли это случайный успех… или что-то другое. Затем проверив, что Вероника уже хорошо усвоила теорию, собрала свои книги и тихо пошла по своим делам. Вероника осталась одна в библиотеке, вдыхая запах старых страниц и ощущая тишину вокруг. Но впоследствии она решила, что здесь мало пространства для экспериментов. Девушка тихо направилась по коридору в одну из пустых аудиторий. Огромные окна впускали мягкий свет, а старые деревянные столы и полки создавали ощущение изолированного мира, где можно было попробовать что-нибудь опасное, не повредив другим. Вероника походив по помещению нашла себе небольшую коробочку, изготовленную из дерева. Она глубоко вдохнула, взяла палочку и принялась концентрировать магическую энергию. -Хорошо… Спокойно. Движение, концентрация, и ни шагу лишнего… Первое движение палочки, легкий шепот заклинания — и предмет немного увеличился, но не так, как она ожидала. Вероника сжала губы, попробовала еще раз. Результат все равно был непостоянным: коробочка то немного увеличивалась, то резко сжималась назад. Она откинулась на спинку стула, немного раздраженная. -Почему это так сложно? Вдох… выдох… еще одна попытка. И теперь, почувствовав внутренний ритм магии, она двигала палочкой точно, медленно… И вдруг маленькая вспышка света, и предмет перед ней стабильно увеличился, держа форму. Улыбка появилась на ее лице, смешивая облегчение и гордость. -Наконец-то… Девушка несколько секунд сидела молча, наблюдая, как магия держит предмет в расширенном состоянии. Она почувствовала, что этого достаточно для первого теста, и что следующие будут еще более точными. И после этого начала тренироваться подряд несколько минут, чтобы отточить свои умения. Вероника сидела на полу аудитории, завершив эксперимент с заклинанием. Ее руки еще чувствовали тепло магии, а глаза внимательно следили за остающимся расширенным предметом. Она глубоко вдохнула, пытаясь сосредоточиться, когда вдруг почувствовала странное чувство –будто кто-то невидимо наблюдает за ней. Ее сердце немного ускорилось. Старые воспоминания о пожаре вышли из подсознания, и она почувствовала знакомую напряженность: интуиция крикнула ей, что опасность рядом. Вероника медленно поднялась, не совершая лишних движений, и подошла к двери, которая была немного приоткрыта. Легкий шум коридора заставил ее прислушаться. Вероника медленно выгнулась через дверь, прислушиваясь к тишине коридора. Сначала показалось, что там никого нет, но когда она повернула голову в другую сторону, то заметила, как за углом сверкнула черная мантия – быстрое, легкое движение, исчезнувшее так же мгновенно, как появилось. Сердце Вероники сильно забилось – она знала эту мантию. Узнала бы среди тысяч. Столько раз видела ее среди тёмных уголков Хогвартса, среди теней и шепота старых коридоров. И этот силуэт не был случайным. Северус Снейп. Сердце сделало сильный прыжок и забилось так безумно, что казалось еще немного, и его удары услышит весь замок. Она замерла, вглядываясь уже в пустой коридор, но в ее воображении еще стоял его резкий, сдержанный силуэт. Он следит. И от этой мысли внутри разгорался удивительный огонь. Она знала – это опасно. Если Снейп начал за кем-то следить, это всегда чуть ли не конец. Но в то же время в ней поднималось безумное, опьяняющее чувство: он обратил внимание. Он видел ее. Хотя бы на минутку, хотя бы мимоходом, но видел. Ей это нравилось. Нравилось до боли, до дрожи в руках. Она безумно его любила, даже если он яростно ее ненавидел. И теперь каждый миг, каждый его случайный взгляд казался подарком — острым, опасным, но сладким до безумия. Вероника знала, что не будет прятаться. А пока оставалось лишь наблюдать и чувствовать его присутствие через каждый миллиметр пространства, казалось, был наполнен его суровым, холодным взглядом. И после этого началось... она чувствовала это. Всем своим существом. Что он реально начинает следить за ней. Не просто одноразовый взгляд в ее сторону. Нет. Что-то другое. В течение следующих трех дней она замечала его чаще, чем должна была. И как же ей было сладко от этого. На следующий день Вероника сидела в Большом Зале среди учеников, почти не пробуя блюд — ее мысли бродили где-то далеко. Она чувствовала, что он где-то здесь. И была права: у высокого стола профессоров, среди мантий и безразличных взглядов, была фигура, которую она умела чувствовать даже с закрытыми глазами. Северус Снейп не смотрел прямо на нее – его черные глаза скользили по залу, равнодушные, холодные, но все же мимоходом остановились. Несколько секунд – и снова дальше. Достаточно, чтобы холодок пробежал по хребту, и сердце безумно забилось. Она потупила взгляд в тарелку. Он подозревает. Она знала. Это видно в его взгляде. Но вместо страха чувствовала сладкое, почти болезненное волнение. Позже, во дворе, когда ветер разбрасывал пряди ее волос, она стояла у каменной стены, созерцая озеро. За спиной – движение: входная дверь захлопнулась тише, чем всегда. Вероника не обернулась, но знала: это он. Он никогда не подходил, не говорил ни слова. Только стоял вдали, почти незаметный, если бы не его энергия – тяжелая, бдительная, прорезавшая воздух. И от этого невидимого наблюдения у девушки появлялось ощущение, что все в ее жизни сошлось в одной точке – в нем. В коридорах она видела его несколько раз. Издалека. И каждый раз он был не один. Либо с Профессорами Хогвартса, либо с посторонними волшебниками обсуждавших с ним ремонт замка. И когда его глаза скользили по ней, как черные молнии, ее сердце замирало. Взгляд без капли тепла, и все же – именно он был ее самым большим источником тепла. Она знала: каждое это мгновение – подарок. Каждое его подозрение – возможность быть в его поле зрения. Даже в библиотеке, где она его раньше не замечала ни разу, он появился. Она почувствовала его присутствие еще до того, как на полке вверху скрипнули шаги. Он шел вдоль прохода, не приближаясь к ней. Его мантия скользила, как тень, а взгляд короткий, как лезвие. В нем не было ни веры, ни доверия. Только холодная настороженность. Он хочет найти повод. Он хочет меня разоблачить. Он хочет избавиться от меня… И от этой мысли Веронику охватил сладостный трепет. Ей хотелось кричать, что она не враг, что ее любовь сильнее любых обвинений. Но она молчала – и наслаждалась тем, что он видит ее. Потому что даже его подозрение, его ненависть, его холодная бдительность – это все же внимание. И для нее это было слаще любой мечты. "Пусть он ненавидит меня, пусть подозревает и стремится избавиться – лишь бы видел меня, чтобы он не был равнодушным" Вероника сидела за старым деревянным столом в пустой аудитории, где давно не проводили занятий. Пыль покрывала полки, на полу тянулись светлые полосы от лунного сияния, пробивавшегося сквозь узкие высокие окна. Перед ней толстая книга из запрещенной секции, с потертым корешком, страницы которой хрустели от старости. Ее взгляд задержался на строках, где была описана странная техника – обратный сдвиг для нейтрализации ядовитых паров. Она перечитывала абзац снова и снова. В словах было что-то запретное, опасное, но и привлекательное. Заметки на полях предупреждали: "не для учеников... опасная концентрация энергии... риск неконтролируемого вихря". Вероника медленно провела пальцами по этому предупреждению, словно скользнула по чужому шраму. В ней снова загорелось знакомое – желание доказать, что она может, что она не слабая, не посторонняя здесь. Она поднялась, вытащила волшебную палочку и поставила перед собой металлическую чашу с остатками старого эксперимента. -Обратный сдвиг… — прошептала она и махнула палочкой. Но ничего не получилось. Час почти неудачных тренировок и вот наконец Вероника стояла посреди комнаты, держа волшебную палочку в вытянутой руке, и на столе перед ней вращался тёмный, почти черный вихрь — плотное клубочное облако, время от времени загорающееся багровыми искрами. Со стороны это могло бы выглядеть как акт тёмной магии: в пустой аудитории девушка стояла, вся в тени, а перед ней рос клубок черной силы, готовый проглотить пространство. В этот момент у Вероники безумно колотилось сердце — страх и восторг переплелись. Ей казалось, что она стоит на грани запретного знания, и эта граница так тонка и сладка. И в тот же миг она услышала тихий, но выразительный скрип – кто-то открыл дверь позади нее. Она даже не обернулась, решила, что это Гермиона, Джинни или Гарри. -Интересно, — холодный голос Северуса Снейпа разнес воздух и внутри нее что-то болезненно упало, -Знает ли Профессор МакГонагал, что вы устраиваете демонстрацию тёмных заклятий в учебных помещениях? Вероника медленно потушила вихрь взмахом палочки. Ее лицо стало сразу невинным, но в глазах был блеск, словно она ждала этой встречи. И она повернулась к нему. -Демонстрацию тёмных заклятий? — ее брова игриво поднялась, -Профессор, я просто... отрабатываю "Обратный сдвиг" для нейтрализации ядовитых паров. Он приблизился, останавливаясь буквально в нескольких шагах. -И это вы называете "отработкой"? Облако с признаками некромантических влияний? Она слегка наклонила голову, в голосе появился теплый вызов: -Вы знаете, что любой вихрь можно настроить по-разному. А я, между прочим, тренируюсь, чтобы в будущем уметь обезвреживать любой тип. Даже...самый опасный. -Вы ищете повод, чтобы вас выгнали, — он сжал челюсти, и от этого его голос стал как шипение змеи. Вероника мягко улыбнулась не отрываясь. -А вы ищете повод, чтобы поверить, что я не смогу быть хорошим преподавателем. Он уже почти развернулся к двери, но вдруг замер, а на его губах появилась тонкая, ироничная улыбка. -В любом случае, мисс… — он сделал едва заметную паузу, -Преподавателем вам не стать. Вы просто… провалитесь на тесте. Его голос – это отдельное искусство. Густой, насыщенный, с той хрипловатой ноткой, которая не дает расслабиться. Он произносит "провалитесь" так, что в голове уже рисуется картинка: она стоит посреди зала и слушает объявление о своем провале. Его тон — как холодный металл. -Так уверенно? — Вероника приподняла бровь, едва откинувшись назад, словно играя с его словами. -Совершенно. — и звучало это как приговор, -Изучить такой объем информации за три месяца невозможно. Она снова наклонила голову набок, и на ее губах медленно появилась улыбка. -А у меня есть хороший пример, что возможно все. Его взгляд стал немного настороженным. -И что это за пример? -Вы, — произнесла она почти шепотом, но так, чтобы каждый звук лег на него ровно, -Приехав на первый год убучения, вы знали заклинания, которых даже половина семикурсников тогда не знала. Она видела, как его глаза сузились. Тёмные, тяжелые, но в глубине блеск, который он не успел скрыть. Это был не гнев. Это было удивление. И что-то другое… может быть, тревожное. Он подошел ближе, и от этого расстояния между ними уменьшилось к тому моменту, когда уже можно было чувствовать его присутствие физически – густое, почти удушливое. -Умение вычитать интересные факты о ком-то – не то же, что справиться с должностью. Вы не выдержите темпа. Вы сломитесь. Вы провалитесь, как и всякий, кто переоценил себя. Вероника чувствовала, как каждое его слово скользит по коже, как острый нож, но внутри это вызывало вовсе не страх. Это разжигало. Она не отвела взгляда, даже тогда, когда он почти сомкнул расстояние между ними. Она подняла подбородок, словно кошка, знающая, что играет с тигром, но все равно тянет лапку к его клыкам. -Провалюсь? — тихо повторила она, словно смакуя его слово, -Это вы так мечтаете, или верите в это? Его ноздри едва вздрогнули, а челюсть напряглась так, что она отчетливо увидела, как напрягается каждая мышца. -Я знаю. —отрубил он холодно, -Вы не выдержите. Вы думаете, что ваше детское увлечение волшебными трюками сделает из вас преподавателя? Хогвартсу не нужны авантюристы. Она шагнула в сторону, но не удалилась. Напротив, обошла его немного кругом, словно исследовала добычу, и улыбка не сходила с ее уст. -Детское увлечение… — повторила девушка с притворным задумчивым тоном, -Странно слышать это от человека, который в шестнадцать лет изобрёл заклятие, способное остановить сердце. Он резко повернулся к ней, и тёмный взгляд ударил, как кнут, но ее сердце пропустило еще больший удар. -Не смейте, — его голос стал тихим, но оттого еще более опасным, -Не смейте ровнять себя ко мне. Вы ничто, случайная ошибка среди тех, кто здесь действительно имеет значение. И здесь она действительно это ощутила. Он боится. Улыбка на ее лице стала еще более мягкой, почти ласковой, но ее глаза светились игривым пламенем. -А вы боитесь, — сказала она тихо. Его брови нахмурились. -Чего, по вашей больной фантазии, я могу бояться? Вероника слегка склонила голову набок, волосы упали на ее плечо, и она прошептала так, будто это была самая большая тайна в мире: -Что я сломаю ваши прогнозы. Что я выдержу. И тогда вся ваша уверенность… окажется ложью. Его глаза сверкнули молнией, он резко вздохнул, развернулся и пошел к двери, но в воздухе еще оставалось его тёмное, густое присутствие, от которого сжимало грудь. -Вы слишком легкомысленны, — бросил он через плечо, -И это легкомыслие станет вашей смертью. А она только улыбнулась ему вслед — так, будто это было не проклятие, а обещание будущей игры, и осталась стоять посреди аудитории, прислушиваясь к стихавшим в коридоре шагам и только тогда позволила себе медленно вдохнуть. Сердце билось так громко, что казалось, вот-вот выскочит из груди, и от этого было тяжело удержать ровное дыхание. Она едва улыбнулась – теперь, когда он не видел, и коснулась пальцами шеи, где пульс яростно колотился. "Ты можешь пугать меня своими словами, Северус, но не собой", — подумала она. Он был не просто холодом. Она видела: в его глазах всегда есть тень бури, вспышка во тьме – как багровые искры в вихре, который она только что творила. Его присутствие давило, душило, но в то же время давало странное чувство… дома. Ей так хотелось в тот момент просто запереть дверь, убрать все взгляды, все голоса и остаться с ним в этой комнате – вдвоем, где нет мира, где не существует правил и не существует его отговорок. Она бы заставила его посмотреть на нее не как на ошибку, а на ту, кто действительно любит его. Северус Снейп Северус шел по длинному коридору, черная мантия почти разрывала воздух за каждым резким шагом. Он чувствовал, как пальцы до сих пор сжаты в кулаки, а в голове пульсирует единственная мысль — выбросить ее из школы. Она ведет себя так, будто правила для нее не существуют. Якобы Хогвартс — это ее личная арена для игр. Но хуже всего не это. Хуже всего ее взгляд. Она так смотрит, будто в ней нет ни крошки страха. Он говорил ей все, что должно испугать любого нормального студента: что она никогда не справится, что она провалится, что здесь ей не место. А она… улыбается. Он — директор Хогвартса, бывший Пожиратель Смерти, человек, которого боятся даже те, кто давно окончил школу. Его имя здесь шепчут вполголоса, избегают лишнего взгляда. А эта наглая девушка позволяет себе играть с ним словами, словно он обычный преподаватель, а не тот, кто он... на самом деле. Снейп чувствовал раздражение, почти ярость. Она еще и посмела взять доступ к запрещенной секции. Она выполняет клубковые вихри, опасные заклинания, с которыми даже многие семокурсники работают под наблюдением. Это основание выгнать ее, выжить из стен Хогвартса. Он должен был обрадоваться. Но… …он не испытывал радости. Его бесило, что она не боится. Он пугал своим голосом, словами, взглядом – этим холодом, который даже остальных Пожирателей Смерти ставил на место, а она… улыбалась. Она играла с ним, как кошка с драконом, не осознавая, насколько близко она ходит до предела. Идиотка. Ее слова о "примере" – это не банальная лесть. Это была констатация факта. Мало кто об этом знал, а те, что знали – не могли рассказать. Понятно, что она это узнала из книг. Из тех проклятых книг о Поттере. И он только мог догадываться, что ей еще известно. И теперь, что бы она не знала, она опасна. А опасность нужно обезвреживать. Северус остановился на повороте, мантия задрожала от внезапного рывка. "Хорошо. Если ее нельзя испугать словами - я найду другой способ." Он найдет слабое место. А когда найдет – ударит туда, где болит сильнее всего. Потому что выбросить ее он сможет только тогда, когда будет доказательство, которое даже Дамблдор не сможет игнорировать. И он это доказательство найдет. Северус Снейп всегда выигрывал в этой игре. Он всегда умел ломать тех, кто слишком высоко поднимал голову. И она не будет исключением. Вероника Нокс На следующее утро Хогсмид был еще сонным, а улицы пахли мокрым камнем после ночного дождя. Вероника шла почти незаметно, пряча лицо в капюшоне, потому что сердце колотилось быстрее, чем шаги. Она знала – этот поход не просто покупка. Это что-то интимное, опасное, как растущая внутри тайна и сама старающаяся вырваться наружу. Четыре дня назад она уже проходила по этим улицам, вглядываясь в каждую витрину, каждое окно. И ей сразу понравился Косой Переулок, наполненный разными интересными лавочками. Это место так и дышало волшебством, демонстрируя на каждом шагу разные предметы магии, или то, что нужно для ее создания. Но она шла сугубо в одну точку, где должна была появиться. Дверь магазина Оливандера открылась с тихим звоном. Внутри было полутемно, а воздух пах деревом, лаком и чем-то магически-сырым, от чего кожа покрывалась муравьями. Старый мастер вышел из-за прилавка, его руки были все еще покрыты опилками. Он взглянул на нее так, будто знал ответ на вопрос, который она не успела задать. -Вы вернулись, — произнес он почти шепотом, -Ваша вторая палочка готова. Она замерла. -Вторая… — повторила, словно пытаясь примириться со словом. Олливандер протянул тонкую длинную коробку. -Помните, — его голос стал более низким, серьезным, -Первая палочка всегда отражает ваш путь. Вторая же… — он сделал паузу, глядя прямо ей в глаза, -Она высвобождает то, что вы прячете. Умысел. Желания. Даже те, что скрыты от вас самих. Вероника осторожно открыла коробку. Внутри лежала тёмная палочка с глубинными отливами, словно в ней текла тень. Стоило ей коснуться – и по комнате прошла короткая, глухая вспышка, как удар сердца, которая отозвалась в каждой косточке. Ее пальцы задрожали, но она не отпустила. Внутри проснулось что-то сладко-страшное, словно эта палочка знала все ее сокровенные мысли о Снейпе, о ее силе, о ее готовности остаться в мире магии любой ценой, и о ее желании довести свою магическую силу до идеала. Она быстро отвела взгляд, чтобы Олливандер не прочел этого на ее лице. -Спасибо, — сказала почти беззвучно. Олливандер внимательно следил за тем, как тонкие пальцы Вероники сжимают тёмное дерево. Он даже наклонил голову, словно слушал магию. -Необычная палочка, — тихо сказал мастер, -Черное дерево. Редкое, упрямое, оно подчиняется только тому, кто способен не бояться собственной тьмы, — после чего он кинул взгляд на гладкую поверхность, сверкающую как обсидиан, -Сердцевина – волос Тестрала. Символ смерти, но и… верности. Такая палочка не будет служить слабому или легкомысленному. Она всегда будет требовать от обладателя честности перед самим собой. Вероника сглотнула, не отводя взгляда от палочки. Она чувствовала, как в ней что-то отзывается: дразнящий и зовущий шепот. -А теперь, — сказал мастер, -Скажите, что вы чувствуете? Ее сердце безумно колотилось. Хотелось выдохнуть правду: я чувствую, что она знает все мои желания, даже те, что я пытаюсь скрыть… что она бьет в такт моему сердцу, когда я смотрю на него… Но губы растянулись в сдержанную полуулыбку. -Она… тяжелая. И в то же время легкая. Словно во мне проснулось что-то долго спавшее, — ответила девушка тихо, осторожно выбирая слова. Олливандер кивнул, внимательно вглядываясь в ее глаза. Но вопросов больше не задавал – будто понял, что предел ответов уже закрыт. -Именно так и должно быть, — вздохнул он. -Помните: вторая палочка не терпит лжи. Она всегда будет знать, чего вы действительно хотите. Даже если вы откажетесь это признавать. Вероника осторожно положила палочку обратно в коробку. Она почувствовала, как пальцы еще дрожат. После чего достала кошелек, отсчитала монеты и положила их на прилавок. -Это за работу, — сказала она спокойно, хотя в груди все еще звенело от волнения и тревоги. -Деньги – это пустяк, — ответил мастер, убирая оплату, -Настоящая плата за вторую палочку всегда оказывается позже. Ей не понравилось, как глубоко прозвучали эти слова. Но Вероника только кивнула и, плотнее завернув коробку под мантию, поспешила выйти из лавки. На улице свежий воздух будто обожг. В кармане теперь жила сила, которая знала больше, чем она сама. И которая могла однажды открыть ее так, что возврата уже не будет. Девушка шла по Косому Переулку, мысленно еще раз перебирая разговор с Мистером Олливандером. Ее пальцы скользили по коробке с палочкой под мантией, когда вдруг перед глазами вспыхнули яркие вывески, блестки, подвижные баннеры и веселый шум. Магазин Фреда и Джорджа. Она остановилась. Улыбнулась невольно и вспомнила, как они ухаживали за ней, а затем пригласили заглянуть в ее магазин. Может, пора наконец заглянуть? Дверь открылась со звонким «бам!», и внутри сразу же взорвался фейерверк розовых искр. Когда Вероника впервые увидела середину магазина Фреда и Джорджа, ее словно накрыла волна красок и движения. Все пространство дышало живой энергией — полки ломились от коробок, баночек и странных механизмов, мелькавших то искрами, то цветным дымом. Казалось, стены сами смеялись: плакаты с движущимися надписями то мелькали, то кричали рекламные лозунги, над головой пролетали крохотные огненные фейерверки. -Оооо! — протянул знакомый голос, -Джордж, посмотри-ка, кто к нам пришел! Фред улыбающийся, с вечной искрой в глазах почти прыгнул к ней, театрально склоняясь в поклоне. -Наш ангел-спаситель! Я уже думал, что ты игнорируешь нас. Джордж, стоя за прилавком, с лукавой улыбкой добавил: -А мы ждали, ждали, когда барышня решит воспользоваться нашим скромным приглашением. Вероника рассмеялась. -Я же предупреждала: ухаживание не поможет. -Да, — хором ответили близнецы, и Джордж бросил брату взгляд, -Но мы не сдаемся. Фред хитро подмигнул и поставил перед ней коробку с огромным красным бантом. -Ты спасла мне жизнь, и мы не можем позволить, чтобы ты вышла отсюда без подарка. -Подарок из магазина розыгрышей? — она подняла брови, -Это звучит небезопасно. -О, небезопасно, но весело, — засмеялся Джордж, -Выбери сама: хочешь ли ты коробку волшебных искр, или, может, что-то более… взрывное? Ее глаза скользили повсюду – от конфет, которые сами прыгали в руки, до носков, которые самостоятельно махали. Везде было шумно, ярко, хаотично, но не отталкивало — наоборот, чувствовалось тепло и игривость. -Хм, — Вероника скрестила руки и сделала вид, будто серьезно обдумывает, -Я бы не хотела случайно сжечь себе брови. Фред театрально приложил руку к сердцу. -О, наши изделия безопаснее сов из министерства. Ну… почти. Джордж махнул палочкой, и воздух заполнили миниатюрные дракончики с искрящимися крыльями, кружившимися вокруг нее, выпуская золотой дым. -Мини-драконы для хорошего настроения, — объяснил он, -Исчезнут через пять минут. Или когда кто-то крикнет "Успокойся, Фред!". -Это Джордж, а не я! — обиделся Фред, и дракончик взметнулся ему в лицо. Вероника рассмеялась и коснулась пальцем золотого шлейфа дыма. -Это… прекрасно. -А вот еще! — Фред открыл витрину, вытащил коробочку и поставил на стол. Внутри что-то зашуршало, -Печенье с сюрпризом. Выглядит как обычное, но… — он одним махом откусил кусок, и его волосы вдруг стали розово-голубыми, -…вот! Вероника прикрыла рот рукой, чтобы не засмеяться слишком громко. -Тебе подходит, Фред. -Я всегда знал, что мне подходят все цвета! — гордо заявил он. Джордж закатил глаза. -Не слушай его. Хочешь увидеть что-то более практичное? — и взяв небольшой флакон с прозрачной жидкостью протянул ее, -Мгновение тишины. Капля – и никаких звуков в радиусе нескольких метров. Полезно для экзаменов… или когда не хочешь слушать чьи-то нотации. Вероника зависла, глядя на флакон, и в голове мелькнуло имя, которое она, конечно, не сказала. Едва заметная улыбка появилась на ее лице. -Это… интересно. Фред подхватил: -Видишь? Наш магазин – не просто веселье, а настоящее спасение в жизни. Она кивнула, чувствуя, что с этими двумя невозможно быть серьезной надолго. -У вас здесь, кажется, можно потеряться на весь день. -А мы бы не отпустили, — ответил Джордж с ухмылкой, -Особенно такую посетительницу. Фред склонился поближе и шепотом добавил: -Но мы обещаем не превращать твои волосы в фиолетовые без твоего согласия. Вероника разразилась смехом. Она почувствовала, что после долгого напряженного времени это место – глоток воздуха, а братья – как теплые, озорные друзья, которых никогда не хватало рядом. Вероника только смеялась над их шутками, когда Джордж и Фред, соревнуясь между собой, пытались уговорить ее взять «Коробку искр». Наконец она остановилась у полки с яркими коробочками, на которых мелькали заклинания предупреждения. -Хм… вот это, — она осторожно подняла небольшой футляр с надписью «Сюрприз-барьер», -Звучит как защитная вещь, но зная вас… скорее взрывается? -Взрывается красиво, — уточнил Фред с невинным видом, -А еще создает вокруг временную защитную сферу. Прекрасно для кого-нибудь, кто, например… учится быть Профессором Защиты от Тёмных Искусств. Она застыла на мгновение, не дожидаясь такого. -Откуда вы знаете? — спросила удивленно. -Рон, — ответили братья, снова засмеявшись. Вероника только покачала головой, прикрывая улыбку. -Через полтора месяца у меня экзамен, — сказала она тише, но в ее голосе звучало упрямство, -И тогда станет ясно, смогу ли я дальше еще остаться на три месяца для практического экзамена. Фред поднял бровь, театрально откинув руки. -Если пройдешь, мы придем в замок и устроим праздник. Маленькую победу следует отмечать так, чтобы помнилось. -А если не пройдешь, — добавил Джордж с хитрой улыбкой, -Тогда иди к нам на работу. Главным секретарем. -Что значит "секретарем"? — с притворным любопытством спросила она. -Главным, — серьезно ответил Джордж, -Все остальные будут под твоим руководством. -Все остальные? — засмеялась она. -Да, — подмигнул Фред, -Управлять нами – это серьезная задача. Она засмеялась громче, чем хотела, чувствуя, как тепло этих двух братьев немного растапливает то невидимое напряжение, которое в последние недели не отпускало ее сердце. И все же, в глубине души, даже среди этого смеха, она знала: единственное место, где она хочет быть по-настоящему, — это у Снейпа. -Договорились, — улыбнулась Вероника, пряча выбранную коробочку в бумажный пакет, -Если пройду, то вы обязаны появиться в Хогвартсе. А если нет… ну, думаю, секретарем двух гениев проделок я справлюсь. -Главным секретарем, — подчеркнул Джордж, и они оба поклонились ей так торжественно, что она снова не удержалась от смеха. Фред немного задумался, потом достал небольшой сверток пергамента. -Кстати, мама передавала Джинни письмо. Она сейчас так занята на кухне, что и писать некогда, но мы уловили момент. Думали отправить совой, но раз ты появилась, то может передашь? Вероника взяла сверток осторожно, словно это было что-то особенно ценное. -Конечно. Джинни будет приятно. -И Рону передай, что он до сих пор должен нам два галеона, — серьезно добавил Джордж. -Скажи ему, что мама об этом знает, — вставил Фред с лукавой улыбкой. -О, я обязательно передам, засмеялась Вероника, -Думаю, после этого Рон будет долго избегать вас. Братья переглянулись и одновременно вздохнули: -Как мало нужно для счастья... Она уже направлялась к двери, когда обернулась и добавила: -Я жду вас в Хогвартсе. И даже не смейте забыть обещание. -Не забудем, — отозвались они вместе, и на мгновение в воздухе повисло то самое чувство, которое Вероника так ценила — простое, настоящее тепло дома и друзей. Когда Хогвартс показался на горизонте, Вероника остановилась на мгновение. В руках новая волшебная палочка, еще необычная, немного холодная, словно сама присматривалась к ней. В руках чувствовался легкий бумажный пакет из магазина Фреда и Джорджа – доказательство, что даже после всего ужаса – смех и проделки не исчезли из этого мира. Она вдохнула полной грудью – запах сырой травы, камня после ремонта и далекого дыма из кухонь. Шаг за шагом она приближалась к старым воротам. Высокие стены, еще с пятнами от заклинаний, смотрели на нее молчаливыми свидетелями войны. Но рядом уже звучали голоса – кто смеялся, кто спорил, кто прокручивал в воздухе обломки балок, чтобы сложить их вместе. Вероника почувствовала, как в груди поднялось тепло: она не просто посторонний наблюдатель. Она частица всего этого. Внутри замок встретил ее своеобразной тишиной — не удручающей, а рабочей. Где-то выше гремели инструменты, в коридорах летали пылевые облака от восстанавливаемых стен. И ее живот начал напоминать о себе. Она остановилась и улыбнулась сама себе: -Обед. Это будет мое первое возвращение в Большой Зал сегодня. И, поправив мантию, двинулась по коридору, чувствуя, как странное волнение смешивается со спокойствием: она была дома. Большой зал встретил Веронику теплом – аромат свежеиспеченного хлеба, овощей и медовых пирогов разливался в воздухе, перемешиваясь со звонким гулом разговоров. Над столами мерцали свечи, как всегда, будто и не было войны. Она сделала несколько шагов и сразу заметила знакомых: Гарри, Рон, Гермиона и Джинни сидели вместе за столом Гриффиндора. Они что-то живо обсуждали, и от этой картины сердце потеплело. Но прежде чем направиться к ним, ее взгляд, как всегда, предательски скользнул вверх. Стол профессоров. И он там. Северус Снейп, в своей привычной черной мантии, словно единственная тень среди света. Его взгляд, холодный и тёмный, сразу впился в нее. Вероника чуть-чуть наклонила голову, губы растянулись в знакомой игривой улыбке. И она умышленно бросила ему короткое подмигивание. На его лице не шевельнулась ни одна мышца, но глаза вспыхнули тем же злым огнем, который она уже знала. Взгляд, который мог заставить дрогнуть любого другого, только не ее. Его внимание вдруг сползло ниже к пакету в ее руках. Логотип магазина Уизли, яркий и насмешливый, засветился в его глазах чуть ли не как обида. Губы Снейпа напряглись, и он посмотрел на нее теперь еще резче, словно чувствовал сам факт того, что она принесла этот бардак в стены Хогвартса. Вероника только легонько улыбнулась вслух и, словно и не заметив его выражения, уверенно двинулась к гриффиндорскому столу. Ее шаги были легкие, и ни один взгляд Снейпа не смог испортить чувство дома, которое она испытывала, глядя на своих друзей. -О, вы здесь! — усмехнулась она, поставив пакет на скамью возле себя и наклонившись к ним, -Как раз вовремя, потому что я очень проголодалась. Девушка уселась возле Гермионы и почувствовала, как Рон сразу искоса посмотрел на пакет. -А это что? — не выдержал он, протягивая руку поближе, -Похоже на добычу из… — его глаза округлились, когда он заметил логотип, -Да ведь ты была в магазине Фреда и Джорджа! Гарри поднял брови и улыбнулся. -Так вот куда ты исчезла. -Я решила прогуляться, — беззаботно ответила Вероника, отодвинув пакет от любопытных рук Рона, -И, ну… не смогла удержаться, увидев их магазин. Он просто зовет зайти. -Зовет, еще как! — Рон подскочил, -А что купила? Дай глянуть! -Рон! — с укором сказала Гермиона, но глаза и у нее слегка вспыхнули любопытством. Вероника подперла щеку рукой и хитро усмехнулась и положив себе на тарелку картофельного пюре и ответила: -Может быть, немного сюрпризов. -Это звучит опасно, — отозвалась Джинни, но в уголках ее губ промелькнула улыбка, -Особенно если речь идет о моих братьях. -Ты не купила тех… — начал Гарри, но Рон прервал его. -… взрывающихся шоколадных лягушек? Или ту пастилку, от которой язык вырастает вдвое длиннее? Вероника с притворной серьезностью сделала таинственное лицо и легонько постучала пальцем по пакету: -Узнаете в свое время. -Это точно что-то взрывоопасное, — вздохнула Гермиона, но не смогла удержать улыбки. -Кстати, — улыбнулась Вероника и достала пергамент, -Джинни, это от мамы. Она просила передать. Джинни быстро взяла пергамент, скрученный в трубочку и перевязанный коричневой лентой, -О, спасибо… — в ее голосе появилась теплая нотка, и она на мгновение умолкла, словно почувствовала присутствие мамы даже здесь, в стенах замка. Вероника повернулась к Рону и, наклонившись поближе, добавила с хитрым выражением: -А тебе, Рон...Фред и Джордж велели передать привет. Они сказали, что ты должен им два галеона. Рон отшатнулся так, словно его только что ужалил скорпион. -Я?! Но это же… они сами тогда… — он запутался в словах, покраснел, а Гарри стал смеяться так громко, что несколько учеников за другим столом обернулись. -И, — продолжила Вероника, едва сдерживая улыбку, -Мама об этом тоже знает. -Что?! — Рон выпрямился, ложка выпала из его рук, -Они рассказали маме? О, Мерлин… Я теперь пропал. Она же меня доконает… Гермиона закатила глаза и нахмурилась. -Ну, ты и сам виноват. Только у тебя хватает таланта влезть в долг перед родными братьями. -Это не долг! Это… это была сделка! — оправдывался Рон, жестикулируя руками, -Они имели… ну, у меня было… Ох, да неважно! Джинни хохотала, разворачивая письмо от мамы, Гарри с любопытством наклонился к Веронике: -Похоже, ты принесла сюда больше новостей, чем сам «Ежедневный Пророк». Вероника слегка подмигнула ему, но мысленно почувствовала на себе чей-то тяжелый взгляд со стола профессоров. Она не подняла глаз сразу, но внутренне уже знала, кто это был. И сердце от того начало стучать быстрее. Вероника наклонилась к Гермионе и прошептала ей на ухо, чтобы никто не слышал: -После обеда пойдем в спальню, я тебе покажу свою вторую волшебную палочку. Услышав это, Грейнджер поспешно кивнула и на ее лице сразу появилось выражение любопытства. Свет от факелов дрожал на стенах, когда Вероника шла рядом с Гермионой в их спальню. Девушка хотела переодеться с дороги и показать свою вторую волшебную палочку. Она в дорожной мантии, расстегнутой сверху, свободно что-то рассказывала о новой палочке. Вдруг Гермиона шепотом произнесла: -О нет... Вероника подняла глаза и увидела его, сразу чувствуя, как ее сердце стало биться скорее. Северус Снейп стоял в нескольких метрах от них, в тени, сложенные за спиной руки, мантия, спадающая тяжелыми складками. Его взгляд скользнул по ней, и задержался на пакете. В его глазах появился холод, заставляющий даже факелы на стенах вздрогнуть. -Мисс Нокс, — его голос был резким, без всякой интонации. Вероника остановилась. Ее улыбка была легкая, даже немного дерзкая, но голос мягкий: -Профессор... Снейп шагнул ближе, его мантия шелестела, словно тёмный шепот. После чего низко и ледяно произнес: -Я вижу, что ваше свободное время вы предпочитаете тратить на..., — пауза, и его тон стал еще холоднее, -...детские шалости. Он увидел логотип магазина Уизли. В его глазах мелькнула тень неприкрытого пренебрежения. -Одно применение чего-то подобного в стенах Хогвартса, и я позабочусь, чтобы ваш контракт аннулировали еще до завершения экзаменов. Девушка сделала полшага ближе. Гермиона посмотрела на нее так, словно та сошла с ума. Вероника улыбнулась игриво, но голос ее был тих, еле слышен: -Так вы все-таки следите за мной, Профессор? Глаза Снейпа сузились, но он остался неподвижным, как статуя. -Я слежу за порядком, — ответил он резко, -И если вы думаете, что ваши мелкие секреты меня интересуют…, — взгляд скользнул по ней холодно, от головы до пят, -…вы слишком переоцениваете собственную значимость. Вероника сжала ручки пакета, но не отвела взгляда, ее улыбка стала еще шире, и она будто с легкой насмешкой произнесла: -И все же, если бы я действительно была незначительна…вы бы не тратили на меня столько времени. Снейп замер на секунду. Он не поменял выражения лица, но в его глазах появилось что-то очень тёмное. Его голос стал низким и глухим: -Я трачу на вас ровно столько времени, чтобы убедиться, что вы не создадите проблем. Ничего больше. Он сделал шаг вперед настолько близко, что Вероника почувствовала, как его мантия едва касается ее мантии. Он смотрел прямо в ее глаза. Его взгляд – холодный, почти пронзительный, и в то же время… он словно искал что-то поглубже. Ее сердце стало биться так громко, что казалось – он слышит его. Она вдохнула тот смешанный запах — зелья, старых книг, его мантии, что-то горького и немного пряноного… И почувствовала, что просто не может оторваться от него. И он произнес еще ниже, тихо, но с угрозой: -Совет. Уберите все эти игрушки. Иначе Хогвартс для вас закончится быстрее, чем вы успеете это понять. Северус резко развернулся и его мантия разрезала воздух, как черное лезвие. Он исчез в тени так же тихо, как и появился. Гермиона выдохнула и посмотрела на Веронику. -Ты ненормальная. Он тебя... реально ненавидит. Вероника лишь слегка улыбнулась, поправила мантию и посмотрела туда, где исчез Северус Снейп. -Посмотрим, — еле слышно сказала она. Гермиона Грейнджер Узкий коридор тянулся вперед, а Вероника шагала уверенно, будто только что выиграла какую-то дуэль. В руках все еще сжимала ручки пакета, но улыбка играла на ее губах. Гермиона шла рядом, пытаясь подобрать слова, объясняющие… что это вообще было только что такое. Она никогда не видела, чтобы кто-нибудь так разговаривал с Северусом Снейпом. Ни профессора, ни ученики, даже члены Ордена. И уж точно – чтобы после такого он не убил прямо здесь, на месте. И она решилась спросить: -Ты… ты вообще понимаешь, что случилось? — ее голос прозвучал почти резко, -Это же был Северус Снейп. Человек, никогда не забывающий неподобающее обращение. А ты...стояла перед ним, улыбалась и… еще… Она оборвала себя на полуслове, потому что Вероника только качнула головой и шире улыбнулась. -А еще что, Гермиона? — спросила Вероника спокойно, но даже немного лукаво. Гермиона вздохнула, запустила руки в волосы, как всегда, когда была взволнована. -Ты его...провоцировала. Честно, я думала, он сейчас устроит взрыв, — Гермиона остановилась, снова вспомнив тот момент, когда он шагнул вперед, то, как он подошел… Она замолчала, словно боялась продолжить мысль. Да, он был сердит на нее, это было видно по его словах, по его взгляде, да и голос выдавал его. Но он так близко подошел, будто хотел подавить ее всей своей тяжелой сущностью, но... почему-то кроме слов не сделал ничего. Ей показалось, действительно ли там было что-то странное? Слишком близко. Слишком напряженно. Вероника только усмехнулась, не замедляя шаг и легко ответила, почти игриво: -Может быть, ему просто интересно. Гермиона резко повернулась к ней с удивлением в глазах. -Интересно? Северусу Снейпу? Интересно к людям? — ее голос немного повысился, -Это тот самый мужчина, который может запомнить мелочь десятилетней давности только для того, чтобы использовать ее против тебя. Он не интересуется людьми, Вероника. Он просто… не такой. Но даже произнося эти слова, Гермиона чувствовала, что здесь что-то не сходится. Ей было трудно признать это даже мысленно, но она видела его глаза только что. Он хотел ее уничтожить здесь на месте. Задушить. Убить. Но, несмотря на это, она видела, как его взгляд задержался немножко дольше на Веронике, чем на любом другом. Они свернули в другой коридор, и Гермиона наконец сбавила темп, пытаясь успокоить себя. "Нет. Это Снейп. Он всегда холодный. Это все. Просто он… недолюбливает ее. Очень недолюбливает. И потому… смотрит так. Да, наверное. А она... что-то скрывает. Нужно это выяснить." Гермиона украдкой бросила еще один взгляд на Веронику – она шла совершенно спокойно и задумчивая улыбка не сходила с ее губ. Вероника Нокс Библиотека Хогвартса была пуста. Воздух стоял тихий, тяжелый от запаха старого пергамента и чернил. Вероника сидела за дальним столиком, склонившись над раскрытой книгой о защитных заклинаниях против запрещенных артефактов. Слова плыли перед глазами, она старалась сосредоточиться, но каждая фраза растворялась в шуме собственных мыслей. Ее пальцы бессознательно скользнули в карман мантии, где лежала вторая волшебная палочка. Черное дерево и волос тестрала. Она не достала ее, даже не собиралась… но чувствовала. Чувствовала, будто под пальцами пробегал теплый, едва уловимый ток – пульсирующая сила, что-то живое. Скрывавшаяся в ней тьма не пугала. Напротив – манила. И что бы там ни говорили книги, эта тьма ощущалась… приятно. Она отвела руку, откинувшись на спинку стула, но напряжение не отпускало. И тут в голове снова вспыхнул его образ. Северус Снейп... Его холодный, пронзительный взгляд, когда он увидел ее в Большом Зале с пакетом. Он тогда даже не попытался скрыть презрение. Но когда она с Гермионой вышла из-за стола, он, словно случайно, очутился именно там, в коридоре. Случайностей со Снейпом не бывает. Их разговор был резким, колючим, почти болезненным. Он снова сыпал угрозами, намекал на изгнание, на то, что достаточно только одного ее неправильного шага… И в то же время именно в его глазах, в тёмнейшей глубине, промелькнуло что-то другое. Капля заинтересованности. Мгновение, которое большинство бы даже не заметило. Но она заметила. От этой мысли ее грудь будто сжалась. Она закусила губу и уперлась локтями в стол, закрывая глаза. Если честно, она должна его бояться. Он ненавидел ее. Делал это открыто, демонстративно, холодно. Он искал малейший повод, чтобы выгнать ее из Хогвартса. Но чем больше он отталкивал, тем сильнее хотелось приблизиться. В его резкости, в этом контроле, в его ледяной маске было что-то живое. Что-то, что заставляло ее сердце биться быстрее, даже когда он бросал худшие слова. Вероника открыла глаза и посмотрела на страницы книги, но видела перед собой не буквы – его лицо. Тёмные, как ночь, глаза. Затененная свечами кожа. Тонкие губы, которые как будто готовятся выстрелить очередной ядовитой фразой. Его мантия, которая кажется частью самого тела, и двигается вместе с ним, слово его собственная тень. Она сжала книгу немного сильнее, пытаясь отвлечься, но даже ее собственные мысли начали звучать опасно: Почему мне хорошо рядом с ним? Почему даже его ненависть кажется важной? Почему, когда он смотрит на меня так, как ни на кого другого… я чувствую, что живу? И где-то глубоко, совсем на дне сознания, она знала: если продолжит играть в эту игру с ним, пути назад уже не будет.