030.

Сны начали сниться через несколько ночей после ее разговора с Гон Ёпом. Сначала это были просто вспышки. Размытые образы парня с темными глазами и тихим, полным боли лицом. Затем они стали более яркими. Мост. Сигарета, зажатая между пальцами. Тяжесть куртки, накинутой на плечи. И чей-то голос. "Пожалуйста... дай мне шанс". Она проснулась, задыхаясь, с колотящимся сердцем. Сны были совсем не похожи на сны. Они казались реальными. Как будто она прожила что-то в своей жизни. Но каждый раз, когда она пыталась удержать эти образы, они ускользали, как вода сквозь пальцы. Однажды утром она поймала себя на том, что, глядя в зеркало в ванной, снова и снова шепчет это имя. "Хануль". Это имя давалось ей с трудом. Знакомое имя. Но почему? Она схватилась за раковину, голова у нее шла кругом. Ей нужно было узнать больше. Это был первый раз за несколько дней, когда она вышла за пределы больницы. Гон Ёп вывел ее на короткую прогулку, чтобы она могла подышать свежим воздухом. После долгого заточения мир казался слишком большим. Слишком громким. Но потом она увидела его. На другой стороне улицы. Прислонившись к мотоциклу, он смотрел на свой телефон. У нее перехватило дыхание. Это был он. Парень из ее снов. Прежде чем она смогла остановить себя, она шагнула вперед. — Но громкий сигнал машины заставил ее застыть на месте. Когда она оглянулась, он уже ушел. Ее сердце упало. Неужели он ей померещился? __ Гон Ёп заметил, как она отреагировала. То, как ее тело узнало Хануля раньше, чем ее разум смог это осознать. И он принял решение. — Мы кое-куда едем, - сказал он ей на следующий день, забирая ключи. Она не стала задавать вопросов. Она просто последовала за ним. Поездка была тихой, в воздухе витало напряжение. А потом, когда они подъехали, у Рин перехватило дыхание. Мост. Она знала это место. Она пошатнулась вперед, ухватившись за перила. И затем— Все обрушилось на нее разом. Холодный ветер в ту ночь. Его трясущиеся руки. То, как отчаянно она держалась за него, оттаскивая от края пропасти. "Не делай этого". "Почему тебя это волнует?" "Потому что никто не должен чувствовать это в одиночестве". А потом — годы спустя То, как он держал ее под этим самым мостом, когда ей больше некуда было идти. Признания, произнесенные шепотом. Украденные поцелуи. "Ты первая спасла меня, Нара". Она упала на колени. Слезы текли по ее лицу. — Я помню. Ее голос был прерывистым, хриплым. — Я все помню. Гон Ёп присел рядом с ней на корточки, положив руку ей на плечо, чтобы поддержать. Но она уже поднялась, вытирая слезы. — Я должна найти его. — Она бежала. По улицам. Несмотря на холод. Прямо к дому Хануля. Но когда она добралась до дома, дверь открыла Сохе. Рин задыхалась, ее грудь тяжело вздымалась. — Где он? Лицо Сохе вытянулось. Воцарившейся тишины было достаточно, чтобы Рин поняла: что-то не так. Сохе с трудом сглотнула, прежде чем прошептать: — Он ушел. Рин покачала головой. — Нет—нет, я только что видела его... — Наш отец отослал его. Голос Сохе задрожал. — Он сейчас летит в Америку. Эти слова ранили, как удар кинжала. Нет. Нет. Этого не могло быть. Рин развернулась и снова побежала. Она не останавливалась. Даже когда ее легкие обожгло. Даже когда у нее заболели ноги. Она бежала прямо в аэропорт. Но было слишком поздно. Рейс уже вылетел. Она стояла там, посреди терминала, ее тело дрожало, из глаз неудержимо текли слезы. А потом... она сломалась. Упав на колени, она зарыдала, не обращая внимания на любопытные взгляды окружающих. — Пожалуйста, вернись...… Теперь я все вспомнила... Но его уже не было. Тело Рин сотрясалось от рыданий. Она не могла дышать. Не могла думать. — Пожалуйста, вернись...… Теперь я все вспомнила... Ее голос был едва слышен, теряясь в шуме оживленного аэропорта. Пассажиры проходили мимо, некоторые бросали на нее любопытные взгляды, другие озабоченно перешептывались. Но она не могла пошевелиться. Слезы затуманили ее зрение, грудь болезненно сжалась. И затем— Рука. Салфетка, протянутая перед ней. У Рин перехватило дыхание. На мгновение она перестала плакать, ее сердце бешено колотилось. Медленно, нерешительно она потянулась к нему. И затем подняла глаза. Мир вокруг нее остановился. Хануль. Стоял тут. Смотрел на нее сверху вниз. Его глаза были непроницаемы, но в них было что-то такое — что-то глубокое. Что-то болезненное. Она не могла вымолвить ни слова. Какое-то мгновение ни один из них не шевелился. Затем он, наконец, заговорил хриплым от волнения голосом. — Почему ты плачешь, как идиотка, посреди аэропорта? Эти слова должны были разозлить ее. Но сейчас они только усилили ее желание расплакаться. Потому что он был здесь. Он не ушел. Хануль не колебался. Он отодвинул свой багаж в сторону, одним быстрым движением шагнул вперед и заключил ее в объятия. Рин ахнула, ее тело напряглось всего на секунду, прежде чем она растворилась в нем. Его руки крепко обхватили ее, как будто он боялся, что она снова ускользнет. Она прижалась к нему так же отчаянно, вцепившись пальцами в ткань его рубашки. — Прости, - пробормотал он ей в волосы хриплым от волнения голосом. — Мне чертовски жаль, Рин. Я никогда не хотел причинить тебе боль. Это был мой отец — он угрожал тебе. У меня не было выбора. Пальцы Рин сжались, она крепко зажмурилась. — Идиот...… Ты знаешь, как сильно я... как сильно я страдала? Ее голос дрогнул. — Как сильно я скучала по тебе? Его руки крепче сжались вокруг нее. — Я знаю, - прошептал он. — Я тоже скучал по тебе. Больше всего на свете. Они стояли там, прижавшись друг к другу, и тяжесть всей их боли, всего их страстного желания, наконец, спала. Впервые за несколько недель они могли дышать. Впервые за многие годы они были друг у друга. Но потом— Раздался выстрел. Резкий треск разнесся по аэропорту, заставив их застыть на месте. Тело Хануля напряглось рядом с ней. У Рин перехватило дыхание. И затем— Хаос.