Последний путь/Обещание на рассвете

Утро наступило тихо и торжественно. Первые лучи солнца мягко освещали остров Олух, заливая долину золотистым светом. Воздух был насыщен запахом росы, но он не мог скрыть горечь утраты, которая висела над всеми, словно тяжёлый туман. Ясмин стояла на высоком утёсе, откуда открывался вид на долину. Внизу, среди цветов и высокой травы, покоилось тело Молодого Кипятильника. Его крылья были аккуратно сложены, а глаза закрыты, словно он мирно спал. Вокруг него драконы выложили цветы и листья, покрыв тело ковром из белых и синих лепестков. Это была древняя традиция драконов — последний путь. Когда один из них покидал этот мир, стая собиралась, чтобы отдать дань уважения и проводить его в полёт в небесное царство. Они верили, что души драконов поднимаются к звёздам, становясь вечными огнями на небе. Ясмин стояла рядом с Беззубиком, её глаза блестели от слёз. Она смотрела на тело Кипятильника, вспоминая его игривый смех, его неловкие попытки взлететь, его юную энергию и наивность. Он был таким молодым... таким невинным. Беззубик тихо уркнул, его взгляд был полон скорби. Он мягко коснулся носом её щеки, ободряя и поддерживая. Ясмин почувствовала тепло его прикосновения, его заботу. Она знала, что он тоже оплакивает потерю. На холмах вокруг долины собрались драконы. Они стояли молча, их крылья были сложены, а хвосты опущены в знак скорби. Среди них Ясмин узнала Острозубого, Буревестника, Молнию и многих других. Все они пришли почтить память павшего сородича. Рядом с ними стояли всадники. Иккинг и Астрид держались за руки, их лица были мрачными. Громгильда стояла рядом с Астрид, её глаза были опущены, а хвост грустно скользил по земле. Кривоклык Сморкалы молчал, его челюсти были сжаты, а Забияка Рыбьенога тихо урчала, выражая скорбь. Иккинг крепче сжал руку Астрид, его глаза блестели от слёз. — Я обещал защищать всех драконов... но я не уберёг его. Астрид прижалась к нему, её глаза были полны боли. — Ты сделал всё, что мог. Мы все сделали. Иккинг закрыл глаза, его плечи дрогнули. Астрид обняла его, прижавшись к его груди. — Мы будем помнить его. Всегда. Иккинг посмотрел на неё, его взгляд смягчился. Он нежно провёл рукой по её щеке, а затем наклонился и коснулся её губ своими. Это был тихий, грустный поцелуй, полный боли и утешения. Они стояли вдвоём, обнимая друг друга, черпая силы в своей любви. Беззубик посмотрел на них, его глаза были полны понимания. Он тихо уркнул, обвивая крылом Ясмин. Она прижалась к нему, её тело дрожало от подавленных рыданий. Она чувствовала, как его тепло окутывает её, как его забота лечит её разбитое сердце. По долине разнёсся низкий рёв. Ясмин подняла голову и увидела, как драконы поднимают головы к небу. Они начали подвывать, их голоса слились в одну мелодию, полную боли и скорби. Это был Зов Прощания, древний ритуал, который начинал последний путь. Острозубый выпустил поток огня в небо, его пламя взметнулось, отражаясь в глазах собравшихся. Это был символический жест, который означал прощание и уважение. За ним последовали Буревестник и Молния, их огонь озарил утреннее небо, создавая яркие вспышки. Беззубик расправил крылья, его глаза блестели от слёз. Он выпустил сгусток плазмы, который взмыл в небо, оставляя за собой искры. Ясмин наблюдала за ним, её сердце сжалось от боли. Громгильда тихо уркнула, её хвост обвился вокруг лап Астрид. Она посмотрела на свою всадницу, её глаза были полны сочувствия. Астрид ласково погладила её шею, прижимаясь к ней. — Спасибо, девочка... Ясмин подошла к телу Кипятильника, её хвост бессильно опустился. Она коснулась носом его щеки, издав тихое урчание. Это был прощальный поцелуй, последнее прикосновение. Её тело дрожало от боли, но она знала, что должна быть сильной. Беззубик мягко уркнул, его взгляд был полон понимания. Он поднял голову и издал рёв, полный боли и ярости. Это был призыв к полёту, к последнему пути. Драконы взвились в небо, их крылья расправились, а хвосты заскользили по воздуху. Они окружили тело Кипятильника, образуя плотный круг. Их голоса слились в одну мелодию, полную скорби и боли. Беззубик и Ясмин поднялись в воздух, их крылья двигались в унисон. Они кружили над телом, выпуская сгустки плазмы, которые окутали его светом. Пепел взметнулся вверх, поднимаясь к облакам. Драконы ревели, их голоса эхом разносились по долине. Они прощались с другом, отправляя его в последний полёт. Ясмин закрыла глаза, её сердце разрывалось на части. — Лети... — прошептала она, её голос дрожал. — Лети к звёздам... Мы будем помнить тебя. Пепел поднялся в небо, исчезая среди облаков. Драконы взревели в последний раз, их голоса сотрясли воздух. Они знали, что он обрел покой. Закрыв глаза, Ясмин прижалась к Беззубику. Она знала, что впереди ждут новые битвы. Но память о нём останется в её сердце навсегда. Она будет сражаться за него. За всех, кого они потеряли. Утро наступило тихо и торжественно. Солнце медленно поднималось над горизонтом, окрашивая небо в мягкие золотистые тона. Остров Олух встречал новый день, но боль утраты всё ещё висела в воздухе. Ясмин стояла на утёсе, глядя на море. Её мысли были где-то далеко. Перед глазами всё ещё стояло тело Молодого Кипятильника, его крылья, аккуратно сложенные на груди, и пепел, унесённый ветром ввысь. Он больше никогда не взлетит, но останется частью неба, частью света. Рядом был Беззубик. Он сидел молча, его хвост слегка подрагивал, а глаза были полны скорби. Ясмин чувствовала его боль, такую же, как у неё. Они оба потеряли друга. Позади послышались шаги. Ясмин оглянулась и увидела Иккинга и Астрид. Они шли молча, их лица были серьёзными. Громгильда шла за ними, её серебристая чешуя мягко переливалась на солнце, а крылья были слегка прижаты к телу. Иккинг остановился рядом с Беззубиком и, тяжело вздохнув, провёл рукой по волосам. — Мы не можем больше терять драконов, — начал он, его голос был глухим и полным боли. — Эти охотники не были обычной шайкой. Кто-то направил их сюда, кто-то знал, где нас искать. Драконы, что стояли неподалёку, напряглись. Острозубый поднял голову, его взгляд потемнел. Буревестник склонил шею, его хвост резко дёрнулся по земле. Даже Громгильда, обычно спокойная, угрожающе опустила голову. — Это не закончится, — продолжил Иккинг. — Мы должны быть готовы к тому, что они вернутся. Они уже забрали у нас одного. Мы не можем позволить им забрать больше. По долине разнёсся рык. Драконы подняли головы, их глаза сверкнули решимостью. Они не позволят чужакам снова прийти в их дом. Беззубик медленно поднялся. Он сделал шаг вперёд, расправляя крылья. Его взгляд встретился с Иккингом. Он не говорил, но в его зелёных глазах было всё — согласие, решимость, гнев. — Мы укрепим защиту острова, — сказал Иккинг, глядя на своего дракона. — Ясмин, Беззубик, вы — Ночные Фурии. Никто не летает так, как вы. Нам нужна ваша скорость, ваше умение видеть в темноте. Ясмин замерла. Её разноцветные глаза расширились. — Мы будем патрулировать окрестности, — продолжил он. — Если враг приблизится, мы узнаем об этом первыми. Беззубик утвердительно рыкнул, его хвост резко ударил по земле. Он понимал. Он знал, что это важно. Ясмин перевела взгляд на Астрид. Девушка смотрела на неё с твёрдостью, но в её глазах было и сочувствие. — Ясмин, — сказала Астрид, делая шаг вперёд. — Ты храбрая. Ты — часть нас. Мы все нуждаемся в тебе. Ясмин почувствовала, как внутри неё что-то тёплое разлилось. Она всегда была одна, привыкла выживать в одиночку. Но сейчас... Она посмотрела на Беззубика. Он был рядом. Он был её стаей. Она вздохнула и медленно кивнула. Драконы заревели. Острозубый взмыл в воздух, выпустив поток огня. Буревестник взмахнул крыльями, создавая порыв ветра. Громгильда подняла голову, её глаза вспыхнули решимостью. Беззубик вдруг наклонился к Ясмин и тихо уркнул. Его нос мягко коснулся её щеки. Ясмин замерла, её хвост нервно дёрнулся. Но затем она улыбнулась. Они будут защищать свой дом. Будут защищать друг друга. — Мы справимся, — тихо прошептала Ясмин. Беззубик рыкнул в знак согласия. Они справятся.