54 . А что если...

      Спустя пару дней на горизонте, рассекая свинцовую гладь океана, показался очередной остров. «Полярный Тан» мерно шёл своим ходом, его стальной корпус легко разрезал невысокие волны, приближаясь к зелёной полоске суши.              На камбузе царила привычная суета. Шачи, размахивая ложкой как дирижёрской палочкой, пытался подпевать мотиву, который насвистывал Пингвин. Получалось, мягко говоря, своеобразно.              — Да ладно тебе, я думал, у меня неплохо получается! — фыркнул Шачи в сторону Пингвина, который гримасничал, зажимая уши.              Ева, сидя в углу, увлечённо что-то записывала в свой блокнот. Воспоминания-песни Нивы всё чаще всплывали в её памяти, и она старалась зафиксировать их, пока не забыла. Эту вечно энергичную пару её занятие не ускользнуло.              — Эй, ушастая, что это ты там такое секретное строчишь? — Шачи подскочил к ней, пытаясь заглянуть через плечо.              — Чтоб мне на оба уха медведь наступил, — проворчала Ева, инстинктивно прикрывая ладонями свои чувствительные уши. — Если бы сейчас кто-нибудь поскреб ложкой по металлической стене, то и то звучало бы лучше твоего пения.              — Ой, да ну вас! — Шачи обиженно плюхнулся на табурет и скрестил руки на груди, как ребёнок.              — Если так хочешь петь, то учись, а не обижайся, — хохотнула Ева, отпуская ушки, которые сразу же встали торчком, улавливая новый звук.              В камбуз уверенной походкой вошла Икаку.              — До прибытия полчаса! Все поднимают свои задницы и начинают готовиться к швартовке! Шачи, Клиону помочь на камбузе разобрать припасы! Пингвин, на палубу, готовить швартовы!              Шачи театрально тяжело вздохнул, но послушно встал. Команда быстро разошлась по своим местам, каюты и коридоры наполнились деловой суетой.              Ло, стоя на палубе, раздавал чёткие указания.              — Бепо, отвечаешь за сохранность судна. Хокуган, в прошлый раз ты был на вахте — можешь прогуляться, но чтобы к вечеру был на борту. Клион, закупка провизии. Остальные — по обстановке.              Ева вышла на палубу, подставив лицо прохладному вечернему бризу. Она сладко потянулась, заставив потрескаться позвонки, и подошла к Ло.              — Я поищу портных и куплю бумаги. Надо ещё что-то?              — Одна? — коротко спросил он, не отрывая взгляда от карты острова в своих руках.              — Хочешь со мной? — Ева хитро улыбнулась и, не дожидаясь ответа, прошла мимо него по направлению к трапу.              Ло лишь цыкнул, но ничего не ответил. Когда Ева уже спускалась на пирс, она развернулась и крикнула:              — Капитан, составите компанию или как? — И, не дожидаясь, пустилась бегом по деревянному настилу.              Ло тяжело вздохнул, мысленно проклиная собственную субординацию, а точнее её полное отсутствие по отношению к этой наглой ушастой. Смерив окружающих убийственным взглядом, который предупреждал любые комментарии, он неспешным, мерным шагом направился вслед за ней.              Они бродили по мощёным улочкам портового городка, выискивая среди лавок и мастерских, портного и магазин канцелярии. Чем активнее и любопытнее становилась Ева, заглядывая в каждую витрину. Чем больше проходило дней тем заметнее улучшался её аппетит и общее состояние.        Портного нашли почти сразу — небольшая мастерская, уставленная рулонами тканей и пахнущая деревом и крахмалом. Внутри они согласовали работу по перепрядке её шерсти в пряжу и последующему пошиву из неё ткани и одежды. Оставили щедрый задаток и отправились в библиотеку, которая, к их удаче, находилась неподалёку.              В царстве тишины и пыльных фолиантов Ева бродила между высоких деревянных стеллажей, бегло пробегаясь глазами по корешкам книг. Ничто, казалось, не могло надолго привлечь её внимание. Она нашла Ло у одной из полок в дальнем углу, где он изучал старый атлас морских течений. Она бесшумно подошла сзади, приподнялась на цыпочки и уткнулась носом в его шею, вдыхая знакомый запах и по привычке «подзаряжаясь».              Несмотря на то, что она заметно окрепла, без периодического контакта её силы всё ещё истощались слишком быстро. Ло, уже привыкший к таким внезапным «подпиткам», лишь слегка вздрогнул от неожиданности, но не отреагировал иначе, продолжая листать атлас.              Выбрав пару книг, они покинули библиотеку почти под закат, как раз перед самым её закрытием. С портным они договорились встретиться завтра — мастеру нужно было время на подготовку. Сам заказ обещали выполнить за три дня — это было самое быстрое, на что они могли рассчитывать. Ло планировал задержаться на острове на несколько дней для пополнения запасов и сбора информации, так что один день погоды не делал.              По дороге обратно к пирсу Ева шла, с аппетитом доедая шашлычок с мясом, который она с проворством карманника стащила с прилавка увлёчённого беседой продавца. Её пальцы были сплетены с пальцами Ло — с виду они могли сойти за обычную парочку, прогуливающуюся под вечерним небом. Ло нёс в свободной руке небольшую сумку с книгами, в ней же, как всегда, был его верный меч «Кикоку», мирно покоившийся на плече.              Ночь мягко опускалась на город, окутывая его тёплым, бархатным покрывалом. Дневная жара окончательно отступила, уступив место приятной, освежающей прохладе. Улицы, почти пустые днём, теперь наполнялись жизнью. Зажигались фонари, из распахнутых дверей таверн и кафе доносились смех, звон бокалов и, конечно, музыка.              Ещё не было поздно, но город уже вовсю готовился к ночным гуляньям. На тротуарах и небольших площадях появлялись уличные музыканты. Кто-то отчаянно бренчал на расстроенной гитаре, кто-то выводил душевные баллады под аккомпанемент аккордеона. Ева, идя рядом с Ло, невольно прислушивалась к каждому звуку. Её уши, чуткие и подвижные, поводили кончиками, улавливая малейшую фальшь или, наоборот, чистоту ноты. Она начала различать тембры инструментов, могла почти наверняка сказать, настроен ли он правильно. Это чувство было новым, чужим, но в то же время до боли знакомым — будто давно забытый навык вернулся к ней. Иногда, проходя мимо особенно талантливого исполнителя, она тихонько подпевала, сама того не замечая.              Они не разговаривали, Ло и Ева. Просто шли рядом по оживлённой улице, погружённые в свою атмосферу. Их молчание не было неловким — оно было наполнено общим, безмолвным наслаждением атмосферой вечера и музыкой, льющейся со всех сторон.              Одна группа музыкантов — квартет с скрипкой, виолончелью, флейтой и небольшим барабаном — играла что-то сложное, мелодичное и грустное. Ева остановилась, заслушавшись. Ло автоматически остановился рядом, его внимательный взгляд скользнул по её лицу, отмечая сосредоточенное, почти отрешённое выражение. Она дослушала композицию до конца и даже несколько раз тихо похлопала в ладоши, прежде чем они двинулись дальше.              — Может, и тебе стоит выступать? — неожиданно предложил Ло, нарушая молчание. Его голос прозвучал на удивление мягко, без привычной иронии.              Ева фыркнула, отмахиваясь.              — Чего? Да ну… Я не…              — Но в том баре ты пела, — напомнил он. — И у тебя неплохо получалось как говорила Иккаку.              — Ну, ты сравнил, конечно, — она покраснела, смущённая его неожиданным вниманием к её способностям. — Там была совсем другая история.              — А ведь мы как раз пару минут назад прошли мимо музыкального магазина, — заметил он, как бы между делом. — Там продают инструменты.              — Да ладно? — Ева резко развернулась, вставая на цыпочки и стараясь сквозь толпу прохожих рассмотреть вывеску. Ло одёрнул её за руку, мягко, но настойчиво притягивая к себе, чтобы её не сбили с ног.              — Вроде ходить научилась, а вперёд так и не научилась смотреть, — пробормотал он себе под нос, но пальцы его на мгновение сжали её запястье чуть крепче, прежде чем отпустить.              Они не пошли назад, к магазину. Но семя было брошено.              Вернувшись на «Полярный Тан», они обнаружили, что команда уже собралась на камбузе. Воздух был наполнен аппетитными запахами — Клион явно постарался. На столе дымилась огромная кастрюля с похлёбкой, лежали свежие лепёшки и нарезанные овощи.              — О, наши гуляки вернулись! — крикнул Шачи, с размаху хлопая Еву по спине так, что она чуть не кашлянула. — Нашла себе гитару, певица?              — Ещё нет, — улыбнулась Ева, пробираясь к своему месту.              Ло молча занял своё место во главе стола. Его взгляд скользнул по оживлённым лицам команды, по тарелке с едой, которую ему тут же подали, и на секунду задержался на Еве, которая уже с жаром что-то рассказывала Икаку, размахивая руками. Уголки его губ дрогнули в почти незаметной улыбке. Вечер удался. И, возможно, впереди было ещё много таких вечеров.              После ужина, когда камбуз опустел и на субмарине воцарилась привычная ночная тишина, Ева отправилась не в каюту капитана, а следом за Икаку в её. Комната Икаку была удивительным местом — гибрид спальни и мастерской. На столе, рядом с косметикой и заколками, в строгом порядке лежали отвёртки, паяльник и мотки цветных проводов. Стеллажи были заставлены не книгами, а деталями механизмов, чертежами и коробками с запчастями.              Девушки устроились на койке, болтая о том о сём. Икаку с воодушевлением рассказывала о симпатичном кафе, которое приметила сегодня, с десертами и ароматным кофе, и предложила сходить туда завтра. Ева с готовностью согласилась, уже представляя себе вкус свежей выпечки.              В ходе разговора Икаку встала и открыла свой шкаф. Вместо одежды внутри оказались аккуратно развешанные инструменты и сложные механизмы разных размеров. Ева с интересом наблюдала, как подруга достаёт несколько металлических корпусов, плат с микросхемами и аккуратные мотки проводов.              — Что это? — не удержалась Ева.              Тема разговора мгновенно сменилась. Глаза Икаку загорелись тем самым огнём, который появлялся только когда речь заходила о механике.              — Это… моя маленькая мечта, — призналась она, садясь на пол и расставляя детали вокруг себя. — Я давно пытаюсь собрать уменьшенную, упрощённую версию нашего двигателя. Знаешь, тот, что внизу, который гоняет «Тан» по всему океану.              Ева присоединилась к ней на полу, поудобнее устроившись среди деталей.              — Зачем? Для практики? — предположила она.              — И для практики тоже, — кивнула Икаку, уже вовсю скручивая две шестерёнки. — Но в идеале… я хочу создать небольшое, но надёжное средство для передвижения по воде. Что-то вроде личного катера, но на своём ходу, без парусов. Чтобы не зависеть ветра и течений.              Ева смотрела на хитросплетение микросхем, проводов и блестящего металла. В её голове, обычно занятой обрывками песен и воспоминаний, вдруг начали возникать странные образы. Она не понимала, как это работает — названия деталей и принципы физики были для неё тёмным лесом. Но она вдруг начала видеть связи. Видеть, как ток бежит по проводам, как шестерёнки должны сцепиться, чтобы передать движение, куда нужно припаять контакт, чтобы всё заработало.              — Попробуй вот это подключить сюда, — неожиданно для себя сказала она, указывая на свободный проводок.              Икаку посмотрела на неё с удивлением, потом на схему, которую чертила для себя в блокноте.              — Ты уверена? По моим расчётам…              — Не знаю, — честно призналась Ева, пожимая плечами. — Просто… кажется, что так будет правильно.              Икаку пожала плечами и последовала совету. Она припаяла провод, замкнула контакты — и маленький двигатель вдруг ожил, издав тихое, ровное гудение и слегка завибрировав.              — Чтоб меня… — прошептала Икаку, смотря на Еву с новым интересом. — Ты… ты что-то понимаешь в этом?              — Нет, — снова честно ответила Ева. — Но… я будто чувствую, что куда должно идти. Это… странно.              С этого момента их ночная болтовня превратилась в интенсивную мозговую штурм-сессию. Икаку совала Еве детали, объясняла на пальцах основы, а Ева, полагаясь на внезапно открывшееся «чутьё», предлагала неожиданные решения. Они собирали, паяли, спорили и смеялись, окружённые припаями, платами и чашками остывшего чая. Полночь давно миновала, но ни одна из них не чувствовала усталости — их захватил азарт созидания.              Для Евы это был новый, незнакомый опыт. Её способности, всегда бывшие источником проблем, вдруг оказались полезными в таком мирном, творческом деле. Она не поглощала чужую энергию, а отдавала свою — свою интуицию, своё странное, необъяснимое понимание механики, которое, вероятно, было ещё одним подарком её сестры.              Когда первые лучи солнца начали пробиваться в иллюминатор, на полу между ними лежал собранный, пусть и неряшлевый, но рабочий прототип маленького подводного двигателя. Он тихо гудел, переливаясь в утреннем свете.              — Мы это сделали, — выдохнула Икаку, с гордостью глядя на их совместное творение.              — Ты это сделала, — поправила её Ева. — Я просто… подсказывала.              — Нет, — твёрдо сказала Икаку. — Это сделали мы. С завтрашнего дня будешь моим официальным ассистентом по инновациям.              Ева улыбнулась. Впервые за долгое время она чувствовала себя не больной, не жертвой, не оружием, а… полезной. И это ощущение было почти таким же сладким, как утренний десерт, который ждал её впереди.              Девушки вышли из каюты Икаку, всё ещё находясь под впечатлением от ночного прорыва. Они бодро шагали по коридорам, обсуждая, какие ещё улучшения можно внести в их маленький двигатель, когда наткнулись на Шачи и Пингвина. Те как раз собирались в город — Шачи с важным видом держал список поручений от Клиона, а Пингвин лениво опирался о косяк двери.              — Эй, красотки! — крикнул Шачи, заметив их. — Куда это так рано? Не на свидание ли к нашему капитану?              — Угу, именно, он нас в кафе пригласил, — парировала Икаку, закатывая глаза. — Проводите, что ли, а то нас тут какие-нибудь местные пираты украдут.              — О, с радостью! — Пингвин оживился. — Как раз сами в город собираемся.              Компания вчетвером направилась к выходу. Утренний город был таким же приятным, как и вечерний, только пахло не жареной едой и вином, а свежей выпечкой и кофе. В том самом кафе, которое приметила Икаку, они устроились за столиком на улице, под большим зонтом.              Заказав вкусности и капучино, девушки с воодушевлением принялись рассказывать парням о своих ночных инженерных подвигах. Икаку с помощью салфетки и карандаша рисовала схемы, а Ева дополняла её, пытаясь объяснить своё «чутьё».              — Вау, это круто! — искренне восхитился Шачи, разглядывая кривоватый рисунок двигателя. — А можно к нему приделать массажёр? Чтобы, например, сидеть ехать и массаж?              — Или сигнализацию, чтобы Клион не воровал инструменты, — добавил Пингвин.              Икаку фыркнула, отбирая у Шачи салфетку.              — Нет. Это излишества. Они будут лишь перегружать систему и увеличат риск поломки. Всё должно быть функционально и надёжно.              Она откинулась на спинку стула, задумчиво глядя на свою чашку.              — Вот бы Бепо тоже мог так… точечно разгонять движок, а не вкладывать всю силу разом. Эх…              Парни переглянулись и вздохнули. Они не раз были свидетелями того, как их навигатор в критической ситуации буквально впадал в ярость и перекачивал свою энергию в двигатель, давая «Полярному Тану» невероятное ускорение ценой трещавших по швам турбин и последующих долгих часов ремонта.              Ева насторожилась, её уши навострились.              — Переспрошу… Бепо может… вкладывать свою силу в механизмы?              — Ну да, — кивнул Пингвин, отламывая кусок круассана. — Он же минк, у них с силой всё в порядке. Но контролировать он это не очень умеет. Всё ломает в щепки.              — А… а я смогу так? — тихо спросила Ева, глядя на свои ладони. — Наши способности… они вроде как схожи? Он отдаёт энергию, я… забираю. Но, может, и отдавать могу? Только не просто так, а… в механизм?              Наступила короткая пауза. Икаку замерла с кружкой на полпути ко рту, её глаза загорелись новым, опасным блеском.              — Теоретически… — она медленно поставила чашку. — Твоя способность — это трансфер энергии. Ты забираешь её при контакте. А что, если попробовать сделать наоборот? Не забирать, а… вкладывать? Не в живое, а в неживое? Сконцентрированно, точечно…              Она посмотрела на Еву с таким жадным интересом, что та невольно отодвинулась.              — Мы должны это проверить. Сразу же как вернёмся на борт.              Шачи и Пингвин переглянулись с лёгкой тревогой. Опыты Икаку иногда заканчивались небольшими пожарами.              — Эм, девочки, может, сначала доедим? — осторожно предложил Шачи, указывая на их нетронутые круассаны.              Но было уже поздно. Икаку и Ева смотрели друг на друга, и в их глазах читалась одна и та же мысль — азарт первооткрывателей. Кофе внезапно остыл, а десерты потеряли свою актуальность. Их ждал новый эксперимент.