Часть 7

Катя стояла перед раскрытым гардеробом, перебирая вешалки с платьями. После тяжелого рабочего дня она бы предпочла полежать в ванной и поспать подольше, но нужно держать имидж. Она прикусила губу, оценивая свой выбор.Первое платье – тёмно-синее, элегантное, с длинными рукавами. В нём она выглядела утончённо и сдержанно, но оно казалось слишком консервативным для вечера. Второе – глубокого бордового оттенка, с кружевным верхом. Красивое, но слишком романтичное. Третье – чёрное, с идеальным кроем. Атласная ткань мягко струилась, повторяя изящные изгибы тела. Глубокий, но не вызывающий вырез на спине, тонкие бретели, подчёркивающие хрупкость ключиц, и изящный разрез сбоку, который лишь намекал на открытые ноги. Катя провела рукой по гладкому плотному материалу, чувствуя его прохладную нежность под пальцами. — То, что нужно. Она быстро надела платье, позволяя ткани идеально лечь по фигуре. Оно подчеркнуло всё, что нужно – линию талии, изгиб бёдер, утончённые плечи. Но был один нюанс – на улице октябрь, и в этом платье вечером будет прохладно. Она выбрала тёмное кашемировое пальто, мягкое и тёплое, идеально дополняющее образ. Катя открыла чёрную шкатулку, в которой сверкали золотые украшения. Она выбрала тонкую цепочку с элегантной подвеской, которая деликатно лежала на ключицах, не перетягивая внимание, но добавляя утончённости. Золотые серьги-кольцасредней толщины броско, но со вкусом дополняли её образ. На запястье лег изящный браслет, лёгкое прикосновение золота к коже создавало ощущение дорогой простоты. Она склонилась над туалетным столиком, поправив темно каштановые благородные локони на плечях, она начала краситься. Глаза подчеркнула спомощу ресниц, и усовершенствовала лёгкими дымчатыми тенями в нейтральных коричневатых оттенках и едва заметными румянами. Всё сдержанно, элегантно, без лишнего перегруза. И последняя деталь – помада. Катя медленно открыла тюбик насыщенного красного оттенка. Красный – это дерзко. Красный – это уверенно. Красный притягивает внимание. Она провела ровную линию по губам, и образ обрёл завершённость. Она аккуратно надела черные лаковые туфли и почувствовала, как осанка сразу изменилась. Последний взгляд в зеркало и она готова покорять вечер. Катя спустилась на первый этаж, где её уже ждали дети. Они сидели на диване, но как только увидели её, их глаза загорелись восхищением. — Мама… ты такая красивая! — сказали они в унисон, и на её лице появилась тёплая, мягкая улыбка. — Спасибо, мои дорогие. Жорж подошёл ближе, внимательно посмотрел на неё и чуть нахмурился с притворной серьёзностью. — Ты не волнуйся, мы уже взрослые. Ничего не случится. Оля поддержала брата, с лёгкой хитрой улыбкой добавив: — А мы даже будем рады, если ты найдёшь себе… друзей. Или друга. Катя хмыкнула, поправляя серьги, и посмотрела на них. — Это деловая встреча. Ничего больше. Она привлекла их к себе, крепко обняла, поочерёдно поцеловав в макушки. — Я вас обняла и поцеловала, мои сокровища. Если что, я на телефоне, звоните. Дети кивнули, отпуская её со спокойными взглядами. Катя вышла на улицу, села за руль и собранным, уверенным движением завела машину. В 19:15 она уже парковалась у гостиницы, где был арендован зал для презентации. Парковка была забита дорогими, элитными автомобилями. Она всегда с лёгким скепсисом относилась к таким вечерам, где гламур и блеск зачастую становились важнее, чем сама суть мероприятия. Но работа обязывала. Катя вышла из машины, спокойно огляделась, и уверенным шагом направилась к главному входу. В фойе гостиницы её встретил тёплый свет хрустальных люстр, приглушённый шелест разговоров и едва уловимый аромат дорогих духов и шампанского. Оставив пальто в гардеробе, она глубоко вдохнула, мысленно настраивая себя на этот вечер, и, расправив плечи, вошла в зал, где её уже ждали встречи, разговоры и, возможно, нечто большее. Зал отеля «Бархат» сиял в теплых золотистых огнях, отражаясь в безупречно отполированных мраморных полах. Высокие колонны, уходящие в потолок, были украшены тонкими узорами из позолоты, создавая ощущение старинной роскоши, умело вплетённой в современный стиль. Вдоль стен, облицованных тёмным деревом и мягким бархатом, стояли изящные хрустальные светильники, отбрасывающие мягкое мерцание на сверкающие бокалы в руках гостей. В центре зала красовалась огромная люстра – каскад прозрачных кристаллов, переливающихся под светом софитов. От неё по залу рассыпались отблески драгоценных камней, словно намекая на главный повод вечера – презентацию ювелирной коллекции. Здесь собрался московский бомонд – успешные бизнесмены, знаменитости, дизайнеры и представители элитного общества. Женщины в изысканных нарядах, мужчины в безупречных костюмах, каждый из них – живое воплощение богатства и статуса. Официанты в безупречно сидящих белоснежных рубашках и чёрных жилетах бесшумно скользили между гостями, предлагая изысканные закуски – миниатюрные тарталетки с икрой, устрицы, канапе с лососем и выдержанным сыром. Шампанское в высоких бокалах искрилось, как жидкое золото, а в воздухе витал лёгкий аромат дорогих духов, смешанный с нотками белых цветов и древесных аккордов парфюмов мужчин. На небольшом поднятом подиуме стоял длинный бархатный стол, на котором под стеклянными куполами выставили главные украшения вечера – бриллиантовые колье, серьги с сапфирами, браслеты с изумрудами. Где-то в углу играла живая музыка – квартет струнных инструментов, чьи спокойные мелодии лишь подчёркивали роскошь события, не заглушая разговоров. Гости неспешно обменивались вежливыми улыбками и лёгкими светскими беседами, но в их взглядах читалась оценка друг друга – кто с кем пришёл, кто что носит, кто новый игрок в этом мире глянца и дорогого блеска. «Бархат» в этот вечер оправдывал своё имя – всё вокруг было плавным, гладким, дорого приглушённым, словно покрытым невидимой вуалью благородства. Катя грациозно скользила по залу, легко вписываясь в роскошную атмосферу. Её чёрное атласное платье, идеально сидящее на фигуре, и уверенная осанка моментально привлекали взгляды. Её знали многие – и те, кто следил за международным бизнесом, и те, кто просто слышал её имя в элитных кругах. За годы работы за границей она создала бизнес-империю, и теперь её присутствие здесь вызывало живой интерес. Много легких и коротких разговоров и вежлевых знакомств. — Катерина! — раздался тёплый голос. Катя обернулась и увидела высокого мужчину в дорогом костюме – Сергея Ковалева, старого знакомого, владельца нескольких бутиков в Москве. — Неужели ты снова в России? — он улыбнулся, с лёгким интересом вглядываясь в неё и поцеловал ее руку. — Временно, но, похоже, влиться в местную жизнь мне придётся. — Катя чуть ухмыльнулась, принимая бокал шампанского из рук официанта. — Это прекрасно, — вмешалась стройная женщина с тёмными волосами, Марина Островская – известный ювелир. — Мы все следили за твоими успехами во Франции. Разве ты не думаешь расширять бизнес в России? — Уже работаем в этом направлении. Новый филиал – новый вызов. — Ну, если что, мне срочно нужен хороший консультант по стратегии, — пошутил Сергей, и Катя улыбнулась. Разговоры текли легко и плавно – здесь она была своей, и никто не задавал неудобных вопросов. Пока она беседовала со знакомыми, к их группе подошёл мужчина, которого она не знала. — Катерина Пуше? Она медленно повернулась, скользнув по нему внимательным взглядом. — Вы угадали. — Я много слышал о вас. Николай Воронов, — он протянул руку, и Катя почувствовала лёгкую нотку интереса. — Рада знакомству, Николай. Он улыбнулся, а в его глазах засверкало восхищение. — Вы — человек, который умеет делать бизнес. Уверен, у нас будет, о чём поговорить. Катя чуть приподняла бокал, принимая это деловое знакомство. Катя неспешно скользила взглядом по изящным ювелирным украшениям, выставленным на бархатных подставках. Тонкая огранка, мерцающий блеск камней, дорогое сияние золота и платины – всё было выполнено с безупречным мастерством. Она подошла к витрине с кольцами. На переднем плане красовалось изящное платиновое кольцо с крупным сапфиром, в котором отражался свет люстр. Рядом – тонкое золотое кольцо, украшенное дорожкой бриллиантов, элегантное и утонченное. Чуть дальше лежал изумрудный браслет, инкрустированный россыпью мелких камней. Катя провела пальцем по стеклу, словно ощущая на себе его прохладную тяжесть. Следом её внимание привлекло колье из белого золота с россыпью мелких бриллиантов – оно выглядело так, будто ночное небо рассыпалось в блеске звёзд. Александр Воропаев стоял рядом, но не сводил с неё глаз, изучая каждую деталь её образа с дикими, почти хищным интересом. Глубокий вырез на спине, тонкие бретели, мягко облегающее фигуру платье, безупречно красные губы и уверенный взгляд – в этот момент она была воплощением элегантной провокации, но с холодной выдержкой, словно знала, что сводит с ума, но нарочно держала дистанцию. Она не просто случайно оказался здесь. Он знал, что она придёт. Александр тайно позаботился о том, чтобы это произошло. Будучи акционером компании, представившей сегодня ювелирную коллекцию, он лично попросил, чтобы ей отправили приглашение. Но не от его имени, конечно. Всё должно было выглядеть естественным совпадением. И вот теперь она здесь, и он не мог оторвать от неё взгляда. Она сделала шаг в сторону и внезапно натолкнулась на кого-то плечом. — Прошу прощения… — начала она, поворачиваясь, но, встретившись взглядом с собеседником, приподняла бровь с лёгким удивлением. Перед ней стоял Александр Воропаев, его взгляд был пронзительным, но с тенью лукавой усмешки. - Ничего себе встреча Александр Юрьевич — Вот уж не ожидал увидеть вас здесь, Катерина Валерьевна. Он оставил легкий поцелуй на ее руке. И они встретились взглядом на несколько секунд. — Вам нравятся украшения или вас больше занимает процесс выбора? — его голос прозвучал ровно, но в глазах мелькнул знакомый азарт. Катя чуть склонила голову, с интересом наблюдая за ним. — Всё зависит от того, насколько ценен сам выбор. — Я уверен, вы умеете выбирать только лучшее. — Вы удивлены моим появлением, Александр? – она решила изменить тему, и даже слегка кокетно посмотрела на него. Он усмехнулся, чуть прищурившись. — Скорее восхищён вашей способностью неожиданно появляться там, где это больше всего интригует. Она чуть приподняла бокал, сделала медленный глоток шампанского и прищурилась. — Забавно. А я бы сказала, что это вы умеете появляться именно там, где нужно. Александр не отвёл взгляда, улыбнулся едва заметной улыбкой, в которой было слишком много скрытого смысла. — Такой уж у меня талант, Катерина. Александр не отводил взгляда, будто бы смакуя каждую секунду их разговора. Катя чувствовала этот взгляд на себе — прожигающий, внимательный, оценивающий. — И часто ваш талант приводит вас туда, куда не приглашали? — её голос был ровным, но с лёгкой, едва уловимой насмешкой. Александр чуть склонил голову, на его губах появилась лукавая улыбка. — Скажем так… меня редко зовут туда, куда я хочу попасть. Но это не мешает мне там оказаться. Катя прищурилась, легко проведя пальцем по тонкой ножке бокала. — Значит, вы умеете обходить систему? — Я предпочитаю думать, что система сама делает исключения, когда видит во мне ценность. Она тихо усмехнулась, делая ещё один неторопливый глоток шампанского. — И какое же исключение она сделала сегодня? — Она позволила мне увидеть вас в этом платье. Катя замерла на долю секунды, прежде чем сделать медленный шаг в сторону, будто бы давая ему чуть больше пространства, но на самом деле — провоцируя. — Так значит, мой наряд сегодня вызвал в вас столько эмоций, что вы готовы назвать это подарком судьбы? Александр небрежно провёл пальцами по манжете пиджака, словно пытаясь избавиться от лишнего напряжения, но в его глазах читалось совсем другое. — Скажем так… это редкое удовольствие — видеть, как одежда подчёркивает именно то, что нужно, и не раскрывает больше, чем положено. Катя чуть наклонила голову, позволив одному локону мягко упасть на плечо. — То есть, по-вашему, тайна важнее откровенности? — Безусловно. — Александр наклонился совсем немного, словно проверяя границы дозволенного. — Правильно поданная интрига всегда ценнее прямого ответа. Катя улыбнулась уголками губ, позволяя своему взгляду скользнуть по нему чуть внимательнее. — Значит, вы хотите сказать, что умеете держать интригу? — Я не просто её держу. Я ей управляю. В их взглядах искрилось напряжение, будто в воздухе повис невидимый разряд. — Тогда мне интересно… Какую интригу вы задумали сегодня, Александр Юрьевич? Он медленно улыбнулся, его глаза мягко потемнели, а голос стал чуть ниже. — А вдруг интрига в том, что я сам не знаю, чем закончится этот вечер? Катя сделала ещё один глоток шампанского, наблюдая за ним из-под опущенных ресниц. — Осторожно, Александр… Играть с интригой легко, но проигрывать — куда больнее. — Я никогда не играю, если не готов выиграть. Они смотрели друг на друга, и в этом взгляде было слишком много смысла. Катя улыбнулась, но в её глазах читалось намного больше, чем просто улыбка. — Тогда посмотрим, кто выиграет этот раунд. Она развернулась, неспешно уходя от витрины, но чувствовала его взгляд на себе. Александр провёл языком по губам, глухо выдохнул, а затем тихо усмехнулся, сделав глоток шампанского. Катя внимательно слушала своего собеседника, делая вид, что полностью сосредоточена на разговоре, но краем уха ловила каждое слово, сказанное за её спиной. — Опасная женщина, — с лёгкой усмешкой проговорил Борис Ковалёв. Катя чуть приподняла бокал шампанского, лениво провела пальцем по стеклу, но взгляд её медленно скользнул в сторону, где стоял Александр.Он как раз проходил рядом и ее собеседник сказал — Катерина, прошу прощения за неловкость, — он слегка наклонил голову в сторону Воропаева. — Мне нужно поприветствовать одного из главных акционеров нашей компании. Катя на секунду застыла, когда повернула голову и увидела Сашу. Акционер? Глаза её медленно, почти лениво, скользнули к Александру, который в этот момент внимательно следил за ней, не пряча интерес. Он знал, что она приедет. Он сам позаботился об этом. Лёгкий толчок адреналина пробежал по её телу, но внешне она оставалась безупречно невозмутимой. Затем она чуть наклонившись к ювелиру, спокойно, но с явным подтекстом произнесла: — Вы сказали „одного из главных“? Значит, он здесь не просто в качестве гостя? Мужчина кивнул, ловя её взгляд с лёгким замешательством. — Да, Александр Воропаев — один из крупнейших инвесторов нашей компании. Без его одобрения эта презентация бы не состоялась. Катя почувствовала, как пазл окончательно сложился. Она медленно повернулась в сторону Воропаева. Он смотрел прямо на неё. В его взгляде не было ни тени смущения, ни попытки оправдаться. Только спокойная, холодная уверенность. Катя слегка прищурилась, а затем, выдержав паузу, мягко улыбнулась. Улыбка человека, который только что понял слишком многое. — Как интересно… — её голос был ровным, но в нём прозвучала лёгкая насмешка. Александр безмятежно поднял бокал, будто приветствуя её догадливость, сделал медленный глоток и продолжал смотреть прямо в её глаза. — я Вас оставлю мужчины, увидимся Катя с лёгкой улыбкой развернулась и направилась к террасе, желая немного подышать свежим воздухом. Официант, словно почувствовав её намерение, учтиво предложил ей лёгкую кашемировую шаль, которую она приняла с благодарностью, накидывая её на плечи. Вечерний воздух был прохладным, но приятным, в нём витал тонкий аромат осенних листьев и дорогих духов гостей. Она вышла на террасу, сделала глубокий вдох, наполняя лёгкие чистым воздухом, и с лёгким удовольствием улыбнулась. Достала тонкую пачку сигарет, не торопясь, вытащила одну и зажгла. Первый затяг был долгим и медленным. Она прикрыла глаза, наслаждаясь моментом, позволив дыму плавно выйти через слегка приоткрытые губы. Именно в такие моменты она позволяла себе ненадолго отпустить реальность. Курила она редко, вообще до недавно не курила почти пять лет, но когда курила то всегда с глубоким наслаждением, словно это было что-то интимное, что-то только её. На секунду в голове вспыхнуло воспоминание – так чётко, словно время повернуло назад. Франция, 2007. Катя стояла на открытой террасе модного дома после триумфальной презентации новой коллекции. В воздухе витала эйфория успеха, её переполняло чувство довольства и победы. После множества поздравлений и светских бесед она наконец выскользнула наружу, чтобы насладиться моментом в одиночестве. Она закурила, выдохнула длинную струю дыма, и именно в этот момент заметила перед собой фигуру из прошлого. — Не могу поверить своим глазам… — она сузила взгляд, прищурившись. — Александр Юрьевич, что вы тут делаете? Не ожидала вас увидеть. Александр Воропаев чуть ухмыльнулся, окинув её взглядом с нескрываемым интересом. — Да, это я, во всей своей хитроумной персоне, — его голос был всё таким же ровным, спокойным, но в нём скользнула тень скрытого веселья. Он сделал шаг ближе, позволяя свету мягко упасть на его идеально сидящий тёмный костюм. — Вы прекрасно выглядите, Катерина Валерьевна. И, как я вижу, ваша работа продвигается очень успешно. Поздравляю. Теперь вам не нужно писать фальшивые отчёты, и потом выводить компанию из кризиса, в который её загнало предыдущее руководство. Катя театрально закатила глаза и выдохнула, пуская в воздух дым. — Да уж, скука смертная, Александр Юрьевич. – они оба улыбнулись — Вы тоже здесь по делу? Ищете работу? — она чуть наклонил голову — или приехали испытать удачу в Casino d'Evian? Катя хмыкнула, уголки её губ дрогнули в лёгкой усмешке. — Впрочем, могу порекомендовать вас как ценного специалиста. Мне нужны рекомендации, а у вас они отличные с предыдущего места работы. "Ты стервочка", — мелькнуло в его мыслях, но вслух он этого не произнёс, лишь снова ухмыльнулся, прислоняясь к перилам рядом с ней. — Какая проницательность. Вообще-то меня пригласили на эту презентацию, и так как я уже был во Франции по работе, решил совместить приятное с полезным. И, как видно, не зря. Рад вас видеть, Пушкарёва. — Либо говорите „госпожа Пушкарёва“, либо просто Катя, — она пригубила сигарету и выпустила дым, не сводя с него взгляда. — Женщина, к которой можно было обращаться просто по фамилии, умерла давно. Александр чуть склонил голову, словно смакуя её ответ. — Не так уж и давно. Сколько там прошло… в секундах после вашего развода? Катя насмешливо прищурилась, затягиваясь снова. — В секундах не помню, но в месяцах — семь. Как посчитаете в секундах, дайте мне знать, я буду в зале. Она с лёгкой улыбкой стряхнула пепел, затушила сигарету и развернулась, собираясь уйти, но он прокрутился на месте и ловко оказался перед ней. — Поужинаем, Катя? Она удивлённо подняла брови, явно не ожидая этого предложения. — Зачем? — Хочу поговорить с вами. Она пристально посмотрела на него, словно пытаясь разгадать скрытый смысл за этим приглашением. — Даже так? Ну что ж, интригующе. Хорошо, завтра в 13:00, мой обед за мой счёт. Она сделала изящный шаг вперёд, шпильки гулко постучали по мраморному полу, когда она вошла обратно в зал, где её уже ждали коллеги. За её спиной Александр проводил её взглядом, не сводя глаз с уверенной, завораживающей осанки. Катя открыла глаза, чувствуя чьё-то присутствие за спиной. Она знала, кто это. Знала, что он не просто стоит там, а наблюдает, ожидает, ловит каждое её движение. Она могла бы сразу повернуться, но решила иначе. Сделав последний неторопливый затяг, она потушила сигарету, кончиками пальцев проведя по фильтру, а затем медленно, почти лениво, перебросила волосы на одно плечо. Она не смотрела на него, но чувствовала его кожей. Он был всего в двух шагах, и эта близость накаляла воздух между ними. Запах ее духов и ее волос, коснулись его носа. Шаль слегка соскользнула с её плеч, открывая линию спины, и теперь он мог разглядеть маленькую татуировку на затылке — огонь, такой же, как тот, что сейчас вспыхнул между ними. Он не выдержал. Его пальцы коснулись её кожи, легко, почти невесомо, но этого оказалось достаточно, чтобы по её телу прошла волна горячих мурашек. Она слегка напряглась, но не отстранилась. Осталась на месте, будь то ждала. — Играешь со мной? — его голос был глухим и хриплым, Катя улыбнулась краем губ, но всё ещё не обернулась. — Нет, это делаешь ты. Только после этих слов она развернулась к нему, сокращая расстояние почти до нуля. Между ними остались миллиметры. Она видела, как его взгляд скользнул по её губам, но он держал себя в руках.Она могла бы просто уйти, но вместо этого наклонилась чуть ближе, почти касаюсь его губ дыханием, но не давая прикосновения. — Зачем я здесь, Саша? Он смотрел в её глаза, но не отвечал. Катя чувствовала, как его дыхание сбивается, как он борется с собой. Она наслаждалась этим моментом, его молчанием, напряжением, жаром, который буквально разливался между ними.Она видела что он даже не расслышал, что она спросила, поэтому повторила. — Это было много лет назад, зачем всё это? Она прошептала это у самых его губ, позволяя его коже почувствовать каждое слово. Он не двигался, но его пальцы едва заметно сжались, как будто он изо всех сил сдерживался. Катя чуть прищурилась, её губы всё ещё оставались слишком близко. — Ты сам не знаешь, верно? Он не ответил. — А если ты просто хочешь „провести время“ в знак ностальгии — это не ко мне, Саша. Она произнесла это ровно, уверенно, но слишком чувственно, чтобы не оставить следа. Он чуть наклонился вперёд, его руки дрогнули, но так и не коснулись её. Она была слишком близко. И в то же время — недосягаемо далеко. Катя ещё чуть потянулась к нему, прижалась своим телом к его, и коснулась его щеки своими губами, оставляя едва ощутимый, но обжигающий след. Сначала левая щека, потом правая. Они были невинными, но намеренно дразнящими. Она отстранилась, но не спешила уходить, задержавшись на секунду дольше, чем следовало бы. Её пальцы легко коснулись его кожи, стирая след помады, но скользнули слишком медленно, оставляя после себя напряжение, которое невозможно было игнорировать. — Увидимся. Думаю, скоро. Но не так, как раньше. Катя развернулась и уверенной походкой направилась к выходу с террасы. Он не шевельнулся.Он не мог. Она оставила запах своих духов, шорох ткани и ощущение, которое не отпускало. Когда он наконец пришёл в себя, её уже не было в зале. Она исчезла, оставив его с этим неразрешённым желанием и бешено бьющимся сердцем.