Глава 4. Картошки

      Лив слышала об Эрвине Смите исключительно положительные вещи. Потрясающий спортсмен, великолепный предприниматель и просто добрейшей души человек. Поэтому увидеть его своими глазами для неё было немного волнительно. Мало того, что он её начальник, так ещё и живая легенда Нью-Йоркского филиала, благодаря восхвалениям директора Пиксиса.              — Как ваши соревнования? Всё прошло удачно? — с полуулыбкой спросил Эрвин, когда новоприбывших вожатых пригласили в его кабинет.              Векслер сжала кулаки.              — Конечно! — с энтузиазмом ответила она. — В «Парадизе» же воспитывают юных золотых медалистов, поэтому, как тренеры, мы тоже должны соответствовать поставленным целям. Верно, Оруо?              Бозард на секунду замялся.              — Вообще-то я взял бронзу... — буркнул он, но расслабился, когда услышал тихий смех Эрвина от их неловкого диалога.              — Ваши стремления похвальны, Лив, — произнёс Эрвин. — Буду с нетерпением ждать, когда это принесёт свои плоды.              Векслер расправила плечи и твёрдо кивнула. Добиваться желаемого она умела, и совсем не важно, какие трудности предстояло для этого пройти. Ведь девушка всегда стремилась к лучшему во всём, что она делает.              Смит очень быстро рассказал новеньким то, что обсуждалось на общем собрании в начале смены, объяснил, где находятся их вожатские домики и напомнил, что скоро состоится торжественная линейка. А вот Лив больше всего из услышанного интересовали лагерные соревнования. Состязаться, а потом испытывать практически эйфорию от победы ей нравилось. И Векслер считала, что именно она, вожатая, настоящий лидер отряда, обязана поддерживать командный дух детишек и привести их к первому месту.              Мир профессионального спорта жесток. Без должного внутреннего стержня никакие техника и опыт не помогут справиться с тем грузом, который приходится тащить на себе спортсменам. Тем более медалистам. Лив знала это не понаслышке и имела в себе тот самый стержень стойкости. А в «Парадизе» были не просто занятия для досуга, сюда шли намеренно, чтобы взрастить настоящих победителей.              — Мистер Смит, — обратилась она к директору, когда их собрание закончилось. — Позволите мне осмотреться в лагере прежде, чем приступить к своим обязанностям? Я бы хотела продумать план тренировок в зависимости от местности и возможностей спортивных залов.              Губы Эрвина снова дрогнули в слабой улыбке, а голубые глаза внимательно осмотрели уверенное лицо Лив.              — Конечно, — ответил он. — Я попрошу свою коллегу провести для вас небольшую экскурсию, она заглянет к вам в домик.              Векслер довольно поблагодарила директора и последовала за Оруо обратно к машине. Ей хотелось поскорее разобрать вещи и отправиться осматривать спортивное оборудование. Конечно, Лив была уверена, что в лагере есть всё необходимое, но ей кровь из носу было нужно самой всё перепроверить.              В маленькой вожатской на двоих Лив почувствовала странный прилив ностальгии. Когда-то она точно так же ютилась на узкой кровати у стены и неизвестно кому нашёптывала о своём желании победить в очередном турнире. Только в этот раз её соседкой оказалась не потенциальная соперница из собственной команды, а другой профессиональный спортсмен.              И пока Лив монотонно складывала вещи в шкаф, не смогла удержаться от ехидной мысли о том, что ей-то с соседкой повезло. Траут Карвен была аккуратной и не особо разговорчивой. Они достаточно сухо познакомились, а потом волейболистка ушла в корпус к детям. Настоящая услада для ушей после целого дня, проведённого в компании Оруо.              — Тук-тук! Ве-екслер, правильно?              Энергичный голос раздался одновременно со стуком в окно вожатской. За тонкими стёклами её любопытно разглядывала темноволосая девушка в очках и с дикой улыбкой на лице. Уголки губ Векслер машинально приподнялись, и девушка с напускной радостью помахала в ответ своей гостье.              — Ханджи Зое, я тут от Эрвина. Погнали на экскурсию!              Лив захлопнула дверцу шкафа и вышла на улицу.              — Приятно познакомиться, — ответила она.              — Мне тоже, Лив! Эрвин рассказал, что ты у нас фехтование преподаёшь, это круто! — весело произнесла Ханджи, изобразив в воздухе движение рукой, будто в ней держала рапиру. Лив от неожиданности опешила и выдавила из себя неестественный смех.              — Да-да... У вас неплохой удар...              — Да ну! Давай без формальностей, можно на «ты», — отмахнулась Зое и, подхватив новенькую за локоть, повела вдоль корпуса. — Может дашь мне пару уроков по фехтованию? У меня как раз руки сильные. Хотя я и без рапиры могу навалять...              Ханджи оказалась неплохой, хоть и громкой. Из её бесконечного трёпа, Лив пришлось самой выцеплять нужную информацию про лагерь. Зое, как истинная пловчиха, видимо очень любила топить людей в воде из собственных слов. Векслер не могла дождаться, когда эта своеобразная экскурсия уже закончится. Ханджи, конечно, была довольно дружелюбной дамой, но долго с ней разговаривать Лив было сложно. Всё-таки надо заняться делом, а не впустую разгуливать по окрестностям.              — А вот там территория Кита Шадиса, — загадочно произнесла Ханджи, указывая на отдалённые от всего лагеря корпуса для самых младшеньких. — Он у нас тут за порядком следит, так что ты с ним поаккуратнее. Один раз услышал, как я матом ругалась, таких мне отвесил пиздю... Ой! Тумаков!              Лив внимательно прищурилась.              — В общем, если не хочешь проблем, то не нарушай правила. Либо нарушай так, чтобы всевидящий Шадис тебя не засёк! — Зое на мгновение замолкла, но торопливо добавила: — Короче, если надо что-то нарушить, я к вашим услугам! Считай, что все твои грязные секретики останутся на дне моего бассейна…              Лив не удержалась и скривила лицо.              Фу!              Экскурсией это назвать даже язык не поворачивался. Скорее, директор Эрвин решил просто поиздеваться и проверить на прочность новенькую. Из всего, что наболтала Ханджи, Векслер удалось узнать следующее: где находится столовая, как пользоваться веревочным городком, лодками у причала и караоке в здании клуба. Везде было своё расписание, которое вожатые сами заполняли по мере нагрузки своих отрядов. Лив пока что оставила развлечения на потом и заполнила только журнал записи по использованию одного из двух спортивных залов. Там как раз находилось всё необходимое оборудование для фехтования, поэтому второй зал Векслер даже не бронировала.              — А какой отряд сегодня дежурит? — с интересом спросила Лив, когда Ханджи провожала её обратно к вожатской аккурат мимо здания столовой. Через распахнутые двустворчатые двери как раз было видно, как чьи-то детишки мельтешат вокруг столов, расставляя посуду.              — Это мои, — махнула рукой Зое. — Мои пловцы самые старшенькие в лагере. Но и самые ленивые. Им лишь бы в нинтендо порубиться да сериалы по телеку позырить.              Ханджи с удивительной гордостью захихикала, наблюдая за своим отрядом в столовой, а Векслер лишь тихо хмыкнула. Не в её правилах радоваться лени, и тем более трещать об этом каждому встречному. А ещё это был отличный шанс, который можно было поймать прямо за хвост, и показать себя во всей красе...              — Слушайте, Ханджи. Может, мой отряд подежурит сегодня на ужине? — самым невинным тоном спросила Лив. Ханджи от удивления даже икнула.              Зое молча осмотрела её с ног до головы, удовлетворённо хмыкнула и улыбнулась. На что Векслер сказала:              — Значит, договорились?                     ***              В столовой было шумно, но, казалось, что новоиспеченную вожатую это совсем не смущало. Леви хмуро оглядел её вытянутую струной спину, туго завязанный на макушке хвост и как она самодовольно уперла в бока руки. Лив же внимательно наблюдала за своим отрядом, который развозил на двухэтажных тележках тарелки с ужином и стаканы. Но, почувствовав чужой взгляд, она обернулась, мягко улыбнулась вошедшим тренерам и приветственно помахала. Аккерман с трудом сдержал в себе рвотный позыв.              Слишком сладко. Поведение приторное настолько, что сводило скулы.              — Она симпатичная, да?              Голос Бозарда раздался совсем рядом, и Леви, сжав в раздражении челюсти, перевел взгляд на этого идиота. Оруо с благоговением глядел в сторону Векслер, прикусив нижнюю губу.              — Я тоже думал за ней приударить, но она такая непробиваемая штучка, — продолжил говорить он. — Хотя недостижимая цель в конце оказывается самой сладкой, я прав?              Леви с отвращением промолчал и отправился на своё место. Не хватало ещё, чтобы этот полудурок обсуждал с ним свои похождения.              Аккерман искренне надеялся, что с приездом двух опоздавших вожатых, его жизнь в лагере быстро станет привычной, но так сильно он ещё не ошибался. Как раз с их приезда все и началось.              Как только Леви зашёл в свою вожатскую, то чуть не распластался на полу, удержавшись на ногах только благодаря выработанной годами ловкости. А виной всему была огромная спортивная сумка, которая спокойно лежала прямо у двери.              — О-ёй! Аккуратнее надо быть! — тут же раздался жизнерадостный голос. И для Леви он показался таким тягучим, что захотелось прочистить уши. — Ты Леви, да? Директор рассказал, что ты тренируешь волейболистов. Меня зовут Оруо Бозард, тренер по художественной гимнастике! Уверен, что мы с тобой точно уживёмся. Ну знаешь, как два настоящих альфасамца. Только вот я с порядком не особо дружу, но ничего страшного...              Под слишком громкую болтовню, Аккерман с внутренним ужасом увидел разбросанные по всей комнате вещи. Оставалось только догадываться, с какого вообще хрена этот шизик решил привезти с собой свои костюмы для выступлений и развесить их вдоль карниза.              — Придётся научиться, — процедил Леви, даже не взглянув на Бозарда, который второпях убирал своё шмотьё с чужой койки. Аккерман направился к выходу. — Иначе переедешь жить в уличную беседку.              Тогда Леви почти сбежал из собственной вожатской, провожаемый шлейфом стойкого парфюма Бозарда. Удивительно, как в одном человеке смогло уместиться сразу всё, что так раздражало.              — Кто-нибудь желает ещё чая? — проворковала Векслер, подойдя к тренерскому столу. Её взгляд наткнулся на Эрвина, который наблюдал за ней точно так же, как и она пару минут назад.              — Садись уже ужинать, Лив! А то весь вечер только нам еду и разносишь, — воскликнула Ханджи, махнув рукой на место напротив неё. И, к сожалению, Леви Аккермана.              — А разве не твой отряд сегодня должен дежурить? — безобидно поинтересовался Гюнтер Шульц, тренер по футболу.              — Решила сбросить на новенькую свои обязанности? — вторил ему Леви, но Лив поспешила ответить:              — Нет-нет, это моя инициатива! Понимаете, мне очень неловко, что я опоздала на целых три дня! Очень хочу загладить свою вину и помочь хоть чем-нибудь… — произнесла она громко и чётко, чтобы весь вожатский стол её точно услышал, а в особенности Эрвин Смит.              — Ну что ты! Никто тебя за опоздание не хает. Мы все всё понимаем... — начала успокаивать Ханджи.              Со стороны Леви послышался угрюмый вздох. Векслер мысленно закатила глаза.              Как же.              Как минимум один человек здесь уже напрямую высказал ей своё недовольство, а с другими она пока ещё не успела пообщаться.              — Ой, кстати! У вас же имена так похожи. Лив и Леви! Как бы не перепутать!              Зое громко заржала и пнула мрачного Аккермана в бок. Лив неоднозначно хмыкнула, присаживаясь на своё место, и лишь легкомысленно озвучила:              — Что вы, Ханджи! Наши имена довольно сложно перепутать, — перевела взгляд на совершенно незаинтересованного волейболиста. — Верно, тренер Аккерман?              Леви даже не поднял на неё глаза. Он медленно отпил чай, бесшумно опустил стакан на деревянную столешницу и пару раз прошёлся пальцами по его керамическим стенкам.              — Значит, ты знаешь, как меня зовут, — почти неслышно, но с явной неприязнью обратился он к Зое. — Схрена ли тогда зовёшь меня Ливаем?              — Чего-чего? — с набитым ртом переспросила Ханджи. — Я знаю, что тебя зовут Ливай! Как иначе-то?              Леви многозначительно промолчал. Лив изучающе проследила за тем, как он намеренно проигнорировал сначала саму Векслер, а теперь и Ханджи. Зое быстро переключилась и стала болтать о прошедшей тренировке и сегодняшней температуре воды в озере.              — Тренер Векслер, не подольёте мне еще чая, пожалуйста? — спросил Эрвин Смит, протягивая к девушке стакан.              — Конечно!              Её задумчивое выражение лица быстро сменилось на заинтересованное и дружелюбное с дежурной лучезарной улыбкой. Она старалась. Она хотела показать себя с самой лучшей стороны. Эрвин Смит это заметил. И Леви, конечно же, тоже.              — Мисс Векслер, я очень рад, что в наших рядах появился такой ответственный и инициативный тренер, как вы, — произнес Эрвин. — Думаю, что мы с вами прекрасно сработаемся. Желаю вам удачи.              Лив просияла.              — Благодарю вас, директор! Обещаю, что вы можете на меня положиться. Я вас не подведу, — твёрдо ответила она.              Леви снова посмотрел на Лив, и их взгляды, наконец, встретились. Серая холодность и тёмная стойкость. Два человека, которых разделял обеденный стол, словно средняя линия на поле.              — Давайте вам тоже подолью чай, тренер Аккерман, — с улыбкой произнесла Лив, потянувшись к чайнику. Но его ладонь накрыла стакан, обхватывая пальцами самые края.              — Не стоит, — процедил он сквозь зубы и одним глотком допил то, что осталось на дне. А затем тяжелым шагом направился прочь из столовой, не обращая внимания на вопросительные оклики Зое и Бозарда.              Лив в удивлении изогнула бровь и опустилась обратно на своё место, проводив взглядом волейболиста.              — Не обращай на него внимания! — поправив очки, сказала Ханджи. — Он всегда такой бука, дружить с ним одна мука. Да, Моблит?              Зое снова громко рассмеялась над своей шуткой и теперь целью её острого локтя стал другой сосед. А Векслер ей снисходительно улыбнулась.              — Кстати, это Моблит Бернер, мой помощник! Ты уже успела познакомиться с остальными? — И не дав время на ответ, Ханджи сразу же принялась перечислять всех тренеров, что сидели за столом.              Лив незаметно вздохнула. Лишь бы этот мрачный придурок ничего ей не испортил!                     ***              Райнер Браун с деловым видом передал Лив тетрадь, куда ребята записывали идеи с названиями и девизами. Весь второй отряд расположился в холле вокруг стола, за которым как раз и сидела Лив.              — Тебя выбрали капитаном? — поинтересовалась у него Векслер, Райнер кивнул.              — Думаете, я не подхожу на эту роль?              — Конечно же, нет! — заверила Брауна Векслер, а затем обратилась ко всем остальным: — Вы знаете друг друга гораздо лучше и дольше, поэтому я доверяю вашему выбору.              Лив улыбнулась сама себе и подумала, что по её мнению Райнер действительно был похож на настоящего капитана. Высокий, коренастый, сосредоточенный. Она даже могла назвать его «бронированным», потому что, глядя на него, вовсе не создавалось впечатление, что такого парня было легко сломать.              Векслер быстро пробежалась глазами по написанному в тетради, отложила её в сторону и взялась уже за свой ежедневник.              — Сначала я бы хотела обозначить для вас план работы на смену, — произнесла она, и её голос сразу зазвучал серьёзно. — Мне удалось забронировать нам самое лучшее время в зале с десяти тридцати до двенадцати тридцати, а вечером с шести тридцати до восьми тридцати.              Имир и Марко тихо заликовали, ведь это было самое идеальное время для тренировок, прямо перед едой! Ребята внимательно слушали тренера и с восторгом ловили каждое её слово. Но услышав следующее, лица подростков из воодушевлённых, превратились в поникшие:              — Директор Эрвин сказал, что нужно зарабатывать очки в течение смены, чтобы выиграть соревнования. Поэтому помимо тренировок, мы также должны выложиться во время лагерных игр. И я вам обязательно в этом помогу!              Лив увлечённо подняла кулак в воздух, но заметив, что детишки неловко замялись и подозрительно переглядывались друг с другом, спросила: — Что такое?              — Понимаете, тренер, тут такое дело... — начал говорить Бертольд, но умолк, видимо, застеснявшись рассказать правду. Поэтому инициативу на себя взяла Энни, бросив холодное:              — У нас отрицательный счёт. Минус десять очков.              — Что!? — удивлённо воскликнула Лив. — Из-за чего?              — Во всём виноват тренер Аккерман!              — Да! — присоединилась к ней Имир. — Из-за него мы опоздали на зарядку, поэтому Шадис вычел нам баллы в первый же день!              Это же тот самый низкорослый брюзга! Неужели специально решил подгадить её отряду?              Лив, конечно, понимала, что создала ему неудобство своим поздним приездом, но разве они в детском саду, чтобы такие пакости устраивать? Ну ничего. Подобная мелочь точно не сможет сломить её дух. Лив и не таких козлов обходила. То, что сейчас нужно, так это взять всё в свои руки и пробиться с отрядом вперёд. А такие как Аккерман потом только локти кусать будут.              — Что ж… — на выдохе произнесла она, а затем, твёрдо уперев руки в колени, продолжила. — Ребята, все-таки мы спортсмены. Проходить через препятствия на пути к заветной цели это наша профессия. Неважно с какой скоростью мы начали забег. Важно то, какими мы придем к финишу.              Второй отряд молчал, но вовсе не потому, что им нечего было сказать. Они смотрели на своего тренера с упоением и каким-то щенячьим восторгом в глазах, но мысленно каждый вознёс Лив Векслер из «живой легенды» в своего наставника.              — А теперь давайте приступим к девизу!                     ***              — Ребята... Пацаны!!!              Воодушевлённый крик Спрингера раздался из небольшой кладовки, где хранились чемоданы. Он выскочил оттуда с радужным пипидастром наперевес и пулей помчался по свеже вымытому полу в комнату.              — Вы только посмотрите, что я нашёл! — воскликнул он громче прежнего, вытягивая перед собой свою находку. Жан и Эрен, которые в этот момент мыли окна, посмотрели на Конни, как на идиота, и продолжили уборку.              — Даже боюсь предположить, откуда ты их достал, — лениво протянул Кирштейн, но всё же подошел к другу, хватая смятую упаковку чипсов. — Что с ними приключилось?              — Это вообще прикол! — эмоционально ответил Конни. — Помните я в прошлом году забыл, куда засунул последнюю упаковку Lay's?              Йегер кивнул. Он прекрасно помнил, как тогда пришлось тусить на прощальном костре без любимых снэков.              — Так вот это они! Лежали на самой верхней полке в чемоданной! Даже тренер Аккерман их не заметил, прикиньте!?              Конни, отбросив на кровать пипидастр, открыл упаковку и уже засунул внутрь руку, как вдруг Жан его остановил.              — То есть... они там год пролежали? — медленно спросил он. — Пережили зиму...              Мальчики переглянулись. Спрингер на всякий случай глянул на пропечатанный срок годности, после чего расстроенно вздохнул:              — Просрочены на полгода, блин!              Жан заржал и стукнул его по спине в знак поддержки.              — Что за шум, а драки нет?              В комнату заглянула Саша, любопытно разглядывая всех троих. Но когда её взгляд упал на упаковку, то выражение её лица приняло особую взбудораженность. Браус стала медленно приближаться к Конни, вытягивая руки к несчастной пачке чипсов, которую тот сразу же отбросил в сторону прямо на кровать к Армину.              — Саша, их есть нельзя! — снова закричал Конни под громкий смех уже двоих — к Кирштейну присоединился Йегер.              — Почему не поделился сразу!? Мы что, не друзья!? — возмущённо запричитала Саша, пытаясь приблизиться к кровати, но Спрингер упорно загораживал ей путь. Да так растерялся от её обиженного напора, что даже не успевал вставить и слова.              — Значит, я для вас всё, а вам жалко со мной чипсами поделиться?! Вы забыли, что девочкам уступать вообще-то нужно!? А ну отойди!              — Да подожди ты, Саша!              — Ты мне больше не друг, если встаёшь между мной и едой!              — Саша!              — Предатель!              — Да они просроченные, дура!              Браус мгновенно успокоилась, а Эрен и Жан уже давились от смеха, рядом с ней. И в этой суматохе никто из присутствующих даже не заметил, как в комнате появился ещё один человек.              — В смысле просроченные...?              Все медленно повернули голову на Армина. Он сидел на своей кровати, держа в руках открытую пачку чипсов, и испуганно проглотил то, что только что радостно пихал себе в рот.              Наполовину подъеденная пачка упала прямо на пол. Ребята замерли на местах. В комнате, в которой несколько мгновений назад звучали крики и смех, теперь повисла гробовая тишина. Арлерт растерянно смотрел на всех невинными голубыми глазами, в которых, казалось, вот-вот навернутся слёзы. И это вселяло страх даже похлеще, чем крики тренера Аккермана.              — Армин!!!              Первым очнулся Эрен. Он подскочил к застывшему на кровати Арлерту и зачем-то принялся его трясти за плечи.              — Зачем ты их съел!?              — Что-то мне нехорошо...              — Господи! У нас же скоро линейка!              Эрен схватился за голову и начал ходить из стороны в сторону, пока лицо Армина постепенно приобретало зеленоватый оттенок. Только вот от чего — просроченных чипсов или недавней тряски от Йегера, уже никто не знал.              — Армин, прости... — промямлил Конни. Саша неловко закивала, а Жан попытался успокоить лишнюю панику:              — Спокойно. Армин, всё будет в порядке. Ты главное не думай, что они просрочены были, и всё будет отлично...              Арлерт зажал рукой рот и позеленел ещё больше.              — Зачем ты напомнил... — пробубнил он и быстро выбежал из комнаты, оставив ребят в замешательстве.              В грустной тишине, которая образовалась в комнате, Конни неловко почесал бритый затылок и выдал:              — Интересно, какие они были на вкус?                     ***              Вечернее солнце приятно грело спины в фирменных коричневых куртках и лохматые макушки во всю шумящих подростков. На общей площади собрались все отряды, выстроившись по периметру. На недавно установленной сцене уже готовились к выступлению с приветственной речью Кит Шадис и директор Смит. Ханджи оставила свой отряд на Моблита, а сама помогала настраивать звуковую систему и микрофоны, которые периодически издавали неприятный звон.              Леви поморщился, когда из колонок донесся очередной громкий звук, резанув прямо по барабанным перепонкам. Он устало оглядел мелких, которые без конца о чём-то перешептывались друг с другом, то и дело нарушая строй. Аккерман сам невольно подметил, что его оболтусы были больше похожи на местных гопников, особенно по сравнению со вторым отрядом. А вот фехтовальщики наоборот — все вытянули спины и гордо глядели на свою вожатую, которая ходила вдоль их ряда с серьёзным лицом и наставляла ребят на хорошее выступление. Будто они не в детском лагере, а на службе в армии.              — Что с тобой, Арлерт? — спросил Леви, заметив, как Армин держится за живот.              — Я... — он замялся и покосился на других ребят. Остальные подозрительно притихли. — Всё... нормально...              — Йегер.              — Я, тренер! — нервно выкрикнул Эрен, подпрыгнув на месте от неожиданного обращения.              — Что с Армином?              — А-а-а… а что с ним? — неуверенно переспросил он, нервно засмеявшись.              — Кажется, это я задал вопрос, — стал раздражаться Аккерман, а Эрен тяжело сглотнул и бросил на своего друга испуганный взгляд. — Не слышу ответа!              — Тренер! — вдруг произнёс Конни. Он виновато теребил края своей футболки и боялся смотреть почти разозлившемуся Леви в глаза. — Армин нехорошо себя чувствует...              — Но со мной правда всё в порядке! — сразу запротестовал Арлерт. — У меня просто немного болел живот и...              Договорить он не успел. Перед глазами у Армина поплыли желтые круги, а к горлу снова подступил тошнотворный ком.              — Хотя, уже не уверен... — промямлил он и зажал ладонью рот, словно это хоть как-то сможет успокоить подступающий рвотный позыв.              — Начинается, — бросил Леви, оглядываясь на сцену. Как назло, Зое закончила настраивать аудиосистему, и Эрвин уже готов был открывать торжественную линейку. — Микаса, отведи Армина в медпункт. Я подойду, как только наш отряд представится.              — Поняла, — кивнула та и увела бедного Арлерта. Леви оставалось только успокаивать себя мыслью, что медицинский корпус был совсем рядом с площадью, и мелкого все-таки не успеет прополоскать за ближайшей елью.              — Как думаешь, ему сильно плохо? — спросил у Эрена Спрингер. Йегер пожал плечами, а вот Саша толкнула Конни локтем в бок и прошептала:              — Конечно ему плохо! Ты вообще видел, какой он зелёный был?              — Выровняли строй и закрыли рты! — скомандовал Аккерман, когда из колонок зазвучал гимн «Парадиза». — Что с лицом, Марло?              — Ничего, тренер Аккерман, — сказал Фройденберг, вот только в своих словах он сам был не уверен. Леви же не сложно было заметить, как Марло то и дело поглядывал в сторону медпункта и нервно мялся на месте.              — Забыли про Арлерта, пока я сам не поговорю с врачом, ясно? — устало произнёс Леви. — А после линейки готовьтесь к новому обходу по комнатам.              — Что!? — практически заверещал Эрен, чуть ли не перекричав директора, который рассказывал про какие-то важные соревнования с другим лагерем. Впрочем, никто из первого отряда не обратил на это внимания. Их больше беспокоили заначки, которые снова оказались в опасности загребущих рук тренера.              — Не понял, Йегер, — угрожающе бросил Леви.              — Простите! Я просто удивился немного...              — Думай лучше о том, как не запнуться во время девиза. Вы же без Армина справитесь? Я надеюсь…              Если честно, Леви Аккерману чихать хотелось на всю эту лагерную ерунду. Куда важнее были тренировки, а вовсе не сраные названия, которые нахрен никому не сдались. Последние дни, проведённые в беготне между отрядами, вообще отбили у него и без того слабый энтузиазм заниматься всей этой хуйнёй. Мелким, конечно, идиотская возня с кричалками очень нравилась, что уж тут поделать. Чем бы дитя не тешилось. Ну, или Ханджи.              — Да-а, конечно, тренер! — слащаво протянул Эрен, а сам со страшными глазами повернулся к ребятам. Вырисовывалась одна маленькая проблемка.              Прямо сейчас их девиз скорее всего сидел на койке в медпункте и блевал в тазик.              — Ребят, а Армин кому-нибудь говорил про наш девиз? — прошептал остальным Эрен так, чтобы Леви его не услышал.              То, чего так боялся Йегер, случилось: лица всех его сокомандников вытянулись в удивлении и испуге. И тогда Эрен со стыдом подметил, что скидывать все формальности на одного лишь Армина было их самой главной ошибкой. К тому же, вторая светлая голова по имени Микаса тоже отсутствовала в критический момент.              — А с тобой он разве девиз не обсуждал? Ты же его лучший друг! — сразу решил поддеть его Жан.              — Не помню я …              — Йегер, ты серьезно?! — Голос Жана вышел за рамки шепота, и все сразу же выпрямились от грозного взгляда тренера Аккермана.              — Нам нужно срочно что-то придумать! Мы же выступаем первые! — взволнованно прошипел Спрингер, вновь заставив всех вернуться к обсуждению.              Ребята молча погрузились в раздумья, а Йегер был готов выругаться на всю площадь. Армин всегда мог выкрутиться из любой неудобной ситуации, координировал работу и поднимал настрой всего отряда, а еще умел придумывать отличные девизы. На то он и был капитаном. Пожалуй больше никто из их отряда не смог бы похвастаться умением находить удачный выход из положения. Поэтому Йегер предложил:              — Слушайте, так у нас же есть отличный прошлогодний девиз! Может не будем париться и просто возьмем его?              — Ты идиот? — сразу же встрял Жан. — Тогда все решат, что мы лохи позорные, раз у нас не хватает фантазии придумать что-то новое.              — А еще в прошлом году отряды в основном выбирали себе смешные названия и кричалки, помните? Всё равно ведь за это очки не дают, так может придумаем себе что-то по-быстрому… — воодушевленно предложил Конни, но беспокойный голос Марло его перебил:              — Смешное?! Что-то типа: мы команда «лохи», в девизах мы все очень плохи?              Ребята вновь замолчали. Все впитали тревожное настроение Марло, словно губки. Оставались считанные секунды, а никаких дельных предложений так и не поступило.              Неужели ничего лучше им уже не придумать..?              — Придумала! — взбудораженно прошептала Саша, которая до этого подозрительно задумчиво стояла и не принимала участия в разговоре. Взгляды всего отряда резко устремились на Браус, но договорить она не успела.              — На сцену приглашается первый отряд! Прошу, проходите и представьтесь! — Громогласный крик Кита Шадиса пролетел через всю площадь.              Ну всё. Нам пиздец.              Под общие аплодисменты ребята неуверенной змейкой двинулись к сцене. Эрен беспомощно глядел Саше в затылок. Пожалуй, ему было скорее похер на то, как назывался их отряд. Он вообще в лагерь всегда рвался потому, что здесь можно играть в волейбол днём и ночью, а ещё никакого родительского надзирательства под боком. А все эти девизы и названия были просто прикольным дополнением, которое всегда заряжало в нем соревновательный дух. Но вот расстраивать тренера Аккермана своей неподготовленностью ни ему, ни кому-то ещё из ребят уж точно не хотелось.              Несчастные дети первого отряда выстроились в ряд на сцене, будто готовились к публичной порке. Капитана среди них не было, и никто не решался выйти вперёд, чтобы представить команду. Подошедший с микрофоном Шадис вопросительно выпучил глаза в ожидании, когда уже кто-нибудь соизволит пошевелиться. Эрен понял, что медлить больше нельзя, и резко пихнул локтём в бок Браус. Та от неожиданности сделала шаг вперед, и ей тут же достался микрофон. А Йегеру — её негодующий взгляд.              Да. Иногда приходится идти на жертвы.              Наступила мучительная тишина. Было видно, как у Саши подрагивали плечи. Она еще немного прошла вперёд, медленно поднесла микрофон ко рту, а затем срывающимся голосом прокричала.              — Наш отряд — «Картошки»!              — «Картошки»! — неуверенным хором повторили за ней ребята.              — Наш девиз: почищены и сварены!              — Почищены и сварены!              Послышались редкие хлопки и тихий смех. Эрен ощутил внезапно накативший жар стыда и, походу, научился читать мысли тренера Аккермана на расстоянии. Но это было несложно.              Первый отряд, официально названный картошками, вернулся на своё место. Леви молча потирал пальцами переносицу и, казалось, даже смотреть на своих мелких уже не мог.              — Картошки? Миленько, — послышалось насмешливое замечание от одной из девчонок второго отряда, чья очередь была выходить на сцену.              Эрен несчастными глазами проводил фехтовальщиков, а у самого лоб засвербел от раздражения.              — Какие ещё блять картошки, Браус!? — зло спросил он у Саши, дёрнув ту к себе за локоть. Она возмущенно отпрянула.              — Это ты меня вытолкнул! Если хотел что-то получше, сам бы вызвался!              — А не всё ли равно, — вступился за неё Спрингер — Прикольное название. Уверен, другие ничего лучше уже не придумают.              Эрен не нашел, что ответить, поэтому отвернулся от них, скрестил руки на груди и надулся как индюк.              — Второй отряд, построились! Сми-ирно! — Голос Райнера было слышно даже без микрофона. — Наш отряд!              — Воины!       — Наш девиз!       — Чем цель трудней, тем радостней победа!        Мы — «Воины», и это наше кредо!        В воздухе, на суше и в воде        мы будем первыми ВЕЗДЕ!              Второй отряд гордо представился, получил шумную порцию аплодисментов и достаточно заметный одобрительный взгляд директора Смита, а затем вернулся на прежнее место рядом с «Картошками». Эрен встретился с самодовольным лицом противной Энни и раскраснелся от злобы так, что стал еще больше походить на индюка.              — Молодцы, ребята, отлично выступили! — похвалила их тренер Векслер. И её удовлетворённая реакция не шла ни в какое сравнение с поведением Леви. Тот предпочёл осмотреть фехтовальщиков с непроницаемыми выражением лица, а потом быстро ретировался с мероприятия в медицинский корпус.              Возможно, так было даже лучше. Эрен подумал, если бы тренер Аккерман ещё узнал от Шадиса, что эти названия и девизы должны звучать на каждых соревнованиях, то точно пристрелил бы их на месте.              Когда настала очередь пловцов выходить на сцену, всем волейболистам без исключения стало предельно ясно: только отряд Ханджи кое-как мог встать в один ряд с их позорным девизом. И то, аплодировали им больше.              — Наш отряд!       — Водолазы!       — Наш девиз!       — Тонешь сам, топи другого!              Жан уныло похлопал седьмому отряду, который выступал самым последним, а затем обратился к остальным:              — Ладно, нет ничего страшного, чтобы одно лето побыть «Картошками». Самое главное это заработать как можно больше очков на соревнованиях!              — Ты прав! — согласился с ним Марло.              — Кхм-кхм... Алло?              Ханджи Зое постучала пальцами по микрофону, заставив обратить всё внимание на свою персону.              — Всем ещё раз здравствуйте, дорогие спортсмены «Парадиза»! Пока наша линейка не подошла к своему заключению, я бы хотела сделать важное объявление... Моблит, неси сюда блокнот!              Её помощник быстро подскочил к сцене, нервно перевернув блокнот на нужную Ханджи страницу.              — Так вот. Такого раньше никогда не было, но всё бывает в первый раз, верно? — Она громко хихикнула в микрофон. — В этом году хочу объявить о возможности получения дополнительных очков на счета отрядов!              Вся площадь одобрительно загалдела, из-за чего Ханджи театрально отмахнулась с улыбкой на лице и продолжила:              — И первые «подарочные очки» вы получили прямо сейчас! Во время выступлений со своими девизами вашей оценкой были аплодисменты, которые и определили нашего победителя...              Зое принялась перечислять кто и сколько очков получил в зависимости от того, как громко отрядам аплодировали после их выступления. Эрен слушал внимательно, стараясь не пропустить, когда же объявят их. Но чуда не случилось. Первый отряд получил ровно ноль баллов. А «Воины» — целых десять.              В тот момент до Йегера дошло, что вовсе ему не насрать на название отряда. Быть какой-то «картошкой» среди всяких воинов, адреналинов и динамитов оказалось неприятно. Обидно, но это ладно. За это ведь ещё и очки давали! А у их отряда и так вычли баллы из-за идиотских правил Шадиса с опозданиями! Теперь они единственные, кто начнёт лагерные соревнования даже не с нулевым счётом, а с отрицательным. А вот «Воины» в этой битве девизов заняли первое место.              Эрен с досадой сжал кулаки, да так сильно, что ногти болезненно впились в ладони. Он резко повернулся к Конни и почти закричал на него:              — Прикольное название говоришь!? Ноль баллов стоит это название!              — Успокойся, придурок! — попытался заткнуть его Кирштейн.              — Отвали, Жан! Из-за кого по-твоему нам пришлось импровизировать!? Если бы Армин не съел те чипсы…              — На что это ты намекаешь? — спросил Конни и сурово нахмурил брови.              — А я прямо говорю!              — Нас засудили! — расстроенно воскликнула Саша. — Несправедливо засудили «Картошек»!              Ребята резко замолкли. Все посмотрели на Браус, переглянулись между друг другом, и недавняя ссора как-то сама плавно сошла на нет.              — Йегер, — холодный тон тренера Аккермана заставил Эрена вздрогнуть и в ужасе обернуться, — что ты там про чипсы сказал?              — Я? Ничего!              Леви снисходительно изогнул бровь.              — После ужина сбор в общем холле, — коротко ответил он и оставил свой отряд обдумывать предстоящую «порку».              — Пиздец... — в сердцах прошептал Эрен, глядя в спину удаляющемуся тренеру. Даже вкусный клубничный йогурт, который должны были давать сегодня на ужине, не смог бы утолить горечь, оставленную после линейки. Нужно было что-то делать. Причём срочно!              — Микаса! Микаса!              Конни подпрыгнул к девочке, когда весь отряд уже расселся по своим местам в столовой. Эрен склонился над ней с другой стороны и тоже выжидающе зыркал.              — Ну как там Армин? Он проболтался тренеру, что моими чипсами отравился? — затараторил Спрингер. — Ну!? Сказал что-то или нет?              — Он вообще особо не говорил, — безразлично пожав плечами ответила Микаса. — У него рот был занят.              — Но про чипсы ты что-нибудь слышала!? — не вытерпел Йегер.              — Да не знаю я!              Мальчики обречённо взвыли. Они пару минут просидели в тишине, которую прервал Эрен:              — Даже если Армин не проболтался, проверку тренера это не отменит.              — Ребята, и что же мы теперь будем делать? — спросил Конни, и Жан издевательски заключил:              — Нет, что вы теперь будете делать!              В итоге порешали так: два главных виновника, Спрингер и Йегер, должны будут выдвинуться на операцию по спасению общей заначки, тайно слиняв с ужина. Эрен был выбран, как обладатель самой большой коллекции снэков, а Спрингер в качестве случайного инициатора инцидента с Армином.              Мальчики незаметно выбежали из столовки, минуя тренерский стол. Если бы они попались на глаза Леви Аккерману это был бы полный провал. Они быстро домчали до корпуса, свалили всю свою запрятанную гадость в пакеты и попутно обсуждали, где же им захоронить эти улики. В буквальном смысле «захоронить».              — За футбольным полем есть непримечательный лесок, — пропыхтел Конни, крепко завязывая один из пакетов. — Предлагаю закопать там.              Спорить или искать более укромное место времени не было. Ребята на цыпочках прокрались на улицу, постоянно озираясь. А вдруг кто-то их увидит? Или тренер Аккерман успел заметить отсутствие двух мелких на ужине и уже шёл прямо в корпус, чтобы раздать каждому из этой парочки пиздюлей?              Но им повезло, на улице было пусто. Даже не было вечного патруля Шадиса. Видимо, в этот раз удача была на их стороне. Эрен впопыхах открыл пожарный ящик с песком, который располагался рядом с лестницей на случай ЧП, и выудил оттуда небольшую железную лопатку.              До нужной опушки было недалеко, только пересечь поле и зайти поглубже в лес, чтобы никто с территории лагеря не видел двух нарушителей. Эрен всучил Конни лопату и приказал:              — Копай.              А сам, как Санта Клаус, стоял с закинутым на плечо мешком «подарков».              Спрингер с трудом начал выкапывать ямку. Земля здесь была твёрдой и каменистой. Небольшая лопатка то и дело упиралась в разросшиеся корни деревьев, не давая пройти глубже.              — Давай быстрее! — шикнул Йегер.              — Да не могу я! Может, сам хочешь попробовать?              — Нет уж. У меня важный груз, не хочу оставлять его без личного присмотра.              Кое-как, но им всё же удалось схоронить свою заначку, а заодно соорудить маленькое надгробие из выкопанных камней. Когда захочется в следующий раз погрызть чипсов, надо же будет как-то найти припрятанную могилку.              В столовую они вернулись под самый конец ужина. У входа их как раз дожидался тренер Аккерман. Он обвёл двух потеряшек суровым взглядом, а Конни живо спрятал грязные ладони в карманы шорт.              — Я уже поверил, что вы растворились в бидоне с чаем. У нас сейчас по расписанию ужин, а не прогулка. Тренировки так же планируете посещать? — с привычной строгостью сказал Леви. — Где шлялись?              Эрен от перенапряжения нервно хихикнул.              — Э-э-э... А мы... Мы ходили... — начал на ходу придумывать Йегер. — К Армину! Да, хотели сплавиться… Спра-авиться о его здоровье!              — Как заботливо, — саркастично изрек тренер и указал на дверь столовой.              Прогулявшие трапезу грустно двинулись внутрь.                     ***              Тренировки. Наконец-то начались грёбанные тренировки.              Столько мучительных дней глупого безделья и абсолютно бессмысленной адаптации. И, вот, наконец, можно адекватно поработать. Работа — единственное, ради чего Леви сюда вообще приехал, и был готов с удовольствием в неё погрузиться.              — Шевелись, Браус, иначе сегодня будешь бегать с сеткой мячей вокруг зала!              Аккерман поторопил Сашу, сдержал внезапный порыв дать по подзатыльнику ржущим Конни и Жану и вылетел на свежий воздух.              Погода сегодня была пасмурной, с резкими порывами холодного ветра, как будто бы вчерашнее лето за ночь превратилось в позднюю осень. Впрочем, на это Леви было абсолютно похуй. Что для него оставалось самым важным — интенсивная тренировка, чтобы после неё мелким пришлось бы отжимать собственную форму от пота.              Когда весь отряд был в сборе, они двинулись в сторону спортивного зала. И чем ближе Леви подходил к нужному корпусу, тем больше чувствовал нарастающий экстаз. Через пару шагов он снова окунётся в тот самый процесс, когда хоть на мгновение, но чувствует себя счастливым.              Аккерман отодвинул металлические раздвижные двери в зал, зашёл внутрь, но тут же замер на месте. Прямо перед ним стоял второй отряд в полной экипировке, а позади мелких светилось смазливое лицо Векслер.              — Доброе утро, тренер Аккерман! Вы к нам в гости? Что-то случилось? — энергично поинтересовалась она, а Леви бросил короткий взгляд ей за спину разглядывая разложенный инвентарь для фехтования.              Пф. Новенькая.              — Случилось. Вы заняли наше время.              Лив и Леви встали друг напротив друга, словно на ринге.              — Не думаю. Я забронировала это время ещё вчера.              — Не надо думать, тренер Вертель. Надо знать. С прошлого года в это время здесь проходят тренировки по волейболу, — процедил он, глядя на самоуверенное выражение лица Лив. Затем обернулся к своему отряду и скомандовал: — Чего стоите? Натягивайте сетку и доставайте мячи!              — Стоп-стоп-стоп! — поспешила воскликнуть Векслер, вскинув руки вверх, от чего первый отряд застыл в растерянности. — Кажется, я уже сказала, что это время занято!              Леви вновь уничижительно на неё посмотрел.              Она что, тупая?              — Кажется, я сказал то же самое.              Ситуация накалялась с каждой миллисекундой. Ещё чуть-чуть и в зале станет настолько жарко, что можно будет начать готовить попкорн, для озадаченных детей, которые всё это время, открыв рты, наблюдали за развитием событий.              — Послушайте, тренер Аккерман, — устало вздохнула Векслер. — Если вы мне на слово не верите, посмотрите журнал записи. Я абсолютно точно уверена, что поставила свою подпись напротив свободного времени.              Леви выжидающе молчал, что заставило Лив на мгновение усомниться в собственной правоте и повторить:              — Ну… Журнал? Туда же все отряды записывались…              Внимание присутствующих устремилось на Леви, в ожидании, что же он ответит. Но всё, что делал тренер по волейболу, так это пытался испепелить свою собеседницу глазами.              — Так вы уходите?              Твердо и четко. Совершенно наплевав на всё вышесказанное.              Такое хамство Лив уже терпеть была не готова. Защитная поза сменилась на атакующую.              — Без проблем. Как только. Закончим тренировку. Которая внесена. В журнал расписаний.              На лице Лив хоть и осталась улыбка, но теперь она уже совсем не была похожа на дружелюбную. Как у старой фарфоровой куклы из ужастиков. Она показательно скрестила руки на груди и вскинула подбородок, будто уже разнесла в щепки этого напыщенного карлика. Было понятно, что она отсюда уходить не собирается.              — Вентиль, я понимаю, что ты здесь новенькая. Еще не привыкла к местным правилам и так далее. Поэтому я просто повторю еще раз: одиннадцать тридцать — время волейбола. Видишь столбики? — Леви указал на стойки для сетки, которые были расположены по бокам от игрового поля. — Они установлены только в этом зале. Понятно? Это зона волейболистов. А вы со своими шмотками для маскарада можете спокойно переехать в другое место. Этих объяснений достаточно?              — Во-первых, тренер Аккерман, я что-то не помню, чтобы мы с вами переходили на «ты»…       Не изменившись в лице, Векслер медленно двинулась в сторону Леви. Когда расстояние между ними сократилось, то можно было заметить хоть и небольшую, но все же разницу в их росте.              Глянув на него сверху вниз, она продолжила:              — Во-вторых, я заняла свободное время и утвердила его с директором Смитом. Поэтому в данный момент именно мы здесь находимся в соответствии с действующими правилами лагеря. А вы тут лишние. Этих объяснений достаточно?              Терпение лопнуло, словно натянутая до предела резинка с характерным «щелчком». Леви резко разворачивается, быстрым шагом направляясь к выходу.              — И моя фамилия Векслер! — в ответ слышится лишь яростный грохот от захлопнувшихся дверей.              Он забыл свой отряд.