Том 2. Метаморфозы. Пролог

Песок обжигал сквозь растерзанную броню. Раскаленное солнце выжигало лицо. Воздух сдавил расплавленным стеклом. Однако сгорала она изнутри. Перекатиться на живот. Опереться руками. Приподняться. Она отдавала приказы телу, как генерал — армии. Заставила ноги согнуться, ступни — опереться, себя — встать. Дул ветер и поднимал песчаную пелену. Линзы защитных очков потрескались, и мир был затянут сеткой. Сквозь нее от горизонта до горизонта тянулся песок. Бурый от пролитой крови. Покрытый трупами. На многих — очень многих — униформа была того же цвета, что и ее. С той же эмблемой. Гораздо меньше было другого цвета и другой эмблемы. Было две армии. Они сражались. И это все, что она помнила. Она двинулась сквозь сыпучий песок, ветер, обжигающую боль, через трупы. Не зная, зачем идет. В складках униформы трупов скапливался песок. Набивался в зияющие раны. Обломки насекомых крыльев торчали в направлении неба, разметались ядовитые хвосты, валялись обломки хитиновых панцирей. «Кто они? Почему так выглядят? Я их убила?» Нет. Что-то проблескивало в памяти. Она ухватилась за тусклые вспышки, попыталась разжечь их. Нет, она не убивала своих. Это сделал… Что-то шевельнулось среди тел. Страх ударил раньше воспоминания. Она отогнала страх. Почти неосознанно стиснула рукоять на поясе, достала кинжал. Поняла, что пытается выдавить: «Партнер», кого-то зовя. Но никто не откликнулся. Очередная волна обжигающей боли чуть не швырнула на песок. Она хрипло выдохнула сквозь зубы. Так не должно быть, она вспомнила, боль должна быть от ран, от яда, от… слияния с партнером?.. но не от… Один из лежащих воинов поднял голову. Один из огоньков воспоминаний вдруг разжегся в костер. — Наставник… — позвала она. Хотела назвать имя, но поняла, что не помнит. И свое тоже не помнит. И голова болит, ужасно болит, и горло саднит, как будто она громко кричала недавно. Тот, кого она назвала наставником, сфокусировал на ней взгляд. В нем не было ничего. Но в голосе было. — Беги, — попросил он. Остатками живого, что в нем еще остались. — Нет, — сказала она, двигаясь к нему. Он скосил глаза на кинжал. Ветер донес умоляющий шепот: — Тогда убей. «Как его зовут? — подумала она. — Как меня зовут?» Мир расплылся, когда она занесла кинжал. «Я плачу?..». Он надвинул на глаза шляпу, и кинжал ушел в его грудь по рукоять. «Карши. — Слезы текли, чувства только начинали синхронизироваться с воспоминаниями, но отдельные островки памяти прыгали в мозгу солнечным зайчиками. — Меня зовут Карши. А его… а он…». Тело под ней дернулось. Она еле успела отскочить от удара косой. Остатки сил утекали в песок, и ноги все больше подкашивались, пока впереди поднималось существо, почти в одиночку выкосившее ее армию. Сквозь дрожащий от жара воздух, усиливающийся ветер, густеющую пелену песка принцесса Карши увидела еще три жутких фигуры, две почти человеческих, одна даже отдаленно не похожая на человека, тела вокруг слабо подергивались, а собственное тело пожирало изнутри пламя, и кости плавились, и кожа над глазами трескалась, и органы обращались в пепел, и партнера больше не было, и все, что она могла — из последних сил принять боевую стойку.