Том 5. Провал. Глава 11

Больше всего Джереми поразило не появление далеков. Одно слово прокручивалось в ушах, гудело, настойчиво привлекая к себе внимание, и вступало в конфликт с кое-какими сведениями. — Рассилон. — Брови Гиры сошлись на переносице угрожающими линиями. — Ты же говорил, что о Докторе забыли все во Вселенной, кроме Повелителей Времени. — Я драматизировал, чтобы Джереми быстрее согласился отвести меня к ТАРДИС. «Напомните, почему я не запеленал его в паутину и не швырнул в какую-нибудь отдаленную комнату?..» — Цензурных слов на тебя не хватает, вор, — вздохнула Летра. — Даже злиться не получается, ты просто… утомляешь уже. — И тебе не пришло в голову, — Джереми закрывал лицо рукой, и стыдно было не за себя, — что информация «Доктора помнят далеки и ищут ее» очень даже разжигает желание помочь? — У нас тут проблема поважнее, расставляйте приоритеты. Никого в жизни Джереми так сильно не хотелось отшлепать. Звуковой сигнал разнесся по ТАРДИС к явному облегчению Рассилона. Очень недолгому. Сразу все экраны над консолью мигнули, и Джереми подумал, что это лицо он бы точно был не против забыть. Человек, похожий на высохшую мумию, воззрился на них. — Создатель далеков Даврос, — поприветствовал Рассилон вежливым тоном политика, просчитывающего, как заставить оппонента глотать пыль. Среди его слов пряталась сдерживаемая ненависть. — Лорд-президент Рассилон, — в тон ему ответил Даврос. — Не ожидал тебя здесь увидеть. Надоело прятаться за спинами подчиненных? — Тебе-то, как вижу, нет. В мультфильмах подобную атмосферу между персонажами передают молниями. Здесь бы Джереми нарисовал целую грозу. — Смотрю, ты тоже догадался, что Доктор здесь. — А ты, вижу, боишься, что я отвечу утвердительно. Не хочется пережить еще один День Доктора, верно? Или стирание множества версий далеков из этого временного потока? Даврос потемнел лицом. Что бы ни называлось Днем Доктора (очевидно, с прописных букв), оно оставило не самые приятные воспоминания. — К слову, о Докторе, — Рассилон осмелел и стал кровожадно-довольным, — тебе известно что-либо о ее местонахождении и положении? — Только то, что она жива, потому что я слишком долго противостоял ей, чтобы сомневаться в ее выживании. И, конечно, я не позволю тебе найти ее, а Повелителям Времени — победить. Сигнал твоей ТАРДИС отслежен. — Позвольте вмешаться. — Джереми сдвинулся так, чтобы его было видно на экране. — Помните меня, Даврос? В прошлый раз между нами произошла не самая приятная для вас история. Гира поступил проще и просто расхохотался в экран. Даврос машинально потянулся закрыть уши. Но тут же расслабился: — А, это всего лишь вы. Разумеется, спутники Доктора ищут ее. — Убирайтесь с этой планеты, — заявил Гира. — Мы уже побеждали вас и уж точно не намерены щадить в этот. — Эй! — вдруг возмутилась Летра, оттесняя его. — Раз уж угрожать далекам, то я первая! Здоровки, помните меня? — Мы уничтожили твою планету? Космическую станцию? — равнодушно поинтересовался Даврос. — Я Солярис. У Давроса открылись глаза. Те, настоящие, которые он держал закрытыми. Очень широко открылись. Рассилон наблюдал со мстительным удовольствием. — Помнишь. Я тоже помню. Было больно, знаешь ли. Примерно вот так. Летра не шевельнулась. Она в принципе теперь никак не шевелилась. Только едва заметно дрожал воздух над ней. Пока на еще одном мониторе, в ночном небе, среди их кораблей, проявлялась сущность из лент. — Что-то моему паучьему чутью совсем не нравится эта идея, — пробормотал Джереми. Рассилон выругался. Гира рванулся к Летре, принялся трясти ее за плечи. Она — ее человеческое тело — лишь болталась в его руках. Взгляд был устремлен в никуда. «Древняя» Летра тоже не слишком шевелилась. Ни одно щупальце не дрогнуло. Но небо расцвело взрывами, их всплески осветили ночной город. Множество далеков сгорало в огне. — А ой, как неловко получилось. Кажется, у части далеков вдруг случилась крохотная маловероятная поломочка, которая с еще более ничтожной вероятностью могла привести их к смерти. Губы Летры-человека двигались, но голос шел из них и одновременно извне. Звуком и давлением на сознание. Нарастали басы, тягучие, ленивые, угрожающие, тихо звенели на их фоне тревожные переливы. Густая маслянистая волна звуков нависала над ними, гигантская, отстраненно-зловещая, готовясь опуститься неумолимой смертью. И с содроганием Джереми увидел в глазах Летры песчинки пустоты. — Ты соображаешь, над какой планетой устраиваешь представление?! — рыкнул Рассилон. И в унисон с его криком небо потемнело. Знакомые линии зазмеились над космически-черными щупальцами, скрутившаяся из них спираль вонзилась в Летру… Сверкание бесчисленных зеркал разломило ее на куски. Корчась червяками, линии истончились и пропали. В небе снова заблестели звезды. — Очень жаль, что их невероятная система сдерживания древних тоже имеет вероятность сломаться, — пропел голос, уже лишь отчасти напоминающий голос Летры. Он слился с приказом Давроса: — Активировать оружие, убивающее бессмертных. Излучатели далеков осветились. Пространство прошили лучи знакомой энергии. Они смогли сделать ее выстрелами?! Джереми услышал предупреждающий крик Гиры. Лучи достигли Летры… и снова контуры клубка лент подернулись дымкой отражений. Новые маленькие взрывы на месте далеков. Выстрелы, исказившись, вернулись к ним. — Кончай с ними играть, — велел Рассилон. — А не много ли ты на себя берешь, когда мне приказываешь? Рассилона отбросило. Врезало в консоль — звук удара слился с тревожным гудением сирены. Музыка обретала все более чужеродное звучание. Тело Летры все больше сковывала неподвижность мертвеца. На мониторе сущность из лент обвивала корабли и давила их. С монитора Давроса слышались панические приказы далеков. — Возвращайся! — Джереми метнулся к Летре. Откуда-то он знал, что происходит, был уверен, что видел подобное. Силуэт невозможной пугающей красавицы за спиной девушки. — Ты теряешь связь с телом! Теряешь человечность! Пустота в глазах Летры разрасталась. Джереми оттолкнуло с небрежной отрешенностью. Он едва смог устоять на ногах. — Я имел в виду, что тебя заметят на планете и захватят, дура, — запоздало уточнил Рассилон. Он выплевывал слова с очередной резкой эмоциональностью. Кажется, он ничего себе не повредил. Его предупреждение заглушилось сиреной. Она выла в зале библиотеки и, судя по всему, в городе. Вокруг Летры вдруг обнаружились знакомые черные каплевидные устройства. Заостренные концы начали раскрываться хищными бутонами. — Летра, вернись! — крикнул Гира. Тело Летры не шевелилось. Медленно на ее лбу проступали узоры Джереми, а правая рука чернела. Снова блеск зеркал. Некоторые «капли» упали. Быстрее них вниз скользнул клубок лент. Ленты накрыли одно из зданий. — Гира! — Джереми снова бросился к человеческому телу Летры. Ее ноги лениво подкашивались, а кожа обретала мертвенный синеватый отлив, словно рвались одна за другой ниточки жизни. Упругая сила вновь отбросила, но Джереми добился того, чего хотел — отвлек. Пока Летра была сосредоточена на нем, к ней прорвался Гира. Схватил, не давая упасть, заглянул ей в лицо. — Ты хотела создавать жизнь! Не вредить живым существам ради забавы! Ты так легко все забудешь?! Ни слова в ответ, ни тона изменений в тягуче-угрожающей музыке, а ленты продолжали крушить дом и отбиваться от «капель», но мертвенные глаза Летры дернулись на Гиру. — Напомни ей. — Джереми вспомнил, как в прошлый раз это сработало. — Напомни ей о человечности, я. Движение губ Летры было едва заметно, и Джереми скорее угадал, чем услышал: — Вернись. Ленты сущности, отбивающейся от «капель», дрогнули. Из-под ее тела разбегались люди. Нота фальши в музыке. — Вернись. Сущность пропала. Летра дернулась и закашлялась, трясясь в руках Гиры. Его облегченный выдох сплелся с выдохом Джереми. — Ой, — Летра сфокусировала взгляд, — а я всегда буду просыпаться у тебя на руках, если буду так делать? — Все мы должны через это пройти, — пошутил Джереми. У него был опыт лежания тяжелораненым на руках Гиры. Гира рассмеялся нервным, облегченным смехом. Потом он, похоже, осознал флирт Летры, потому что слегка покраснел. Особенно когда Летра попыталась откинуться ему на колени более драматично. — Зачем ты вышла из тела? Ты убила кого-нибудь из людей? — быстро спросил Джереми. — Вроде нет. Нет. Только далеков. — Летра вздохнула с тем же облегчением, что и они. — Я же говорила, что теперь слегка дальше от себя-древней. Не могу использовать в теле полную мощь. Для этого надо из него выйти. — Больше так не делай. Стоило хотя бы предупредить, что ты можешь потерять контроль. — Так я думала, вы еще когда я была Солярис, поняли! Я же там тоже контроль частично теряла! Джереми еще раз понял желание людей придушить его за междустрочья. Их прервало покашливание. Рассилон стоял целый и невредимый и, когда они повернулись к нему, кивнул на дверь ТАРДИС. Рука за прошедшее время успела очнуться. И теперь, стоя в проеме, круглыми глазами уставилась на Летру. — Ты… — прохрипела она, — ты одна из них! Древних! — Да вашу мать, мне можно полежать пять минуток на руках своего краша или нет?! — досадливо простонала Летра. Гира явно захотел оказаться в одиночестве в самом далеком измерении ТАРДИС. Джереми опять ощутил желание стрельнуть в околосестру паутиной. — Летра только что уничтожила большую часть существ, которые жаждут уничтожать всех, кто не они, — напомнил он Руке. Эффект это произвело слегка другой: — То есть это правда! — Нет времени объяснять, — оборвал Рассилон. — ТАРДИС, вычисли наиболее точные координаты местонахождения Доктора. Девушка, вас сейчас должны больше волновать далеки. Кораблей в звездном небе стало меньше, но их все еще было достаточно. Однако защита планеты понемногу брала верх. «Капли», раскрывшиеся цветами, жалили их разнообразием атак. Для них даже не подбиралось описаний. Внутри «капель» качались такие же неописуемые формы. Частицы древних! И тут далеки опять выстрелили энергией, убивающей бессмертных. Лучи угодили точно в сердцевины. Динамики выплеснули звуки, лишь отдаленно похожие на крики боли. Сущности судорожно извивались незнакомыми понятиями и цветами. Еще один шквал выстрелов разорвал их. Пару секунд в мыслях шуршал белый шум. — Летра, напомни, насколько сильна была твоя частица, — потрясенно выдавил Джереми. — Ну, не… н-не как Дагдэд. — Летру потряхивало. — Но… ее… искусственно усиливали. Слабое утешение. — Они… — выдохнула Рука, — их технологии настолько?.. Ее прервали непонятные звуки из библиотеки. Что это были звуки телепортации, Джереми понял по громыхнувшим металлическим голосам далеков. Из ТАРДИС он выпрыгнул одновременно с Гирой. Звуки призыва его брони ободряюще заглушили далеков. Джереми мысленно поблагодарил Янму, наконец-то разработавшего улучшение для системы призыва. — Королевское вооружение! Сквозь пространство от Терры до планеты с неизвестным именем до него дотянулась душа Тарантино. Теплый свет янтаря разбился белым сиянием брони. Гира в своем усиленном золотом облачении уже рубил мечом первого далека. Джереми выстрелил из Ядомикс-пушки сетью паутины во второго и пробил мечом корпус, добираясь до существа внутри. Библиотеку далеки не жалели. Полки падали, вспыхивали под выстрелами, книги переезжались корпусами или трепетали в пламени. Джереми поймал себя на том, что в первые секунды распихивал тома по отдаленным углам и предупреждал новые выстрелы, чтобы они не задели хрупкие бесценные истории. Рыжий свет огня уже заливал закрытую секцию. Сработала пожарная сигнализация — струи не воды, но какого-то порошка прибили оранжевые языки к земле. «Богостражи, сделайте так, чтобы у них все дублировалось в электронном виде», — машинально помолился Джереми и чуть не засмеялся от иронии ситуации. Край зрения залил белый свет. Но прежде, чем Джереми увернулся, воздух взорвался отражениями. Выстрел далека заблудился в них, как солнечный луч в системе зеркал, отрикошетил в хозяина, разрывая под гулкий вопль. Музыка — электронные биты, изменчиво-быстрая метель белого шума, вокализ далеких голосов — заполнила зал. Летра танцевала у ТАРДИС. Под ее движения белые искры залепили объективы далеков. Они стреляли, как-то ориентируясь и не попадая по сородичам. Джереми с Гирой спасали только собственная ловкость и манипулирование вероятностями Летры. Последних трех далеков они красиво убили одновременно. Джереми снес мечом верх брони и добавил Ядомикс-пушкой, Гира просто расколол своего пополам, а Летра запустила внутрь искры и послушала крики. — Ностальгично, — хмыкнул Рассилон, наблюдая возле ТАРДИС. — Вы воевали? — спросил Джереми. — Бывало. — Взгляд Рассилона заволокла дымка воспоминаний. Откуда-то выехал незамеченный далек. Прежде чем Джереми или Гира успели что-то предпринять, Рассилон, не меняя выражения лица, махнул рукой в перчатке. Энергия, сорвавшаяся с ее пальцев, снесла далеку половину брони и поджарила существо внутри. Джереми закрыл рот. Удалось с усилием. Лорд-президент Галлифрея только картинно не подул на костяшки. — ...ра… — Джереми не расслышал, тем более Рассилон откашлялся и повторил громче, — Гира, не таращься так на меня. Перчатка была на нем все время. В том числе когда Джереми с Гирой захватывали его ТАРДИС. Да, Джереми связывал его руки, но в кистях они могли свободно вращаться, и… — Да, да, — ответил Рассилон, с удовлетворением наблюдая за ним. — Я мог убить вас еще тогда. Но это не входило в мои планы. Сейчас я, правда, периодически об этом жалею. — Мы более увертливы, чем далеки, так что неизвестно, кто бы больше пожалел, — в тон ему ответил Джереми. Летра захихикала. Гира, проверяя одного из далеков, выдал стандартный злой смешок и что-то о том, как трудно сразить ужасное зло в его лице. Рассилон выразил взглядом сожаление, что все-таки не попробовал пристрелить их перчаткой. Звуки снаружи закрытой секции сдули все веселье. Новые звуки телепортации, очередная какофония голосов далеков. Джереми с Гирой приготовились бежать и вступать в новый бой… — Мы справимся, — вдруг сказала Рука, о которой они успели забыть. — Прямо сейчас запускаются боевые машины на основе далеков, и у нас есть еще пара секретов. Им не выстоять. Найдите бога и Доктора. Это ведь ваша основная цель. — Найти Доктора. Не вашего бога, — поправил Гира. — Он стер нашу память, мы не помним, что он сделал, но даже то, что мы о нем знаем, непростительно. Едва-едва заметно Рука скривила верхнюю губу. — И все-таки, если будет возможность, верните и его. Тогда я подумаю о том, чтобы не позорить наших героев связью с древней. — Скажи спасибо, что я вообще не аннигилировала нахрен твой мир за то, что вы делаете с моими сородичами, — прошипела Летра. — Не выражайся, — автоматически попросил Джереми. — А ой. А рассказ про то, как я бы размазала ее по стенке?.. — Летра! — Не стоит, да, я знала, правда, просто уточнила… К выстрелам и голосам далеков примешивались другие — еще более металлические, лишенные всякого выражения. Даже сквозь закрытую дверь и стены полыхнула какая-то вспышка. Судя по более «выразительным» крикам боли, битва шла более-менее на стороне Багнарека. — В ТАРДИС, — как обычно, приказал Рассилон и ушел внутрь. Он явно намеревался лететь без них, если не последуют за ним. Джереми и Гира поспешили к дверям. — Надеюсь, что, когда вы вспомните, у вас появится причина его спасти! — донесся крик Руки. Джереми удивленно обернулся, но двери уже закрылись. На главном мониторе во весь экран светился ряд символов. Воздух наполнил голос Рассилона: — Летра, отправь нас к этому месту. ТАРДИС вблизи черных дыр ведут себя нестабильно, но ты можешь скорректировать это с помощью своих сил. — Запросто, сразу после того, как пну тебя, потому что заколебал командовать. — Летра внимательнее посмотрела на экран и вдруг стала менее уверенной. — Ты только перед этим объясни, что значат эти символы. — Это координаты, — вздохнул Рассилон с видом раздраженного гения, втолковывающего идиоту, что значит дважды два. Он заработал презрительный взгляд: — Я поняла, что это координаты, придурок. Ты думаешь, я знаю, какое место космоса ваши галлифрейские закорюки показывают? Давай я покажу тебе координаты так, как видят их древние, посмотрим, как быстро твой мозг вытечет. — Так и знал, что легко не получится… Ладно. ТАРДИС, перенеси нас по указанным координатам. — Мы перемещаемся во времени? — спросил Гира под аккомпанемент нарастающей вибрации и гула двигающегося поршня. — Ведь в настоящем Доктор давно в черной дыре. — Во-первых, ты очень недооцениваешь расстояния в космосе. Будь у этой планеты технологии еще чуть более примитивными, и потребовалось бы не одно столетие, чтобы хотя бы приблизиться к черной дыре. Но, во-вторых, в какой-то степени мы совершаем путешествие во времени. Ведь я сомневаюсь, что для Доктора прошло хотя бы десять минут. — А? — Это теория относительности, — пояснил Джереми, которому Янма в свое время чуть ли не вынес мозг лекциями по физике. Мстил за лекции по истории и литературе, не иначе. — Гравитация черной дыры настолько сильна, что… В общем, чем ближе к горизонту событий, тем больше время замедляется. — …Ага, — кивнул Гира с видом «я ничего не понял». — Можно еще вопрос? Что такое «горизонт событий»? Рассилон страдальчески закатил глаза, пока Летра убеждала Гиру: «Да ты не заморачивайся, родной». Тряхнуло резко и внезапно. ТАРДИС взвыла. Что-то под консолью угрожающе заскрипело. — Погодите, но если у черной дыры огромная гравитация, нас же раздавит! — крикнул Гира. — Не беспокойся об этом, — с сарказмом ответил Рассилон. — Нас в любом случае не раздавит. — Почему? — Потому что нас перехватили на полпути! На мониторах разлился космос. Он был полон кораблей далеков.