Конец

      Это произошло ещё задолго до сегодняшнего дня. Прошло пару месяцев с тех пор, как Рико почти убили, почти как он умер от своих рук и с его желания вернуться обратно в клан Морияма, потому что он ему пренадлежал, но Ичиро сказал нет.       Спустя обещанные не две недели, а три — Рико смог встать на поле с клюшкой в руке. И какой бы чёрт его побрал делать это рядом и вместе с Лисами, к которым он попал. Восстанавливаться после того, как кость затрещала по швам, оказалось очень и очень тяжко. Честно, Кевину ему оставалось только посочувствовать, хотя и позавидовать тоже, потому что Рико с каждым поднятием клюшки, которая ощущалась, как штанга, хотелось всё больше и больше опустить её и никогда не брать снова. Однако, его личная упёртость, договорённость с Эндрю и помощь Бетси прошли не бесследно. Сейчас он вполне уверенно мог предстать перед Лисами и хотя-бы попытаться взглянуть им в глаза. Удалось ли это? Несомненно, и ничем хорошим это не закончилось.       Нил готов был разнести его и свалить с ног своими осуждающими монологами. Даниэль почти поругалась с Ваймаком по поводу того, что этого не стоило делать. Элисон, казалось, его игнорировала, но в ней читалась злость куда больше, чем во всех остальных. Ники был удивлён, но с его шутками всё более-менее разряжалось. Кевину наверняка в душе тоже было неспокойно, но он этого никак не показывал и кого он начал гонять на тренеровках больше всех, угадайте? Аарону среди всех Лисов оказалось больше всего всё равно на то, кто это там пришёл и что вообще забыл в этой команде: лишь бы играл нормально. Мэтт пытался быть приветливым, но, как сторожевой пёс, охранял в первую очередь Нила, но и также всех остальных, хотя видимо понимал, что каждый из Лисов способен постоять за себя и не дай бог Рико только дёрнется как-то не так: готовы вцепиться в глотку.       Понемногу все начали привыкать к тому, что в Рико больше не было той старой садистской жестокости, но доверяли ли Лисы ему от этого больше? Конечно же нет. Кого вообще волновало то, что люди могут меняться и откидывать старые плохие привычки? Никого, потому что к старым плохим привычкам можно в любой момент вернуться и всё будет по старому. И никто и не подумает доверяться ему в том, что он всё-таки бросил эту зависимость.       Спустя ещё несколько месяцев, спустя множество мелочных и крупных событий среди Лисов с участием Рико — что-то поменялось. Почти никто не смотрел на него уже с тем старым презрением и вполне себе воспринимали его, как отдельного адекватного человека, который, оказывается, умеет и шутить, и веселиться.       Нил всё крутился возле Эндрю и часто зависал с его компанией Монстров. Рико туда не пускали и он всё метался то между девчонок, то между ними, но, впрочем, это его вполне устраивало. Даниэль, на удивление, была самой первой, которая признала его, как члена команды, и с тех пор они вполне себе ладили. Элисон всё ещё вела себя холодно, это чувствовалось, но хотя-бы начала контактировать, по крайней мере делала это, когда была рядом с Даниэль и Рене. Ники, когда ему стукнуло, что Рико "ровный парень" со всей своей душой отнёсся к нему и было похоже даже на то, что они будто друзья. Кевин также не переставал его сторониться, но Рико знал его слишком хорошо, чтоб не замечать его жесты доброты, которые он со временем начал к нему проявлять, что явно радовало Рико и бесило Кевина. Аарону было откровенно плевать с самого начала и в дальнейшем это абсолютно не изменилось. Мэтт продолжал относиться с опаской, но также со временем стал контактировать всё более дружелюбно, как-бы принимая в свою стаю. А что же до Эндрю и Рене? Самые первые люди, которые втянули его на этот путь. Эндрю первое время устаканивал абсолютно все недобрые намерения в команде и заглаживал острые углы, как мог, однако и не редко бросал Рико самого со всем этим разбираться из-за чего неоднократно получал по шапке. Рене с самого начала относилась к нему по доброму, как и ко всем в команде, но в какой-то момент он начал подмечать, что что-то слишком уж часто они начали натыкаться друг на друга. Это было странно. Странно было и то, что она дружила с самим Эндрю. И если бы не отношения Нила и Эндрю, которые они ничуть не скрывали, то Рико наверняка бы подумал, что какая-то химия между Рене и Эндрю всё-таки спрятана. В какие-то моменты Рене оставалась с ним наедине и время от времени они могли душевно поговорить, что сначала было непривычно, но потом как-то они привыкли уединяться. Эндрю смотрел на это с закрытыми глазами, так что вообще непонятно, как он к этому относится.       Вот в таком составе и состоянии они вышли на поле. На поле, где посредине матча, при обычном столкновении клюшкой с противником, Рико почувствовал, как этот удар прошёлся по самым костям и не зря у него были такие ощущения: перелом. Приостановив игру, Рико забрали в больницу. Эбби поехала вместе с ним. Однако, несмотря на его глубокое молчание, она что-то подозревала и о чем-то тревожилась, что касалось этого перелома, которого и быть не могло при обычном положении дел. И только сам Рико вел себя абсолютно спокойно, но на нём читалось и полное разочарование. В конце концов боль пересилила и он отключился, а очнулся в больничной койке.       И только в больнице всё прояснилось. Только в больнице Эбби стояла почти не отводя от него глаз. Стояла и сжимала кулаки.       Они разговаривали вроде и не то чтобы долго, но этот разговор, по ощущениям, длился достаточно долго, чтоб Рико рассказал всё ей и вынудил поверить в то, что Лисы выиграют.       — Лисы... Я впервые узнал, что такое настоящий дом и что такое иметь семью. Скажите им, что пусть они и те ещё придурки, но скажите им... Спасибо и простите, — с каждым словом голос Рико становился тише и всё более хриплым, а на самых последних двух он закрыл глаза и улыбнулся.       До самых похорон.