Имя

      — Кевин, сходи на хуй.       Рико открыл глаза. Нехотя. Ровно через секунду после того, как отключился. Обманчивое ощущение "секунды" рассыпалось, как и листья за окном. Светло. Ветер терпеливо, метлой, прогонял их с одной части дороги в другую. На голубые барашки цветов в клумбах спускались солнечные лучи. Лай собак отгонял застывшую тишину.       В Гнезде было бы темно. Просто темно. Закрываешь глаза или открываешь — всё одинаково.       Чистая одежда и постель обволакивали свежестью, не темнота. Рико чувствовал себя завёрнутым в пыль и грязь, как обычно, но что-то отличалось от прежнего. Как минимум: бубнёж над головой, что вынудил оторваться от излишне привлекающего окна.       Кевин, которого недавно послали на три весёлые буквы, сидел в полуобороте на тумбочке совсем рядом с кроватью. Видимо, поэтому с высоты своего птичьего полёта не заметил, что Рико очнулся.       Но что они вообще здесь забыли?       Они — это Эндрю и Нил.       Стояли напротив койки, подпирая стену. Просыпаться в больничной койке уже становилось настолько привычно, что Рико обратил на это внимание только сейчас. А вид за окном в этот раз интересовал больше, чем яркий потолок.       — Не я это начал. Я думал, вы всё обсудили, — с упрёком и не глядя, Кевин указал пальцем вниз на Рико. Склонил голову немного вниз и убрал волосы за уши. Продолжая говорить, поднял подбородок повыше. — Никто не умер, все мы безумно рады.       — Это погоди ещё, — отстранённо вмешался Эндрю. Смерть же только оставила его в покое. Рико понадеялся, что он не собирается его сейчас публично добить из-за того, что Кевин снова пострадал. Хотя, честно, выглядел сейчас не хуже новенькой клюшки.       Качественные клюшки из арсенала Воронов призрачным ощущением попали в руки. Иногда им перепадали ещё не вышедшие в свет товары. Дядя всегда брал один экземпляр, считая, что в выигрыше всегда должен быть только один человек. От этого счастливого воспоминания Рико поморщился и подтянул к своему лицу тонкое одеяло.       Медсестра, что зашла внутрь, кажется, минут пять назад, обратилась к присутствующим. Ей не понравилось, что пациенту не дают отдыхать, внимание: «Какие-то подозрительные друзья». Рико полностью поддерживал её мнение, но он слишком хорошо молчал, чтоб прерывать этот медитативный процесс. У неё на долгие разбирательства времени тоже не оказалось. Так что по итогу, она демонстративно положила комплект постельного белья на подоконник и вышла с громким стуком двери.       — Меньше знает, крепче спит, — пожал плечами Нил почти весело. Натянул довольную улыбку и вяло помахал, переведя взгляд ровно на него. — Кстати, доброе утро.       Вид измученного Рико приносил ему одно удовольствие. Эндрю никак не отреагировал на замечание. Заметил, возможно, самым первым. "Возможно", потому что сложно сказать, кто из: один лучший вратарь, второй сын Мясника. Правило "первого места" перечеркнулось одним вопросом: «Одновременно?».       Кевин нахмуренно повернулся в замедленном действии, словно в фильме ужасов оборачивался лицом к призраку, что уже долго был за его спиной. Единственный не в курсе. У него на лице читались вопросы: «Когда?» и «Как давно?».       Рико отзеркалил его выражение лица. Отвернулся одним рывком, как будто в жесте обиды. На секунду засмотрелся в окно. Но не завис и не потерялся. Вытянув руку из под одеяла, он показал средний палец. Кевину. Но адресовать мог и Эндрю, и Нилу, и всем Лисам.       Сколько уже прошло? Полтары недели? Две? Месяц? Рико до сих пор ужасно путался из-за непривычного графика сна и активности. Дни превратились в болезненные скачки пульса. Выжимать из себя приходилось больше, чем в Воронах. А они до сих пор не могли определиться.       — Эй, бумажный тигр, — обратился Эндрю и кинул что-то в Рико. Он рефлекторно попытался увернуться, но сквозь боль смог приподнять только подбородок, а это "что-то" мягко приземлилось на кровать.       На белоснежной ткани заблестела обёртка. Круглая и шоколадная конфета — узнал Рико. Именно её он скормил Кевину там под обвалом. Так вот кто её подкинул.       Скупые воспоминания спустились в пальцы: отсутствие воздуха, кровь и давящее прошлое. Вряд-ли стоит считать что-то из того чем-то большим, чем галлюцинации. Но одно единственное с теплом проигралось в голове: «Братья». «Какого же мнения ты будешь сегодня, Кевин?».       — Сомневаешься только ты, Кевин. Ты же в курсе, кто на что поставил? — зевнул Эндрю, засовывая руку в карман.       — Это не шутки, — отчеканил Кевин. Между его слов прозвучал хилый голос Рико с единственным вопросом: «Что?». — Хватит менять тему.       — Что...       Внимание перещёлкнуло. Кевин нервно выдохнул и стянул одежду на коленях кулаками.       — Эти идиоты, — подчеркнул он высоким тоном, — сделали ставки на то, перед кем первым ты начнёшь извиняться.       — Что? — недоуменно выгнул он бровь и более искаженно повторил: — Извиняться?       Кевин хотел сказать что-то ещё, но Нил перебил его.       — Инопланетное слово, — подлил масла, раздвигая руки, как рисуют радугу. Едва сдерживал надменный смех. — Родители не научили, видимо.       — Ты..       Эндрю хлопнул в ладоши, не позволяя Рико даже начать. Не громко, но достаточно для того, чтоб сменить тему в желаемую сторону.       — Ты скоро поставишь все рекорды по количеству споров касательно одного человека, — он озадаченно потёр затылок. — Большая часть считает, что ты и извинения несовместимы, но этот вариант ответа мы запретили, поэтому голоса разделились поровну между Кевином и Элисон. Они не определились, — Эндрю притулил ладонь к лицу и покивал головой так, будто с характерным «ой-ёй-ёй» отчитывал ребёнка. — Всё с трудом.       «Это же Лисы», — напомнил себе Рико, пока не начал думать слишком много про их споры, препинания и время на это. В жизни ничего глупее не видел и не слышал. Но всё-таки если искать в этом смысл...       Тея. В заброшенном корпусе она извинилась перед Кевином. Должен ли он был поступить так же? Нет. Рико так не считал. В добродетели не заделывался с самого рождения и до сегодняшних двух часов дня. Лучше не пытаться искать логику.       Язык провел по сухим губам и с них тут же сорвался неудержанный вопрос:       — А ты?       — Легко.       — Кого выбрал?       — Ой, прости, — вскинул Эндрю пойманные с поличным руки, — эта информация конфиденциальна.       Удивительно, но повисла тишина. Никто не пытался никого убить, никто не пытался задеть друг друга за живое и никто не пытался никуда убежать — вообще поразительно! Может, это сон?       Адреналин пробуждения спал и Рико, можно сказать, успел расслабиться. Но для него это всегда была непозволительная привелегия, поэтому он первым нарушил мировой покой:       — Почему вы здесь?       — Кевин... — Кевин перебил Эндрю коротким: «Замолчи», — но его это, похоже, завело. Он слегка наклонил голову вправо, будто к Кевину. — Приклеился к тебе с тех пор, как сам едва очухался.       Рико кратко посмотрел на Кевина. Кажется, ещё пару фраз и лежать по койкам будут все трое. А Кевин и без того должен был лежать. Что он, действительно, делал здесь всё это время?       — Хватит, — твёрдо сказал Рико. — Я понял.       Наклонив голову влево, к Нилу, Эндрю безэмоционально заключил:       — Бесит.       Точно. Рико сейчас бесило всё, включая то, что на часах время стрелки уверенно двигалось к трём часам. Трём часам?       Нил что-то показал Эндрю в телефоне и они занялись молчаливым обговариванием. Кевин так и сидел весь в себе, облокотившись на руку, даже не пытался просмотреть на кого-то, предпочитая дверь. Рико не мог долго смотреть на них всех, особенно на Кевина, поэтому вернулся к окну. Время суток беспокоило.       — Мой адвокат... — вдруг вспомнилось.       — На месте, — бодро ответил знакомый взрослый голос. В эту же секунду в дверном проёме показался тренер Ваймак. Кевин его высматривал?       Он вошёл официально: в белой рубашке, тёмных штанах и специально уложенных назад волосах. В одной руке нёс кофе, а во второй протянул небольшую стопку документов. Рико потянулся за ними, но, повернувшись, Кевин резко перехватил бумаги и поделил их поровну. Половину отдал.       Они синхронно начали просматривать содержимое. Привычка? Да. Ни Рико, ни Кевин и бровью не повели при этом действии. Тренер торопливо глотнул кофе.       — Если не вдаваться в подробности, то всё в силе. Давно, считаю, пора бы обновить состав КРЭ. Морияма.. Тэцудзи довёл всё до заседания в суде в срочном порядке. Нам сегодня нужно быть там. — Он прервался, чтоб включить часы. Рико видел в моменте молчания: тыкнул один раз по экрану, сильнее второй и на третий произошло о чудо, он загорелся, позволяя продолжить говорить. — Через полтара часа. Суд будет проходить через вопросы: «Должны ли мы убрать Тэцудзи с места тренера не только временно?», «Кто займёт его место и займётся Воронами?» и «Твои права Рико: на это место, на неприкосновенность к тебе и свобода выбора».       — Времени мало, — спокойно утвердил Рико, доставая самую нижнюю бумагу. От удивления он остановился пальцем и прочёл вслух: — Контракт с Лисами?       — Суд всё равно будет считать тебя небезопасным, поскольку ты долго был под его опекой и к тому завелись слухи — мера предосторожности. В общем: либо заберёт он, либо заберу я. Считаю, ставка будет одноголосной.       Последнее прозвучало двусмысленно.       — Да, тренер, — отозвался Эндрю.       С опозданием и в разнобой его слова тихо повторили Нил и Кевин.       — Да что вы как на казнь? — внезапно громким тоном обратил на себя внимание Ваймак. — Веселее! Мы один раз уже поставили Воронов на место, сможем и во второй раз.       Исправленная версия прозвучала уже в один голос. Очень тепло и бодро отозвались все трое.       — Да, тренер!       Он удовлетворённо кивнул, делая ещё один глоток. У Рико от этого остались двоякие ощущения. Вроде, не на его стороне. А вроде, всё равно помогают. Странные же они.       — По части уговоров про перевод игрока из чужой команды я скоро мастаком буду. КРЭ скоро снова будет засыпано гневными письмами. Новый сезон скоро начнётся с всеобщей ненависти, — чтобы говорить подобное с искренней улыбкой надо либо быть сумашедшим, либо быть Ваймаком, для которого слово "ненависть" уже, похоже, являлось исключительным комплиментом. Рико не знал, что из этого хуже. Не знал оказаться в чьих руках хуже. Безумие. С кем он только связался?       — Мне нужно подписать? — спросил он.       — Да, — ответил Эндрю, а Ваймак кинул ручку, которую Рико успешно уронил. ⠀Кевин спустился с тумбочки, поднял и протянул её.       Рико схватил с острого конца, пачкая пальцы чернилами. Кевин не отпускал. Он молча посмотрел Рико в глаза, а тот в ответ. Это контракт. Их личный. Друг с другом. Собой.       Рико подписал под пристальным вниманием на "лисьих бумагах": «Рико Морияма», — и провозглосил:       — Я сменю имя и фамилию.       Он не знал кто дал ему право голоса и почему его снова не бросили в глубокую яму одного без внимания.       Ваймак едва не выплюнул кофе. Нил с раскрытыми глазами молча вытаращился. Кевин уронил какую-то часть бумаг и не смог сесть обратно на тумбочку. Эндрю смотрел со смесью заинтересованности. Рико захотел зажать себе рот рукой. Почему их всех шокировало это, а не то, что они берут в команду.. Рико?       — На какое? — серьёзно спросил Эндрю.       — Не знаю, — растерянно ответил Рико, сжимая ручку, не оторванную от подписи. — Клаус, например.       — Фамилия?       — Санта — улыбнулся Рико.       Он прямо почувствовал облегчение, что прокатилось по комнате после этого завершения.       — Я пошутил. Ха? Не смешно? Не собираюсь я повторять историю одного рыжего. Своего ума хватит.       — Рико, — обратил на себя внимание Ваймак. Он, видно, с трудом собирал мысли, зажав переносицу. Возможно, отговаривал себя от желания порвать контракт и подпись Рико.       Смешок донёсся со стороны Кевина. А сам рыжий, тоесть, Нил — развёл руками и цыкнул.       На самом деле, Рико не против был бы поменять и имя, и фамилию. Сотканные из тьмы, боли и одиночества — они становились ему ни к чему. Но когда-то Кевин был первым, кто сказал, что женское имя — это не плохо. Японские корни — не повод прогибаться под критиков. Тогда Рико стал увереннее поднимать свой подбородок. Давно это было.       — Вам пора, дорогие дамы и господа! — медсестра угрожающе выставила руки на поясе, на полную открыла дверь и проговаривала зацикленное: — На выход, на выход, — пока они уходили, как мантру. Рико был уверен, будь у неё в руках тряпка или швабра, погнала бы их только так.       Очень внимательно она проследила за тем, как вышел тренер Ваймак с коротким: «Я приду через час, отдохни». За ним, о чём-то бурно перешёптываясь, проследовали Эндрю и Нил. Кевин задержался для того, чтоб собрать бумаги и положить их на кровать, и тоже вышел. Прищурившись, медсестра остановилась на нём пальцем.       — Ты должен лежать в другой палате! Кто разрешил тебе...       — Его выписали, — ответил Ваймак.       Медсестра закрыла за ними дверь, продолжая разговор:       — С такими ранами? — удивлённо громко воскликнула она.       Он сильно пострадал? Рико вспомнил, как Кевин далеко не сразу сказал про рану на животе. До сих пор, хоть и помнил смутно, вызывало лёгкую дрожь.       Дальше голоса притихли настолько, что Рико больше не мог ничего разобрать.       Тишина и одиночество встретили его с распростёртыми объятиями. Кажется, он должен был вспомнить о чём-то ещё, но никак не складывалось. От Лисов у него голова болела. Настолько отзывалось в висках, что спустя минут десять, когда в дверь постучались, Рико этого даже не заметил. Гость просто вошёл внутрь, приковывая к себе внимание.       Кудрявые тёмные волосы и розовая среди них прядь. Каролина? Нет. Очень похоже, но девушка была одета в простую белую футболку и серые спортивные штаны. Разве врачи могут в таком виде ходить по больнице? Тем более, она низкая какая-то..       — Попал в передрягу, теперь слишком рано выписываешься, — подходя к кровати, загибала она пальцы, явно сгорая от злости. На руке ещё висела какая-то большая корзинка. — Ты.. Рико Морияма, неисправимый дурак!       Акцент прорезался ещё как, и был он далеко не таким, как от немецкого языка. Как там говорила Тея.. Сестра Каролины? Сестра...       — Ты... — попытался собрать мысль Рико.       — Он ещё не понял, — пожаловалась она будто самим небесам, подняв голову.       Девушка одним рывком сорвала розовую прядь волос. Фальшивая. Она кинула её на бумаги с лёгкой брезгливостью. После этого схватила с тумбочки телефон и требовательно протянула его Рико.       Остались только короткие кудрявые тёмные волосы.       — Позвони Рону.       — Рону? — непонимающе переспросил он.       — Ты его имени не знаешь что-ли? Каслу, блин, Каслу позвони.       Она тяжело вздохнула и поставила на тумбочку корзинку. Она была накрыта какой-то тканью. Под ней что-то.. шевелилось? Как-то неестественно для помещения она двигалась.       Рико, кажется, перестал дышать, скованный нахлынувшими в один момент вопросами. Всё что оставалось: послушно набрать нужный номер. Он так и сделал, но долгие гудки не оторвали его от корзинки и девушки. Она села на стул, который всё это время прятался за тумбочкой, и незаинтересованно уставилась в потолок.       — Ало? Рико? — вдруг раздалось над ухом. Рико как пришёл в себя: тут же удобнее притулил телефон и выдохнул через нос.       — Каролина... Точнее не Каролина, — пытаясь собраться с мыслями, ткань одеяла смялась под рукой.       — Помнишь я тебя спрашивал как ты ладишь с детьми?       — Это твой ребёнок что-ли? — не выдержав, повысил он тон.       — Отчасти, — задумчиво ответил Касл. Дальше его оборвал какой-то шум. Кто бы сомневался, что он, как обычно, находился в эпицентре апокалипсиса.       Рико, выхватив минуту, замолчал, потому что не знал как сформулировать это безумное нечто, что вертелось в голове. Он уже думал об этом, говорил об этом, догадывался и ему даже сегодня приснилось это скомканной кашей, как он внезапно вспомнил сейчас, но звучало это по прежнему.. Слишком. Для его сформированной ранее картинки мира.       Рико немного отодвинул телефон от уха. Хотел спросить насчёт корзинки, но его перебили.       — Назови меня по имени.       Сердце застучало в ушах. Рико зажмурился с единственной мыслью: «Нет», — и всё уляглось в голове. Всё это: тупые вопросы Касла, ночные разговоры в больнице и первая боль Жана Моро.       «Этого ещё не хватало».       Ткань над корзинкой зашевелилась резче. Она приподнялась. Из тёмной дыры оттуда вылезла..       С губ, под громкий стук сердца, сорвалось быстрее осознания:       — Юки!       Мордашка Юки. Рико невольно улыбнулся, но быстро переметнулся на лицо.. девочки.       — Элоди.