Часть 16

Обстрел начался на рассвете и вёлся весь день, один штурм следовал за другим – главное было не дать защитникам замка ни минуты передышки и держать их в постоянном напряжении. И на всё это у нас есть три дня. Сам по себе замок был небольшим, но для пары сотен людей этой крепости не хватит. Им попросту не хватает рук, чтобы следить за всеми направлениями. Несмотря на разбросанные по окрестности островки зелени, здесь нет природного покоя и цветения. Наверное, из-за того, что последний обстрел нанёс огромный ущерб не только внешним укреплениям, но и внутренним, спалив комнаты с зельями и провиантом, что вызвало взрыв, открывший нам дополнительные проходы. Я хмуро смотрел на верхушку башни, чья крыша была разворочена. Зато Вельф явно наслаждался положением, в которое мы загнали семейство Аполлона. - Ты только посмотри! – Вот дали, так дали! И ведь они даже ответить не могут! – не выдержал Вельф, громко засмеявшись. - Да… - я вздохнул. – Сейчас они смогут воевать только разведкой. У них нет выбора, и без еды и воды они не протянут до конца осады. Особенно с учётом того, что все эти дни будет стоять лютая жара. - Ты хочешь сказать, что они начнут организовывать рейды? - Ага. – я сплюнул и посмотрел на ворота. – Смотри. В наступающих сумерках было еле видно, как подъёмные решётчатые врата приподнялись, выпустив несколько теней. Крадучись, они перебежками побежали на юг, придерживаясь стены. В той стороне протекает небольшая речушка, которая, видимо, должна стать для нас естественным препятствием, расположившись вплотную к стене, окружив её со всех сторон. Раздался громкий хлопок и два силуэта подлетели в воздухе, разделившись на несколько частей. Вздрогнув, Вельф чуть не упал на зад с широко раскрытыми глазами. Я лишь усмехнулся, смотря на убегающих выживших. - Неплохо Лили поработала. – я подло хихикнул. - Это… - Она. Я отправил её следом за паствой Аполлона – поля минировать. У неё просто талант к диверсиям. А ты что думал, когда не увидел её в нашей повозке? - Слушай, а почему ты решил действовать именно так? Ты же хотел закончить битву сразу. - Потому что не знал о сроках. – я недовольно посмотрел на кузнеца. – Если нам дали три дня, то почему бы не закошмарить наших соперников? Они прекрасно знают, что выйти за стены равносильно самоубийству. Если Лили сделала как нужно, то единственная чистая дорога только в нашем направлении. - Какой же ты подлый… - Я бы назвал себя хитрым. Хитрость – это инструмент достижения своих целей без каких-либо нарушений правил. Тебя разве не смущает, что на отказ Гестии от игры они попытались принудить её натуральным террором? И что сделала Гильдия, когда Гестия подала жалобу? - Пообещали рассмотреть. – Вельф задумался. - Знаю я это их “рассмотреть”. Поэтому и предпочитаю сообщать обо всё лично, или через верных слуг. Сразу понимают, что не отмахнутся. Жалоба Гестии сейчас печку топит или столик подпирает. Через несколько часов после наступления темноты, я организовал вылазку к стенам замка. Для Гиацинта это было, скорее всего, очевидно, потому что именно ночная пора самое благоприятное время для небольшой вражеской группы. Но мои сокомандники поддержали мою идею, вспоминая наши успехи. Цель была одна: проникнуть во внутренний двор через небольшую пробоину, которая образовалась во время вечернего обстрела. И мы её нашли. Первым прошёл я, а за мной Кхарн. Упавшие при взрывал обломки обеспечили нам хорошее прикрытие. Выглянув из-за обломков, я указал Микото на стену, и девушка послушно подчинилась, быстро преодолев расстояние от нас до ведущей на вершину стены лестницы. Ждали мы недолго, и когда Микото встала в полный рост, я приказал Кхарну начать штурм парадного входа. Раздался громкий хруст сломавшейся древесины за которым последовали громкие крики. В следующий момент Кхарн вылетел на середину двора. Следом выбежали и мечники. Спрыгнув со стены, Микото применила интересное заклинание. Как только её ноги коснулись земли, вокруг неё появилось множество светящихся колец, а меч вонзился прямо перед ней. Разросшееся магическое поле приковало к земле всё оружие, отчего ни один клинок не достиг своей цели. Все авантюристы, попавшие в поле фиолетовой энергии, упали на колени, притягиваемые возросшей силе притяжения. Те, кому повезло оказать за пределами этого поля, начали запускать стрелы и просто кидать своё оружие, но как только предметы оказывались в поле, он притягивался к земле. Блин, Микото даже себя и Кхарна притянула. Двадцать два бойца оказались заперты в этой магической ловушке, ещё около сотни пытаются что-то сделать. Ничто и никто не мог приблизиться к этой чудной девке, а это значило, что заклинание может прервать только сама Микото, решившая, видимо, удерживать заклинание до тех пор, пока сама не ляжет. Мы ринулись к пробоине в стене замка, направляясь к лестнице, которая, со слов Лили, должна вести к мосту. Хоть авантюристы и попадались крайне редко, но им всё же удалось нас запутать, бросая в нас глиняные сосуды, наполненные серой и битумом. В очередной раз сменив направление, мы вновь побежали в обход, и каждый раз, когда мы пробегали мимо выходящих на башню окон, Беллу и Вельфу приходилось падать на пол, продолжая путь ползком, пока я занимался рассеиванием заклинаний и отражением стрел. Вскоре послышались громкие ругательства Дафны, доносившиеся за дальним поворотом. Быстро выскочив наружу, мы оказались на широком мосту, в конце которого расположились авантюристы с щитами, охраняющие дальнейший проход, прикрываемые магами и лучниками. - Лучники, вперёд! Они открыты! Маги, ждите моей команды! – скомандовала Дафна, сжав свою железную зубочистку. Один из лучников, натянув тетиву, прицелился то ли в меня, то ли в Белла. Затем стрела улетела в сторону, когда рука упала ему под ноги. Он оцепенел, глядя на свой обрубок, закричав с небольшой задержкой. - Не нужно так громко орать из-за потери того, что можно заменить практически у любого целителя. – произнёс я спокойно, прежде чем взмахнуть мечом ещё раз, прицелившись в шею того же человека. – А вы чего замерли? Сокомандники позади двинулись вперёд, а я небрежно телепортировался, появившись внутри другого авантюриста, разорвав его изнутри. Ударил ногой ещё одного, и девушка-хоббит закружилась в воздухе, улетев вниз, где послышалось глухое “шмяк”. Посыпавшиеся удары рикошетили о моё тело, пока я продолжал прыгать от одного разумного к другому, перерубая руки и ноги, которые разлетались в воздухе. Я перепрыгнул за спину магу и обхватил его торс, сжав со всей силы. Вывернутый желудок, словно паста из пищевого тюбика, вылез через рот. И всё же маг каким-то образом оставался жив. Девушка катилась в сторону, откуда мы пришли, в отчаянной попытке спастись, демонстрируя белые кости, которые выглядывали из красной массы, бывшие несколько минут назад ногами. Собрав заряд в свободную руку, я выпустил небольшую её часть в направлении Дафны. Электрический разряд быстро превратился в ударную волну, сломавшую кости тем, кто стоял перед стратегом. - При прямом попадании полный заряд способен смять и расплавить доспех из пластали керамита, усиленные вставками из адамантия. – я оглядел маленький участок моста, на котором мы остались единственными выжившими. – Будет разумнее сдаться. - Да… пожалуй… - прошептала Дафна, опустив свой бесполезный кусок железа. - Вот и славно. Когда я подошёл к проходу, башня затряслась, наверху вспыхнуло что-то яркое. Я удивился, когда ещё одна вспышка поглотила всю верхушку, разбросав обломки. Вбежав по лестнице, я попал на площадь, которая когда-то была залом, уничтоженный взрывом. Я бросил взгляд на Вельфа, пытающегося подняться, опираясь на меч, но опухшая нога и левая рука прижали его к полу. - Что… сейчас произошло? – послышался голос Гиацинта. Авантюрист начал подниматься на ноги. Чистый до этого момента плащ на его плечах был разодран и местами обгоревшим, а уложенные волосы растрепались и оказались покрыты грязью и запечённой кровью. Взгляд Гиацинта скользнул от запыхавшегося Белла ко мне. В гневе и замешательстве мужик позвал своих товарищей, но ответа не последовало. - Ты остался один. – произнёс я спокойным голосом, смотря как уверенность в глазах капитана рухнула, сменившись недоверием. Глаза Гиацинта задрожали, когда Белл стремительно сократил расстояние между ними, обрушив град ударов, орудуя двумя кинжалами. Впервые я увидел его в таком, зверином, состоянии. Хоть за Гиацинтом и было преимущество в силе, но Белл был попросту быстрее. Теперь техника боя и движения Гиацинта не имеют никакого значения, не имея возможности достигнуть своей цели. - Да кто ты… Белл ушёл от очередного удара, присел и ударил в челюсть снизу рукоятью кинжала. Глаза Гиацинта закатились, когда голова резко откинулась. Он замер в последнем движении, занеся свой меч над собой. - Блядь, мы вырастили будущего кхорната. Осталось только голову отрезать.

***

Я забрал вино и убедился, что бутылка была правильно запечатана. Пока я ждал информатора, осмотрел площадь, пытаясь определить, кто должен ко мне подойти. Единственными разумными была небольшая кучка людей, столпившихся на другой стороне. Я отошёл в переулок, где вырвал пробку и сделал первый глоток, заметив приближающегося ко мне человека. Под накинутым плащом можно было увидеть светлый оттенок серого цвета его униформы, на которой висит несколько значков или медалей. Он был бледным, костлявым и до ужаса худым. - Вы же Филипп? – спросил он, вздрогнув, когда позади него прошло два эльфа. - Верно. – ответил я. – А вы…? - Хэммонд, клерк… - Адептус Администратум, я уже понял. Шустро же вас перекинули. Сколько же врат вы прошли? - Больше сотни. У меня есть не больше часа. - Тогда не буду спрашивать о вашем самочувствии. Вы должны рассказать мне, что происходит. - Да… Вы уже заметили кое-что. – сказал он тихим голосом, будто боясь, что его могут услышать. – И не вы один. Я нахожусь в средствах связи. Специализируюсь на отчётах в промышленной области. – Хэммонд слегка ткнул мне в грудь. – Я тоже заметил это. - И? - Жрецы культа Механикус обнаружили импульс. Медленный и нерегулярный, и очень слабый, но достаточно сильный, чтобы слегла ослаблять другие сигналы. Вещи, безразличные другим, важны для меня. Потому я отметил это… - он остановился и огляделся. - Отметили что? – не вытерпел я, сделав глоток из бутылки. - Точно! – сказал Хэммонд. – Сначала я решил, что это простая ошибка в документах, который я должен был переслать. - А я и не знал, что на Джередте-7 так много техножрецов. – вмешался я, прочитав присланный Кшен доклад. - Официально их там нет. Просто находятся. Я не должен знать, что они делают. Как бы то не было, сначала я решил, что это простые ошибки, и перебрал все свитки. Но с ними оказалось всё в порядке. Потом я начал видеть сны и слышать звуки. Все видели и слышали одно и то же, но никто не говорил. Каждый думал, что это простое переутомление. - Так что же это? - Не так давно через меня прошёл документ с печатью… инквизиции. – прошептал он, осмотревшись в очередной раз. – Они установили несколько приёмников и произвели триангуляцию импульса. Они быстро определили место и решили, что ошиблись. Поэтому они переместили туда приёмники, триангулировали снова, и на этот раз убедились в верности своих расчётов. - Где это место? - Из кратера. Точно от первого входа в кратер, на глубине двух километров. Вот где вы можете найти свою аномалию. – Хэммонд сглотнул. – Я вам ничего не говорил. - Конечно. – кивнул я. – Более не смею вас задерживать. Хэммонд кивнул и быстро направился обратно к девушке, которая ждала его у какого-то магазина. Я ушёл лишь после того, как в окне мелькнула зелёная вспышка. Допив остатки, я направился в церковь, которая теперь принадлежит только мне и Илассе. Как оказалось, Аполлон согласился выполнить любое требование Гестии, и после поражения богиня его просто раздела и забрала всё, что у него было. На подходе меня развернула Иласса и заявила, что нужно отпраздновать победу вместе с остальными. - Странный у хозяина вкус. – Иласса осмотрела сад. Возле врат стояло множество ящиков, которые перетаскивали в особняк. И нам пришлось помочь. А лично мне – выслушать ворчание Гестии и нотацию, что нельзя быть через чур жестоким и убегать сразу же после победы. - Меня всего-то четыре дня не было. Фыркнув, Гестия подошла к какому-то мужику – вроде бы, тоже божество, чья паства знаменита лишь стройками и плотничеству. Но свою работу они выполнили по высшему разряду. Я быстро прошёл в зал, хотя думал, что это столовая, и плюхнулся на диван. Следом села и Иласса, протянув мне папку на корке которой было написано “ПЛАН «ОСТ»” - Нужна твоя подпись. - Колонизация? И опять от Айши… - я быстро прошёлся по листам и поставил свою подпись. - Там ещё… - Программа расширения на северо-запад. В пустыню собралась? Хорошо, пусть берёт. Всё же того островка нам не хватит.

***

Полки тяжёлой пехоты прибыли на позиции последними и состояли только из Уничтожителей и офицеров со средствами связи. Их подход планировался прямо перед наступлением, а первыми перебросились пехотные и рейдерские дивизии, состоящие исключительно из парий и добровольцев. Размещая у границы небольшие отряды пехоты, парии стремились создать у персидских солдат впечатление смены постов. Все дивизии были укомплектованы по штатам военного времени. На протяжении многих лет они отрабатывали тактики молниеносных атак, отрезая регионы от внешнего мира, исключая возможность передачи сообщений в другие государства и города племенных миров. Верховное командование, передав условные сигналы, подтвердило начало операции “Стрела”. Перед вторжением командиры подразделений построили своих солдат. Подсвечивая себе фонариками, они зачитали обращения немесора Айши Акил. - Само существование нашей расы находится теперь в ваших руках. Война должна преследовать цель помочь гражданам переполненных миров обрести новый дом, и должна вестись с максимальной жестокостью. Все пленённые вами существа должны передаваться криптекам для последующей стерилизации и отправки на шахты и плантации. Истребители и бомбардировщики были уже в воздухе – они летели бомбить крупные персидские города. Внизу, на земле, боевые действия ещё не начались. Офицеры понимали, что если воздушные группы начнут наступления вместе с наземными войсками, то маги успеют начать обстрел. “Косы” шли на северо-запад, освещаемые поднимающимся солнцем. Люди только просыпались и спешили по своим делам. В скором времени бомбардировщики вышли на боевой курс. Через несколько минут индикаторы показали готовность зарядов и множество зелёных лучей и сфер устремились к улицам и домам. Опасения были не напрасны. Атар, бог огня, отправил чапаров во все города, почувствовав страшную слабость. Маги и лучники крепости Керман первыми оказали сопротивление врагу, сбив два истребителя, когда те заходили на первые ударные позиции, снизившись на опасную для них высоту, где были ослеплены и сбиты с курса магическими взрывами и зачарованными стрелами. Приграничные крепости не были разрушены первым ударом, но следующие постоянные одна за одной бомбардировки каждый раз хоронили сотни людей. Рейдеры, ушедшие к северным границам, совершали массовые налёты на торговые караваны и мобилизованные конные армии. Так, на реке Арвенд Руд, произошло единственное крупное сражение, где сошлись восьмидесяти тысячное войско под командованием Артагерса и первая рейдерская группа, численностью пятьдесят тысяч стрелков на гравициклах, под командованием лорда-парии Пеластры Нечестивой. Использую технологическое преимущество и многолетний опыт, рейдеры выстраивались в шеренги в шахматном порядке. Держа стометровое расстояние между строями, парии влетали в конный строй, расстреливая всадников и перерубая копыта лошадям. Пять последних шеренг обошли персидскую армию с фронтов и фланга, окончательно разделив армию. Артагерс пришёл в себя, почувствовав холодный ветер. Он лежал на спине, смотря на темнеющее небо. Он повернулся и обнаружил, что сон был немногим лучше пробуждения. Руки и ноги, покрытые свежими ранами, были скованы, а сам он лежал возле таких же бессознательных тел, отделённых от скинутых в одну кучу трупов. Медленно отделяясь от сна, в голове Артагерса вспыхнуло воспоминание. Он лишь успел дать команду катафрактам, когда парящие сигарообразные конструкции сбили его с седла. Он попытался освободиться, но один из тех странных наездников в чёрных доспехах, сидящий рядом, засмеялся и сказал что-то другому на неизвестном языке. - Отдыхай, пока можешь. – обратился он к Артагерсу, сняв шлем, под которым оказалась девушка-эльф. - Будь моя воля, ты пожалел бы, что не умер. – первая так же сняла шлем. – Я бы заставила тебя попищать. – она склонилась над Артагерсом, приблизив свои заострённые зубы к его лицу. – Не привлекай внимания, а не то я могу забыть о приказе. Чтобы отвлечься, Артагерс внимательно вслушивался в происходящее вокруг. Слышалось множество женских голосов, в речах которых звучали гнев и ненависть. Вдалеке виднелись зелёные вспышки и взрывы в горящем городе, из которого выехало его армия. К своему удивлению, он обнаружил, что понимает небольшую часть сказанного. Очевидным стало и то, что здесь присутствовали другие расы: суккубы, люди, дварфы и зверолюди. Гневные споры касались того, что делать дальше: отправиться на помощь ушедшей группе или остаться с пленниками. - У нас нет времени возиться с ними. – сказала зооморф-кролик. - Это верно. – ответила тёмная эльфийка. – Но почему бы не убить их прямо сейчас? Они помеха для нас, а мы торопимся. Скоро наступит утро, и нам нужно ехать. - Приказ. – третий голос больше напоминал низкое рычание. – Убейте всех, чьи раны будут замедлять передвижение. Остальных следует доставить живыми и как можно быстрее. Приказ пришёл только сейчас. - Вижу. – глаза тёмной эльфийки засветились. - Но я его не получила! – возразила зооморф. – А ведь я в той же должности, что и вы. Мы пришли убивать и очищать территорию. И мои сёстры тоже этого хотят, а потом вернуться домой. - Возвращайтесь. – тёмная эльфийка ехидно улыбнулась. – Если ты не заметила, то леди Пеластра в своё отсутствие назначила именно меня командиром этой группы. И я продолжу выполнять приказ. Артагерс ожидал, что две девушки начнут решать свой вопрос силой, но этого не произошло. Немного покричав, они разошлись в разные стороны. По уставшим вздохам и голосам, он понял, что это уже не в первый раз. Почувствовав сильную слабость, глаза начали закрываться сами. Артагерс лишь успел увидеть, как начали перерезать артерии отобранным людям, бросая тела в большой костёр. В последние дни короткой войны, на улицах персидских городов всё чаще тяжеловооруженным подразделениям приходилось сталкиваться с примитивными ловушками. Старики, женщины и дети пришли на смену исчезнувшим солдатам, застряв в окружённых городах. Заманивая парий и людей в полуразрушенные дома, они подрывали стены, и попавшие в капкан вторженцы погибали под завалами. Подобные происшествия побудили командование одобрить применение химического оружия. Теперь перед тем как зайти в какое-нибудь здание, солдаты должны закидывать в окна гранаты, наполненные былым фосфором, ипритом или хлором. Пролетающие на городами и крепостями штурмовики и бомбардировщики беспрерывно транслировали аудиосообщения, побуждающие выживших сдаться. - Командиры и бойцы персидского царства! Ваше положение безнадёжно! Всё плотнее сжимается кольцо войск Нигилахов вокруг вас. Вам не хватает снабжения и продовольствия, ваш правитель погиб. Многих из вас царская власть до сих пор угнетала и лишала вас всех благ, и теперь она пользуется вами для защиты своего режима. Ваша борьба бесполезна! Разве это допустимо, чтобы ваше начальство из упрямства всё ещё беспощадно гнало вас на неизбежную смерть? Нет – вам дорога ваша жизнь! Сохраните же её для лучшего будущего и для ваших семей. Переходите к нам – вас ждёт хорошее обращение и пропитание, а также скорое возвращение домой. Сброшенные листки служат для вас пропуском для неограниченного числа желающих перейти к нам. И даже без пропуска вы будите приняты и не расстреляны. Те немногие, кто соглашался, выбирались из городов, где их встречали патрульные отряды парий. Попадая за линии боёв, беженцы отправлялись в специально созданные лагеря, откуда людей переправляли в миры-гробницы, где их уже ждали криптеки, занимающиеся медицинскими операциями и распределениями на работы. Каждый обстрел и штурм сменялся мёртвой тишиной, прерываемой гулом пролетающих “Кос” и голосами, доносящихся из динамиков. Города сдавались только после полного разрушения, и париям оставалось только догонять убегающих. Заблокировавшие границы рейдеры переодевались в одежды персидских солдат, отгоняя идущие в города караваны и захватывая всех, кто пытался пересечь невидимую линию. Некогда одна из сильнейших государств планеты прекратила своё существование в тишине.

***

Я смял сорванный с доски объявлений листок и атомизировал его, развеяв пыль. Это было приглашение присоединиться к пастве Гестии, написанное на всеобщем языке. Над приглашением красовались пламя и колокол – эмблема нашей паствы. И день принятия назначен на сегодня. Когда я подошёл к поместью, в глаза бросилась огромная толпа, перед которой Гестия, словно австрийский художник, что-то громко говорила, поддерживаемая согласным гулом толпы. Но все быстро разбежались, когда вышедшая Иласса “случайно” упомянула про долг, который Гестия должна отдать Гефест. Я не знал, плакать мне или смеяться, но всё же склонялся ко второму варианту. Люблю смотреть, как страдают другие. Особенно боги. Мы собрались в гостиной на первом этаже. Комната до сих пор была заполнена раскрытыми ящиками. Мы быстро расчистили себе пространство, где поставили стол и несколько стульев. Я решил поступить так же, как обычно делает Иласса, и вызвал к себе каноптекового паука, на которого и уселся. На вопросительный взгляд богини я ответил плевком в принесённый мне хлипкий табурет, который вот-вот развалиться. - Не хотите ли вы нам поведать об этом контракте? – начала Лили, ткнув листок в лицо Гестии. – Лили требует правды. - Ну… в этом договоре стоит только моя подпись, и он никак не влияет на нашу паству… - Ты это объясни тем, кто сбежал. – хихикнул я, подкурив сигарету. – Но это даже хорошо. - Что?! – все повернули головы. - Проверка на вшивость. – я пожал плечами. – Они просто испугались и убежали, даже слова не сказали. И нахрен они тогда нужны. Такие за лишнюю тысячу бросят нас сразу, как только кто-то куда-то встрянет. Это уже чистая алчность. - Многие вступают в паствы из-за денег. – парировала Гестия. - И только из-за этого ты собрала вокруг себя двух лордов, ниндзя-самурая, кузнеца волшебных мечей и помощника, который кидал авантюристов? Мы же такие непривередливые, и многого не требуем! Весь город знает, что мы на грани бедности. Я когда-то служил в одной группировке – был наёмником, прыгал из одной реальности в другую, пока не оказался здесь. И однажды экономика центрального мира, из которого мы получали выплаты, рухнула: рубли, евро, доллары… всё обнулилось. Сбежало больше миллиона, а это почти вся группировка. Только самые верные и остались. - И что было дальше? – спросил Белл. - Всё нормализовалось, и деньги мы стали получать только в драгоценных металлах. Людей набрали, контракты выполняли… даже с демонами сотрудничали… - Да ладно!? – удивилась Гестия, хлопнув по столу. - Ага… до Кадии. Белл знает, что там произошло. Но мы не истории слушать собрались. Нужно что-то с долгом решать. - Почти всё, что мы получили за победу в битве, было потрачено. У нас практически ничего не осталось. – Лили тяжело вздохнула. - А ещё за подъём уровня Белла и Фила нам повысили ранг, а значит, нам придётся платить больше налогов. – добавила Гестия. – Но это мой долг, и я выплачу его сама! - Главное, чтобы вы не тратили деньги куда попало! Лили больше не может доверять Почтенной Гестии! С этого момента Лили заведует всеми денежными вопросами! Гестия и Лили снова начали препираться, и кончилось всё тем, что мы с Илассой изрядно потратились на ужин. Мы по полной воспользовались кухней. Когда мы закончили, стол ломился от еды. В воцарившемся хаосе, я невольно вспоминал о прошлой жизни. В голову били сохранившиеся воспоминания…

Десантный корабль приземлился под углом. Я перелезал с одного пустого кресла на другое, держась за их спинки, чтобы не упасть. Вокруг слышалось клацанье расстёгивающихся ремней и возгласы людей, вскакивающих на ноги. Я почти добрался до люка, когда понял, что меня опередили. Катачанец как раз пытался выдавить застрявший в раме люк. Сначала послышался скрежет, а затем меня ослепил яркий свет, и я несколько раз моргнул. - Эй! – радостно воскликнул солдат, выбравшись наружу. – Вам стоит на это посмотреть. Я до сих пор не понимаю, почему меня прикрепили к группе катачанцев, с которыми мне пришлось отправиться на Рогару-3 – планету, которая согласно имперской классификации была признана миром смерти, который целиком состоит из смертельных опасностей. И это я говорю не об орках, которые сюда вторглись. Я нахмурился. Выглянув в погнутый люк, я увидел привычное очертание джунглей, но небо сквозь листья и ветви казалось чистым. Я ощутил какую-то неправильность, и мне захотелось выбраться на открытое пространство. Остальной взвод уже столпился позади, поэтому я устремился на сладковатый запах свежего воздуха. Едва я поднял голову, как меня затолкнули обратно в отсек. - Нас атакуют! – закричал Вудс. Мельком я успел увидеть три приближающихся растения. Они чем-то напоминали ловушечников, описанных в справочнике, посвящённому Катачану, только немного больше. Что-то ударило по корпусу корабля, противно зашипев. Мы с Вудсом вместе свалились в отсек. На руке Вудса зашипела капля кислоты. Я быстро вытащил нож и наполовину разрезал рукав, оторвав вторую половину. Но на коже всё равно остался багрово-красный ожог. Пространство над люком наполнялось кислотными брызгами, и пара капель попала внутрь. Солдаты, подгоняемые нашими криками, поспешно отошли. Немного жидкости попало на мой патронаж, и этого хватило, чтобы насквозь прожечь прочную ткань. Сержант Грейс протолкнулся к нам, расталкивая плечами толпу, расчищая пространство для командира взвода. Он приказал нам описать увиденное, и Вудс поведал ему о растениях. - Их три, сэр. – подтвердил я. - Сержант, кто у тебя лучший снайпер? - Рядовой Майерс, сэр. – без колебаний ответил Грейс, повернувшись к лейтенанту Вайнсу, схватив за плечо жилистого темнокожего человека. - Ты знаешь, что делать, Майерс. Стрелок кивнул и поднял лазган. Он подождал пару секунд и отважился выглянуть из люка. Майерс сделал два выстрела и вкатился обратно, упав у моих ног. Я снова посмотрел на люк и увидел, что покрытие пузырится в местах попадания. - Ты чего замер, Фил? – Вудс сжал моё плечо. - Кислота вступила в реакцию с адамантием… Прожигает… - указал я на проплавленный металл. – Никогда не видел такой едкой кислоты. - Становится интересно, - сказал кто-то. – каких же насекомых она должна переваривать? - Я снял первое растение, а второе увернулось. Но я к ним уже присмотрелся. – подал голос Майерс. Лейтенант одобрительно кивнул, и Майерс опять подошёл к люку. Он даже не успел выглянуть, как раздался ещё один плевок. И в этот раз струи били прицельно. Ругаясь, Майерс отскочил назад. Капли попали на нескольких катачанцев, но они быстро обработали поражённые места специальным порошком. - Хитрые твари. Я затаил дыхание, когда Майерс исчез в люке. Прислушавшись, я услышал грохот шагов, четыре выстрела и очередной плевок, пролетевший очень близко от того места, где должен находится Майерс. Мгновением позже в люке появилась довольная рожа стрелка. - Всё чисто. – объявил он. Четыре сержанта тут же завопили, командуя немедленную высадку. Как только я оказался на поверхности нового мира, озираясь по сторонам в поиске своего отделения, то почувствовал странную, возбуждающую дрожь. Я впервые оказался в подобном месте, во враждебной среде. Что бы не приготовил для меня этот мир, вряд ли это будет хуже душной каюты, в которой я провёл последние полгода, с узкой койкой и дюжиной солдат. Хорошо, что гомосеком не стал. Деревья росли настолько плотно, что местами между ними невозможно было пробраться. Листья у них были зубчатыми, некоторые с острыми краями, а с верхних веток свисали лианы, набухавшие пузырями. Вайнс сверился с компасом и получил координаты с войскового транспортника на орбите. Сказали, что мы находимся в десяти километрах от ближайшего имперского лагеря. В пепле я разглядел пару жгучеплюев, но большинство из них были уже мертвы. Поначалу мы продвигались осторожно и без лишней болтовни. Я понимал, какие твари здесь обитают, и ждал нападения с любой стороны. И мне почему-то нравится такое состояние. Послышались трели птиц, и краем глаза я заметил, как они перепорхнули с одной ветки на другую. Древесная ящерица проворно скользнула прочь, когда я чихнул. Она была небольшой, хотя я не был в этом уверен, находясь от неё на приличном расстоянии. Возможно, это был детёныш. Я услышал вой двигателей и, взглянув на небо, заметил только багровый отблеск заходящего солнца. В паре километров от нас поднималось два десантных корабля. Вот только, изначально, на посадку заходило четыре корабля, а не три. Вскоре мы добрались к месту нашей цели. Мы пролетали над этим местом. Я подумал, что дальше перед нами расстелятся настоящие джунгли, но вместо этого мы оказались на краю большого расчищенного участка. Без сомнения, это место было создано в результате длительной работы огнемётов, и всё же растительность по краям уже начинала прорастать. Не сбавляя шага, мы направились к скоплению сборных домов в центре выжженной поляны, которые с трудом угадывались в сумраке. Дойдя до них, мы разбились на отделения и замолчали. Я заметил, что наше шумное прибытие привлекло внимание часовых гвардейцев. А ещё к нам навстречу шёл молодой комиссар. - Взвод В, третья рота Четырнадцатого Катачанского полка прибыл, сэр. - Вы опоздали, лейтенант. – быстро сказал он. – Полагаю, это ваш корабль пролетел у нас над головами, едва не разрушив лагерь, который мы обороняем? Меня зовут Маккензи, и здесь командую я. Пока вы на Рогаре-3, моё слово – это слово самого Императора. Всем ясно? - Да, сэр! – ответили мы, с трудом сдерживая смех, за что были одарены сердитым взглядом комиссара. - Давайте кое-что проясним. – бросил он на меня гневный взгляд. – Мне не нравятся жители миров смерти. По моему опыту, они недисциплинированны, и их высокомерие превосходят способности. К примеру, он… - Маккензи указал на меня. – Покажи мне на что ты способен, солдат. - Да ну нахуй. – махнул я рукой, и всё поле заполнился громким смехом катачанцев. - Ты чего, Фил? – подтолкнул меня Вельф. – Вспомнил что-то смешное? Не поделишься? - Хочешь историю услышать? – стол затих. – Однажды мне въебал комиссар…