Чудо

"... слишком много ненависти, слишком мало любви, ненависти легко научить, а вот любви — трудно, и потом любовь слишком затаскали и обслюнявили, и она пассивна, почему-то так получилось, что любовь всегда пассивна, а ненависть зато всегда активна и потому очень привлекательна, и говорят еще, что ненависть — от природы, а любовь — от ума, от большого ума..."

Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий, "Хищные вещи века"

      После битвы на Камино Сепаратисты, пораженные и глубоко уязвленные, не предпринимали каких-то серьезных действий, и благодаря этому у 501-го наконец-то выдалось пару простых месяцев. В течение них каких-либо крупных кампаний не было, и клоны (а вместе с ними и радостные донельзя долговцы) активно прокрастинировали, то охраняя еще не захваченные никем планеты, но конвоируя гуманитарную помощь, то, мягко выражаясь, употребляя поражающие своим разнообразием алкогольные напитки и познавая мир азартных развлечений. Некоторые, вроде Хардкейса и Джесси, все-таки занялись саморазвитием — то есть, качались до упаду, дабы не ударить в грязь лицом перед Эхо и Файвсом, которые должны были скоро вернуться с тренировок на ЭРКов, куда их отправили за заслуги во время последней битвы. Кикс же развлекался тем, что вылавливал этих двух остолопов во время их высокоинтеллектуальных загулов на нижних уровнях Корусанта. Это, по их словам, была награда за их старания. Медик, впрочем, этому не особо верил, поэтому строго отвешивал обоим верзилам по подзатыльнику и отправлял на домашний арест в медотсек, обитатели которого уже смирились с тем, что он трансформировался в вытрезвитель. Леший занимался тем же, что и они, то есть, ничем, помимо, конечно, бесконечной работы с документами. На пару с Киксом он вылавливал слегка отбившихся от рук и расслабившихся детей, играл в карты с Роком и ругал Асоку с Энакином. Эти двое умудрялись даже в спокойное время находить приключения — кажется, однажды они даже попали в другое измерение на каком-то Мортисе… Впрочем, Тано была так взволнована этим событием, что из её сумбурного рассказа ничего адекватного о «месте Силы» выяснить не удалось, потому что, кажется, им подстерли память. Скайуокер и вовсе ходил какой-то ушибленный.       Несколько клонов, представлявших из себя индивидов, наиболее опасных для общества в своей концентрации, стояли на платформе, внимательно наблюдая за тем, как приземляется небольшой потрепанный шаттл. Как только двери начали открываться, в маленькую компанию влетел хорошо знакомый всем высокий и смуглый парень. Файвс, кажется, почти не изменился: лишь на броне появились новые элементы и солидные наплечники, выделяющие его из толпы. Следом за ним, но дождавшись, пока спусковой трап полностью выдвинется, вышла девушка, слегка улыбаясь и покачивая головой. Эхо, судя по всему, отнеслась к этому серьёзнее, чем её друг — все её тело стало заметно сильнее и несколько объемнее, а волосы из привычного каре преобразовались в более короткую стрижку с суровым и колючим бритым затылком. Преимущество Файвса же раскрылось в его скорости — он был весь жилистый и напряженный, как пружина, готовая развернуться и стрельнуть в любой момент. Парень тут же кинулся в объятия соскучившихся товарищей, смеясь и широко щерясь во весь рот. Эхо присоединятся не планировала, но её, впрочем, никто не спрашивал: уже через пару секунд Хардкейс стиснул ее и даже слегка оторвал от земли. Та вздохнула и благосклонно решила не испытывать на нем навыки, полученные на тренировках. — Мы вернулись! — радостно заявил рекрут с козлиной бородкой. Будто никто не понял. — О, Эхо, тебя тяжелее поднимать, — прокомментировал Хардкейс, опуская девушку обратно на ноги. — Вы вроде как и не изменились, а вроде как… — Тренировки пошли нам на пользу, — все же смягчившись и слегка ухмыльнувшись, ответила она. — Ребят! Наконец-то, мы так скучали! — с улыбкой заявил Катап, приобнимая товарищей по отряду. — Ох, Файвс, я столько шуток заготовил, пока тебя не было. — Катап! Ну наконец-то хоть кто-то, знающий цену гениальному юмору. Я думал, что с ума сойду от занудств Эхо. Девушка просто недовольно покачала головой, хоть все же была рада видеть своих друзей, и переключила внимание на Рекса, то ли скромно, то ли напугано стоявшего в сторонке до этих пор: — Так что мы пропустили, капитан? — Ничего особенно важного. У нас была пара миссий, в глобальном плане только какие-то политические терки — ничего интересного. — Ясно, а полковник где? Или он решил, что мы больше не нуждаемся в постоянном присмотре? — спросила Эхо, оглядываясь по сторонам. — Зря! — воскликнул Файвз, заговорщически болтая с Катапом. — Бросил нас тут… Злодей… Ну, сам виноват, выходит! — Нет, он сказал, что сенатор Амидала попросила сопроводить её на одной планете, но не сказал, на какой, — пожав плечами, объяснил Рекс. Что-то ему подсказывало, что лучше бы полковник был здесь. — Давайте рассказывайте, что там у вас было, интересно же, — прервал размышления Хардкейс, присаживаясь на один из ящиков, стоящих неподалеку, и начал раскачиваться взад-вперед, сгорая от нетерпения. Эхо и Файвс старались сделать свой рассказ интересным, избегая деталей про тренировки, в основном они говорили про забавные случаи и приемы, которым их научили. После одного из таких (включающего в себя совершенно бесшумную стыковку с вражеским шаттлом в режиме невидимки и захват системы управления без непосредственного проникновения внутрь) Хардкейс подпрыгнул и заявил, что такого быть не может, после чего потребовал доказать, сверкая зеньками. — Ну и как мы тебе это должны показывать? Мы на крейсере, где из дроидов только эти дурацкие мыши и R2, — неожиданно резко буркнула девушка, принимая позу «руки-в-боки». — Ну, мы легко можем их найти, — с хитрой ухмылкой ответил пулеметчик, доставая датапад, недавно стащенный им у Рекса. — Тут как раз есть сообщение о том, что сепы захватили один никому не нужный спутник неподалеку, а на миссию никого не направили! Прогулка на пару часов. Что скажете? Нас только поблагодарят же, если мы их выгоним… Файвс и Эхо переглянулись, будто без слов спрашивая мнение друг друга, скептически попялились так несколько секунд и одновременно утвердительно кивнули. — Почему бы и нет? Лешего как раз нет, и никто не спалит, — ухмыльнулся рекрут, с готовностью потягиваясь и хрустя костяшками. — Ты забыл про капитан-… — начала девушка, как вдруг Файвс приложил ладонь к её рту. — Не каркай! Рекс, до этого на пару секунд отошедший узнать положение дел у Кикса, не заставил себя долго ждать, будто знал, что так и будет. Так-то догадаться несложно. — Здесь пахнет заговором. Так что признавайтесь сейчас же, — приказал блондин, злобно зыркая на горстку своих самых непредсказуемых подчиненных. Рекруты переглянулись, явно не собираясь отказываться от своего плана, и подозрительно уставились на капитана. — Почему вы так на меня смотрите? — только успел спросить блондин перед тем, как на него накинулись и скрутили. Довольно профессионально, надо заметить, видимо, тренировали его бойцов хорошо, на его бедную голову. — Не надо! Помогите! — Простите, капитан, это ради общего блага! — хихикнул Хардкейс, пока Джесси тащил такого же вырывающегося Кикса, а Файвс и Катап нападали на в общем невиновного, но строгого Корика, который подобный маневр точно бы не одобрил. Или даже доложил бы на них высшим инстанциям, чего однозначно не хотелось. — Ну что, куда засунем их? — Да пихай в кладовку и черт с ними, — бросил Джесси, с легкость перекидывая Кикса через плечо. — Леший вам еще покажет, когда узнает! — орал медик, пока их троих запихивали в темное небольшое помещение, из развлечений в котором были представлены швабры, половая тряпка и колода карт, забытых здесь Саньком и Васьком. — Это проблема будущих нас, — махнул рукой Файвс, закрывая дверь ключом снаружи и подпирая стулом для надежности.

***

      Леший не то что бы был против идеи заключения мирного договора с сепаратистами. Даже за, если честно — всем, о чем он мог думать в последние расслабленные месяцы, было желание того, чтобы боевые действия сошли на нет и больше никогда не возобновлялись, но делать это втихую от Совета и вообще всех — идея сомнительная. Но Падме же знала, что делает, верно? Да и сенатор, о которой она говорила, была её другом. Асока вообще не воспринимала это все как что-то серьезное и только радовалась новой интересной миссии, разговаривая с сыном сенатора. Михаил вздохнул, отводя взгляд на кусты, потому что больше было особо не на что смотреть. Раксус был совершенно обычной планетой. Мирной, пусть и сепаратистской. Даже и от родной Земли толком не отличишь. Делать, если честно, было нечего, а вот есть хотелось. Воспользовавшись тем, что его услуги (как телохранителя, замаскированного под гражданского) были не нужны, увильнул в город, чтобы на выданные деньги спокойно пообедать. Он не видил в миссии особого риска, да и Асоке вполне доверял. Пока мысли о войне и ее сторонах уходили все дальше и дальше, туда же и неслись ноги Лешего, поэтому когда он поднял голову, то вдруг осознал, что понятия не имеет, где он находится. Улочки, маленькие и тихие, казались бесконечными и одинаковыми, а голонет лагал. Нормальных раций они не взяли. Черт, ну говорила же Падме, чтобы он не уходил далеко, потому что республиканские симки тут не работают! Выругавшись себе под нос, Миша ускорил шаг и помчался вдоль домов. Если сворачивать всегда в одну сторону, то куда-то то точно выйдешь! Направо, направо, еще раз направо и… Леший оказался там же, где он был минуту назад. Бесшумно шлепнув себя рукой по лбу, солдат принялся разбираться в указателях. Благо, планета разговаривала на межгале, и не пришлось разбирать очередной тарабарский. Но это не особо помогло: ориентировался по местности Леший хорошо только в лесу (так он и получил позывной, кстати), а город будто назло построил кто-то, кто когда-то создал «Бэкрумс». Полковник начал задумываться о том, что действительно сходит с ума, когда раз в пятый снова наткнулся на ту же табличку, от которой начинал свои похождения. Плюнув на все, мужчина на «Чики брики пальчик выкинь» выбрал случайную и сторону и напролом пошел туда, никуда не сворачивая. Как выяснилось, зря; он оказался в пригороде, окруженный маленькими и старыми, но красивыми домиками и невысокими заборами. Почти отчаявшись и проклиная самого себя на чем свет стоит, Леший хотел было заорать на всю улицу, но положение спас попавшийся на глаза прилавок с пирожками. «Ну, я хоть поем» — подумал Михаил, копаясь в кармане и доставая несколько монет. Небольшой перекус сейчас точно не помешает. — Добрый день, мне один с мясом и один с фруктами, — вежливо попросил он, выдавливая из себя сомнительную улыбочку. — Добрый, — кивнула пожилая продавщица, смотря прямо ему в глаза. Это была обычная старушка, человек; приняв оплату, она поставила еду разогреваться. — У Вас все в порядке? — Я не местный, — уклончиво ответил Миша, неловко покачиваясь из стороны в сторону. — Заблудился… Не подскажите, где находится дом сенатора Мины Бонтери? Я просто вышел в город и, э-э, оказался тут, а голонет барахлит… — Ох, вот это Вы прогулялись! Это на другой стороне города, — сочувственно пробормотала женщина, протягивая ему пирожки. Леший тут же накинулся на еду, и как только желудок перестал быть пустым, стало гораздо легче. — Слушайте, мой муж скоро едет в центр, может, подкинуть Вас? Там совсем недалеко, и он объяснит, куда потом идти. — Я был бы безумно благодарен! — тут же оживился мужчина, улыбаясь. Где-то на фоне промелькнула мысль, что он принимает помощь от врага, но он видел перед собой обычную старушку. — Тогда подождите минут пять, он скоро подойдет. Действительно, это была просто старушка. Миловидная, безобидная. Такое живое существо, как и он, такой же житель Галактики, сестра по миру, в котором они родились. И почему кто-то мог бы ненавидеть конкретно её? Леший вспомнил, с какой злобой республиканские сенаторы говорят о каждом сепаратисте, и слегка поежился. Он, наверное, не должен был, но почему-то испытал вину перед ней. — Вы военный? — будто прочитав его мысли, вдруг спросила женщина. Она не выглядела как-то агрессивно и не говорила с упреком, будто ей просто было интересно. — Да, но…как Вы догадались? — слегка сконфуженно ответил Леший. Врать об этом не было нужды. Скажет, что он — сепаратист, и все будет в порядке. — Выправка, телосложение. Вам нужно к сенатору, и Вы местность не знаете. Откуда Вы, если не секрет? — улыбнулась она, поглядывая в сторону дома в ожидании супруга. — Я, э-э-э, — Михаил так и замер с недоеденным пирожком. Все сепаратистские планеты с военными базами, как назло, повылетали из головы! Ну что за день такой?.. А с другой стороны… Почему он должен ей врать? В голову вдруг пришла мысль о том, что нельзя просто взять и поделить всех подряд на все стороны, заставляя ссориться и убивать друг друга. У войны свои законы, но кто сказал, что им, именно им, ему и этой незнакомке, нужна война? Не окруженный войсками, техникой и своими людьми, Леший почти забыл про то, какая ноша лежит у него на плечах. За время бесконечного боя он почти перестал чувствовать себя человеком. Он не помнил, когда последний раз говорил с кем-то просто так, ощущая себя не полковником или наставником с огромной ответственностью, а просто личностью, живым существом, имеющим право на отдых или собственное мнение. Он никогда не хотел быть политизированной машиной для убийств, но что, если он уже стал ей?.. Леший уставился на старушку, которая просто продолжала смотреть на него. Он еще обдумает это все потом, а пока…надо вспомнить, как быть человеком. — Республиканец я, — наконец уронил он. — Но мы на мирной миссии, не переживайте!.. Просто…устал. Он ожидал, что женщина, будучи сепаратистом, накинется на него. Скажет, какой он урод, убийца и предатель, но сейчас ему хотелось услышать все это, чтобы найти в нем правду. Даже если она вызовет полицию, он успеет скрыться. Это не опасно, но он даже не знал, зачем рассказал истину. Однако она, промолчав несколько секунд, только улыбнулась. — Понятно, — только и сказала старушка, слегка пожав плечами. — Это хорошо, что на мирной. Войне пора бы кончаться. — Аэ-э, — протянул Миша. — Я тоже так считаю, если честно. Странно говорить это вслух, потому что если бы кто-то в Республике узнал об этом, меня бы быстро выперли. Я не знаю, если честно, почему я до сих пор там. Не могу своих бросить. — Ну и ничего. Может, то, что Вы молчите и остаетесь на службе, на самом деле помогает. Если бы вы уволились, кто знает, кого бы поставили на Ваше место. А Вы…наверное, это не первая Ваша мирная миссия. Так может, оставаясь там и спасая жизни, Вы совершите более правильное дело? Лешему вдруг стало так легко на душе, и он широко улыбнулся. Старушка улыбнулась в ответ. Ему будто стало легче дышать; эта незнакомка, этот случайный человек, по сути — враг, сказал ему то, что не мог сказать никто близкий, никто, кто его знал. Это всегда должна была быть именно она. Он хотел было расплыться в благодарностях, но вдруг понял, что не знает нужных слов. Действительно, как он бы мог объяснить это? Но главным было то, что пусть и ненадолго, она спасла его черствеющее сердце, доказав, что простые, не обремененные войной люди все еще существуют, и стоит сражаться и жертвовать собой хотя бы ради того, чтобы таких было больше. Чтобы вся Галактика не погибла в объятиях смерти и вечного ужаса, чтобы те, кто рождался потом, никогда не знали той боли, которую чувствовал Михаил. Из дома показался пожилой мужчина. Женщина говорила с ним, пока Леший продолжал улыбаться, думая о своем. Вернуться к роте и легиону хотелось не из-за своих обязанностей, а из-за того, что они были ему дороги. Во время войны привязанность опасна, но Михаил готов был рискнуть, чтобы остаться собой. Садясь в машину к мужчине, он снова обернулся на старушку. — Спасибо Вам. — За что? — За то, что сказали правду. Мне действительно это было нужно.

***

      — Ты уверена, что из этого что-то выйдет? — спросил Файвз, смотря в окно и нависая над девушкой, причём в таком положении, что если бы не броня, то выглядело бы это все очень непотребно. Она же вообще не обращала на это особого внимания, хмуро пялясь в бесконечный космос. Хардкейс хихикал. — Я понимаю, что мы обещали им показать этот трюк, но ведь может никто не прилететь и выяснится, что мы зря тратим время. — Замолкни, у меня хорошее предчувствие, — спокойно ответила Эхо, подперев подбородок кулаком. Ждать долго не пришлось: транспортный корабль средних размеров пролетел мимо них. Шаттл, который группа заговорщиков одолжила под недовольное закатывание глаз от Эппо (который, догадываясь, что стало с Рексом, решил не мешать ради безопасности своего шебса), осторожно подлетел к цели. ЭРКи исполняли этот прием в тандеме: пока парень подлетал к сепаратистскому кораблю, девушка вводила команды на приборной панели. Все произошло максимально бесшумно, и вскоре они попали на базу. — Да ладно, это реально сработало?! — восторженно заявили остальные рекруты. — А мы говорили, — ухмыльнулась Эхо. Группа направилась к базе сепов, приземлившись на планете. Все солдаты быстро спустились по трапу и стали уничтожать ничего не подозревавших дроидов. Эхо и Файвс продвигались очень быстро, расстреливая жестянок из бластеров и обезвреживая их разными приёмами из боевых искусств. Остальные были намного осторожнее, прячась за ящиками и всем подобным, кроме Хардкейса, конечно, который, как обычно, пёрся вперед, как танк, не обращая внимания на выстрелы. К сожалению для разгорячившихся спецназовцев, дроиды быстро закончились. Оставшись без дела, рекруты стали осматривать базу, но чего-то особенного здесь не было. — Ну и что теперь делать? Доложить, что мы справились, и свалить? — спросил Джесси, стаскивая ведро с головы. — Ты чего? Если мы сообщим, нам наверняка вставят! — заметила Эхо, на всякий случай копируя данные с центрального компьютера. — Пусть это будет анонимный подарок Республике… — Оо, мы почти как Бэтмен! — проорал Хардкейс. Свой рассказ он сопровождал весьма выразительной жестикуляцией. — Мне один раз полковник комиксы про него принес! Это земной супергерой, который… — Так, все, пора сваливать, — слегка раздраженно прервала его девушка.

***

      — Вы продули, — проконстатировал факты Корик, откладывая карты в сторону. — Это было очевидно! Вы же знаете, что я считаю азартные игры бесполезными! — злился Кикс. По его лицу было заметно, что его это все же задело. — А я просто дурачок, — вздохнул Рекс. Он хотел было лечь, но уперся пятой точкой в какую-то подозрительную палку, назначение который у него не было абсолютно никакого желания выяснять. Это, все-таки, одна из кладовок, захваченных Саньком и Васьком. — Вы должны сказать, с кем встречаетесь. Или кто вам нравится… Кикс, начинай. — Да что за вопросы такие дурацкие? — кипел медик. — Мы как школьницы в туалете! — Замолчи, мы этих школьниц и видели-то только в сериалах. Считай, наверстываем упущенное детство, — Корик фыркнул и уселся поудобнее. — Да и мы в их возрасте, если считать биологически… Давай, не тяни кота за хвост. — Да пошли вы… Ну… Молчать долго не получилось, так как сбежать было некуда. Будучи человеком слова, отвертеться от собственного проигрыша Кикс не смог, поэтому, отведя взгляд, он проскрежетал сквозь зубы. — Джесси. — Да ты же с ним постоянно цапаешься! — рассмеялся Рекс. — Да, ну и что? Он идиот, варвар гормональный и придурок, но… Не знаю, он просто точно меня не бросит, — Кикс нахмурился и поправил очки на носу. — Ты все равно никогда не поймешь, за что именно ты любишь человека. В один момент осознаешь, что перед тобой что-то родное, близкое, хоть и туповатое и настырное. И есть цель, и есть что-то, ради чего можно привязываться и идти вперед. Только не смотрите на меня так, а! Я не… Я не романтик или что-то в этом роде. Это просто факт, потребность. Одному все равно тяжелее. — Мы могли бы и догадаться, — фыркнул капитан, не переставая хихикать. — Скажи, а кто из вас-… — Заткнись! — прервал его медик, сжимая руки в кулаки. — И вообще, хватит ржать, тебе, так-то, тоже сейчас все выкладывать. — Э-э-э, — на этом смелость Рекса закончилась. Как и мозги. Остались только воспоминания о приятной теплой улыбке, опасных зубах под этой самой улыбкой и забавных монтрал-рожек. — Все сложно-о-о… По сути, у меня никого нет! — Давай-давай, признавайся, — хихикнул Корик. Рекс уже чуть было не сдался, как вдруг послышался щелчок открывания двери. Из проема на них смотрел очень удивленный Леший. — О, полковник вернулся! — сразу же подскочил капитан, вздыхая с облегчением. — Все, не время для глупых игр, стоит найти бунтарей. Может, как-нибудь в другой раз… И он пулей вылетел из комнаты, скрываясь за спиной Лешего. — Что я пропустил?.. — после неловкой паузы спросил полковник, слегка напугано оглядываясь по сторонам.

***

      — Ты все же прости за тот погром, что мы устроили, — неловко начал Файвс вместо приветствия, просовывая голову в открывшуюся дверь каюту полковника. Где-то сзади мельтешил силуэт Эхо. — Можно? — Заходи уж, — вздохнул Леший, откладывая отчёт о той самой миссии, который он пытался составить так, чтобы никому из его подчинённых не досталось. После произошедшего, если честно, в голове была каша, и даже на злость не хватало сил. Или ему просто не хотелось злиться, хотя было на что: рекруты самовольно совершили вылазку (хорошо, что хоть успешную), а за это, так-то, могли неплохо прописать. Но сейчас он все еще думал о словах старушки и хотел жить своей настоящей жизнью, воспринимать их, как людей, а не только броню и оружие, дорожить ими. — Выполнили-то вы все успешно, хоть и без приказа, черт с вами…что-то опять стряслось? — Стряслось, — отрезала Эхо, странным движением встряхивая головой и убирая прядь волос за ухо. Файвс немного виновато, но с примесью многих других пока нечитаемых эмоций покосился на подругу, вздохнул и скользнул внутрь. Девушка присела на стул напротив Лешего, а несколько рассеянный ЭРК — прямо на пол рядом. — Не томи и выкладывай, — Миша посмотрел в какие-то стеклянные глаза, затуманенные дымкой тревоги, и перевёл взгляд на Файвса. Что с ними, черт возьми, не так? — Ребята? — После миссии на Камино мы… Сблизились, — неуклюже объяснил солдат, барабаня пальцами по собственной броне. Эхо так и сидела, положив руки на колени. Они напоминали нашкодивших подростков, которые сделали что-то, за что не могут взять ответственность. Стоп, они и есть подростки… Из-за обязанностей, взваленных на их плечи, Леший зачастую забывал, как они юны и неопытны, и из-за этого становилось не по себе. — А ЭРКам на обучении предоставили комнату на двоих… в общем, наверное, это были лучшие пару месяцев в наших жизнях. Никакого риска умереть…только мы двое и изматывающие, но забавные тренировки, много свободного времени, отсутствие лишних глаз. Вот мы и… — Балбес, не будь нюней! — слегка шикнула какая-то раздраженная Эхо, шумно втянула в себя воздух и уронила голову в ладонь. — Мы проебались. По-крупному. Возможно, в прямом смысле. Я беременна. Повисла тишина. Леший сначала замер, смотря на двух бойцов, к идиотизму которых он, как ему казалось, привык за весь этот год, а потом дёрнул глазом и выронил из руки датапад. Тот с грохотом упал на стол, а Файвс дернулся от громкого звука и неловко хихикнул. То ли он ещё не осознал реальность ситуации, то ли ему это нравилось, и Леший даже не знал, что хуже. «Клоны» прекрасно понимали отношение Республики к ним, и, как бы им не вбивали в голову пропаганду, точно знали, что почти ничего не стоят. — Вы… вы же понимаете, что вам не дадут оставить ребёнка? — наконец смог выдавить он, переводя взгляд с одной на другого. — Да, — коротко и слегка агрессивно, будто ощетинившись, отозвалась Эхо. — Когда я узнала, то сначала испугалась и подумала, что избавиться от него будет лучше, но… нет, не хочу. Это мой ребёнок, и я решаю, жить ему или нет. Она говорила жёстко и отрывисто, как настоящий воин, которым и являлась. Леший не был слишком осведомлён о поведении женщин в положении, но стереотипы представляли их гораздо более мягкими… Кажется, из этой парочки яйца крепче были определённо у Эхо. — Ч-черт, что ж мне с вами делать то… Остаться вам нельзя — заставят и правда избавиться. Или ещё что похуже. Вы понимаете, что выход только один — дезертировать? — Предать Республику, сбежать, стать изгоями и трусами, или остаться здесь, потерять всякую надежду и быть убитыми на очередной бессмысленной миссии? Я выбираю первое, — холодно и уверенно сказала Эхо. От её слов и тона по спине Лешего пробежал холодок. — Мы что-то придумаем, — наконец подал голос Файвс. — Конечно, будет не хватать всего этого, Харда, Джесси, наших вылазок, но…ты понимаешь, мы долго думали, что делать. — Я бы поступил так же, — поняв, что сомнения с его стороны им сейчас точно ни к чему, Михаил вздохнул, поднял датапад и что-то вбил в экран. — Через неделю, после Нового Года, новая миссия. После неё мы с долговцами полетим на Землю, вы тихонько с нами. Там…там и останетесь. У меня там квартира есть, пока в ней перекантуетесь. Паспорта и документы знакомый подгонит, работу вам нормальную найдём. Все будет хорошо. А клеймо под подбородком просто тональным кремом замажьте...в том городе, откуда я родом, никто и внимания не обратит. — Мы не…рассчитывали на такую помощь, — Эхо настолько удивилась, что ответила почти шёпотом, во все глаза пялясь на Лешего. — Мы…просто предупредить хотели… — Я и не представляю, что сейчас у вас в головах. Вы молоды, а тут такое…но я считаю, что вы достойны иметь право выбора. Вы достойны сами решать, что делать с ребёнком, и сами жить дальше так, как захотите. Нам будет вас не хватать тоже, но я правда хочу, чтобы вы поняли, что такое жизнь, потому что каждый этого достоин. И мне жаль, что я могу помочь только вам, а не всем здесь… — На это и готовы не все, — пробормотала Эхо. — Большинство считает, что умереть за Республику — честь. Что мы все — одни и те же воины, и созданы для того, чтобы сгореть, как спичка, ярко, но моментально, и красиво погибнуть. Я знаю. Я тоже так думала. На Файвс…показал мне, что жизнь — это не только борьба. И я правда думаю, что хочу попробовать ее полностью. Файвс улыбнулся, глядя на нее снизу вверх, влюбленно, безнадежно. Михаил даже немного завидовал им — он бы все отдал, чтобы почувствовать, как на него кто-то смотрит точно так же. И он знал, что с таким настроем у них все точно будет хорошо. — Я в вас верю, — почему-то тоже улыбаясь, сказал полковник. Это все — их личное дело, но и ему казалось, что он счастлив за них. — Идите собирайтесь, готовьте все. Отметьте этот Новый Год так хорошо, как можете, а потом все образуется. — Спасибо, — Эхо схватила его кулак своей сильной рукой и крепко благодарно сжала, глядя прямо ему в глаза. — Я не знаю, что и сказать. — А я знаю! — вскакивая на ноги, почти выкрикнул Файвс, счастливый и искрящийся донельзя. — Спасибо еще раз! Спасибо-спасибо-спасибо, полковник! Ты самый лучший! — Ладно тебе, все! — рассмеялся Леший, выпуская их из каюты и наблюдая за тем, как они уходят. — Удачи. — Мы назовем ее или его Алекс, потому что это крутое имя! — донеслось по коридору.