Глава 2: Скала

Анон удивлённо заморгал: — Подождите, что? — Она сдаётся! Пришла с белым флагом, и сейчас её конвоируют в подземелье, — объяснила гвардеец. — Где остальная часть твоего отряда? Почему отправили рядового, а не передали сообщение по цепочке командования? — подозрительно спросила Луна, приподняв бровь. — Все боялись выпускать её из виду. Они просто надели на неё кольцо, блокирующее магию, и велели мне немедленно вас оповестить, — торопливо ответила гвардеец. Селестия сузила глаза, внимательно изучая пони. Несколько секунд она молча раздумывала, затем повернулась к Валорант: — Капитан, пусть стражники проведут проверку. Я хочу быть уверена. Валорант молча кивнула нескольким единорогам из королевской стражи. Те быстро шагнули вперёд, держа копья наготове, затем их рога засветились, и волна магической энергии прошлась по кобыле, полностью сканируя её. Через несколько секунд заклинание развеялось, и единороги утвердительно кивнули капитану. — Она чиста, принцесса. Это не чейнджлинг, — доложила Валорант. Селестия прикусила щёку, а Луна нахмурилась. — Значит… Кризалис и правда сдаётся, и её уже ведут в подземелье? — спросила Твайлайт. — Похоже, что так, — задумчиво ответила Селестия. — А-а мы уверены, что белый флаг для чейнджлингов означает то же самое, что и для нас? Ну… Может, для них он значит что-то другое? — неуверенно предположил Анон, нервно глядя на остальных. — Насколько мне известно… Все народы понимают, что белый флаг — это знак капитуляции. Даже если чейнджлинги не обладают полноценным государством, они прекрасно знакомы с нашими законами и традициями. Она точно знает, что делает, — рассудительно заметила Рейвен, а в её взгляде промелькнуло расчётливое выражение. — Именно. Тут явно что-то нечисто… — нахмурилась Луна. — Капитан, передайте приказ остальным стражникам. Нужно прочесать весь город сверху донизу. Это может быть очередное вторжение! Валорант быстро отдала честь, а затем молнией выскочила из тронного зала, оставляя за собой напряжённую атмосферу. — Что… Что нам делать? Это же ловушка, да? — обеспокоенно спросила Твайлайт, ища ответа у своей бывшей наставницы. — Пока… Думаю, Луна и я должны встретиться с ней лично, — начала Селестия, но тут Анон буквально выпрыгнул с трона. — Что?! Ни за что! Даже не просто «нет», а категорически нет! — воскликнул он. — Анон… — попыталась вставить слово Селестия, но того уже было не остановить. — Я ни за что не позволю вам пойти к ней! Тем более, когда вы обе на девятом месяце беременности! — почти закричал он. — Нони, тише, прошу, — Луна ласково обняла его. — Дорогой, я знаю, что ты беспокоишься, но поверь: Луна и я достаточно сильны, чтобы позаботиться о себе. К тому же, у нас целая королевская стража, — добавила Селестия, присоединяясь к объятию. — Да? Только в прошлый раз она вынесла стражу, потому что была накачана любовной магией! Кто знает, что она задумала на этот раз?! — не унимался Анон. — Анон, нам нужно с ней встретиться. Это наш долг — защищать наш народ от таких, как Кризалис. Мы не можем просто сидеть и ждать, — твёрдо ответила Луна. — Нет, я… Я не хочу рисковать вами обеими, — упрямо возразил он, переводя взгляд с одной жены на другую. — Дорогой, ты не дал мне закончить. Мы будем не одни. У нас есть ещё одна аликорн, которая более чем способна справиться, верно, Твайлайт? — Селестия повернулась к лавандовой аликорн, которая внимательно слушала весь разговор. — Ч-что? О! Да, конечно! — спохватилась Твайлайт, расправляя крылья. — Я не позволю ей навредить ни одной из вас, обещаю! Селестия улыбнулась тёплой, материнской улыбкой, а затем снова посмотрела на Анона: — Видишь, милый? С нами всё будет в порядке. Я обещаю. Анон прикусил губу, глядя в её тёплые, сиреневые глаза. Он едва заметил, как нежные голубые губы поцеловали его в щёку, прежде чем Луна отстранилась. — Мы наденем на неё ещё одно кольцо подавления магии, как только прибудем. Её нейтрализуют до того, как она сможет даже попытаться что-то сделать, любимый, — мягко заверила Луна, крепко обнимая его. — Эм… Ваши Высочества? — вдруг подала голос гвардеец в центре зала, привлекая всеобщее внимание. — Прошу прощения за то, что перебиваю, но, возможно, в этом даже нет необходимости… — Почему ты так думаешь? — настороженно спросила Селестия. — Н-ну… Она выглядела… Истощённой. Очень истощённой, словно она… Голодала, — нерешительно ответила гвардеец. — Это чейнджлинг. Изменить внешность, чтобы выглядеть слабой и полуголодной, ей не составило бы никакого труда, — возразила Луна. Селестия задумчиво почесала подбородок: — Мы учтём это. Однако, несмотря ни на что, трое из нас всё равно пойдут вместе. Анон уже открыл рот, чтобы возразить, но тут же выдохнул и покачал головой: — Тогда хотя бы дайте мне пойти с вами. Я хочу быть там, чтобы, если что, врезать ей по морде. — Любимый… — начала Селестия, но Анон перебил её вновь. — Даже не начинай. Вы обе беременны на девятом месяце, а я вообще обычный смертный без магии. Либо мы все принимаем дурацкие решения, либо никто. Так что каков ваш выбор? — спросил он, скрестив руки на груди. Луна и Селестия обменялись взглядами, затем вздохнули, а спустя мгновение тихонько рассмеялись. Анон удивлённо приподнял бровь, не понимая, что тут смешного, но прежде чем успел спросить, Селестия вновь заговорила: — Вот за что мы тебя любим, милый. Ты никогда не боишься нам возражать. Хорошо, пусть будет так. Но держись за нами. Мы хоть и беременны, но всё ещё бессмертны, — с улыбкой сказала она. От её тёплого, наполненного любовью голоса Анон чуть покраснел. — Ладно… Но я беру с собой свою сковородку, — заявил Анон. — Она затрясётся от страха, едва тебя увидев, — поддразнил его Джавелин. — Ага, очень смешно. Пошли уже, — Анон фыркнул, но с ухмылкой. До кухни они добрались быстро, и спустя несколько минут группа уже шагала по коридору, ведущему в темницу. За принцем и принцессами следовала ещё дюжина стражников, пока они торопливо продвигались сквозь залы замка к одинокой лестнице, спускавшейся в кристальную пещеру. Спустившись по ступеням, они подошли к деревянному лифту, закреплённому магией на отвесной скале, что нависала над огромной пещерной системой. Анон, Джавелин, Селестия, Луна и Твайлайт шагнули на платформу, в то время как Рейвен осталась наверху с остальными стражниками. — Увидимся, когда вернётесь, — объявила Рейвен, подходя к Джавелину. — До скорого, милая, — ответил он, нежно поцеловав её в мордочку. Рейвен ответила на поцелуй, затем сделала шаг назад и наложила заклинание на лифт. Через мгновение огни на всех четырёх углах платформы сменились с зелёного на красный, и лифт начал медленно опускаться вниз. Пока они плавно спускались, Анон разглядывал огромную пещеру и здание темницы, встроенное прямо в стену. На первый взгляд, тюрьма выглядела обычно — ряды решёток, сторожевые вышки, патрулирующие стражники. Однако всё здание было сделано из чистого кристалла, и его поверхности переливались всеми оттенками зелёного, синего, красного и фиолетового, отражая свет от биолюминесцентных растений, растущих на стенах пещеры. — Ого, ну и безопасность, — присвистнул Анон, осматривая почти две сотни стражниц, что патрулировали периметр. Единороги, пегасы и земные пони неподвижно стояли на постах. Кто-то держал в копытах арбалеты, кто-то управлял баллистами, а кто-то просто бродил по стенам, внимательно высматривая малейшие признаки побега. Как только лифт с гостями приблизился, стражники мгновенно засуетились, готовясь встретить принцесс. Ворота быстро распахнулись, и им навстречу вышли три кобылы. Во главе этой троицы шла тёмно-серая кобыла-фестрал с длинным шрамом, тянувшимся от щеки к подбородку. Её глаза алого цвета сначала устремились на Луну, затем перешли к Селестии. Выражение её мордочки оставалось бесстрастным, но Анон заметил, что один из её клыков был сломан — вероятно, в той же схватке, что оставила ей шрам. Доспехи на ней были такие же, как у ночной гвардии, но её шлем украшало крупное чёрное перо — знак её звания, майора. Как только они приблизились, две белоснежные пегаски, шагавшие по бокам от майора, отдали воинское приветствие. Их зелёные глаза были совершенно идентичны, что, вероятно, говорило о том, что они близнецы. — Принцессы. Принц Анон. Добро пожаловать в Блэкдолфин, — отчеканила майор, прикладывая копыто к шлему. — Свон, пленница уже прибыла? — спросила Луна, отвечая на приветствие. — Да, Ваше Высочество. Она здесь всего несколько минут. Мы поместили её в камеру максимальной безопасности, секция пять, блока «Д». Вела себя спокойно и без сопротивления, но мы приняли все меры предосторожности, чтобы исключить побег, — ровным голосом отчиталась Свон. Луна кивнула: — Отлично. Её держат под постоянным надзором? — Да. Её камеру охраняет новый отряд дневной гвардии. — Сколько их там? — спросил Анон. — Кроме этих двоих и патрулей? Все, — ответила Свон, кивком указывая на двух стражниц позади себя. Селестия и Луна переглянулись и удовлетворённо кивнули. — Что ж, не будем тратить время. Веди нас, майор, — сказала Селестия. — Как прикажете, Ваше Высочество, — ответила Свон, развернулась и направилась к воротам. Группа последовала за ней, и, несмотря на то, что беременные Селестия и Луна двигались несколько медленнее, в скором времени они уже шагали по узким коридорам тюрьмы. Стражники мгновенно вставали по стойке «смирно» и отдавали воинское приветствие им, прежде чем возвратиться к своим обязанностям. Внутреннее устройство темницы напоминало запутанный лабиринт. Стены изгибались под невозможными углами, а двери исчезали сразу после того, как их проходили. — Чёрт, это место с ума меня сведёт, — пробормотал Анон, глядя, как стены будто бы движутся. — Это задумано специально, Ваше Высочество, — пояснила Свон, замедлив шаг, чтобы идти рядом с ним. — Здесь содержатся самые опасные преступники Эквестрии… И не только. Даже если им удастся выбраться из камеры, они не смогут найти выход. Стены меняются каждый раз, когда кто-то проходит. Анон присвистнул: — Жесть… Подожди, что значит «не только»? Тут ещё и иностранные заключённые? Свон кивнула: — Кроме Тартара, это самая охраняемая тюрьма в мире. Наши соседи постоянно просят нас взять под стражу их самых опасных преступников. Анон покачал головой: — И вы умудрились построить это место всего за три месяца после вторжения чейнджлингов? — Три месяца и двенадцать дней, — уточнила Свон, усмехнувшись. — Если у тебя бюджет размером с Гала и куча земнопони, готовых помочь, можно и не такое построить. — Я до сих пор не понимаю, где вы их нашли. Кантерлот же в основном населяют фестралы, единороги и грифоны, — нахмурился Анон. — Мы позвали рабочих из Понивилля и Эпплузы. Я использовала пару старых связей, — вставила Твайлайт. — Подожди, Твайлайт помогала строить эту штуку? А мне не разрешили? — возмутился Анон, глядя на Селестию и Луну. — Нам нужно было как можно скорее завершить тюрьму, Нонни. А тебе надо было учиться быть принцем. Тогда это не было твоей заботой, — мягко ответила Луна, обняв его крылом. Анон закатил глаза, но спорить не стал. К этому моменту они дошли до конца коридора. Свон быстро открыла дверь, и перед ними открылся огромный зал, забитый десятками королевских гвардейцев. Их оружие и магия были направлены на крохотную камеру в центре комнаты. За стальными решётками, на убогом матрасе, с единственным краном для воды рядом, сидела Кризалис. Анон выглянул из-за плеча Селестии, чтобы получше рассмотреть королеву чейнджлингов. Как и описывала взволнованная гвардеец, она выглядела заметно худее и слабее, чем раньше. Даже её ноги, казалось, были усеяны ещё большим количеством дыр. Грива выглядела редкой и ещё более неухоженной, а глаза, несмотря на свой привычный пугающий взгляд, были полны печали. Это было достаточно, чтобы Анон ощутил лёгкую симпатию, пока следовал за своими жёнами в камеру. Группа быстро подошла к королеве, но та даже не обратила на них внимания, пока они не оказались буквально в паре шагов от решётки. — Кризалис, — объявила Селестия, глядя на королеву. Кризалис медленно подняла голову и встретилась с её взглядом. В её глазах на мгновение вспыхнуло упрямство, но так же быстро угасло, сменившись прежним выражением печали. На её морде появилась грустная улыбка, и она снова опустила взгляд. — Я уж начала думать, что ты вообще не придёшь, принцесса. Вижу, ты привела всю семейку, даже жеребят. Привет, Анон. Поздравляю с пополнением. — Кризалис махнула копытом в его сторону. Анон неуверенно помахал в ответ, пока Луна подошла ближе к решётке. — Беременные мы или нет, у нас всё ещё нет никаких проблем, чтобы разобраться с такой, как ты, — холодно заявила Луна, а её взгляд сверкал гневом. — Мы знаем, что ты просто разыгрываешь спектакль. Так что брось этот образ страдалицы и покажи, как ты выглядишь на самом деле, — потребовала Селестия. На что Кризалис тихо хихикнула: — Ох, ну ладно. Её рог на мгновение вспыхнул зелёным светом, но магия тут же угасла. Селестия и Луна с явным раздражением наблюдали за тем, как королева попробовала ещё раз, но результат оказался тем же. Обе принцессы уставились на неё с суровыми взглядами, но Кризалис лишь пожала плечами и устало посмотрела на них. Она выглядела точно так же. — Та-да-а, — сказала она с притворной улыбкой, а затем снова опустилась на свою койку. — Это не игра. Кольцо подавляет мою магию, так что я всё равно не могу ничего сделать. Не знаю, почему вы вообще думаете, что я способна измениться прямо сейчас. — Не верю ни на секунду, что одно кольцо способно сдерживать такую, как ты, — возразила Селестия. — Я могу попытаться сменить облик. Для этого в основном используется любовь, но сам процесс требует магии, а я сейчас её лишена. Поверь, принцесса, я намного слабее, чем в нашу последнюю встречу. Одного кольца более чем достаточно, чтобы лишить меня возможности колдовать. — Кризалис усмехнулась, но в её голосе слышалась горечь. Селестия и Луна переглянулись, в то время как Анон поджал губы и повернулся к Джавелину. — Она ведёт себя совсем не так, как раньше… — пробормотал он, а в его голосе звучало недоумение. — Да… — согласился Джавелин. — Может, это вообще не она? Может, это обычный чейнджлинг, который просто притворяется? — Но зачем бы чейнджлингу это делать? — нахмурилась Твайлайт, взглянув на них. — Понятия не имею, принцесса. Просто кидаю идеи, — ответил Джавелин. — Как нам знать, что она снова не лжёт? — спросила Луна, снова переводя взгляд на королеву. Селестия задумчиво нахмурилась. — Кольцо блокирует магию… Я помню, что даже трансформации чейнджлингов требуют магической энергии… Если она действительно настолько слаба, как кажется… То, возможно, этого и вправду достаточно, — пробормотала она. Кризалис подняла копыто. — Если вы там уже закончили свой мозговой штурм, я могу объяснить всё сама. Спешить мне особо некуда, — сказала она, демонстративно игнорируя разъярённые взгляды стражников. Селестия внимательно посмотрела на неё, затем тяжело вздохнула. — Хорошо, Кризалис. Почему же ты вернулась и сдалась нам? Зная, какая ты высокомерная и самовлюблённая, мне трудно поверить, что ты так просто пришла к нам, чтобы «унижаться», как ты, несомненно, это воспринимаешь, — сказала она с ноткой яда в голосе. Кризалис недовольно сузила глаза. — Ну, если ты помнишь, мой прошлогодний захват… Провалился, — начала она. — С треском, — вставила Луна. Королева чейнджлингов пару секунд сверлила её взглядом, прежде чем продолжить: — Да, с треском провалился… Но что вы не знаете — это почему я всё это затеяла. — Ты про саму атаку или про подмену Каденс? Потому что оба плана были, мягко говоря, хреновыми, — вставил Анон. Кризалис закатила глаза. — Ох, только не начинай про это, — проворчала она. — Притворяться этой выскочкой было самым утомительным, раздражающим и мерзким занятием в моей жизни! Если бы у меня был выбор, я бы снова выбрала этот подвал, чем ещё раз пройти через это! Вся эта слащавая романтика, бесконечные обнимашки и сюсюканья… Бррр! Когда явилась эта ваша фиолетовая принцесса, я уже просто не могла продолжать игру! — она передёрнула плечами, словно её до сих пор тошнило от одного воспоминания. — Грубо, но ладно, — пробормотал Анон. — А хуже всего то, что эта маленькая святоша разрушила всё то страдание и планирование, которое я вложила в это, — продолжила Кризалис, теперь глядя на Твайлайт. — Что, за то, что я указала на то, что ты совершенно не похожа на настоящую Каденс? — фыркнула Твайлайт. — Да. Вторжение вообще не должно было случиться. Это была крайняя мера после того, как ты раскрыла меня, — ответила Кризалис, нахмурившись. — Крайняя мера для чего? — поинтересовалась Селестия. — Чтобы спасти мой народ, — ровным голосом ответила Кризалис. Принцессы Эквестрии, Анон и Джавелин с удивлением переглянулись. Несколько долгих мгновений слова королевы чейнджлингов висели в воздухе, словно густой туман, прежде чем вперёд шагнула Луна. — О чём ты говоришь? — потребовала она. Кризалис тяжело вздохнула: — Вы ведь понимаете, зачем я вообще притворялась принцессой Любвеобильной? Селестия и Луна переглянулись. — Чтобы проникнуть в нашу страну, похитить нас и захватить Эквестрию, воплощая план по эксплуатации населения, освоение природных ресурсов, а также карательные меры и полное высасывание любви жителей оккупированных территорий Эквестрии, пока наш вид полностью не исчезнет, — ровным тоном ответила Луна. Глаза Кризалис расширились, затем она резко покачала головой: — Что? С чего вы это взяли? Ну, ладно, похищение вас — да, но я никогда не хотела, чтобы пони умирали, — возразила она, а в её взгляде мелькнуло беспокойство. — Ты же не всерьёз ожидаешь, что мы тебе поверим? — прищурилась Селестия. — Мой народ питается любовью. Как, по-твоему, мы должны выжить, если величайший источник любви на планете исчезнет? — сухо заметила Кризалис. Анон почесал затылок, пока Твайлайт, Селестия и Луна задумчиво опустили взгляды. Джавелин лишь пожал плечами. Кризалис раздражённо вздохнула: — Раз уж сегодня вы все такие тугодумы, объясню проще. Когда ваша любимая заноза в копыте раскрыла меня, у нас не осталось выбора, кроме как начать полномасштабное вторжение. Либо так, либо конец нашей расе. И даже тогда наша цель была захватить всех пони живыми. Жаль, что вы не разделяли эту точку зрения, — с горечью закончила она. — Во-первых, тебе повезло, что тогда никто не погиб, а во-вторых, даже если вы не собирались убивать пони, это не оправдывает похищение, заточение в коконы и высасывание жизненной силы, пока мы не умрём от истощения! — воскликнула Селестия. — Они не должны были умереть! — внезапно рявкнула Кризалис. — Твои действия говорили об обратном! — огрызнулась Селестия, обнажив зубы в гневе. — Эти коконы вводят пони в глубокий сон. В них содержится всё необходимое питание, чтобы они могли жить десятилетиями. Они находятся в состоянии абсолютного счастья и блаженства. Они даже не осознавали бы, что с ними произошло, — объяснила Кризалис. — Ты всерьёз думаешь, что мы поверим в этот бред? — фыркнула Луна. Кризалис раздражённо зашипела: — Подумайте сами, что логичнее для расы, питающейся исключительно любовью? Держать пони в постоянном страхе и страданиях, где любви не остаётся места? Или погружать их в состояние вечного счастья, в котором любовь будет литься рекой? Её слова заставили всех задуматься. Гнев на лице Селестии постепенно угас, сменившись задумчивостью. Луна кусала губу, глядя в пол. Твайлайт пыталась придумать достойный аргумент, но не находила подходящих слов. Анон и Джавелин обменялись взглядами, но, как и остальные, не нашли, что сказать. — Вам нечего ответить, да? — с усмешкой спросила Кризалис. — Потому что понимаете, что я права. После мучительно долгой тишины Селестия покачала головой, её мордочка вновь обрела уверенность. — Не важно, права ты или нет. Пони заслуживают жить свободно, а не быть источником пищи для твоего народа. И знаешь, попытки выставить нас злодеями за то, что мы защищали свои дома и семьи от вашего вторжения, это жалко. Кризалис устало вздохнула, а её плечи поникли. — Если бы не тот случай восемьсот лет назад, нам бы не пришлось прибегать к таким мерам. Селестия сузила глаза. — Ты знаешь, почему это произошло, и какую роль ты в этом сыграла. Анон переводил взгляд с одной на другую. — Подождите, а что тогда случилось? Но то ли из-за гнева, который Селестия с трудом сдерживала, то ли из-за накалённой атмосферы, его вопрос остался без ответа. — Да, ну… Молодые кобылы совершают ошибки, не так ли? — Кризалис вдруг заговорила с необычной для себя ноткой сожаления. — Ошибки? Ты чуть не развязала войну! А теперь уже и это сделала! — воскликнула Селестия. — Я должна кормить своих детей! — взорвалась Кризалис, а её голос раскатился эхом по огромному залу. На несколько секунд воцарилась тишина. Все взгляды были прикованы к королеве чейнджлингов, на мордах отразилась смесь эмоций. — Они умирают… — Кризалис продолжила, с трудом сдерживая слёзы. Губы Селестии дрогнули, но прежде чем она успела что-то сказать, Кризалис продолжила. — Они умирают, и я не могу найти на этой планете другого места, где было бы достаточно любви, чтобы прокормить их… Ни у минотавров, ни у грифонов, ни у бизонов, и уж тем более не у драконов… — Кризалис всхлипнула, слёзы капали с её щёк на койку, на которой она сидела. Мучительное молчание стало оглушающим. В этот момент королева чейнджлингов выглядела невероятно слабой, почти крошечной. — На данный момент половина моего улья умерла от голода… Остальные в ещё худшем состоянии, чем я… Мы делаем всё, что можем, чтобы спасти личинок, но… Вчера я потеряла целое потомство… Ты знаешь, каково это? — она посмотрела прямо в глаза Селестии и взгляд её был затуманен слезами. — Не просто потерять ребёнка, а чувствовать каждую эмоцию, каждый страх, каждую боль… А потом пустоту. Селестия машинально опустила взгляд на округлившийся живот своей сестры и увидела, что Луна сделала то же самое. Они обменялись тревожными взглядами, а затем снова посмотрели на Кризалис. — Я чувствовала каждую смерть, каждого чейнджлинга, убитого в тот день вашими солдатами… Каждая резала меня, словно ножом по сердцу… Это сделало меня злой, мстительной… И за это я прошу прощения. Но можешь ли ты сейчас, глядя мне в глаза, сказать, что не сделала бы всё возможное, чтобы защитить тех, кого любишь? Особенно своих ещё не рождённых детей? Селестия сглотнула, ком встал у неё в горле. Она просто не знала, что сказать.