Глава 25: Королевские делегации

На следующий день

Торжественные звуки труб разнеслись над сверкающей Кристальной Империей, озарённой лучами утреннего солнца. Пони толпились на улицах, ликуя и радуясь, пока сверху сыпались серпантин и конфетти. — Герцог и герцогиня Мэртонии! — объявил королевский гвардеец, склоняясь в почтительном поклоне. Кристальные пони зааплодировали ещё громче. Герцог и герцогиня вышли к хрустальному шпилю, довольные выражения на их мордочках подчёркивали уверенность в каждом шаге. Герцог был облачён в длинные, пёстрые одежды, полностью скрывавшие его тело за исключением мордочки, тогда как герцогиня предпочла более облегающую тунику, подчёркивающую фигуру. Подходя к группе, где стояли аликорны, королева чейнджлингов и человек, они выглядели безупречно. Анон, стоя рядом с женой, не смог удержаться от комментария: — Что, во имя всего святого, у неё на голове? — прошептал он, едва перекрикивая ликование толпы и музыку. — Традиционный головной убор. Пожалуйста, дорогой… Не пялься. Они не любят, когда на них пялятся, — тихо ответила Селестия, скользнув по нему взглядом. Она задержалась на нём чуть дольше, чем обычно, а потом её рог едва заметно вспыхнул, и галстук Анона оказался аккуратно подправлен. Убедившись, что теперь всё на своих местах, она снова повернулась к герцогу и герцогине. За ними шли пожилые пони — видимо, их родители, — и Селестия улыбнулась, вспомнив былые времена. Когда делегация подошла на почтительное расстояние, с крыши шпиля развернулся огромный флаг, показавшись во всей красе. На балконе сверху стояла Твайлайт, радостно махавшая копытом толпе. Герцог и герцогиня подошли вплотную к аликорнам и с глубоким поклоном склонились перед Селестией, Луной и Каденс. Те в ответ вежливо кивнули. Анон кивнул вместе с ними. — Сколько лун прошло с нашей последней встречи… Как приятно видеть вас взрослыми, — приветливо сказала Селестия с тёплой улыбкой. — И впрямь, принцесса. Моя мать много рассказывала мне о вашей красоте, но всё это ничто по сравнению с реальностью, — ответил герцог, с восхищением глядя на высокого аликорна. Селестия благодарно посмотрела на него, затем перевела взгляд на его пожилых спутников: — Ааринес, вы вырастили замечательного и обаятельного жеребца. — Вы слишком добры, принцесса, — с мягкой улыбкой ответила старшая кобыла, склоняя голову. — Похоже, скоро вы и своих жеребят растить будете, — хмыкнул второй, чуть постарше. Селестия хихикнула: — О да, скоро у нас забот прибавится, — сказала она, скользнув взглядом по своему округлившемуся животу. — Так вот он какой, тот самый принц, о котором столько слышали, — вставила герцогиня, переведя взгляд на Анона. — Он самый, — с гордой улыбкой заявил Анон. Герцогиня рассмеялась, наблюдая, как он, встав по стойке «смирно», упёр руки в бока и выпятил грудь. Луна только закатила глаза и шлёпнула его крылом. В этот момент герцог заметил Кризалис. Несмотря на все её старания не привлекать внимания, его взгляд зацепился за неё. — Так значит, это правда… Королева чейнджлингов, — сказал он, качая головой в лёгком замешательстве. Все взгляды мгновенно устремились на Кризалис, что её, мягко говоря, не обрадовало. Она почувствовала, будто её начали оценивать, как товар, и тут же натянула самую уверенную улыбку, на какую была способна. — Ну не могла же я позволить вам вести переговоры без моего участия, — произнесла она с ноткой иронии, наблюдая, как удивление отражается на морде герцога, услышавшего её голос. — В самом деле. А ведь раньше чейнджлинги считались нашими врагами. Рад видеть, что времена меняются к лучшему, — улыбнулся герцог. Кризалис была готова ко многим реакциям: от отвращения до ярости или недоверия. Но искреннее принятие и доброжелательность? К такому она была не готова. Она просто растерялась, уставившись на него с округлившимися глазами, пока Луна не пришла на помощь. — Почему бы нам всем не пройти внутрь? Нам есть о чём поговорить, — предложила Луна. — Согласна, — кивнула Селестия. — Позвольте нам провести вас. Королевские особы развернулись и повели гостей в замок. Поднявшись по лестнице, Селестия с Луной вместо того, чтобы идти пешком, просто телепортировались на верхнюю площадку. Это, конечно же, вызвало ухмылку у Анона — сёстры терпеливо ждали остальных, стоя в одиночестве. Вскоре их встретила Рейвен и с воодушевлением повела делегацию по сверкающим коридорам к назначенному залу на другой стороне шпиля. Внутри их уже ждал Шайнинг Армор. Он кивнул герцогу и герцогине, пока те окидывали взглядом помещение. Это был роскошный овальный зал с массивным кристальным столом в центре. Витражные окна наполняли комнату светом всех оттенков холодного спектра, переливаясь в солнечных лучах. Как только все разместились, Рейвен кивнула Джаву, стоявшему у двери. Он молча прикрыл её, отрезая помещение от посторонних ушей. — Что ж, раз уж мы переходим к делам, начнём с торговли? — предложила герцогиня. — Прекрасная идея. Давайте начнём, — с улыбкой ответила Селестия. Кризалис попыталась скрыть гримасу, которая всё равно предательски скользнула по её мордочке. Всё происходящее с ужасающей скоростью превращалось в одну из самых скучных деловых встреч, что ей только доводилось переживать.

***

Кризалис, Анон, Селестия, Луна и Каденс вышли из зала переговоров, а герцог и герцогиня Мэртонии последовали за ними. Рейвен быстро собрала бумаги, оставшиеся на столе, и вышла следом за Шайнинг Армором, а за ней — Джав. Никто из этой внушительной процессии не проронил ни слова, пока они шли по коридору, но в воздухе витало лёгкое чувство облегчения и радости. Кризалис ощущала тёплые эмоции, буквально излучаемые каждым пони вокруг. Несмотря на то что сама встреча была до ужаса скучной, она всё же чувствовала лёгкую гордость за свои пусть и скромные, но важные вклады в переговоры. Она обернулась через плечо, чтобы взглянуть на Анона. Тот широко ей улыбнулся и похлопал её по спине. В ответ Кризалис тоже искренне улыбнулась и игриво толкнула его в бедро крупом, вызвав у него сдавленный смешок. Вскоре группа дошла до конца коридора и разошлась в разные стороны. Сказав друг другу тёплые слова благодарности и прощания, герцог с герцогиней и их свита направились к своим покоям. Шайнинг Армор, от которого уже не исходило прежнее напряжение, также быстро удалился к себе, оставив Каденс с остальными. — Ну что ж, это была хорошая встреча, — с улыбкой сказала Каденс, обернувшись к тётям. — Действительно. Я боялась, что изменения в налоговом кодексе покажутся им слишком жёсткими, но они с готовностью согласились на небольшое повышение ради лучших торговых условий, — кивнула Селестия. — И за право провести Эквестрийские Олимпийские игры через три года, — добавил Анон. — Это, без сомнения, принесёт им огромную прибыль, особенно в туристической сфере, — признала Луна. — Я просто рада, что всё прошло без происшествий, — усмехнулась Кризалис, и Анон хмыкнул в ответ. — Да брось, ты зря волнуешься. Ребята ведь просто душки, — отмахнулся он, обняв её за плечи в коротком жесте. — Они были друзьями короны ещё с давних времён. Их род ведёт начало где-то с пятого века с падения Найтмер Мун. Честно говоря, было бы странно, если бы они повели себя иначе. Хотя с налогами всегда сложно, — добавила Рейвен. Селестия кивнула: — Именно. Лучше быть готовыми ко всему, — согласилась она, а потом повернулась ко всем: — Вы все сыграли важную роль в этом успехе. Спасибо вам за помощь. Особенно тебе, Кризалис. Та густо покраснела. — Да я почти ничего не делала. Пару предложений вставила — и всё, — пробормотала она. — Наоборот. Самим фактом своего присутствия ты показала, что действительно перешла на нашу сторону, и это убедило их в том, что Эквестрия стала сильнее как никогда. Это кардинально изменило баланс сил на переговорах и дало нам рычаги, чтобы заключить выгодную сделку. И вообще, ты вела себя просто образцово с тех пор, как вернулась, — сказала Луна с искренним теплом и заботой. Почувствовав, как румянец снова облегает мордочку, Кризалис поспешно замотала головой: — С-спасибо, но, как сказала Селестия, это была командная работа. Надеюсь, в будущем мы сможем достичь ещё большего — вместе? — предложила она, стараясь перевести внимание с себя на общее дело. Уловив её смущение, Селестия просто кивнула с доброй улыбкой: — Несомненно. Думаю, у нас впереди много поводов для радости, Кризалис. А теперь, после утомительных переговоров, может, навестим Твайлайт и на этом закончим день? Все единогласно согласились, и группа двинулась дальше по коридору, следуя за делегацией. Вскоре они подошли к огромным двустворчатым дверям как раз в тот момент, когда Твайлайт разговаривала с герцогом и герцогиней. После нескольких слов и глубокого поклона принцессы дружбы, гости удалились, а фиолетовый аликорн улыбнулась и помахала им вслед. В это же время к ней подошли другие принцессы и Анон. Увидев приближающихся тётушек, Твайлайт сделала несколько шагов вперёд с чуть тревожным выражением: — Есть что-то, чем я ещё могу помочь в их визите? — спросила она. — Прости, Твайлайт, но их визит уже завершён, — ответила Каденс, заметив, как мордочка золовки тут же омрачилась. — Понятно… — тихо произнесла Твайлайт. — Что-то не так? — обеспокоенно спросила Луна. — Просто… Я не совсем понимаю, зачем я вообще здесь. Разве королевский страж не мог сам развернуть знамя? — тихо сказала Твайлайт. — Наше общее присутствие в Империи даёт понять, что их визит был действительно важным, — пояснила Селестия. Каденс подошла к Твайлайт и обняла её за плечо: — И кроме того, у меня появился повод увидеть мою любимую золовку, — добавила она с тёплой улыбкой. — Я тоже рада видеть тебя. Всех вас… — ответила Твайлайт, но голос её стал тише. Почувствовав, что она хочет сказать ещё что-то, остальные переглянулись. Каденс мягко подняла её подбородок копытом: — Но?.. — Но я… — Твайлайт замялась, затем тяжело вздохнула: — Просто… Принцесса Луна поднимает луну. Принцесса Селестия — солнце. Ты охраняешь Кристальную Империю. А я, похоже, только улыбаюсь и машу копытом, — закончила она с ноткой разочарования, опустив взгляд. С этими словами Твайлайт развернулась и направилась к балкону в конце зала. В воздухе вдруг разлились мягкие, мелодичные звуки акустической гитары, и пока остальные пони будто ничего не заметили и просто последовали за Твайлайт, Анон раздражённо застонал, озираясь по сторонам. — Да вы издеваетесь! Опять это музыкальное безумие?! Я один это слышу? — недоумённо бросил он, но тут заметил, что Кризалис по-прежнему стоит рядом. — Кризи, ты это слышишь? Кризалис вопросительно приподняла бровь: — Слышу что? — переспросила она, прежде чем тоже последовать за королевскими сёстрами. Анон устало выдохнул и поплёлся следом за своими жёнами и Кризалис на балкон, где Твайлайт наконец начала петь: Не то что я не благодарна За все что я обрела. За путешествия, что были, За уроки, что поняла. Но не знаю, что сулит судьба Что за роль играю я. И как идти той дорогой, Той которая не видна. — Ты вообще о чём сейчас? — скрестил руки Анон, наблюдая, как Твайлайт приближается к Селестии, Луне и Каденс. И крылья и корона есть Я принцесса — сомнений нет. Но не ясно до сих пор Что же делать нужно мне. Хочу задаться целью, Делать все, что по плечу, Решиться на большое дело, Быть полезной я хочу! — Да ты о чём вообще, Твайлайт? Ты же просто горы свернула, когда была заварушка с чейнджлингами, — возмутился Анон. И как только Селестия подошла к Твайлайт, он закатил глаза и шлёпнул себя по лбу: — Ну всё, теперь и она запоёт. Судьба твоя туманна Это трудно принять порой Но этот туман развеет Каждый новый выбор твой — Поёт она, конечно, шикарно… Только не ты, Луна, прошу… — простонал Анон. Ждать никогда не просто И мне ли тебя не понять Я знаю как хочется тебе Расправить крылья и летать! — Луна, ты вообще как так летаешь? У тебя там жеребёнок внутри! Спина же должна болеть! — выдал Анон, глядя, как к дуэту присоединяется Каденс. Но ты стоишь неспроста здесь Талантлива и сильна! Корона дана, ведь ты одна из нас! Увидев, что сейчас будет финальный припев, Анон тяжело вздохнул, когда все три аликорны окружили Твайлайт. — Ну, понеслась… Ну хоть поют красиво, — пробормотал он. Скоро настанет твой звёздный час, Как солнце восходит — за ним и луна. Как в сердце находит любовь приют, Ты принцесса — и сыграешь свою роль тут. Мы понимаем, ты хочешь большего, Ты хочешь светить, взлететь, сиять… — Как вы вообще там кувырком летаете? У вас же беременность не на первом месяце! — всё не унимался Анон. Время твое скоро придет Словно светила на небосвод Словно любовь ранит сердца мишень Знай, ты принцесса, придет твой день! Когда Селестия нежно обняла Твайлайт, Анон с другой стороны балкона медленно захлопал в ладоши. — Твоё время ещё придёт, — с улыбкой сказала Селестия, глядя на младшего аликорна. — Бис! Браво! — воскликнул Анон с явной иронией, отчего все пони тут же уставились на него. — Бис? Это ещё зачем, Нонни? — удивлённо спросила Луна, склонив голову набок. Анон вздохнул: — Да ладно, забудь. Главное, что Твайлайт развеселилась, — отмахнулся он, а потом повернулся к Джаву: — Дай угадаю, ты опять ничего странного не заметил, да? Лицо Джава тут же стало непонимающим: — Эм… Нет. А что, должен был? Анон устало пробормотал: — Да ничего. Забей. Эти местные приколы меня уже утомили, — и прошёл мимо озадаченного стражника, облокотившись на косяк балконной двери, скрестив руки. — Эээ… А это сейчас что было? — спросил Джав, глядя то на человека, то на Рейвен. Рэйвен лишь пожала плечами. Тем временем три аликорна отошли от Твайлайт, дав ей время подумать и осмыслить своё место в качестве принцессы. Кризалис подошла к ней. Её крылья чуть дрожали под надкрыльями, когда она заняла своё место у перил, опираясь на них передними копытами. Отступившие аликорны остановились у дверей рядом с Аноном и с интересом наблюдали за происходящим. Твайлайт с недоумением посмотрела на Кризалис, но выражение её мордочки быстро сменилось, когда чейнджлинг прочистила горло и взглянула на неё серьёзно. — Не уверена, что вообще имею право давать тебе советы… Особенно учитывая нашу историю. Но раз уж на то пошло — я действительно считаю, что ты уже многое изменила. Если бы не ты, мой улей до сих пор, скорее всего, умирал бы с голоду. Или, на крайний случай, весь процесс переселения в Эквестрию захлебнулся бы в бумажной волоките, и мы бы ещё несколько месяцев сидели в отделе миграции в режиме «ожидания», — сказала Кризалис, и в её голосе впервые за долгое время прозвучала искренность. Твайлайт от неожиданной доброты бывшей злодейки растерялась и не сразу смогла ответить. Прошло несколько секунд, прежде чем она, собравшись, наконец, заговорила: — С-спасибо, Кризалис. Это… Это правда много значит, особенно от тебя. Я… Ты и сама за это время изменилась просто невероятно, — с тёплой улыбкой сказала она. Кризалис кивнула: — Сначала моей целью было просто спасти свой улей… Но теперь я поняла, что ничего плохого нет в том, чтобы по пути завести друзей. Может, мы и не такие уж разные, как мне казалось, — хмыкнула она. Твайлайт вся просияла и тут же обняла Кризалис, прижав её к себе. Несмотря на природное отторжение, чейнджлинг не смогла заставить себя оттолкнуть маленького аликорна — и медленно, нерешительно обняла её в ответ. Селестия, Луна и Каденс едва не завизжали от восторга, но вовремя сдержались, чтобы не отвлекать Твайлайт и Кризалис от их трогательного момента. Твайлайт, отстранившись и вытирая уголком глаза намечавшуюся слезу, снова посмотрела на Кризалис: — Спасибо, Кризалис. Я правда рада, что ты вернулась к нам. Прежде чем Кризалис успела что-то ответить, она почувствовала знакомую магическую ауру вокруг своего рога. Через секунду кольцо подавления магии щёлкнуло и упало с её головы. Поток энергии резко хлынул обратно в её тело, и она удивлённо обернулась к Селестии, не произнеся ни слова — вопрос был и так написан у неё на мордочке. — Думаю, ты более чем доказала, что тебе можно доверять, Кризалис, — мягко улыбнулась Селестия. И Кризалис уже не смогла сдержать сияющую, по-настоящему счастливую улыбку, расплывшуюся на её мордочке.

***

Где-то за сотни километров от Кантерлота

На тёмном ночном небе Мэйнхэттена одинокий пони с мастью бежевого цвета шёл по пустынным улицам. В магическом захвате он нёс бочку с апельсинами. Где-то в переулке с грохотом покатилась жестяная банка, и пони вздрогнул от испуга. Однако, убедившись, что за ним никто не идёт, он с облегчением выдохнул и пошёл дальше — только чтобы в следующую секунду чуть не врезаться носом в фигуру в плаще, возникшую прямо перед ним. В воздухе повисло напряжение. Незнакомец стоял как вкопанный, тяжело дыша. — Простите! — поспешно проговорил пони с нервным смешком. — Вы как будто из воздуха вынырнули… — Друг он… Или враг? — тихо задался вопросом пони. После тягостной паузы фигура заговорила: — Что ж, уверяю тебя: я точно не «друг». Я — Лорд Тирек, — хрипло произнёс он, сжав иссохшийся кулак. Не дав бедняге и секунды на реакцию, Тирек распахнул пасть и начал высасывать голубую магическую энергию прямо из его рога. Глаза пони поблекли, как и краски на его теле. Магия ушла без остатка. Даже кьюти-марка стёрлась с его бока, а сам он рухнул на мостовую, и бочка с апельсинами покатилась рядом. — Я заберу то, что должно было быть моим… Ещё давным-давно, — пробормотал Тирек. Его тело начало быстро расти, а мышцы на нём — наливаться силой, которой прежде не было. Пони с ужасом наблюдал, как Тирек увеличивается вдвое, и мрачный смех разнёсся по пустынной улице. В жёлтых, зловеще светящихся глазах кентавра не было ни капли жалости.

***

Селестия резко проснулась, тяжело дыша, сердце бешено колотилось в груди. Она пыталась взять себя в копыта, справиться с паникой. Рядом, всё ещё обнимая её за бока, проснулся Анон. Он быстро сел, и тревога мигом вытеснила остатки сна. — Селли? Что случилось? — спросил он, осторожно поглаживая её плечо ладонью. Прежде чем Селестия успела ответить, в комнату ворвалась Луна. Двери с грохотом распахнулись, и она бросила сестре встревоженный взгляд. — Сестра! Ты в порядке? — спросила Луна, поспешно заходя внутрь. Селестия потёрла копытом лоб и, расширенными от ужаса глазами, посмотрела на младшую сестру: — Мне только что приснился ужасный сон. — А почему, ты думаешь, я здесь? Ты ведь знаешь не хуже меня — это был не сон. Это было видение, — уверенно произнесла Луна, подойдя к кровати. — Тогда времени у нас почти не осталось. Чем сильнее он становится, тем большая опасность грозит нам всем, — ответила Селестия, вставая с постели и подходя к окну. — Что? Кто? О чём вы вообще? Какое ещё видение? — Анон, следуя за женой, выглядел абсолютно сбитым с толку. Селестия и Луна переглянулись. Затем старшая сестра повернулась к мужу, подошла ближе и нежно обняла его. — Всё не так просто, Нонни. Мы должны рассказать всё Твайлайт, Каденс и Кризалис. Ты не против подождать до того момента? Анон на мгновение встретился с ней взглядом. Серьёзность и беспокойство в её глазах не дали ему ни малейшего повода для спокойствия… Но он выбрал довериться жене — и кивнул. — Спасибо. Нам нужно собрать их всех как можно скорее, — сказала Селестия, обернувшись к Луне. — Уже бегу, — кивнула та и, развернувшись к двери, громко приказала: — Сумрак, Эхо! Немедленно приведите Каденс, Кризалис и Твайлайт в зал для совещаний! Ответом стало лишь шелестящее в темноте хлопанье кожистых крыльев. Спустя двадцать минут все собрались в зале. Хотя Твайлайт и Каденс выглядели сонными, появление Селестии вместе с Луной и Аноном заставило всех встрепенуться. — Селестия, Луна, Анон… Что происходит? — взволнованно спросила Твайлайт. — Лучше присядьте. То, что мы скажем, крайне важно, — серьёзно начала Селестия, отмечая, как тревога на лицах окружающих стремительно нарастает. — Мне уже не нравится, к чему всё идёт, — буркнула Кризалис, нахмурившись. — Если ты переживаешь за себя или свой улей — можешь быть спокойна. Дело не в этом, Кризалис. Это угроза для всех нас. И нам нужно отнестись к ней с полной серьёзностью, — жёстко добавила Луна. Когда все взгляды сосредоточились на Селестии, её рог засветился ярким белым светом. Перед ней возникла книга с коричневой обложкой и изображением золотого единорога. Она положила её на стол, раскрыла и пролистала страницы, пока не нашла нужную, затем подняла взгляд на собравшихся. — Бессмертное существо по имени Тирек сбежало из Тартара. Луна и я увидели видение — древнее заклинание сработало и предупредило нас об этом, — начала она. — Тирек? — переспросила Твайлайт, наклоняя голову. — Он на свободе… — пробормотала Кризалис, глядя в пол. Селестия кивнула: — Да. Чтобы ты понимала, Твайлайт: Тирек и его брат Скорпан прибыли сюда из далёкой земли, намереваясь украсть магию Эквестрии. Но Скорпан со временем понял, что здесь живут по-другому… И даже подружился с молодым единорогом-волшебником. — Он пытался убедить Тирека отказаться от своих планов. Когда тот отказался, Скорпан сообщил нам о его намерениях, — добавила Луна. — Скорпан вернулся на родину, а Тирека мы заточили в Тартар за его преступления. Но, похоже, он нашёл способ сбежать, — закончила Селестия. — Мы считаем, это случилось тогда, когда Цербер покинул свой пост у врат, — подала голос Луна, глядя на книгу. — Но это же было давно. Почему он только сейчас начал красть магию? — удивилась Твайлайт. — После заточения в Тартаре он был очень слаб. Лишь недавно он восстановил силы, чтобы снова использовать свои тёмные способности, — объяснила Селестия, проходя мимо Твайлайт. — И с каждой минутой он становится только сильнее, — добавила Луна. — И я знаю одну принцессу, которая могла бы его остановить, — с улыбкой сказала Каденс, бросив взгляд на свою золовку. Крылья Твайлайт взметнулись вверх, голос её наполнился решимостью: — Да! Я найду его и… — Нет, Твайлайт, — перебила её Селестия. — Боюсь, мне придётся поручить это другому. — Кому? — спросил Анон, нахмурившись. — Дискорду.