Глава 26: Подготовка

На следующий день в Кантерлоте

— Вы, двое, не серьёзно, да? — спросил Анон, скрестив руки и облокотившись на косяк двери их общей спальни. — Вполне серьёзно, Нонни. Лучше всего с этим справится Дискорд, — спокойно ответила Луна, глянув через плечо. — Но… Почему именно он? — не унимался Анон, оттолкнувшись от дверного проёма и подойдя к своим жёнам. — Потому что, к сожалению, он обладает таким уровнем магии, с которым Тирек не справится. И если уж кто-то и должен рисковать, то пусть это будет Дискорд, а не кто-то из нас. Без обид, — пояснила Селестия, как раз в момент, когда закончила писать письмо и отправила его заклинанием. — Ну, я понимаю. Правда. Просто… Вы ему вообще хоть немного доверяете? — Анон прищурился. — Признаю, на этот раз я склонна согласиться с Аноном, — вмешалась Рейвен, подходя к нему. — Дискорд — не тот, кому можно доверить что-то настолько важное. — Это звучит обидно, но мне приятно, — кивнул Анон. — Вы хоть знаете, где он сейчас? В последний раз вы его видели после того, как Твайлайт «перевоспитала» его, — последние слова он озвучил с кавычками в виде двух скрюченных пальцев. — Именно поэтому я и отправила ему письмо, — спокойно ответила Селестия. — Он должен скоро появиться. — Превосходно. Готовьтесь к шоколадному дождю и прочей ерунде, с которой никто не хочет разбираться, — закатил глаза Анон. Селестия вздохнула: — Да, он, конечно, не самый приятный собеседник, но он единственный, кто может сразиться с Тиреком и не пострадать. Я не хочу подвергать Твайлайт или кого-то ещё опасности, если этого можно избежать. Прежде чем Анон успел возразить, раздался стук в дверь. Он обернулся и подозрительно уставился на неё, будто ожидал, что из неё вырвется хаос в чистом виде. — Думаешь, это он? — осторожно спросил он. — Маловероятно. Дискорду обычные двери не нужны. И стучать он точно не станет, — отозвалась Луна. — Входите! — позвала Селестия. Дверь отворилась, и в комнату вошли Каденс, Шайнинг, Джав и Кризалис. Все они по очереди прошли в просторные покои аликорнов и их мужа, затем разошлись по комнате. Между Шайнингом и Кризалис явно ощущалось напряжение — расстояние между ними было почти демонстративным, но ни один из них не стал это обсуждать. — Кристальная гвардия сейчас патрулирует границы Империи. Если Тирек появится на севере — мы узнаем об этом первыми. Первый гвардейский кавалерийский корпус под командованием Вайта уже на подходе, завтра они будут здесь, — деловито доложила Каденс. — После этого я встречусь с Валорант, чтобы согласовать стратегию обороны Кантерлота. Если Дискорд подведёт, нужно быть готовыми, — добавил Шайнинг. Селестия благодарно кивнула: — Спасибо вам обоим. Хотя, я всё-таки считаю, что Дискорд заслуживает небольшого шанса доверия. Да, он вечно устраивает хаос, но с тех пор как Твайлайт и её друзья «перевоспитали» его, он ведёт себя на удивление сдержанно. — Мне просто было бы спокойнее, если бы у нас был способ убедиться, что он сделает то, что мы от него хотим, — пожал плечами Анон. — Разве что Вы знаете заклинание, позволяющее управлять богом хаоса… — вздохнула Рейвен. — Можно отправить с ним кого-то? — предположил Анон. — И кого же ты хочешь отправить нянчиться со мной? — раздался новый голос, будто со всех углов комнаты одновременно. — А вот и он, — вздохнула Луна. С потолка опустился вихрь дыма, подняв в воздух все бумаги и лёгкие предметы. Вспышка света — и в центре комнаты появился Дискорд. Он выглядел, как и всегда: несуразный сшитый из кусочков зверей змей, покрытый шерстью, чешуёй и недоразумением. Его жёлтые глаза с красными зрачками быстро осмотрели комнату и остановились на Аноне. — О, Анон, дружище! Не волнуйся, мне поручили важную миссию, и я выполню её наилучшим образом. Надо же сохранить хорошее отношение моих новых друзей, — протянул Дискорд, резко подскочив и обвив Анона, как анаконда. — О, Боже… Только не говорите, что это то, о чём я думаю, у меня за спиной… — с отвращением пробормотал Анон, пытаясь выбраться из цепких объятий. — Дискорд, отпусти моего мужа. Немедленно, — с холодной твёрдостью сказала Селестия. С досадным вздохом Дискорд щёлкнул пальцами и исчез. Тут же он появился снова — повиснув вверх ногами на люстре с чашкой чая в лапах. Причём чашка была вверх дном, но чай из неё не выливался. При этом он пил не чай, а саму чашку, пока в лапе не осталась коричневая жидкость в форме чашки. Удовлетворённо чмокнув, он выбросил жидкость в окно — и та с оглушительным взрывом ударила о землю. Анон с открытым ртом наблюдал за происходящим, пока его не выдернула из ступора Селестия: — Ты закончил? — Ладно, ладно. Просто хотел разрядить обстановку. Вы тут ведёте себя так, будто Тирек — это конец света, — буркнул Дискорд, щёлкнул пальцами и растёкся по полу лужей, прежде чем вновь принять обычную форму. — Он и будет концом света, если его не остановить. Он уже чуть не уничтожил Эквестрию однажды — и это было до того, как элементы Гармонии исчезли, — вмешалась Кризалис, заставив Дискорда удивлённо взглянуть на Селестию. — А она откуда всё это знает? — прошептал он, не особо стараясь быть тихим. Кризалис закатила глаза: — Серьёзно? Ты думаешь, я ничего не знаю о том, что происходило до моего рождения? И да, напомню: я живу здесь последние пару недель и активно делюсь всей информацией. — Ну, я думал, он немного до тебя… И вообще, удивлён, что тебе так доверяют, — пожал плечами Дискорд. Кризалис ответила только долгим и тяжёлым взглядом. — Вернёмся к делу, — вмешалась Селестия. — Ах да! Остановить Тирека. Конечно, дорогая, я займусь этим. Как подобает настоящему другу, — с преувеличенным поклоном заявил Дискорд. Все в комнате скептически уставились на него. — А что? Почему все так на меня смотрят? — возмутился он. — Да так, ничего, — солгал Анон. Дискорд закатил глаза и щёлкнул пальцами. Рядом с ним появилась дверная ручка, он взялся за неё — и тут же материализовалась дверь, ведущая в яркий белый свет. — Ну что ж, есть ещё пара дел, но как только закончу — отправлюсь к Тиреку. Вернусь через пару дней, — объявил он. — Постарайся решить всё мирно, Дискорд. Нам бы не хотелось новых разрушений, — напомнила Селестия. — Постараюсь не устроить бедлам. Всем чао-какао! — крикнул он и захлопнул за собой дверь. С уходом бога хаоса атмосфера в комнате резко разрядилась. — Ну, я, пожалуй, пойду писать Валорант, — сказал Шайнинг, разворачиваясь к выходу. — Хорошо, увидимся позже, дорогой, — Каденс поцеловала его перед уходом. — Всё прошло даже лучше, чем я ожидала, — призналась Селестия. — А я всё равно считаю, что мы слишком ему доверяем. Его сущность — создавать хаос. Самое хаотичное, что он может сделать — это предать нас, — покачал головой Анон. — После всего, что он тут выкинул, я склонна с ним согласиться, — кивнула Луна. — Думаете, стоит отправить кого-то с ним? Чтобы присмотрел? — спросила Селестия. Луна и Анон синхронно кивнули. — Или хотя бы предупредил нас, если что-то пойдёт не так, — добавил Анон. Селестия вздохнула: — Думаю, наша готовность простить и доверять тем, кто причинил нам зло, говорит о нас многое, не так ли? — и многозначительно взглянула на Кризалис. Кризалис чуть нахмурилась, почувствовав, что речь идёт о ней. Но прежде чем она ответила, Анон покачал головой: — Одно дело — дать шанс кому-то, кто оступился. И совсем другое — доверить судьбу страны богу хаоса, который живёт ради того, чтобы всё портить. Я просто хочу, чтобы кто-то был рядом — на всякий случай. — И кого бы ты хотел отправить? — поинтересовалась Каденс. — Кого-то неприметного. Кого он не заметит. Кто умеет исчезать с радаров… — Анон задумался, почесав подбородок. — Было бы неплохо, если бы этот кто-то умел телепортироваться. Или хотя бы летать — чтоб быстро вернуться… Все взгляды медленно повернулись к Кризалис. Она с нарастающим беспокойством взглянула на Анона, который, наконец, всё понял. — Постой… Кризи! Ты же идеально подходишь! — радостно воскликнул он, обняв её за плечи. — Анон, Кризалис ведь хотела быть со своим ульем. Она только-только вернула магию, — заметила Селестия. Анон нахмурился, а Кризалис вздохнула и опустила глаза: — Да, я хотела провести время с ульем. Но Анон прав. Тирек — угроза даже для Дискорда. А если он вернётся — у моего улья не останется дома. Лучше уж я пойду с ним. — Ты уверена? Тебе не обязательно идти, если не хочешь, — мягко сказала Селестия. — Уверена. И я не думаю об этом как о слежке за Дискордом. Я иду в том числе и для того, чтобы помочь ему. Как это сделал бы любой хороший друг, — с лёгкой усмешкой ответила Кризалис. Анон обнял её: — Вот это по-нашему, Кризи! — Спасибо тебе, Кризалис. Мы очень это ценим, — добавила Луна, прикрыв её крылом. Кризалис смущённо улыбнулась, окружённая теплом человека и аликорна. Когда к ним присоединилась Селестия и прижалась щекой к её шее, Кризалис слегка порозовела (точнее, позеленела) от чувств, а её крылья затрепетали от переизбытка любви. Стоя чуть поодаль от группы, Каденс с нежной улыбкой наблюдала за происходящим. Несмотря на прежние опасения насчёт королевы чейнджлингов, она не могла не почувствовать тепло и радость в груди, глядя, как та ведёт себя с её тётушками и Аноном. — Итак, куда и когда мне отправляться? — спросила Кризалис, разрывая объятие, хотя румянец на щеках всё ещё оставался. — Насколько мы можем судить, сейчас Тирек находится в Мейнхэттене. Мы можем телепортировать тебя туда в любой момент, как только ты будешь готова. Правда, не могу точно сказать, когда прибудет Дискорд — у него свои методы, но, думаю, больше пары часов он не протянет, прежде чем появится, — ответила Селестия. Кризалис кивнула: — Что ж, хорошо. Позвольте мне сперва переговорить с ульем, а потом я воспользуюсь вашим предложением о телепортации. Магия ко мне вернулась, но я предпочитаю быть в полной боевой готовности, на всякий случай. Дальние телепорты никогда не были моей сильной стороной. — Это понятно. Возьми столько времени, сколько тебе нужно, — с улыбкой сказала Луна. — Кстати, ты и правда выглядишь куда сильнее, теперь, когда об этом зашла речь, — заметил Анон. Кризалис взглянула на себя и, к собственному удивлению, обнаружила, что действительно стала заметно крепче. Дыры на ногах почти исчезли, под хитином на бёдрах, боках, груди и холке появилось здоровое утолщение. Вдруг она осознала, что уже несколько дней вовсе не чувствует голода. Эти мысли, вкупе с похвалой, заставили её тепло улыбнуться человеку. — Думаю, за это я должна поблагодарить именно тебя. Если бы не ты, я бы до сих пор была на грани голодной смерти. — Ах, брось, — смутился Анон. — Мы рады, что ты теперь с нами. Серьёзно. Их взгляды встретились, и в тот момент между ними повисла почти осязаемая нежность. Каденс, увидев это, прищурилась. Но ещё больше её удивили не они, а реакция тётушек. Вместо ревности или гнева на мужа за столь откровенный момент с другой, они смотрели на происходящее с неподдельным интересом и даже лёгкой тоской, будто и сами хотели бы к ним присоединиться. Почему они себя сдерживали, Каденс могла только догадываться. Но когда Кризалис и Анон, наконец, отвели взгляды друг от друга, принцесса любви тут же решила: нужно срочно и как можно более вежливо допросить этого человека. — Ладно, пойду переговорю с ульем. Увидимся позже, и вы сможете телепортировать меня в Мейнхэттен, — объявила Кризалис. — Спасибо, Кризалис. Мы не можем выразить словами, насколько это важно для нас, — сказала Селестия с улыбкой. Кризалис с благодарным кивком удалилась, предоставив Каденс идеальную возможность подойти к Анону, пока Селестия и Луна разговаривали с Рейвен. — Анон? — позвала Каденс. — Хм? Да, Каденс? — весело откликнулся он. — Можем поговорить с глазу на глаз? — спросила она. — Только вдвоём. Анон удивлённо посмотрел на неё, но пожал плечами: — Ну, ладно. Сейчас? Каденс кивнула и обратилась к тётушкам: — Я на секундочку одолжу Анона, если вы не против. — У нас сейчас ничего срочного. Конечно, — ответила Луна. С благодарной улыбкой Каденс повела Анона по коридору, и спустя примерно десять минут они вышли на небольшой балкон с видом на сад. Анон уселся на перила, с любопытством глядя на Каденс. — Итак… Что происходит? Ты никогда раньше не выкрадывала меня на личные разговоры, — пошутил он. — Я и не видела раньше, как ты смотришь на Кризалис, — мягко ответила Каденс. Улыбка тут же сползла с лица Анона, и он отвёл взгляд, избегая встречаться с ней глазами. — Прежде чем ты что-то подумаешь — я не собираюсь лезть в твою личную жизнь или упрекать за чувства. Просто… Не могла не заметить. И хотела понять: это я придумала себе или ты и правда к ней что-то чувствуешь? Некоторое время Анон молчал. Он пытался подобрать слова, но быстро понял, что не может соврать — не без того, чтобы это сразу стало очевидным. Даже сам был слегка ошеломлён этим. — По твоему молчанию понимаю, что угадала, — сказала Каденс. Анон тяжело вздохнул и грустно улыбнулся: — Видимо, я слишком читаем. Что тут сказать… Она и правда неплохая. Да, раньше она творила жуткие вещи, но чем больше я её узнаю, тем больше тянет. Всё сложно, короче. Чувства — это вообще отдельная наука, — усмехнулся он. Вопреки ожиданиям, лицо Каденс засияло: — Я так рада это слышать! Анон, это же просто замечательно! — воскликнула она. Анон вздрогнул от неожиданности: — Эм… Ты как-то неожиданно хорошо это восприняла. — А как же мне иначе? Я ведь принцесса Любви! Услышать, что даже Кризалис смогла по-настоящему заслужить чью-то привязанность — это же просто праздник! — с восторгом заявила Каденс. Анон облегчённо выдохнул: — Ладно, звучит логично… Но всё равно, я ведь ничего не могу с этим сделать, — признался он, облокотившись на перила и нахмурившись. — Что? Почему? — удивилась Каденс. — Ну… Мы уже как-то поговорили с ней об этом, — сказал он. Каденс удивлённо подняла брови, а он хмыкнул. — Она чейнджлинг, помнишь? Она почувствовала мои эмоции задолго до того, как я сам понял, что чувствую. Каденс кивнула с пониманием: — Понятно. То есть, вы уже обсудили это… Но знаешь, я не чувствую от тебя, что она тебе отказала. Наоборот — казалось, она точно так же заинтересована в тебе. Так что… О чём вы в итоге договорились? Анон немного помолчал, глядя на зелень под балконом и пролетающих пегасов. Даже при всей этой красоте его лицо оставалось задумчивым. — Мы оба понимаем, что если просочится слух о том, что я, будучи мужем Селестии и Луны, начал встречаться с Кризалис всего через месяц после её возвращения — в Кантерлоте будет настоящий пожар. Так что… Мы вроде как решили повременить. Или… По крайней мере, я так это понял. Каденс медленно кивнула: — Повременить… А срок вы какой-то обозначили? Или это скорее «может быть, когда-нибудь»? Анон опустил голову и потер виски: — Разговор получился странный. Сложно говорить о чувствах, когда твой собеседник и так уже всё чувствует. Это как… — Как если бы ты не мог солгать, — подсказала Каденс. — Ну, когда ты так это формулируешь… Каденс рассмеялась: — Знаю, знаю. Как бы ни хотелось в это не верить, иногда маленькая ложь спасает отношения не хуже правды. Я не про предательство, а про такие безобидные вещи. А с ней — ты не только не можешь соврать, ты даже не можешь что-то утаить, если не хочешь об этом говорить. Это, с одной стороны, прекрасно, а с другой — страшновато. Понимаю. Анон кивнул: — Да, но даже без этого я стараюсь быть честным с Селли и Лулу, так же как и они со мной… С тех пор как… — Я знаю, — с пониманием кивнула Каденс. — Всё это в прошлом. Ты им доверяешь. Я прекрасно понимаю, как ты устроен — ты не из тех, кто держит чувства в себе вечно. Но иногда они всё равно тебя достают, как и в любых отношениях. Вот к чему я веду. Анон приподнял бровь: — В каком смысле? Каденс задумчиво потерла подбородок: — Смотри. Скрывать эмоции — это как играть в покер: у тебя есть карты, и ты их держишь при себе. С Селестией и Луной ты можешь их не раскрывать — и это не плохо. Иногда лучше промолчать, чем сказать правду, которая ранит. А вот Кризалис — она видит твои карты насквозь. Она не только чувствует, если ты чем-то недоволен, но и сразу понимает, что именно не так — хоть с ней, хоть с твоими жёнами. Анон задумчиво кивнул, обдумывая её слова. Затем тихо сказал: — Так что же мне делать? Мне с ней правда хорошо. Она и весёлая, и харизматичная, и… Чёрт, даже привлекательная. Но ты права — если я решу начать с ней что-то серьёзное, это вызовет бурю. Как мне вообще говорить об этом с Селли и Лулу? Мы же… Уже через неделю другую ждём детей. Совсем не время для новых чувств. И всё же… Последние дни я думаю почти только о ней. Он хмыкнул, качая головой: — Год назад я вообще боялся встречаться сразу с двумя. Люди же обычно моногамны. А теперь… Думаю о третьей в семье. Уверен, если скажу Селли и Лулу, что испытываю чувства к Кризалис, они с ума сойдут. Каденс ласково положила копыто ему на руку, мягко сжав с тем таинственным усилием, которое, казалось, умели только пони: — Ну… Не буду утверждать, но мне кажется, что мои тётушки могут отреагировать совсем не так, как ты боишься, — сказала она с лукавой улыбкой. Анон медленно повернулся к ней: — …Продолжай.