Глава 38: Попробуй спеть вместе со мной

Год спустя

Анон развязной походкой прошёл через клуб, держа в протезе стакан с выпивкой. Замена выглядела почти так же, как и его настоящая рука, хотя в нескольких местах сквозь обшивку проступала механика. Несколько кристаллов маны мерцали тускло-зелёным светом, питая цепи, которые позволяли сгибать суставы и даже ощущать прикосновения. Он вполне ясно чувствовал прохладу стакана и капельки конденсата на стекле, пока шёл к столику в глубине зала. За столиком сидели Джав, заметно беременная Рейвен, Сумрак, Эхо, две знакомые единорожки и одна пегаска. У пегаски был светло-зелёный окрас и грива с хвостом цвета густого хвойного леса. Кьютимарка состояла из четырёх маленьких сердечек, соединённых кольцом. Завидев Анона, она улыбнулась, и вслед за ней его поприветствовали и остальные. — Вот ты где. Заблудился? — съязвил Джав. — Ха-ха. Нет, не заблудился, просто очередь была длинная, — Анон закатил глаза и плюхнулся на место между двумя единорожками. — Всё в порядке, Нонни. Мы не слишком успели набраться без тебя, — заметила Луна, замаскированная под Найтшейд. — Я так давно этим не занималась… Даже не знаю, сколько выдержу, — хихикнула Селестия, в облике Саншайн, уже слегка подвыпившая. Анон усмехнулся: — Кризи, я же просил тебя не давать уйти ей в отрыв, пока не вернусь. А тут, глянь, шесть пустых рюмок! Кризалис, в образе своей пегасьей персоны, театрально прижала копыто к груди: — Ах, какая наглость! Попробуй-ка удержать двух аликорнов, когда у них впервые за полгода одна свободная ночь! — Ладно, справедливо, — Анон вздохнул. — Хорошо хоть Каденс согласилась присмотреть за Доун и Артемисом. Иначе всей этой встречи не было бы. — Я, конечно, как гвардеец тосты говорить не умею… Я скажу проще: ну, прощай, здоровье — поднял бокал Сумрак. Анон с удовольствием чокнулся с ним, за ним — Эхо, Джав, Селестия, Луна и Кризалис. Все опрокинули рюмки, кроме Анона, у которого был бокал пива. — Честно говоря, здорово, что мы все смогли выбраться. Неделя выдалась тяжёлая, — сказал Джав с улыбкой. — Да уж, копыта всю неделю гудят, — пожаловалась Рейвен, привалившись к нему. — А я помню кое-кого, кто говорил, что заводить жеребят будет только в зрелом возрасте и после того, как возьмёт паузу в работе, — поддел её Анон, указывая пальцем. Рейвен густо покраснела: — Н-ну… Мысль была, да… Но я не хотела спешить. К тому же все твердили, что пора бы завести жеребёнка… А я ещё не была готова… Джав рассмеялся: — Она как-то вечером вернулась домой после трёх месяцев, что мы наблюдали за вашими жеребятами, и заявила, что нам нужен свой! От объяснения вся компания разразилась хохотом, отчего бедная секретарша смутилась. Официант тем временем подобрал пустые рюмки магией и принёс свежие. Рейвен обиженно надулась, а все остальные ещё сильнее рассмеялись. — Ну а что мне оставалось! Артемис и Доун такие милые… Я прямо заболела этим жеребячьим недугом, — призналась она, тяжело вздохнув. — Да ладно тебе, Рейреивна, мы же просто подшучиваем, — Анон ласково потрепал её гриву. Рейвен попыталась цапнуть его за руку, но он успел отдёрнуть. — Осторожнее, — хохотнул Джав. — Одной руки ты уже лишился, не хватало ещё и пальцы потерять. — Думаю, принцессы вмешались бы раньше, чем она что-то откусит, — заметил Эхо, усмехнувшись. — Я бы не была так уверена. Селли уже хорошенько накрыло, — заметила Кризалис. Селестия качала головой в такт музыке, глаза оказались прикрыты, и, похоже, она не слышала или вовсе не обращала внимания на разговор. — Сестра, помню времена, когда ты меня отчитывала за такие же пьянки. Что скажешь теперь? — Луна поддела её плечом. Селестия приоткрыла один глаз, замерла на секунду и пробормотала: — Делай как я говорю, а не как я делаю… — и снова закачалась в такт. Анон усмехнулся, сделал глоток пива: — Ну всё, теперь, когда я здесь, можно и по-настоящему напиться. Но надо признать: видеть вас снова в обликах Саншайн и Найтшейд после стольких лет — это дико. — Согласна. Когда ты рассказал, я должна была убедиться сама. И правда — они почти такие же, как тогда. Разве что крылья да гривы с хвостами не такие роскошные, и ростом чуть меньше. Как ты вообще не догадался раньше? — пожала плечами Кризалис. — А я не хотел выставить себя идиотом, вдруг ошибусь. Такое заявление надо делать, только если уверен на сто процентов, — возразил Анон. — У нас ведь нет десятков запасных личин, в которые мы можем превратиться по щелчку, Кризи, — Луна закатила глаза. — К тому же для Кантерлота маскировка всё ещё работает, а этого достаточно. — Слава Фауст. Представляете, если бы вас здесь узнали? Очередь до выхода выстроилась бы за автографами, — передёрнула плечами Рейвен. Все согласились и дружно выпили ещё. — Да, и кстати: если бы вас узнали, то и личину Кризи тоже быстро разоблачили бы, — добавил Анон, дотягивая пиво до дна. Официант снова оказался тут как тут, заменив пустые стаканы новыми. — Вот именно. А пока все думают, что мы просто компанией гуляем, — кивнул Джав. — Иногда я скучаю по временам, когда меня боялись. А сейчас не шагу без предложений вступить в табун или без просьб об автографе, — Кризалис устало откинулась на спинку стула. — А когда вы собираетесь объявить о ваших отношениях? Хоть это отбило бы у многих желание к тебе подкатить, — заметил Сумрак. Луна покачала головой: — Мы собирались уже давно, но хотели дождаться, пока уляжется вся пыль после атаки Тирека. Столько забот: восстановление замка, помощь пострадавшим, лечение душевных травм… И плюс скандал вокруг предательства Дискорда и его наказания. — Пони ещё спорят насчёт Дискорда? — удивился Эхо. — Одни считают, что его надо было наказать жёстче, другие — что мы перегнули, — сказал Сумрак. — По мне, он легко отделался, — буркнул Джав. — Век в Тартаре — и только при условии, что выпустим его в случае крайней необходимости… Это не лёгкое наказание. И если бы он не спас жизнь Анону, его бы уже не было, — возразила Луна. — А как вы не допускаете его встречи с Тиреком? — спросил Анон. — Они в разных секторах, и Цербер их охраняет, так что не пересекутся, — спокойно ответила Луна. — Честно… С одной стороны, после его предательства я был готов убить его собственными руками. С другой — мне его даже немного жаль, — признался Анон. — Его навещает Флаттершай, если это тебя хоть как-то утешит, — мягко сказала Селестия. На что Анон пожал плечами: — Ну, может, хоть теперь понял, на чьей стороне ему быть. — Мы дали ему именно то наказание, которое он заслужил. Не предай он нас — всего этого горя не случилось бы, — заключила Луна. — Поэтому вы и не хотите пока публично объявлять про ваши отношения с Кризалис? — догадалась Рейвен. — Чтобы не устраивать громкий скандал, пока страна ещё в трауре. Луна кивнула серьёзно. — Всё ещё много кошмаров у пони? — спросила Рейвен. — Меньше, чем я ожидала. И за это спасибо определённой группе чейнджлингов, — Луна улыбнулась Кризалис. — Как оказалось, терапия от чейнджлингов в виде утешения и заботы после тяжёлой травмы отлично работает для обеих сторон, — усмехнулась та. — У вас ведь уже пять клиник, да? — уточнил Анон. — Даже шесть. Торакс открыл в Мэйнхэттене ещё одну, а там пострадавших было больше всего, — гордо сообщила Кризалис. — Отличные новости. Рад, что у них получается, — кивнул Анон. — Я тоже, — улыбнулась она. Разговор постепенно стих, и вскоре напитки вышли на первый план. Время растаяло в весёлом тумане. К тому моменту, как ночь перевалила за середину, Селестия и Луна хихикали, словно школьницы, едва держась прямо, Кризалис осыпала поцелуями их обеих и Анона, на радость всем троим. Сумрак с Эхо давно ушли на танцпол, а Джав хоть и пил изрядно, но всё же уступал Анону, который дошёл уже до пятнадцатой кружки. — Я вам говорю! Вы иногда вот так берёте и начинаете петь… И это странно! И только я это замечаю! — Анон еле выговаривал слова. — Нонни, ты пьян, — хихикнула Селестия. — И… Ин… Ин-дуби… Ин-дубита… Ин-дубита-блей! — Луна гордо ткнула копытом в потолок. — Анон, если бы пони вдруг начинали петь сами собой, это заметили бы все, не находишь? — Кризалис подняла бровь, отрываясь от поцелуя. — Н-не останавливайся… — пробормотала Селестия и тут же притянула Кризалис к себе. — Чувак, ты бредишь, — Джав уронил голову на плечо Рейвен, а та нежно гладила его гриву. — Нет! Я серьёзно! Просто… Просто воздух тут такой… Пропитан магией… И невозможно… Невозможно фальшивить! — Анон махал руками, пытаясь доказать своё. — Да ну? Тогда докажи. Спой нам, — с хищной ухмылкой бросила вызов Кризалис, на секунду оторвавшись от Селестии. — Хорошо! Щас спою! — Анон встал… И тут же рухнул бы носом в пол, если бы не магия Кризалис. Она поймала его, поставила обратно и с лёгким шипением зелёного пламени спрятала свет своего рога. — М-может, тебе не стоит… Ты же даже… Даже ходить не можешь, — хихикнула Луна. Анон упрямо упёр руки в бока: — Я сделаю то, что сказал, что сделаю! — рявкнул он, прежде чем снова рухнуть вперёд. На этот раз его успела подхватить Рейвен, не дав впечататься лицом в стол. Когда он снова выпрямился, вся компания дружно расхохоталась. — Ладно, Нонни… Я-я думаю, нам стоит… Остановить тебя на сегодня, — с трудом сдерживая смех, произнесла Селестия. — Мне просто нужна… Помощь… Дойти… До сцены, — пробормотал Анон, указывая на караоке-сцену рядом с танцполом. На сцене сидела живая группа вместе с диджеем, готовым включить любую песню, если вдруг найдётся смельчак, решивший выйти к микрофону. Музыканты явно скучали: за весь вечер никто так и не решился спеть. Только диджей хоть как-то был занят — менял треки для танцующей толпы. — Сумрак! Эхо! Ваш принц нуждается в вас! — выкрикнул Анон, обращаясь к танцующей толпе. Несмотря на громкую музыку и гул десятков голосов, и Сумрак, и Эхо услышали зов и кое-как пробились сквозь толпу к столу. — Мне нужно, чтобы вы… Помогли мне дойти… До сцены, — объяснил Анон, указывая на музыкантов. Сумрак и Эхо синхронно отдали пьяные, но торжественные салюты и подставили плечи с обеих сторон, поддерживая человека. Пока столик наблюдал, как троица удаляется, между сидящими проскользнули обеспокоенные взгляды. — Э-э… Может, стоит остановить его, пока он не опозорился? — предложила Кризалис. — Я тоже склонна согласиться, — добавила Луна, следя, как Анон спотыкается о собственных охранников. — Погодите… Пусть бахнет, — вмешался Джав, наблюдая с интересом. — Что бахнет? — удивилась Селестия, наклонив голову так сильно, что завалилась набок прямо в кабинке. — Думаю, это выражение, — вздохнула Кризалис. — Тшшшш, — шикнула Луна, — он начинает. Анон наконец добрался до сцены, под взглядами музыкантов, полных сомнения и недоумения. — Музззыкаааа, — промямлил он, протянув руку к микрофону. — Э-э… Вы хотите спеть караоке, принц Анон? — осторожно уточнил один из музыкантов. Анон кивнул: — Д-дос… Просто… Следуйте за мной. Кто-нибудь… Из вас слышал Цоя? — спросил он, раскачиваясь из стороны в сторону. Музыканты переглянулись, пожали плечами и взялись за инструменты. — Не особо знакомо, но пойдём за вами, ваше высочество, — ответил первый, подключая электрогитару. Из колонок раздались пробные аккорды, стереозвук заполнил клуб, привлекая внимание танцующих пони. Один из музыкантов быстро что-то шепнул диджею, и тот мгновенно остановил трек. Танцпол замер, взгляды устремились к сцене. В считанные секунды перед шатающимся принцем собралась толпа. Сумрак и Эхо едва удерживали его на ногах, сами еле стоя после выпитого. К счастью, вскоре Анон ухватился за стойку микрофона, сняв с них часть нагрузки. В тишине клуба он оглядел собравшихся. Из-за пьянки ему казалось, что пони как минимум вдвое больше, чем было на самом деле, но уверенности это нисколько не убавило. Его взгляд задержался на жёнах и будущей супруге — все трое смотрели на него с тревогой сквозь хмельной туман. Подарив им последнюю пьяную улыбку, он повернулся к группе и поднял большой палец. Звуки электрогитары продолжали тянуться в воздухе, пока Анон медленно поднял кулак. Он выставил три пальца и стал опускать их один за другим. На последнем вместе с гитаристом он начал.

На улице снег утратил свою белизну В стеклянности талой воды мы видим луну Мы идём, мы сильны и бодры Замёрзшие пальцы ломают спички От которых зажгутся костры Попробуй спеть вместе со мной Вставай рядом со мной Попробуй спеть вместе со мной Вставай рядом со мной Это наш день, мы узнали его По расположению звёзд Знаки огня и воды, взгляды богов И вот мы делаем шаг На недостроенный мост Мы поверили звёздам И каждый кричит — я готов Попробуй спеть вместе со мной Вставай рядом со мной Попробуй спеть вместе со мной Вставай рядом со мной Те, кто слаб, живут из запоя в запой Кричат — нам не дали петь Кричат — попробуй тут спой Мы идём, мы сильны и бодры Замёрзшие пальцы ломают спички От которых зажгутся костры Попробуй спеть вместе со мной Вставай рядом со мной Попробуй спеть вместе со мной Вставай рядом со мной Попробуй спеть вместе со мной Вставай рядом со мной Попробуй спеть вместе со мной Вставай рядом со мной Попробуй спеть вместе со мной Попробуй спеть вместе со мной Попробуй спеть вместе со мной

Когда последние аккорды стихли, клуб погрузился в тишину. Анон шатался, пытаясь сосчитать, сколько пони на него смотрят. Казалось, их стало ещё больше. Секунд через десять зал взорвался аплодисментами и топотом. — Это было потрясающе! — Наш принц ещё и петь умеет?! — Я хочу его прямо сейчас! Анон дёрнулся от неожиданности, потерял равновесие и рухнул на Сумрака. После недолгой возни его поднял Эхо, и вместе они помогли встать и Сумраку. Попробовав поклониться, Анон лишь впечатался лицом в сцену. Его снова подняли и увели к столику. Он, пошатываясь, помахал публике и уселся рядом с Селестией, выдохнув. Допил остатки пива и только тогда заметил, что за столом царит мёртвая тишина: все смотрели на него в полном шоке. — Что? — спросил он, качаясь на месте. Тишина лопнула: на него обрушились похвала и вопросы. — Святой Тартар! Это было шикарно! — выпалил Джав. — Не верю, что ты и правда так поёшь, — Рейвен покачала головой. — М-милый, почему ты… Раньше не говорил, что так умеешь? — пролепетала Селестия. — Ты же даже не репетировал! Как у тебя это вышло? — вытаращилась Кризалис. — Нонни, ты нас всё ещё умудряешься удивлять, — добавила Луна. — Честно, я ожидал, что будет кринж, — хмыкнул Эхо. — Но вышло очень даже круто, — признал Сумрак. Анон выслушал всё это и вдруг мрачно уставился на них: — Вы… Вы серьёзно? Я же говорил — тут это всё время так! В воздухе магия или что-то такое! Тут невозможно петь плохо! Я даже не знаю, откуда эти ребята узнали песню! — Милый, ты о чём? Мы… Мы так не поём обычно, — возразила Селестия. — Да, ты всё повторяешь, но я… Я никогда такого не видел, — поддержал Джав. — Всё, что ты доказал… Это что у тебя волшебный голос, — подытожила Луна. Анон застонал и схватился за голову: — Клянусь Богом… Вы все просто газлайтите меня! — Боюсь, я не понимаю, что это значит, — нахмурилась Кризалис. — Я тоже. Газ-лайтинг? — удивилась Рейвен. — Знаете что, забудьте. Этот мир точно издевается надо мной, — махнул рукой Анон. — Милый, может, нам всё же вернуться в замок? Уже почти три часа ночи, и, думаю, ты перебрал, — мягко предложила Селестия. — Я не ребёнок! Я просто пьян! — гордо возразил Анон, выпятив грудь. Селестия рассмеялась и шепнула ему на ухо: — Тогда скажу иначе… То, что я видела, так меня возбудило, что я хочу тебя прямо сейчас. Анон покраснел до корней волос и посмотрел на остальных жён. Селестия — как голодная волчица. Луна кусает губу и уже ведёт копыто к животу. Кризалис, уловив настроение, хищно облизнулась. — Анон, дорогой, думаю, тебе стоит домой. Ты выглядишь… Раскрасневшимся, — мурлыкнула Кризалис. Джав, заметив перемену, наклонился к Рейвен: — Нам бы тоже уйти… Пока они не начали прямо тут. Рейвен вспыхнула, но, глянув на алых кобылок, поняла: он прав. — Ладно… Мы вас оставим. Хорошей ночи, — неловко улыбнулась она, выходя из-за стола. — Отлично повеселитесь! — подмигнул Джав, помогая ей подняться. — Спокойной ночи! — весело бросила им вслед Кризалис. Когда за ними закрылась дверь, Анон обнял Сумрака и Эхо: — Ладно, парни. Я иду воплощать мечту каждого мужика с моей родины. Пожелайте мне удачи в «бою». — Удачи, сэр! — радостно выпалил Эхо, салютуя. — Только постарайся не шуметь слишком сильно. Топ и Киова сегодня дежурят, у них слух такой же, как у нас, — хмыкнул Сумрак. — Сумрак, дружище, скажу честно: я не смогу контролировать громкость… Определённых процессов, — признался Анон, пока Селестия, Луна и Кризалис вытаскивали его из-за стола. — Нонни, мне бы хотелось услышать твой голос ещё раз… — томно прошептала Луна. И прежде чем он успел ответить, три магические ауры схватили его за воротник и поволокли прочь. — Господа, это было честью и привилегией. Если я не переживу ночь — скажите моим детям, что я умер, делая то, что любил, — торжественно объявил Анон. Сумрак и Эхо отдали честь, наблюдая, как его уносят. Вернувшись к столику, оба синхронно выдохнули и сели. — Ну что ж… Снова только выпивка, — вздохнул Эхо. — Ага… Ну, может, когда-нибудь, — пожал плечами Сумрак. В этот момент к ним подошли четыре привлекательные кобылки. — Извините… Здесь свободно? — спросила рыжая единорожка, хлопая ресницами. Сумрак и Эхо переглянулись. — На самом деле… Свободно, — осклабился Сумрак, подвинувшись. — Думаю, надо открыть отдельный счёт… — начал Эхо, но тут на стол бухнулся огромный мешок битов. — Или… можно нажраться в стельку и хорошо провести ночь, — закончил он. Сумрак усмехнулся: — Вот теперь другое дело.