Глава 11: Мрачный горизонт

      Июнь 1993 года              Гарри тяжело дышал, вытирая пот со лба: в наполненной дымом комнате стоял запах озона. Для него это стало повседневным явлением, так что ничего нового не происходило, и, наблюдая за разрушениями, которые он произвел, Поттер кивнул сам себе.              Узнав, что то, что он считал снами, было лишь проблесками того, что делал Волдеморт, Гарри стал одержим своими тренировками, настолько, что даже попросил о дополнительных занятиях с Олаффсоном.              Тот с радостью согласился и проводил время, пытаясь сломить Гарри морально и физически.              Часто ему удавалось добиться последнего, и тело Гарри сдавалось задолго до того, как он признавал свое поражение.              Даже если ему приходилось ползти, чтобы выполнить указание, он делал это до тех пор, пока не мог больше двигаться.              Исландец не задавался вопросом о мотивах, но Гарри знал, что наконец-то добился его уважения.              Но для него главным было не это.              Нет, Гарри просто хотел получить всё возможное преимущество.              Однажды Волдеморт вернется, и Гарри должен быть готов к этому.              Выровняв дыхание, он сел в кресло, дрожа от холодного пота.              Даже в июне в Дурмстранге было прохладно, но не так, как зимой.              Почувствовав, как дрожит палочка в руке, Гарри вспомнил, что до экзамена по Магии крови в главном зале осталось всего двадцать минут, и, не желая приходить туда в таком состоянии, принялся приводить себя и свою одежду в порядок.              В начале дня у него был экзамен по Темной магии, и, как бы то не хотелось показаться, что он хвастается, даже самому себе, он знал, что справился просто превосходно.              Были ли это его собственные способности или что-то, унаследованное от Волдеморта, но это было то, в чем он преуспел, и то, чему посвятил самого себя.              Тёмный Лорд был экспертом в этой области, так как изучал её всю свою жизнь, и, независимо от того, была ли склонность Гарри к этому от него, или это его талант, он попросту не имел практического опыта.              Он действительно перенял у своего врага не только язык змей.              И пока никому об этом не рассказывал.              В ближайшие годы это могло стать его главным оружием, и чем меньше людей будет знать, на что способен Гарри, тем лучше для него.              Умывшись, надев мантию, он вышел из комнаты, и направился к главному залу, но почувствовал, как мускулистая рука обхватила его шею.              — Черт побери, Крам, мне же нужно успеть на экзамен, — проворчал Гарри.              Виктор захихикал, потирая костяшками пальцев его макушку.              — Я знаю, — ответил болгарин. — Я просто хотел пожелать тебе удачи.              — На свой варварский болгарский манер?              Виктор отпустил его и снова рассмеялся, вызвав у Гарри улыбку.              — Ба, ты не получишь от меня ни похлопываний по спине, ни объятий, — хрипло сказал он. — Я жду, что ты выложишься на полную.              Гарри разочарованно закатил глаза.              Виктор взял на себя обязанность присматривать за Гарри, почти как, очень раздражающий, старший брат.              — Не сомневайся в этом, — заверил его Гарри.              — Хорошо, а теперь у меня есть для тебя кое-что ещё.              — Если ты собираешься ударить меня, я отвечу, учти, — предупредил его Гарри.              Виктор поднял одну из своих густых бровей.              — Я не боюсь тебя, Поттер, — насмешливо произнес он, — но наш поединок придется отложить. У меня есть для тебя кое-что приятное, но я могу просто отдать это кому-нибудь, кто это оценит.              — Что это? — вздохнул Гарри.              Виктор усмехнулся, и достал из-под мантии конверт.              — Билеты для тебя и твоих друзей на отборочные матчи чемпионата мира летом, — сказал он. — Я ожидаю, что ты будешь в форме с моей фамилией.              — Я буду болеть за другую команду чисто из вредности, — ответил Гарри, но конверт взял.              — Тогда это заставит меня ещё больше хотеть победить, — заявил Виктор.              Гарри фыркнул, и покачал головой.              — Ты не должен был этого делать.              — Но я сделал, — возразил Виктор. — Ты мне очень помог, и я ценю это. Кроме того, тебе будет чем заняться, вместо того чтобы размышлять о степенях хмурости своего лица.              — Я этого не делаю.              Виктор лишь хмыкнул, развернул Гарри и подтолкнул его к коридору.              — Помни, я жду от тебя лучших оценок, — повторил он.              — Чёрт возьми, ты хуже моей тети, — пробормотал Гарри.              Придя в главный зал, где остальные второкурсники ждали приглашения на экзамен, он быстро нашел Каина и остальных.              Они уже давно перестали спрашивать, где он проводит большую часть своего времени, хотя это не мешало большинству смотреть на него с выражением озабоченности.              Лишь Люсинда сказала остальным, чтобы они оставили Гарри в покое, когда те завалили его вопросами.              Гарри не то, чтобы не доверял им, просто не ожидал, что кто-то из них поймет, что и зачем он делает.              Да и зачем им это?              Его жизнь под поверхностью того, что он позволял видеть другим, была беспорядочной, и всё станет только хуже, когда Волдеморт неизбежно вернётся.              Он тряхнул головой.              — Продуктивное утро? — спросила Люсинда.              Гарри кивнул в ответ.              — А у тебя?              Люсинда пожала плечами.              — Бывало и хуже, — размышляла она вслух. — Мне даже не нужно спрашивать, готов ли ты к экзамену.              Гарри сдержанно ухмыльнулся.              Ему нравилось узнавать о магии крови, которую они с Люсиндой часто обсуждали, поскольку она и сама становилась в ней довольно искусной.              — Ну, в следующем году я брошу магию крови, — заявил Каин. — Волку нравится её вкус, а я даже не могу её использовать.              — Я тоже, — отозвалась Ана. — Она меня невзлюбила.              — Со мной то же самое, — добавила Элеонора, и пожала плечами. — Думаю так с большинством. То же самое с Темной магией. Гарри, Каин и Люсинда точно продолжат её изучение. Не знаю, сколько других.              Дальнейший разговор между ними прервался, когда двери в главный зал открылись, и профессор Сидорова пригласила студентов войти, приложив палец к губам, чтобы напомнить им о необходимости сохранять тишину.              Гарри вошел вместе с остальными и занял свое место, бросив Люсинде последний кивок.              Ей не нужна была удача, но они провели много часов вместе, готовясь к последнему экзамену в этом году.              Оставшееся время обучения в Дурмстранге будет зависеть от этих результатов, и, хотя Гарри не нервничал, он знал, что оставшиеся годы обучения здесь станут только сложнее, поскольку они будут углубляться в более сложные виды магии.              

══════ஜ▲ஜ══════

             — Я рад слышать, что ей, кажется, лучше, — искренне сказал Альбус, жестом приглашая Артура сесть, — и я поздравляю тебя с победой. Твоей семье это нужно. Уже решили, куда хотите поехать?              Рыжий охотно кивнул.              Несмотря на то, что Артур занимал должность главы департамента в Министерстве, его зарплата не позволяла его большой семье жить в роскоши. Не секрет, что Уизли были бедны, но в большинстве своем они были счастливы.              — Мы собираемся навестить Билла в Египте, — ответил Артур. — Нам даже удалось убедить Чарли поехать с нами.              Альбус улыбнулся.              — Значит, вы все уедете на всё лето?              — Да, — подтвердил Артур. — Джинни скучает по братьям, как бы она этого не скрывала.              — Но она не вернется в следующем году?              Артур покачал головой.              — Нет, Молли оставит её на домашнее обучение. Целительница считает, что она еще не готова, но, возможно, она вернется на третий год.              Альбус понимающе кивнул.              Девочке пришлось пережить очень тяжелый опыт, и эта травма останется с ней на долгие годы.              Возможно, она даже никогда не покинет её полностью.              — Не переживай, у вас есть полная поддержка школы, — заверил Артура Альбус. — Тебе или Молли стоит только сказать слово, и мы поможем всем, чем сможем.              — Мы очень ценим это, Альбус, — ответил Артур, встал и подал руку.              Директор принял её.              — Наслаждайтесь отдыхом, — посоветовал он.              — Обязательно, — усмехнулся Артур и направился к камину, через который пришел всего несколько минут назад.              Бросив горсть порошка, он исчез, а Альбус кивнул сам себе.              Нападения действительно прекратились после того, как он забрал дневник, хотя он всё ещё не знал, что с ним делать.              Геллерт убеждал его не уничтожать дневник, считая, что в будущем он может быть использован против Тома.              Альбус не знал, какую идею вынашивает его бывший друг, но избавляться от крестража пока не собирался.              Вместо этого он хранил его в своем кабинете, наложив на него все защитные чары, которые только можно было наложить, чтобы он никогда не попал в чужие руки.              Тем не менее, наличие такой опасной вещи в непосредственной близости не давало покоя, и от одной мысли об этом директору становилось очень не по себе.              Однако сейчас было не время сосредотачиваться на этом.              Ему нужно было ответить на письма, которые он получил от Игоря и Олимпии.              Они втроем обсуждали возможность возобновления Турнира Трех Волшебников и вынашивали эту идею на протяжении последних нескольких лет.              Похоже, они близки к тому, чтобы договориться об этом как можно скорее, но, несомненно, им придется встретиться лично, чтобы завершить все приготовления.              И Барти Крауча, и Людо Бэгмена было легко убедить в преимуществах этого, хотя первый согласился только в том случае, если будут приняты дополнительные меры защиты, с чем Альбус был полностью согласен.              Мысль о кокатрисе, бесчинствующем в Хогвартсе, волновала его почти так же сильно, как дневник, который вполне мог стать причиной смерти нескольких его учеников.              

══════ஜ▲ஜ══════

             Странно было собирать вещи, чтобы вернуться домой на лето. Казалось, что они только вчера вернулись в Дурмстранг, и что-то в Гарри изменилось.              Он по-прежнему сохранил свой язвительный ум, чувство юмора и даже присматривал за остальными второкурсниками, с которыми они жили, но нельзя было отрицать, что он стал другим.              То исчезал по нескольку часов, а когда его спрашивали, где он был, замыкался в себе.              Элеонора сначала подумала, что он начал встречаться с девушкой, но Гарри не стал бы скрывать этого от них.              Нет, что-то произошло на рождественских каникулах.              Гарри и так был сосредоточенным и целеустремленным студентом, несмотря на свою склонность к неприятностям. Теперь он стал ещё более целеустремленным.              Все они по-своему переживали за него, и, хотя Гарри уверял их, что с ним всё в порядке, Элеонора ему не верила, не совсем.              — Ты готова, Саммерби? — хмыкнула Люсинда, оторвав её от размышлений.              — Мне просто нужно закончить собирать свой сундук с нижним бельем, — ответила Элеонора. — Если хочешь, ты всегда можешь мне помочь, — добавила она.              Люсинда сузила глаза.              — Я не буду трогать твое нижнее белье!              — Тогда заткнись и не жалуйся.              Элеонора закончила собираться несколько минут назад, но, зная, что Люсинда ждет её, решила немного задержаться.              В Дурмстранге было мало развлечений, и вампирша — была одний из них.              Так как она всегда, безошибочно попадалась на приманку.              Но в итоге всегда доставалось Гарри.              Он обладал природным даром выводить её из себя.              — Ладно, с меня хватит, — заявила Элеонора, когда та зарычала на неё. — Я думала, что волком должен быть Каин.              Элеонора проскочила мимо подруги, после чего последовала череда довольно грубых оскорблений.              Не то чтобы слова её волновали. Просто Люсинда таким образом показывала свою привязанность, в чем никогда не признается открыто.              — Почему вы двое так долго? — спросил Гарри, когда они вошли в гостиную.              — Люсинда складывала белье, — ответила Элеонора. — Честно говоря, она им одержима.              Вампирша раздула ноздри, глядя на Элеонору, а та невинно улыбнулась в ответ.              — Нет, — возразила Люсинда. — Это ты целую вечность паковала свои вещи!              — Давайте не будем спорить о том, у кого есть или нету фетиша на нижнее белье, — весело вмешался Гарри. — Напомни мне добавить дополнительную защиту к моему сундуку, — пробормотал он Каину, который кивнул.              — Принято к сведению, — пробормотал он и рассмеялся, когда Люсинда набросилась на Гарри.              — О, я и не знал, что ты настолько заботлива, — прохрипел он, когда девушка уселась на него верхом.              За последние месяцы это стало обычным явлением.              Обычно Гарри каким-то образом её бесил, и Люсинда нападала, но всегда отпускала.              — В один прекрасный день, Поттер, я не смогу остановиться, — предупредила его Люсинда.              — Обещаешь? — с вызовом ответил Гарри, вызвав неохотную, но веселую ухмылку вампирши, которая провела языком по его шее, остановившись, когда добралась до уха.              — Это было бы так просто, — прошептала она. — Я почти чувствую вкус твоей крови.              Гарри невольно вздрогнул.              — У тебя холодный язык, — простонал он. — Вот тебе понравится, если я буду лизать твою шею и угрожать?              Люсинда усмехнулась.              — О, ей бы это понравилось, — фыркнула Элеонора.              Остальные кивнули в знак согласия, и Люсинда встала.              — Почему ты все делаешь таким странным? — спросила она.              — Я не лизал ему шею, — поднял руки Каин. — Бруно, ты лизал ему шею?              — Нет, и не видел, чтобы Саммерби или Ана делали это, только Люсинда. Это вампирская особенность?              Люсинда взглянула на него, и он тут же замолчал.              Одно дело, когда Гарри переходит границы в общении с ней, но остальные уже научились не заходить слишком далеко.              — Мы можем идти? — спросил Гарри. — Чем быстрее я уберусь от вас, тем быстрее окажусь в безопасности.              — До матчей по квиддичу, — напомнил ему Каин.              — Я могу их пропустить, если вы там будете, — пробормотал Гарри.              Каин хихикнул, обхватив его за плечи.              — Ты будешь скучать по нам меньше, чем через неделю, Поттер, — предсказал он. — Ты напишешь нам всем письма уже через несколько часов после возвращения домой.              — Кто-то должен присматривать за всеми вами, — сухо ответил Гарри. — Мерлин знает, что бы с вами произошло, если бы я решил пойти в другую школу.              — Это почти произошло? — с любопытством спросила Элеонора.              Гарри кивнул.              — Я осмотрел Шармбатон, и был зарегистрирован в Хогвартсе еще до своего рождения. Я решил учиться здесь.              — Почему? — спросил Бруно.              — Потому что знал, что здесь найдется группа недоучек, которым я буду нужен, — ответил Гарри с ухмылкой, хотя глаза не отражали его веселья.              Нет, у Гарри были причины для приезда сюда, о которых он не хотел рассказывать.              — Ты уверен, что с тобой все в порядке? — спросила Элеонора, когда остальные попрощались с ним и направились к месту, где их ждали родители.              — Я в порядке, — пренебрежительно ответил Гарри.              — Гарри! — Элеонора надавила на него, переведя взгляд на его тетю, на лице которой было выражение озабоченности.              Гарри кивнул, взял её за руку и слегка сжал.              — Я обещаю, что со мной всё будет в порядке, — искренне сказал он.              В его глазах появился стальной блеск, непривычная серьезность, которая мало способствовала успокоению Элеоноры.              — Хорошо, — согласилась она, обхватив его руками. — Напиши мне, — почти потребовала она. — Не заставляй меня искать тебя.              Гарри хихикнул и искренне улыбнулся.              — Ты будешь первой, кому я напишу, — пообещал он и поцеловал в щеку, после чего направился к тете.              Элеонора подождала, пока они отправятся, чтобы найти свою мать.              — У вас с Гарри был очень интересный момент, — поддразнила её женщина.              Элеонора закатила глаза.              — Гарри — мой друг.              Мать недоверчиво хмыкнула, взяла её за руку и вернула домой.              Несмотря на его заверения и перспективу провести лето с семьей, Элеонора волновалась за него.              Внешне он был все тем же беззаботным мальчиком, с которым она познакомилась в первый вечер в Дурмстранге, но под этой оболочкой скрывалось нечто другое, о чем она узнала чуть больше года назад, когда Баркус попытался давить на него.              Гарри мог казаться вполне весёлым мальчиком, но Элеонора и остальные знали, что за ним скрывается нечто другое.              Он к чему-то готовится, она не знала к чему, но Гарри был далеко не обычным.              Нет, за всем этим фасадом скрывалось нечто очень серьезное.              

══════ஜ▲ஜ══════

             — Ты должен поесть, Виктор, — сказала ему мать, когда он уставился на миску с овсяной кашей и медом, которую она приготовила для него.              Сегодня у него не было аппетита.              Играть за Болгарию было намного более волнительно, чем играть в обычных играх. Сегодня от него зависело гораздо больше, чем несколько потерянных очков и разочарованные местные жители.              Вся страна будет пристально наблюдать за ним, следить за каждым его шагом, и если он не сумеет поймать снитч на своей первой игре, то другого шанса ему могут и не дать.              Хотя во рту у него пересохло и меньше всего ему хотелось это делать, он положил в рот немного подслащенных зерен, вызвав улыбку матери.              — Всё будет хорошо, сынок, — утешил его отец. — Ты всю жизнь готовился к этому.              Виктор кивнул.              Так и было, но ловец противника подготовится намного лучше чем обычно.              В основном Виктор полагался на помощь Гарри и остальных своих одноклассников, и, хотя первый был довольно умелым, никто из них и близко не подходил к профессиональному уровню.              Мысль о своем младшем товарище вызвала на его губах ухмылку.              Ему очень нравился Гарри, его сухое остроумие и тот факт, что ему было всё равно, что Виктор стал довольно известным.              Он доставлял ему столько же хлопот, сколько и всем остальным, и болгарин это ценил.              — Так-то лучше, — подбодрила его мать. — Ты должен с нетерпением ждать этого.              Виктор кивнул, когда дверь на кухню их скромного дома открылась, и встал, когда вошла его старшая сестра.              — Хана! — восторженно поприветствовал он её. — Что ты здесь делаешь?              — Я не собираюсь пропустить твой первый матч за Болгарию, — прошептала та ему на ухо, когда он заключил её в крепкие объятия.              Виктору стало тепло от ее слов.              Хана окончила Дурмстранг за несколько лет до этого и жила в Германии, где обучалась на архитектора-зачарователя.              Это была довольно сложно, и Виктор почти не видел её с тех пор, как она уехала.              — Спасибо, что ты здесь, — с благодарностью сказал он.              — Ну что ж, тебе лучше выиграть, чтобы это стоило моих усилий, — поддразнила его Хана.              Виктор кивнул, но тут же нахмурился, осознав кое-что.              — Я не взял тебе билет.              — Она возьмет мой, — настояла его мать.              Виктор покачал головой.              — Нет, я знаю, где она может сесть, — заявил он. — Ты будешь не с мамой и папой, но Гарри не будет возражать, если ты будешь с ними.              — Гарри? — спросила Хана.              — Он школьный друг, — объяснил Виктор. — Я выкупил для него и еще нескольким людям ложу, из которого они смогут наблюдать за матчем. Только не воспринимай всерьез то, что он говорит, — посоветовал он. — Если он найдет твое слабое место, вечер пройдёт очень… интересно.              Хана подняла бровь и хмыкнула.              — Ну, со мной он ещё не знаком.              Виктор покачал головой.              — Хана, поверь, это совсем другое, — вздохнул он. — Гарри… ну, он просто Гарри. Может быть, это не такая уж хорошая идея.              — О, нет, теперь я хочу встретиться с ним ещё больше, — возразила Хана. — На работе я не так часто встречаю интересных людей.              Виктор пожалел, что ему в голову вообще пришла эта идея, но, поскольку любопытство сестры уже поднялось до самого высокого уровня, он знал, что не сможет её переубедить.              Он бросил на отца последний взгляд, и тот поднял руки вверх, давая понять, что не собирается вмешиваться в это.              — Пойдем, Виктор, — вмешалась его мать. — Тебе лучше закончить завтрак. Скоро отправляться.              Виктор уныло сделал то, что ему велели: одна его часть с ужасом ждала встречи сестры с мальчиком, который заменил ему младшего брата, а другая знала, что к моменту окончания игры Хана найдёт себе родственную душу.              

══════ஜ▲ஜ══════

             Август 1993 года              Гарри был дома уже почти два месяца, и, хотя писал своим друзьям, до сих пор не видел никого из них, даже Пэнси проводила лето в путешествии с отцом, посещая все предприятия, в которых он имел долю.              Не имея сыновей, лорд Паркинсон оставит семейное богатство Пэнси и тому, за кого она выйдет замуж, несомненно, с условием, что первый ребенок, которого они произведут на свет, будет носить их фамилию.              Тем не менее, время, проведенное Гарри вне Дурмстранга, было продуктивным, и он занимался предметами, которые планировал продолжить, пока не было получено разрешение, и продолжал заниматься фитнесом для магии.              Он не хотел доставлять Олаффсону удовольствие снова ломать его.              Помимо занятий, он проводил время с Кэсси и даже устроил похороны Гектора, которого обнаружил по возвращении, свернувшимся калачиком в своем гнезде с остатками последней еды, которую дал ему Гарри.              Это был особенно мрачный день, ведь он прощался со своим маленьким другом, но Гектор прожил счастливую и полную жизнь — всё, что Гарри мог пожелать для него.              Наряду с тем, что Кэсси натаскивала его, он даже продолжал заниматься квиддичем в свободное время.              Он даже купил профессиональный снитч.              Правда, в первые несколько попыток ему не удалось поймать его.              Виктор делал это так легко, но маленький золотой шарик был неуловим, и когда Гарри удалось его поймать — ушло почти три часа.              По правде говоря, он был просто рад, что ему вообще удалось это сделать.              Сегодня будет день квиддича, но не того, в котором он будет соревноваться со своим новообретенным противником.              Ему предстояло посетить свой первый профессиональный матч, в котором Болгария будет играть против Бельгии.              Гарри с нетерпением ждал этого, но больше всего ему хотелось взять заслуженный перерыв и провести время с друзьями.              — Ты возьмешь свою мантию? — спросила Кассиопея, когда он вошел на кухню.              Гарри покачал головой.              — Я не хочу рисковать потерять её, — ответил он. — Со мной всё будет в порядке, — заверил он женщину, которая недовольно поджала губы.              — Хорошо, — неохотно согласилась она, — но я хочу, чтобы ты сразу вернулся домой, когда закончишь. У тебя ведь есть порт-ключ, не так ли?              Гарри закатил глаза.              — Да, он у меня есть, — подтвердил он. — Почему бы просто не наложить на меня следящие чары и покончить с этим?              — Перестань драматизировать, — хмыкнула Кассиопея.              Она волновалась.              Это был первый раз, когда Гарри собирался выйти на публику без неё, и она не решалась позволить ему это сделать.              Гарри понимал её опасения, но она не могла просто держать его взаперти вечно, как бы ей этого ни хотелось.              — Я буду осторожен, — заверил он, поцеловав женщину в щеку.              Кассиопея недоверчиво хмыкнула.              — Слова «Гарри» и «осторожность» не очень-то сочетаются, — ответила она. — Не знаю, откуда у тебя такое безрассудство… На самом деле нет, это не так сложно выяснить. Твой дед был таким же, и я подозреваю, что твой отец тоже.              Гарри гордо улыбнулся, несмотря на то что Кассиопея убеждала его обуздать эти наклонности.              — А каким был мой дед? — с любопытством спросил он.              Кассиопея на мгновение задумалась, прежде чем осторожно ответить.              — Мы во многом не сходились во взглядах, но Карлус Поттер был очень уважаемым человеком, — несколько сдержанно начала она. — Он был могущественным, и никто не мог усомниться в его храбрости. В конце концов, он женился на моей сестре, и ему было всё равно, что все думают о его выборе. Они с Арктурусом были близкими друзьями и оба высказывали свое мнение очень прямо. Полагаю, в этом ты похож на них обоих.              Гарри благодарно кивнул.              — Спасибо, — сказал он. — В любом случае, мне пора. Я буду осторожен и не сделаю ничего такого, что могло бы доставить мне неприятности.              — Хорошо, — ответила Кассиопея. — Развлекайся.              — Но не слишком ли чересчур? — фыркнул Гарри.              — Мы говорим о тебе, — вздохнула Кассиопея, выпроваживая его за дверь, где Гарри активировал свой порт-ключ.              Через мгновение он оказался на улице Софии, всего в нескольких шагах от стадиона для квиддича, где ему предстояло встретиться с остальными.              

══════ஜ▲ஜ══════

             Люсинду никогда не интересовал квиддич. Она могла придумать десятки вещей, которые ей больше по душе, чем смотреть, как четырнадцать человек летают по стадиону, гоняясь за мячами и изо всех сил стараясь покалечить друг друга.              Однако она знала, что было бы невежливо отказаться от приглашения посетить это мероприятие, к тому же это был день, проведенный вдали от того, что иногда может быть тоскливым существованием в вампирском ковене.              — Как я выгляжу? — спросила она у матери, когда вошла в гостиную их дома.              Мать вопросительно посмотрела на нее, а на губах появилась призрак ухмылки, прежде чем она начала поправлять волосы Люсинды.              — Ты прилагаешь много усилий для матча по квиддичу, — прокомментировала она. — Я никогда не видела, чтобы ты так старалась выглядеть для чего-либо. Ты хочешь произвести на кого-то впечатление?              Люсинда раздраженно хмыкнула, отстраняясь от матери.              — Нет, — горячо покачала она головой.              — Даже для Гарри?              Люсинда сузила глаза, и веселье матери тут же вызвало у неё ярость.              — Конечно, нет, — ровно ответила она.              Мать недовольно поморщилась и снова принялась суетиться над ней.              — Вот так, — сказала она, когда закончила. — Ты прекрасно выглядишь.              Люсинда впервые, сколько себя помнила, надела корсет.              Он был черным с красными деталями, и она дополнила его кожаными брюками и сапогами почти до колена.              Длинные волосы она заплела в замысловатую косу, и её образ отличался от привычных для школы свободных брюк и жилетов.              — Это не слишком перебор, не так ли?              Мать покачала головой, жестом показывая на свой похожий наряд.              — Не слишком?              — Нет, — ответила Люсинда.              — Тогда всё отлично, — ответила её мать. — Если ты хочешь носить именно это, то это твой выбор. Я уверена, что Гарри это понравится.              — Я делаю это не для него!              Мать ей не поверила, но Люсинда не собиралась тратить время на то, чтобы убедить её в обратном.              Она и так опаздывала, и, если она не уйдет сейчас, остальные, скорее всего, подумают, что она решила не идти.              — Я ухожу, — заявила она.              — Развлекайся, — ласково сказала ее мать.              Люсинда нахмурилась и активировала порт-ключ, отправленный Гарри несколько дней назад, и через минуту оказалась на расстоянии от своих друзей.              Как она и ожидала, она пришла последней, и её наряд привлек больше внимания, чем она рассчитывала.              — Ну разве ты не выглядишь сексуально? — прокомментировала Саммерби, когда она подошла. — Почему бы тебе не одеваться так в школе?              — Чтобы идиоты вроде этого не пускали слюни, — фыркнула Ана, ткнув локтем в ребра уставившегося на неё Каина. — Не лезь, мальчик. Вы не очень-то сочетаетесь.              Каин закрыл рот и покачал головой, бросив на Люсинду извиняющийся взгляд.              — Прости, — пробормотал он. — Ты просто застала меня врасплох.              Люсинда лишь кивнула, изо всех сил стараясь не замечать Гарри, чей взгляд она чувствовала на себе.              — Ты хорошо выглядишь, — просто сказал он.              Как уже стало привычным, Люсинда была уверена, что покраснела бы от комплимента, если бы это было возможно.              Гарри умел оказывать на нее такое воздействие, и она ещё не решила, нравится ей это или нет.              — Пойдемте, нам лучше пройти внутрь до начала матча, — предложил он, ведя их к одному из многочисленных входов на стадион.              Когда они подошли к волшебнику, проверяющему билеты, Гарри протянул ему конверт, и тот указал им на ложи.              — Вы уверены, что это для нас? — неуверенно спросил Каин, когда они вошли в одну из частных лож.              — Так здесь написано, — пожал плечами Гарри, подбрасывая в воздух виноградину, которая была на большом блюде с фруктами и словил её ртом. — Может, Крам знаменит?              — Он почти так же знаменит, как и ты, Гарри, — хмыкнул Каин. — Все в Болгарии знают, кто он такой, и почти каждый фанат квиддича на планете уже слышал о нем.              — Он всё ещё угрюмый болван, — фыркнул Гарри, усаживаясь в кресло и оглядел поле. — Хотя, полагаю, он мог бы быть и хуже, — добавил он.              — Мог бы, — раздался голос от двери.              В ложу вошел повеселевший Виктор, с кем-то ещё. Люсинда, предположила, что это его родители, и ещё одна женщина, которая была моложе их, но старше Крама.              — А вот и он, — поприветствовал его Гарри с поклоном. — Следующий великий ловец века. Тебе лучше победить, Крам. Я поставил на тебя неплохое количество золота.              — Ты поставил на меня? — удивленно спросил Виктор.              Гарри кивнул, и ловко похлопав его по плечу.              — Это легкие деньги, почему бы и нет?              Крам покачал головой.              — Ты не должен этого делать, Гарри, — пробормотал он.              — Ты должен больше верить в себя, — ответил Гарри. — Я не буду тратить время на тренировки с тем, кто не выиграет.              Виктор искренне засмеялся.              — Что привело тебя сюда? — спросил Гарри. — Я не думал, что если ты дашь мне билеты, то мне придется проводить больше времени рядом с тобой.              — Я бы не был здесь, если бы мне не нужно было быть здесь, — возразил Виктор. — Мне нужна услуга.              — Услуга?              Виктор кивнул, приглашая младшую из вошедших женщин пройти вперед.              — Я не знал, что моя сестра будет здесь, и у нее нет места, — объяснил он. — Ты не будешь возражать, если она останется здесь с тобой и твоими друзьями?              — Сестра? — слишком приятным голосом спросил Гарри.              — Не надо, — предупредил его Виктор.              Гарри невинно поднял руки.              — Я только хотел сказать, что она слишком красива, чтобы быть твоей сестрой, — ответил Гарри с ухмылкой. — Перестань, Виктор, ты похож на пещерного человека, и ты слишком много ворчишь.              — Я не ворчу, — прорычал Виктор.              Гарри отмахнулся от него.              — Я присмотрю за ней, — заверил он болгарина. — Со мной она в надежных руках.              Виктор потирал виски, а его сестра с усмешкой наблюдала за всем этим действом.              — Хорошо, — в конце концов согласился Виктор. — Гарри, это Хана.              — Хана, — повторил Гарри. — Ты уверена, что он твой брат?              Глаза женщины сверкнули, и она кивнула.              — Да, — подтвердила она. — Виктор уже так много рассказал мне о тебе, Гарри.              — Правда? И что же Виктор рассказал тебе?              Люсинда и остальные рассмеялись.              Крам мог столько всего рассказать.              — В основном о том, что я должна быть осторожна рядом с тобой, — ответила Хана. — Думаю, в этом он прав.              Гарри кивнул.              — Тебе нечего бояться меня, Хана, — заверил он её. — Виктор просто слишком всё драматизирует. С нами она будет в безопасности, — добавил он нервничающему брату.              Виктор разочарованно покачал головой.              — Веди себя хорошо, Поттер, — предупредил он.              Гарри невинно улыбнулся и помахал ему на прощание, когда тот уходил, а затем снова повернулся к девушке, которая смотрела на него широко раскрытыми глазами.              — Я что-то не так сказал?              — Ты — Гарри Поттер? — прошептала Хана.              — Он самый, — с готовностью вмешалась Саммерби, протягивая Хане руку. — Не волнуйся, ты привыкнешь.              — Привыкнешь? — переспросил Гарри.              — Думаю, она имеет в виду твою склонность попадать в неприятности, — заметила Ана.              Гарри нахмурился, глядя на остальных, которые не сказали ни слова в его защиту.              — Ну, она ведь не ошибается, правда? — фыркнула Люсинда, сжалившись над ним и утешительно похлопала его по плечу. — Давай, ты попробуешь накормить меня этой ужасной на вид едой, чтобы узнать, есть ли в ней хоть какой-то вкус, — предложила она.              Поведение Гарри сразу же изменилось.              Почему-то ему всегда нравилось наблюдать, как Люсинда гримасничает, поедая человеческую пищу, хотя он знал, что для нее всё это одинаково на вкус.              Тем не менее она с удовольствием ела попкорн и даже некоторые сладости, которые, по его словам, были вкусными.              Несмотря на это, что Люсинда не могла не думать, что ей ничего не нравится больше, чем улыбка Гарри.              Она каким-то образом освещала всю комнату и поднимала настроение всем, кто находился рядом с ним — даже её. И это было одной из тех вещей, по которым она скучала в течение долгих месяцев, проведенных вдали от Дурмстранга в конце учебного года.              

══════ஜ▲ஜ══════

             Нечасто Кэсси видела Гарри с той стороны, где он вел себя так, как и должен вести себя тринадцатилетний мальчик, но он вернулся с матча по квиддичу оживленным и охотно рассказывал ей о том, как прошел его день.              Она не могла сдержать улыбку, когда он рассказывал о том, как провел время со своими друзьями и как они вместе смотрели игру.              Он был так счастлив, и Кэсси не жалела, что отпустила его.              — Ужин скоро будет готов, — сообщила она ему. — Ты не мог бы принести газету? — спросила она, услышав, как сова застучала по стеклу, чтобы её впустили.              Гарри кивнул, и вышел из комнаты, а Кассиопея покачала головой, накрывая на стол.              Было приятно видеть, как Гарри наслаждается чем-то простым и получает столько радости от обычного подросткового занятия.              — Не мог бы ты принести воды? — спросила она, услышав, как он вернулся в столовую, но не получила ответа. — Гарри, — вздохнула она, повернулась к нему, и нахмурилась, заметив внезапную перемену в его настроении.              Его руки дрожали, а глаза впились в первую страницу газеты, в них горела безудержная ярость.              — Гарри, в чем дело? — надавила Кэсси.              Гарри ничего не ответил, а просто бросил газету на стол и выбежал из комнаты, но причина столь внезапного гнева стала ясна, когда Кэсси переключила внимание на статью на первой странице.              Она тоже почувствовала гнев, который не проявлялся в ней уже много лет, и если подобные новости так сильно повлияли на неё, то очень сложно сказать, какие эмоции испытывает Гарри.              Сжав челюсти, она бросила газету в огонь, наблюдая, как пламя пожирает тёмные буквы и сопровождающее их изображение.              

Сириус Блэк сбежал из Азкабана!

             Лицо мужчины, изображенного на картинке, было знакомым, и Кэсси поняла, что ей нужно решить эту проблему.              Как бы ей ни не хотелось признавать это, был только один человек, который мог помочь ей в этом, и, думая только о Гарри, она начала писать письмо Дамблдору.              Сириуса нужно было найти как можно скорее, пока он не попытался найти Гарри или не совершил что-нибудь столь же глупое, чтобы ещё больше опорочить фамилию Блэков.