Глава 13. Лицом к лицу.

Процесс изучения информации с останков имплантов и трекера Такэмуры занял куда больше времени, чем мне бы хотелось и ничего действительно стоящего я не нашла. На деке не было вообще ничего, кроме кучи переписок по работе, со службой доставки продуктов и с семьёй. Так вот о каких "обязательствах в Японии" он говорил, когда в Найт Сити отказался от моего предложения скрасить одиночество. Даже не знала, что у этого старого лиса есть семья, как у нормального человека. Неприятненько. Видимо, его взрослым детям придется обходиться без любимого отца и деда. Без его денег, связей и житейской мудрости. На долю секунды я было прониклась сочувствием к человеческой трагедии этих незнакомых мне людей. Уж я-то хорошо знаю каково это — приходить в полицейский участок на опознание трупа отца, но с другой стороны. Да пошли они на хрен! Переживут. Что я в самом деле? Откуда эта тупая сентиментальность и сожаления? Я поступила правильно. Точка. Горо не оставил мне выбора, вынудив защищаться любыми доступными способами. А вот у него, как раз, выбор был всегда. Такэмура мог выйти из игры давным-давно. Ещё в те времена, когда мой отец не интересовался девочками. Мог бросить всё после смерти Сабуро и уйти в вольное плавание. Не захотел. Так что это его вина, а не моя. Я отвернулась от компьютера и устало потерла пальцами веки. Поганый и долгий выдался сегодня день. Данными GPS, пожалуй, займусь завтра. На свежую голову, а сейчас спать. Силы мне ещё понадобятся. Я поставила пароль на свои файлы, выключила компьютер, чтобы рипер и его подручные не видели и не бредили чем я занимаюсь, и направилась в соседнюю с рабочим кабинетом комнату, выделенную нам с напарником. Тесное помещение без окон, похожее то ли на карцер, то ли на кладовку. Телевизор во всю стену и видавший виды диван, позволяющий при желании вполне комфортно разместиться вдвоем. Не раздеваясь, я рухнула рядом со своим напарником. Половину ночи лежала без сна, пялясь в стену, и лишь под утро забылась тяжёлым, поверхностным сном. Проснулась ближе к обеду и чувствовала себя так, словно меня переехал грузовой поезд "Милитех". Приведя себя в относительный порядок, я вышла в рабочий кабинет. Что удивительно, никого из Якудза здесь не было. Мой напарник с самым заинтересованным видом изучал данные GPS-трекера Такэмуры, сверяясь с картой Токио и делая для себя пометки. Что Джонни легко обошёл мои меры предосторожности было не удивительно. Во-первых, он знает какие пароли я ставлю, во-вторых, обладает немалой частью моих знаний и умений, хотя почти никогда ими не пользуется. За исключением боевого софта. Эти штуки ему очень нравятся. На столе меня дожидались ещё не успевшие остыть кофе и выпечка из ближайшей забегаловки. Как мило. Я хлебнула кофе и откусила бургер. Есть резко расхотелось. После лекарств меня и так тошнило, аппетита ноль. Так вдобавок все попытки поваров дешёвых забегаловок изобразить нечто похожее на американский фастфуд, как правило, редкостная дрянь и оставленный для меня бургер исключением тоже не был. Не без труда прожевав и залив в себя ещё кофе, чтобы смыть привкус отвратных специй, я села в кресло и как ни в чем не бывало поздоровалась: — Доброе утро. Джонни даже не обернулся в мою сторону. Голос его звучал спокойно, даже отстраненно. То ли так увлечен процессом, то ли не рад меня видеть: — Скорее уж добрый вечер. — Где все? — Да хер их знает. Плевать. Хорошо спала? — Как младенец. — Это я заметил. Полночи ворочалась, пять раз просыпалась. Спасибо, что хоть не плакала. Как себя чувствуешь? Я усмехнулась: — Словно меня отпиздил боевой пенсионер. — На меч бросаться передумала? — Мой напарник всё же соизволил обернуться и одарил меня привычно насмешливым взглядом: — Это испортит всю красоту трагедии. — Ещё одно слово и этот бургер полетит в тебя. Всё равно его жрать невозможно. — Ты не посмеешь. Я допила кофе, наблюдая как Джонни закуривает и согласно кивнула. Даже в наших постоянных перепалках, как у старой супружеской пары, есть границы допустимых вольностей. Швырнуть в напарника подушкой — очаровательная шалость и ребячество, швырнуть несъедобный бургер — серьезное оскорбление. В приличном обществе за такое можно и в рожу получить. Вариант ничем не швыряться даже не рассматриваем. Порой очень хочется. — Давай к делу. Вижу, ты времени зря не терял. Что-то нарыл на трекере? — Я закурила, подошла ближе и заглянула в монитор поверх плеча напарника. Джонни забрал сигарету из моих рук, пару раз затянулся и ответил: — Ничего вразумительного. Хренову тучу адресов в разных частях города и за его пределами. — Спорим, все эти точки на карте складываются в огромный философический хер? — Решив использовать против Джонни его же шутку, улыбнулась я. Не подействовало. Он и бровью не повел: — Не складываются, я проверял. В нескольких местах твой ронин бывал чуть ли не по пять раз в неделю, думаю начать оттуда. Что там такое хуй проссышь. В сети вообще ноль вменяемой информации, придется ехать и постараться не столкнуться с армией корпорации. — Джонни поднялся со стула, накинул косуху. — Думаешь исчезновение Такэмуры уже заметили? — Больше, чем уверен. Ханако даже в сортир не ходит без телохранителя и он явно не из тех, кто может уйти в загул. Мы вышли из помещения клиники рипера и сев в свою машину, поехали по первому адресу, ближайшему к нашему местоположению. Ничем не примечательное здание из стекла и бетона. Строгий дизайн, холодная элегантность, неприметная вывеска с дурацким названием, вообще не говорящим что может ждать за стеклянной дверью. И к счастью, машин корпорации поблизости не было. — Яснее не стало. — Учитывая, что твой приятель частенько здесь бывал, это должно быть что-то важное. Джонни закурил и откинулся на спинку сидения, непрозрачно намекая, что останется ждать в машине, а на разведку выдвигаюсь я. Справедливо. Деваха привлекает куда меньше внимания, чем рок-звезда. Я распахнула боковую дверь, намереваясь выйти: — Или бордель. — Теперь даже и не знаю, что больше хочу там найти. Минуя охрану, я вошла внутрь, осмотрелась по сторонам. Моя шутка юмора оказалась не так чтобы очень уж далека от истины. Не бордель, конечно, всего лишь очень дорогой спа-салон. С входом по членским картам, отдельными комнатами, охраной и системой защиты круче чем у большинства банков. Вопрос как они держатся на плаву при полном отсутствии информации в сети, отпал сам собой. Некоторые места настолько круты, что не нуждаются в дополнительной рекламе, а клиентская база не меняется годами. От нечего делать, слушая вполуха вежливый трёп администратора, я посмотрела ценник за визит и с трудом удержалась от желания присвистнуть. Верилось с трудом, что Такэмура захаживал сюда, чтобы расслабиться. Не столько ему платили в корпорации, да и вообще не похож он на человека, который так уж увлечен разного рода процедурами для красоты и молодости. Влезть в систему и почитать список клиентов не представлялось возможным, да мне в общем-то и не требовалось. И так понятно, что здесь мы ничего не найдем. Я вернулась в машину, села на боковое сидение и победно усмехнулась, бросив на приборную панель визитку. — Ну и? Что скрывается за фасадом? — Спа-салон. Можем ехать по следующему адресу, если, конечно, ты не хочешь сходить на расслабляющий массаж горячими камнями. — Я закурила, глядя в навигатор: — Всего ничего, пятьдесят тысяч эдди за часовой сеанс. Джонни завел двигатель, сорвал с места в карьер и глядя на дорогу, усмехнулся: — За такой прайс к их массажу должен прилагаться как минимум минет, а как максимум оргия с девственницами. — Да ты у нас ценитель. Его лицо приняло выражение брезгливости, словно я сказала какую-то мерзость: — Упаси. Я предпочитаю дамочек с опытом и никогда в жизни не платил за секс. Мне это не нужно. Я поудобнее устроилась на сидении и глядя в окно, улыбнулась: — Ты же платил за выпивку, ужин и дурь. Так что технически полностью бесплатного секса вообще не бывает. — Ви, не превращайся в крохобора. Не своди порывы возвышенных страстей к примитивному обмену горстки эдди на доступ к телу в надежде на час-другой удовольствий. — Это если повезёт. Мы понимающе переглянулись и чтобы не превращать беседу в обсуждение неудачных интрижек, я спросила: — Как думаешь, что Такэмура тут делал? — Ну подобный релакс дедуле явно не по карману, так что, вероятно, сидел под дверью, как собачонка, и ждал пока хозяева закончат свои процедуры. — Сильно сомневаюсь, что Ханако бывает в подобных местах. — Должна же она куда-то ходить, кроме офиса и ресторанов. До следующего адреса ехали долго. И тоже не нашли ничего интересного. Самый обыкновенный коллумбарий. Такой же как везде, разве что сильно меньше. Скорее всего, частная собственность корпорации и хоронят здесь не всех подряд, а исключительно членов семьи и особо приближенных. Охраны и посетителей не было, никакой опасности спалиттся, так что на разведку выдвинулся Джонни и пропадал слишком долго. Что можно делать полчаса среди памятных табличек семьи врага, понятия не имею. Ну зашёл, определил где самый роскошный склеп, плюнул на могилу Сабуро, станцевал джигу, чего задерживаться-то? Опять же непонятно, чего ради сюда так часто таскался сам ныне покойный Такэмура. Скорбеть по усопшим можно и без визитов в коллумбарий. Джонни появился, когда я уже почти утратила терпение и собиралась выйти и посмотреть чем он там занимается. Сел за руль, закурил и отметил в навигаторе следующий адрес где-то за пределами города. Судя по данным с трекера, Такэмура был там частым гостем и последний визит состоялся незадолго до нашей встречи. — Объясните мне, мистер Сильверхенд, что можно делать в коллумбарии столько времени? — Осматриваться, мисс Ви. Уж вы, как профессионал, должны знать, что семейные склепы отличное место для отвода глаз или тайников. — Дьявол. А вот об этом я даже не подумала. И как, нашёл что-нибудь? — Нет. Кроме кучи старых могил и сопливых эпитафий здесь нихрена ничего нет. Кем надо быть, чтобы сюда ползать как на работу? — Скорбящим родственником, например. — Скорее уж ебнутым, с кучей свободного времени. К последней точке из запланированных ехали долго. В пути болтали на отвлеченные темы, чтобы не было так скучно. Пару раз стояли в пробках, разок пришлось сменить направление, чтобы объехать перекрытую из-за ДТП дорогу. Надо же, даже на этом испытательном полигоне случаются нестандартные ситуации. Либо "Арасака" засбоили и кто-то в Токио избежал их контроля, либо сценарий предполагает несчастные случаи, либо это не просто авария, а целенаправленное обнуление. Наши приятели по обе стороны баррикад такое любят. В месте назначения нас ждал не самый приятный сюрприз. Голое поле вдоль трассы и на многие мили во все стороны абсолютно ничего. Ни домов, ни магазинов, ни даже свалки. Я ещё раз сверилась с данными трекера. Да нет, место то самое. Закурив, я пробормотала недовольно: — Это что за нахрен? Тонкий японский юмор, который выше моего понимания? — Думается мне, Ви, это именно то, что мы ищем. — Джонни с неподдельным интересом рассматривал что-то на земле. — Сад камней посреди ёбаного ничего? И что Такэмура здесь делал? Созерцал воображаемую сакуру? Джонни присел на корточки, словно к чему-то присматриваясь: — Возможно, задумчиво дрочил на призрак Сабуро. Ты что, не видишь? Или прикалываешься? — Не вижу что? — Бункер времён корпоративной войны. Вход должен быть рядом. Я посмотрела на него как на психа. То ли Джонни надо мной издевался, то ли изощрённо шутил, то ли от многолетнего употребления виски и "скорости" его мозги спеклись окончательно. — Где?! — Я обернулась по сторонам, но так ничего и не увидела. — Ты на нём стоишь. Присмотрись внимательно. Я опустила взгляд под ноги, сгребла грунт в сторону и к своему немалому удивлению действительно увидела несколько выцветший крашеный металл, характерный для бункеров. Не зная, что именно ищешь, никогда не догадаешься, что под слоем камня может быть нечто подобное. К счастью, мой напарник знал. — Приходилось сталкиваться и не раз. Банальный фокус. — Опережая мои логические выкладки, озвучил Джонни. Искомый вход был в паре шагов. Провал вглубь, отдаленно похожий на подземную парковку, куда спокойно могла заехать машина. Спуск шел вниз и там, скорее всего, должен был быть вход непосредственно в сам бункер. Заезжать внутрь здания на территории врага, не имея ни малейшего представления, что именно там находится, казалось редкостным маразмом, поэтому свой "Порше" отослали на автопилоте подальше от этого места и пошли пешком. Идти пришлось довольно долго, что-то около полутора миль. В кромешной темноте, то и дело обходя заградительные сооружения. Буквально на каждом шагу были контактные мины, турели, камеры и черт знает что ещё. Система распознавания "свой-чужой" работала исправно и если бы не наша общая паранойя и постоянное ожидание подлянки от корпораций, здесь бы мы оба и остались. Положение осложнялось необходимостью передвигаться тихо и незаметно. Сталкиваться лбами с армией "Арасаки" до того как найдем хоть что-то, лично мне не хотелось. Достигнув двери в бункер, я активировала сканер. Система защиты, если честно, так себе. Банальная какая-то и даже морально устаревшая. Я ожидала большего. Однако, сканеру на входе хватило внешнего сходства с Такэмурой, простого голосового пароля и отпечатков пальцев, чтобы дверь открылась и мы вошли в тайное логово семейки. Внутри нас ждала самая обычная лаборатория, отдаленно похожая на "Микоши" в Найт Сити и никого. Ни охранников, ни сотрудников, ни даже боевых роботов. Только автоматическая система защиты, которая взламывалась за пару минут и в целом не сильно напрягала. Мы прошли по длинным пустынным коридорам вглубь комплекса, осматривая всё, что могло привлечь внимание. Ничего интересного. Чем тут занималась корпорация, гадать не приходилось: ставили опыты на энграммах разных людей с только им понятной целью, а копаться в данных по исследованиям не было ни времени, ни желания. Весь этот технотрёп без специалиста всё равно бесполезен и не даёт точного понимания что к чему и нахрена. Осмотрев два десятка разных помещений, мы с напарником добрались до самого большого помещения, где кроме ядра процессора и главного компьютера не было ничего. Я подключилась к панели, воспользовалась кодами с деки Такэмуры, которые до визита в бункер считала бесполезным набором цифр, вошла в систему. Что-то важное здесь точно должно было быть. Система загрузилась, я открыла все файлы, которые не были зашифрованы. В основном всякая чушь. Записи визитов Ханако к папаше, болтовня про бизнес, ценные советы. По крайней мере стало понятно как этой фарфоровой кукле удалось выйти из кризиса без потерь и увеличить влияние. Джонни озвучил мысль, пришедшую и мне в голову: — Так и знал, что Ханако не настолько умная, как пытается показаться. Не обошлось без ебучего Сабуро. — Это объясняет постоянные визиты сюда. Интересное, конечно, открытие, но бесполезное. — Рассчитывала, что получишь все ответы на блюдечке с голубой каёмочкой? Ви, ты же не настолько наивная. — Джонни закурил, сел в свободное кресло оператора, закинув ноги на панель: — Ищи последний визит, может там что-то ценное проскочит. Хрен поверю, что после исчезновения Такэмуры, ее высочество не побежала жаловаться папочке и принимать экстренные меры. — Очень может быть. Я порылась в файлах, отсортировав их по дате создания. Последний визит Ханако состоялся не далее чем сегодня утром. Мы разминулись на каких-то пару часов и это хорошо. Было бы забавно, если бы столкнулись нос к носу. Хотя сильно упростило бы нашу задачу. На мониторе появилась видеозапись последнего разговора Ханако с энграммой папаши. Дочурка с почтительным поклоном приветствовала цифровую копию дражайшего родителя и насколько я могла судить, разговор был неполный. Не с начала и не до конца, где-то с середины, остальные данные то ли специально потёрли, то ли случился какой-то сбой и ничего не записалось, хрен знает. Ханако говорила на родном языке, но автоматический переводчик легко воспроизводил ее речь на привычном мне английском: — Это целенаправленное нападение, отец. Такого ещё не было. Раньше все провокации были направлены на смену руководства или ослабление наших позиций. Сейчас же кто-то старается уничтожить саму корпорацию. И на достигнутом не остановится. — Можешь, блядь, не сомневаться, дорогуша. Я от вашей империи камня на камне не оставлю. — Джонни потушил сигарету о каблук берца, прикурил новую. — Подозреваешь "Милитех"? Конечно, случившееся в Вашингтоне несколько их ослабило, но раненый зверь более опасный противник. — Рассудительности энграмме Сабуро не занимать, а вот насчёт умения правильно оценить кто против них работает, я начала сомневаться. Старик продолжал: — Мы должны ответить, показать силу. Насколько я понимаю, подготовительный этап завершён, мы готовы к войне. — Верно, отец. Можно приступать ко второй фазе проекта. Но я не уверена. — Ты не должна сомневаться, Ханако. Сомнения ведут к хаосу и утрате контроля. Её высочество помолчала, прошлась по комнате, словно собираясь с мыслями и соизволила поделиться сомнениями: — Это колоссальный риск. Нам придется задействовать все имеющиеся ресурсы и если мы ошиблись, последствия могут оказаться разрушительными. — Как и бездействие. Делай, что должна. Защити моё наследие. Любой ценой. — Я поняла, отец. И сделаю как ты говоришь. Запись закончилась на самом интересном месте. Я порылась в файлах ещё, стараясь отыскать данные по проекту, но прав доступа не хватило. Скорее всего, файлы зашифрованы, если вообще есть на этом сервере и анализировать их надо не один день. — Ты что-нибудь понял? — Глядя на Джонни, спросила я. — Я слышал то же, что и ты. Ясно, что нихуя не понятно. Какой-то хитрожопый секретный план, который даст преимущество. — Спасибо, кэп. Это я и без тебя поняла. Но что именно за план? — Давай рассуждать логически. "Арасака" нашли способ контролировать людей и подчинять своей воле. Токио только начало, испытательный полигон. Здесь их работа завершена. Вероятно, сейчас они планируют запустить эту же технологию по всему миру и свое послушное стадо использовать для того, чтобы начать и выиграть войну. — Если мы хотим это остановить, неплохо бы понимать с чем имеем дело. — Так давай узнаем. Благо у нас в руках тот, кто знает все секреты фирмы. Идея запустить энграмму Сабуро и спросить казалась форменным безумием. Мы двое последние люди, с которыми старик будет откровенничать. Я нашла и активировала энграмму. Через какое-то время перед нашим взором возник конструкт Сабуро. Выглядел он лет на сорок моложе чем в тот день, когда Ёринобу придушил папашу, и держался высокомерно, если такое определение вообще применимо к энграммам. — У тебя же точно есть, что сказать, старый козёл, не правда ли?— Обращаясь к энграмме Сабуро, усмехнулся мой напарник. — Джонни Сильверхенд. Всё-таки вырвался из своей тюрьмы. — Холодно отозвался Сабуро, глядя на своего старого знакомого. — Я же обещал, что приду за тобой, дерьма ты кусок. Рассказывай, что вы там опять затеваете? — Или что? На сей раз у тебя, рокер, нет в рукаве ни одного козыря. Ни ядерной бомбы, ни вольного искина. — Зато есть нетраннер, способный вытащить из твоего кода, всё, что захочет. Даже то, что ты предпочел бы скрыть. Можно по-хорошему, можно по-плохому. Джонни блефовал. Технология энграмм по-прежнему новая и мало изучена, далеко не каждому раннеру по зубам. Конечно, в свое время вудуисты наглядно продемонстрировали как именно вытащить из конструкта личности любую информацию, находясь в киберпространстве. Но их было много и каждый сам по себе очень крутой нетраннер. Нас двоих на такую авантюру будет явно недостаточно, да и погружаться в сеть без нужного оборудования и страховки в реальном мире слишком рискованно. — Никакие трюки и хитрые уловки не помогут. Хочешь знать о наших планах? Что ж, пусть так и будет. Мы уже победили. И ты не сможешь ничего изменить. — Если энграмма способна на сарказм, то это сейчас был именно он: — Но надо признать, ты не совсем бесполезен. — Что за хуйню ты несёшь? — Именно ты, рокер, в итоге оказался недостающей деталью пазла. Не самой важной, но крайне полезной лабораторной крысой. — Сабуро неприятно усмехнулся, как киношный злодей в шаге от триумфа. Только этим я могла объяснить предельную откровенность такого хитрого противника. Злодеям вообще не свойственно открыто говорить о своих планах. Либо старый пень тянул время и старался заманить нас в ловушку. Почти наверняка в "Арасаке" знали, что кто-то вошёл в бункер, используя коды покойного начальника охраны. И когда явится группа захвата, просто вопрос времени. Велика вероятность, что ничего такого уж ценного он не скажет. Мне в голову пришла идея попробовать записать энграмму Сабуро на внешний носитель, чтобы иметь козырь для торга или возможность порыться в данных конструкта в более безопасной обстановке. Весила она прилично и копировалась с сервера очень медленно, но всё же копировалась, что не могло не радовать. На экране за его спиной возникло нечто вроде личного файла с данными "Проект Душегуб 2.0. Подопытный номер 26812 Сильверхенд Джонни". Я бегло просмотрела что именно цифровая копия императора нам показывала и у меня буквально отвисла челюсть. Сотни разнообразных экспериментов над разумом моего напарника, растянутые на годы и направленные на подавление его воли, переписывание базовых черт характера и беспрекословное подчинение. Джонни, конечно, держался сколько мог, но в итоге "Арасака" добились своего. Им удалось сделать из своего главного противника такую же послушную марионетку, как и все, над кем они поработали. Финальная копия энграммы Джонни со всеми "улучшениями" корпорации была абсолютно безжизненным существом, утратившим всё, что делало его уникальным. Ни огня, ни куража, ни бунта, ни свободы воли, ни даже праведного гнева. Ни грамма жизни. Бесчувственная оболочка, лишь отдаленно напоминающая того человека, которого я знала. — Это ещё что за херня? — Сказать, что моего напарника удивило то, во что его превратил враг, по сути не сказать ничего. Скорее взбесило до крайности. А Сабуро ещё и подлил масла в огонь его ненависти, надменно продолжая плести свои словесные кружева: — Лучшая версия тебя, Джонни. То, каким ты станешь уже очень скоро. — Да хуй ты угадал. — Твоя война окончена, солдат. Ты снова проиграл, но оказал мне услугу, так глупо попавшись в руки корпорации. До меня дошло о чем говорил Сабуро. Быстро сопоставив данные по проекту с тем, что мы уже видели, я сделала вывод: — На основе твоих поведенческих паттернов они смогли изучить и внедрить в свою технологию самые действенные способы подавления воли у практически любого человека. — Всё верно, мисс Стормар. Иронично, что тот единственный безумец, который осмелился бросать вызов нашей мощи в итоге всё равно послужил нашим целям, чтобы в финале схватки навсегда исчезнуть. Благодаря тебе, Сильверхенд и другим таким же упрямцам, мы знаем как подавить даже самый упорный человеческий разум. Когда мы сломили твою волю, ты сам рассказал нам всё о своих дружках из "Атлантиды". Кто они, где прячутся, какие у них слабые места. Ты стал нашим лучшим информатором. Как я и говорил, мёртвые правдивее живых.— Сабуро самодовольно усмехнулся: — Ты отрицаешь объективную реальность, но ты уже не человек. Конструкт личности — всего лишь набор единиц и нулей. Программа, которая притворяется человеком и следует заданным параметрам. Их легко можно изменить. Нравится тебе это или нет, но в тот день, когда "Душегуб 2.0" заработает, твоя программа получит обновления. И вот эта, изначальная версия конструкта наглого сукина сына, мнящего себя невесть кем, исчезнет навсегда. Джонни замер, переваривая услышанное. На его обычно невозмутимом лице промелькнула тень обуревавших в тот момент эмоций. Осознание неприятной правды, что он не только проиграл свою войну и подставил близких людей, но и послужил интересам врага. В его взгляде вспыхнул огонь первозданной неконтролируемой ярости. Боль и гнев искали выхода. Джонни выдернул из-за пояса пистолет и прежде чем я успела его остановить, грохнул выстрел из "Малориана", направленный в ту часть энграммы, где у живых людей располагается голова: — Жаль, но ты этого не увидишь, ёбаный выродок. Ничего более тупого и безрассудного мой напарник ещё никогда не делал. Энграмме пуля точно не могла повредить, ожидаемо прошла насквозь, врезавшись в центр ядра главного сервера и вызвав замыкание. Что-то щелкнуло, полетели искры, а затем на несколько секунд погас свет и система вырубилась. Я не успела загрузить энграмму с главного компьютера, оставалось ещё около трети. Когда вновь зажегся свет, практически сразу сработала система защиты бункера и начался форменный ад. Из потолка одна за другой выдвинулись автоматические турели и по нам открыли огонь. Я нырнула за укрытие, отсылая один за другим скрипты в турели, чтобы иметь возможность выбраться. Ядро сервера не выдержало замыкания и с грохотом разлетелось на куски. Взрывной волной меня швырнуло на стену. Я больно ударилась спиной, закрываясь от летящих осколков стекла и обломков горящего пластика. Усилием воли заставила себя встать и бежать прочь. Путь был непростым. Вой сирены оглушал, мигающий свет и едкий дым горящей проводки мешал видеть путь. Всё вокруг рушилось, взрывалось и искрило. Несколько коридоров оказались отрезаны пожаром, текущим из покореженных труб хладагентом или обломками. Пришлось возвращаться и бежать сквозь огонь, натянув ворот футболки до самых глаз. В удушливом дыму было сложно разобрать куда вообще двигаться. Глаза слезились, а лёгкие обжигал горячий воздух. Я не видела куда делся Джонни, лишь надеялась, что он смог выбраться. Достигнув спасительной двери бункера, я блаженно улыбнулась. Сюда пожар ещё не добрался, можно было остановиться и перевести дух. Откашляться, вытереть выступившие от дыма слезы. Джонни появился минутой позже, несколько потрёпанный, со свежими порезами и парочкой ожогов, но хоть живой. Дверь ожидаемо оказалась заперта и звуки прибывающего транспорта по ту сторону, не внушали оптимизма. В коридоре негде прятаться, обратного пути нет и если оперативники корпорации вломятся, нам обоим конец. Я осмотрелась по сторонам и с чувством выругалась, не без труда удержавшись от упрёков в адрес Джонни: — Твою мать! Класс! Вот не мог сдержаться и не делать глупостей, а включить мозги хотя бы на то время пока я закончу копировать данные. Как энграмма Сабуро, так и главный сервер были набиты ценнейшей информацией, которую мы могли бы использовать в своих целях, а сейчас уходили ни с чем, да к тому же предстояло решать бежать или драться. — Есть идеи? Если они сюда войдут, не отобьемся. Спокойствию Джонни можно было только позавидовать. Его, казалось, вообще не волновала перспектива схлестнуться с группой захвата "Арасаки" в коридоре возле двери, где даже спрятаться негде. Быстро прикинув что-то в уме, он сказал: — Ты удивишься, но да. Все подобные бункеры строятся примерно по одному шаблону. Двигай за мной. Я не спорила. Это бесполезно. От того, что я сейчас выскажу Джонни кучу обоснованных претензий, что он идиот, лучше наше положение не станет. Мы по уши в дерьме и у меня ноль идей что делать. Знаю одно: надо выбраться отсюда до того, как бункер окончательно развалится на части, а корпораты ворвутся через толстенную железную дверь. Мы неслись по разрушенным коридорам через огонь и дым куда-то в сторону главного сервера, свернули к неприметной двери и высадив ее, вошли в технический коридор. Краем глаза я заметила, что сработала система тушения пожара, значит, оперативники уже здесь. Обратный путь отрезан, только вперед в кромешную темноту и неизвестность. Шли долго, стараясь не шуметь и не привлекать внимания, вдоль труб по колено в сточной воде. В паре мест шахта была настолько узкой, что практически застряли. Пришлось буквально протискиваться, ободрав кожу на всех частях тела. Миновав несколько коридоров, мы достигли развилки. Путь вперёд был замурован обломками, путь назад отрезан. Я слышала отдаленные шаги хорошо вооруженных людей. Оставался только один путь — наверх. Я чувствовала едва уловимое движение воздуха и видела свет в конце туннеля. Минус в том, что вентиляционная шахта, идущая на много метров вверх, была лишена хоть одного выступа, за который можно зацепиться. До решетки у поверхности не допрыгнуть даже с имплантами, а расстояние между стенами приличное. Решение одно: выбираться совместными усилиями. Прижимаясь спина к спине и упираясь руками и ногами в стены. То ещё удовольствие, если честно. Мы преодолели небольшой участок пути, когда прямо под нами возник оперативник корпорации. Пришлось замереть и молиться, чтобы боец не посмотрел вверх. Даже в темноте он вполне мог заметить две наши сцепленные фигуры. Прошло не больше минуты, пока враг осматривался и прислушивался, прежде чем уйти в другие коридоры, но мне этот момент показался вечностью. Шаги по коридору стихли, мы с Джонни смогли продолжить свой путь. Примерно через десяток метров я поняла, что постепенно слабею, выбилась из ритма и то опережаю движения Джонни, то наоборот опаздываю и мы оба рискуем рухнуть обратно на каменный пол. А с такой высоты костей не соберём. Уж каким чудом доползли, вопрос на миллион. Видимо, инстинкт самосохранения и адреналин, которые в момент опасности всегда выручают безбашенных искателей приключений на задницу. Решетку, отделяющую нас от выхода, выбить удалось не сразу, пришлось основательно повозиться. Проржавела она изрядно и поддавалась с трудом. В какой-то момент казалось, что здесь мы и останемся, пока есть силы держаться. Очередной мощный удар хромового кулака рокера достиг своей цели, решетка вылетела и мы оба оказались на поверхности земли. В пустошах бушевала песчаная буря, стремительно приближаясь к нам, а у всех входов и выходов из бункера ждали машины корпорации и вооруженные до зубов корпораты. Что-то они долго ехали. Надо уточнять, что после всех наших фокусов у оперативников "Арасаки" явно был приказ живыми нас не брать? А благодаря кое-кому, я лишилась туза в рукаве, соответственно и возможности избежать драки. Автопилот не отзывался, смыться на машине не выйдет. А бежать через голое поле в эпицентр бури идея заранее обречённая на провал. Мы будем как на ладони, лёгкая мишень даже для начинающего стрелка, коих в стандартной группе захвата не может быть по определению. А, и хер с ним. Подыхать, так с музыкой. Отправив в противника парочку скриптов, я выдернула из ножен катану и рванула в лобовую атаку, отбивая летящие в меня пули. Давно этого не делала, полагаясь то на софт, то на огнестрел. А между прочим вонзить катану в тело противника со всей дури, так чтобы только кровь полетела во все стороны, отличный способ сорвать злость, так что драка с оперативниками "Арасаки" пришлась как нельзя кстати. Маловато народу нагнали. Учитывая, что Джонни, как и всегда, прикрывал меня всеми доступными средствами от скриптов до метательных ножей, особо и разгуляться-то было негде. Всего пятеро на одного. Я только во вкус вошла, а противники практически кончились. Одна дамочка, конечно, ловко обращалась с мечом и дала мне достойный отпор, но я всё равно ожидала большего от Ханако. Разве сейчас за нами с Джонни не должен гоняться весь спецназ? Ну хотя бы для того, чтобы захватить и поставить перед грозны очи фарфоровой стервы, чтобы она могла сполна насладиться местью? А с другой стороны, куда им спешить? Сабуро непрозрачно намекал, что в скором времени "Душегуб 2.0" заработает на полную мощь и от наших с Джонни личностей не останется вообще нихрена. И зная рациональность Ханако не удивлюсь, если наши "улучшенные" копии применят в качестве наглядной демонстрации мощи корпорации. Например, заменим Оду и Смэшера. Сопротивляться-то влиянию не сможем ни я, ни Джонни. Дерьмовая перспектива, если честно. Думать в бою, даже не самом сложном, дело гиблое и противнице удалось меня достать, ударив прямиком в то же место, где ещё не успел зажить порез после встречи с Такэмурой. Выругавшись под нос и стиснув зубы от боли, я ловким приемом сбила её с ног и не без удовольствия вонзила катану прямиком в грудь соперницы. Со стороны главного входа к нам стремительно приближались остальные оперативники, бой продолжился и силы были явно не равны. Мне с трудом удавалось уходить от атак со всех сторон. На скрипты надежды не оставалось, дека столько не выдерживает, ей нужно время на откат. Песчаная буря почти добралась до места разборки и сквозь вой ветра и крики противников, я услышала звук, которому была неимоверна рада. "Порше" соизволил приехать и застыл в десятке метров. Отстреливаясь на ходу, мы рванули к машине и оказавшись в салоне, поехали прочь, устремившись в самый эпицентр песчаной бури. Машина на автопилоте сама найдет дорогу, а погоня быстро захлебнётся. В таком месиве летящего песка не найдешь один спорткар. Я открыла ноутбук и выгрузила то немногое, что смогла вытащить с сервера до уничтожения. Джонни мрачно смотрел на дорогу и ход его мыслей был написан на лбу. Ставлю двадцатку, что он снова и снова гонял в голове слова Сабуро о том, что корпы сотворили с ним в прошлом и что собирались сделать в будущем. Даже не представляю, что он сейчас должен чувствовать. Праведный гнев? Вину за предательство друзей, хоть и не по своей воле? Разочарование от осознания, что проиграл? Сожаления о своем выборе? Каким бы импульсивным Джонни ни был, он далеко не дурак и не может не понимать, что сам стал причиной полнейшего провала. Так феерично запороть простейшую операцию это ещё суметь надо. — Полегчало? — Чтобы прервать затянувшуюся паузу, участливо спросила я. Да, выходка Джонни была идиотской. Я не поддерживаю его решение, меня не устраивают последствия, но понять его реакцию могу. Не каждый день узнаешь, что персональный враг смог воплотить твой худший кошмар. — Нет. — Джонни закурил, выключил автопилот и прибавил скорость: — Убить Сабуро даже тысячу раз будет недостаточно. А это всего лишь сраная энграмма. И явно остались другие. — Как думаешь, он врал? — О чём? Что я полвека был ебучим подопытным кроликом и ничего об этом не помню? Или о том, что как только их проект запустится, я исчезну и стану безвольным овощем? Этот старый хер не славится честностью, но если хотел ударить побольнее, вполне мог сказать правду. Во всём, что касается "Арасаки", любая ложь всегда будет не так ужасна, как истина.— Он бросил в мою сторону насмешливый взгляд: — Давай, скажи, что я опять всё проебал. Вижу, тебе хочется. — Какой смысл озвучивать очевидное? Все совершают ошибки. А ты, друг мой, вообще не славишься дальновидностью и холодным рассудком. Ничего ценного мы так и не узнали. — Видимо, придется искать ответы у Ханако. — Сильно сомневаюсь, что она захочет нас с тобой видеть. Такэмура мёртв, Сабуро уничтожен. У нас нет рычагов давления. — Значит, пойдём напролом. Как в старые добрые времена. Звони Такеде. Нужна артиллерия.