Часть 10

– Дерьмово, да? Кэрол устало взглянула на Мишонн, пытаясь найти в карманах пачку сигарет. Угукнула в ответ. Нашла пачку, но зажигалки не было. – Минус сразу трое, – продолжала Мишонн. Она сидела спиной к столу, опираясь о согнутые в локтях руки, и смотрела куда-то вверх. – У тебя нет зажигалки? – Не курю. А кстати… Когда мы все выбежали на крики, тебя не было в твоей камере. Где же ты пропадала? Теперь, наклонив голову и щуря один глаз, Мишонн лукаво смотрела на Кэрол. – Быстро у тебя настроение меняется, – буркнула в ответ, наконец находя зажигалку в кармане штанов. – И от тебя несёт текилой… Я бы и сама не отказалась. От текилы, имею в виду. Разумеется, на Диксона у меня видов нет, – и она коротко рассмеялась. – Что?! – возмущённо уставилась на неё Кэрол. – А ты думаешь, никто не замечает, как вы хихикаете, пялитесь друг на друга, как будто вам лет по пятнадцать? Шерлоком быть не надо, чтобы понять, где ты ночевала, – Мишонн послала ей хитрую улыбку и снова задрала голову, подставляя лицо под первые лучи рассветного солнца. – А тебе не кажется, что это не твоё дело? – почему-то разозлившись, отозвалась Кэрол, сдерживая желание дать этой женщине пинка. – Да ладно тебе… Я только поддерживаю. Вам вообще давно пора бы… В общем, из вас бы вышла хорошая пара. Он такой нелюдимый, и ведёт себя иногда как горилла, а ты нашла к нему подход. – Если я помогла тебе выбраться из той клетки в Вудбери, это не значит, что мы подружки. И для сведения – у нас с ним ничего не было, – продолжая злиться, пробурчала Кэрол, будто зачем-то оправдывалась. Сделала глубокую затяжку и отвернулась. Лучше уж смотреть на то, как остальные заканчивают закапывать трупы. – Будь я твоей подружкой, я бы посоветовала тебе не тянуть. Кто знает, сколько ещё каждому из нас осталось бегать по этой земле живыми? Немножко счастья напоследок не помешает. Кэрол промолчала в ответ, и Мишонн наконец-то перестала болтать. Кэрол устала, у неё болела голова, им удалось поспать сколько? Часа два или три от силы… Выходит, все кругом видят, что у них с Дэрилом что-то происходит? Это было неудобно. У них ведь нет никаких «отношений», у них… Чёрт разберёт, что у них. Но сегодня ночью он поцеловал её по-настоящему, так, как никто не целовал уже миллион лет. Возможно, во всём виновата текила? Хотя Кэрол прекрасно помнила, о чём они говорили, и его слова, что самый первый раз он захотел поцеловать её ещё очень давно, когда они искали Софию… Последний крест был вбит в землю, сигаретный фильтр, начиная гореть, обжёг пальцы, а солнце наконец полностью встало из-за леса. Выбросив окурок, Кэрол поднялась навстречу мужчинам, которые возвращались с дальнего конца территории, где находилось их кладбище. – Всё, – озвучил Рик очевидное, подходя и бросая лопату. Угрюмые Тайриз с Дэвидом, шедшие за ним, уселись за стол, Дэрил остался стоять чуть в стороне, опёршись на свою лопату. Зак, только кивнув, сразу ушёл в блок C. – Случившееся станет нам уроком, – Рик устало оглядел всех присутствующих. – Я ещё посоветуюсь с Хёршелом, но нам нужно установить санитарные правила, насколько это возможно. В первую очередь, сейчас важно следить друг за другом – вдруг кто-то ещё заразился тем, чем заболел Патрик? Если это какой-то грипп… Я не эксперт, но я не понимаю, как такое вообще возможно. Он мог подцепить это от животных? Или… от ходячих? Он ведь тоже работал у ограды… Все только беспомощно переглядывались. Где взять ответы в мире, перевёрнутом с ног на голову? – В общем, мы с Хёршелом подумаем, откуда это взялось и можно ли такое предотвратить. А пока – смотрите в оба, ладно? И если у кого-то появятся малейшие симптомы, даже обычный кашель или чихание, давайте не подвергать друг друга опасности. Говорите сразу, будем лечить, чтоб не вышло так, как с Патриком. Остальным скажу об этом, как проснутся. – Там никто и не спит, разве что малышня, – заметила Мишонн. – Я заходила в блок полчаса назад – Бэт готовит завтрак, Карл ей помогает, Гленн с Мэгги сидят у себя и разговаривают – закончили отмывать сортир. Саша выходила сюда пару раз, Карен тоже ходит по блоку, не знает, куда себя деть. Так что… – Я понял, – кивнул Рик. – Но честно, сам бы не отказался поспать хотя бы пару часов. И вам советую. Мишонн, подмигнув Кэрол, которая в ответ закатила глаза, ушла вслед за Риком. – Не уверен, что получится заснуть, – хмуро пробормотал Тайриз, – но я попробую. Кэрол улыбнулась ему, когда он встал и тронул её за плечо, устало кивнула Дэвиду, но в упор не смотрела на Дэрила, избегая его взгляда. Ей казалось, что он смотрит на неё, но может, только казалось? Будто девочка, она понятия не имела, как себя вести. Хотя когда они с Мишонн помогали закапывать первый труп, Дэрил был рядом, и они даже о чём-то разговаривали… – Эй, – он тут же пошёл за ней, когда она, глядя себе под ноги и скрестив руки на груди, направилась к блоку C за остальными, – Кэрол, ты в порядке? Она ощутила облегчение. Какое-то странное облегчение, будто она ждала от него совсем другого – что замкнётся, сделает вид, что ничего не было, станет избегать её… Она остановилась и посмотрела на него. У него появились мешки под глазами, лицо даже в нежном свете рассвета казалось неестественно серым, а губы превратились в тонкую сухую полоску. Скорее всего, она и сама сейчас выглядела не лучше. Но, несмотря ни на что, в его взгляде было то, что она увидела там вчера ночью. То, что он не смог, а может, и не собирался, прятать. – Да, – сказала она, чуть улыбаясь. – Да. Это было страшно. И я не знаю, что будет дальше… Но кажется, всё могло быть намного хуже. А ты… в порядке? Дэрил лишь пожал плечами, но потом кивнул. Понял, что всё ещё несёт свою лопату в руке, и бросил её. Кивнул ещё раз, снова взглянув на Кэрол. – Здесь холодно, да? – спросил он, заметив, как она пытается кутаться в свою кофту. – Пойдём внутрь. Хочешь чай или позавтракать? – А ты? – вернула она вопрос, улыбаясь уже по-настоящему, когда он приобнял её за плечи и повёл в блок. – Честно? Нет. Хочу последовать совету Рика и поспать. Просто валюсь с ног. И это… – она вопросительно взглянула на него. – Пойдёшь со мной? Доспим то, что не успели. Она рассмеялась и тут же прикрыла рот рукой, понимая, как неуместно здесь будет звучать её смех. Глупый смех, как у глупой влюблённой девчонки. Очень неуместно влюблённой, ведь только что тут погибли люди, и действительно, как сказала Мишонн, кто знает? Завтра они сами могут подхватить какой-то дурацкий вирус, неудачно удариться головой, получить сердечный приступ или что-то ещё, от чего поднимутся среди ночи и пойдут заживо поедать своих… Это так неуместно – чувствовать счастье в таком аду. Однако Кэрол чувствовала именно счастье, может быть, очень кратковременное, призрачное, но, кажется, впервые в жизни такое горько-настоящее, что хотелось кричать, смеяться и плакать одновременно. Этим утром они снова засыпали вместе, крепко обнявшись, и было совершенно наплевать, что их видели, когда они вместе уходили в блок D к Дэрилу.

***

– Да! Да, чёрт возьми, да!.. Митч пребывал практически в экстазе. Едва сдержался, чтоб не крикнуть это «Да!» громко, чтоб не вскочить и не пуститься танцевать. Он лежал в траве и жадно смотрел в бинокль. Смотрел на людей, которые сновали туда-сюда по территории тюрьмы Ньюнана, не подозревая, что совсем рядом находится он. Наблюдает, считает количество. Ликует. Это, мать его, гениально! Тюрьма, очищенная от гнилых уродов – гениально! Идеальное место. Большая территория, крепкие стены. Эти идиоты почему-то до сих пор не додумались укрепить сетчатые заборы, но Митч сделает это в первую же очередь. Народу там, по его беглым прикидкам, было больше, чем в его группе, но это ничего. Там есть подростки и дети, и хилые на вид женщины – совсем не страшно. Крепких мужиков мало. А уж против танка точно не попрёшь. Был, конечно, вариант, что часть людей сейчас отсутствует, но Митч всё равно не боялся, даже если так оно и было. Он уже прикидывал план – долбануть из танка по этой хлипкой сетке да разок во двор, когда там соберётся компания побольше. И всё, проблема будет решена. Что не сделает танк, доделают гниляки, которые повалят туда через брешь в сетке. Сейчас всё выглядело так, будто сами грёбаные небеса расщедрились и дали Митчу то, о чём он мечтал с тех пор, как начался весь этот ад. И нет, он не станет мочить их напрасно. Сначала попробует договориться на очень простых условиях – вы сваливаете, а мы заселяемся. Не согласятся? Ну значит, будет по-плохому, хотя по-хорошему он честно предложил. Когда он осторожно и медленно отползал по кустам в лес, у него чесались руки заняться этим буквально сегодня. Но разум верно говорил – стоп. Нужно всё продумать. Нужно ещё не раз прийти сюда и смотреть. Нужно понять, как они живут, и точнее посчитать, сколько их. Кто знает, вдруг у них тоже есть тузы в рукавах? Так хотелось сделать всё быстро, потому что осточертело спать в хлипкой палатке и мыть жопу ледяной водой… Но нет. Он не дурак и сделает всё по-умному. – Собрание! – объявил он, вернувшись к себе. Перед этим он уже отвёл в сторону Пита и рассказал ему о своей долгожданной находке. Приказал пойти и заняться танком – тот должен быть в полной боевой готовности. Что-что, но позаботиться о танке Пит мог как никто другой, хвала американской армии и умениям, полученным на службе. – Хорошие новости! – он медленно оглядел всю свою небольшую группу, задерживая взгляд на каждом. – Я нашёл нам отличное место для жизни! С удовольствием смотрел, как все начали переглядываться, недоверчиво, с опаской, хмуро, но – он это точно видел – и с надеждой. Им всем надоело скитаться, они все хотели осесть где-то и перестать трястись от каждого дуновения ветра… – Там уже живут, – продолжил Митч. – Но это не будет проблемой. Их больше, но, судя по всему, они подготовлены не так хорошо, как мы. Спокойно! – крикнул он, когда увидел, что Тара стала мрачно бормотать что-то на ухо Алише, а Уинсли сказал что-то вроде «Какого хрена?», услышав о том, что людей там больше, чем в их группе. – Спокойно, ребята. Там полно женщин и детей, и они явно не ждут неприятностей. У них даже заборы не укреплены. Не переживайте, мы не станем их убивать понапрасну! Вот что мы сделаем – мы предложим им сделку. Предложим им разделить крышу над головой. На наших условиях. Потому что каждый из нас – воин, боец! Даже ты, Тара, – он обратился напрямую к младшей из сестёр Чамблер, которая перевела на него тяжёлый взгляд. – Вспомни, какой ты была. И какая ты теперь! И ты-то прекрасно знаешь, какой я. Я не стану напрасно никого убивать, обещаю тебе и всем вам! Это место недалеко, и оно нам идеально подходит. И, возможно, его жители просто согласятся на наши условия, и мы приобретём не только новый дом, но и новых друзей! Митч, конечно, лукавил. Он не собирался жить с этими людьми под одной крышей. Хотя он и правда не хотел их убивать, но подозревал, что иначе не получится. Они вряд ли безропотно уйдут из обжитого места. Часть из них, скорее всего, будет убита, но ничего не попишешь, таковы новые реалии. – И как мы это сделаем? – спросил Уинсли, переминаясь с ноги на ногу и буравя Митча нечитаемым взглядом. – Не сразу, Уинсли. Не сразу. Мы подготовимся, запасёмся боеприпасами, чтобы нам было легко выдвигать свои условия. Будем следить за ними. Дождёмся подходящего момента. Нам понадобится ещё хотя бы одна машина, лучше побольше. Найдём такую. Дел много, но это того стоит. Разве вам всем не надоело? – он снова оглядел всю группу. – Не надоело спать практически на земле, под вечной угрозой, что придут гниляки и сожрут нас среди ночи?! Разве вы не заебались прятаться и бежать каждый раз, когда приходит новая толпа тварей? Скажите мне, если вас устраивает так жить! Скажите! – никто не отозвался, все молчали и смотрели на него. – Вот и я о том же. Наша группа небольшая, но сильная. Чертовски сильная. И мы заслуживаем жить лучше! Клянусь вам, у нас всё получится, и те люди… Если захотят, смогут жить с нами в мире, стать частью нашей группы. Либо они уйдут, если не захотят компромиссов. Может быть, это не совсем честно, но мир, мать его, изменился! Каждый из вас это знает. Однако мы не бандиты, мы не станем просто вырезать обычных людей. Обещаю! Мы сделаем всё, чтобы ни с одной из сторон не было жертв. Договорились? Вы со мной? Мы проделали большой и трудный путь, и я должен знать, что вы со мной! С удовольствием он отмечал, что каждый из его людей кивает. Даже Тара, которой это всё казалось не по душе, тоже кивнула. Поверила. Отлично. Он устроит всё так, чтобы создать видимость враждебности людей из тюрьмы, даже если это не правда. Он устроит, придумает, как. Чтобы самые мягкотелые из его группы поверили, что выгнать чужаков – единственный вариант. И чтобы, даже если придётся убивать, это выглядело бы оправданным.

Два месяца спустя, Терминус

Кэрол стояла на коленях на земле и внимательно смотрела на происходящее за сеткой. Кожу на лице стягивало от грязи и крови ходячего, которыми она обмазалась чуть раньше. Зато тошнотворную вонь от гнилых внутренностей, что покрывали её накидку, она уже практически не ощущала. Этот запах был привычен почти так же, как раньше, в далёкой прошлой жизни, привычными были запахи кофе, который она готовила себе по утрам, или свежих булочек, которые она пекла на постоянной основе для Софии… Кэрол нахмурилась, осознав, какие сравнения приходят ей в голову. Дурацкие – вот какие. Дурацкие и неуместные. Сейчас было совсем не до этого. И нужно было спешить. Так что, отбросив все мысли в сторону, она взяла бинокль и стала смотреть внимательнее. Увидела, что несколько человек убивают ходячих сквозь ограждение – прям как делали они сами, когда жили в тюрьме. У неё был план, но теперь он на ходу корректировался сам собой. Потому что орда ходячих уже была у ворот Терминуса, и люди за оградой это заметили. Что это не десяток-другой, который можно было бы отбить вручную. Их гораздо больше, и они идут прямо туда. И несколько цистерн с пропаном, одна большая и три поменьше, стоят прямо у ограды. Задачка со звёздочкой, зато результат будет куда лучше, чем планировалось. Так что, сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, она устроилась поудобнее и прицелилась. Нужно точно попасть несколько раз подряд. Очень, мать его, точно. Фейерверки из сумки того придурочного парня лежали рядом. Если всё получится, будет превосходное зрелище. Только нужно поспешить. Времени думать больше не было. Прямо сейчас прямо там всех её друзей, возможно, уже убивали. Кэрол запретила себе думать о том, что, возможно, они уже были мертвы. Нет. Так что она прицелилась и выстрелила. На цистернах была надпись – ARNETT – и она решила стрелять в последнюю букву, чтобы было куда целиться. Раз! Шум, который издавала орда, заглушал звуки. Ещё раз! И ещё! Один раз промазала, но последний выстрел пробил оболочку цистерны, и на ходячих у ограждения с громким шипением пошёл газ. Теперь дело за фейерверком. Она подожгла его, закрыла уши и прижалась к земле. Оглушительный каскадный взрыв, несколькими волнами звука и вибрации прошедший сквозь всё пространство, оповестил, что фейерверк справился со своей задачей. Что Кэрол справилась. Цистерны взорвались, разметав кучу ходячих и превратив их в кровавую пыль, ограждения больше не были преградой, и оставшаяся орда пошла прямиком в Терминус. Кэрол дала себе минуту на передышку. Сделала пару глотков воды. Представила, какой переполох сейчас начинается в этом долбаном Терминусе… – Чёрт, – пробормотала она вслух, глядя вверх в небо, сегодня такое чудесно-голубое, ярко-голубое сквозь ветки деревьев. Как это всё вышло? Ещё совсем недавно они были в тюрьме, и всё было хорошо, совсем ничего не предвещало беды… Рик выращивал овощи и пытался разводить свиней, люди из Вудбери освоились и старались учиться всему, чему могли и что должно было помочь им всем в дальнейшем строить свою мини-цивилизацию заново, все были чем-то заняты, тюрьма буквально расцветала на глазах, ну а Кэрол… Совсем на чуть-чуть успела почувствовать себя счастливой. Едва-едва. И всё рухнуло. Лиззи… И Мика. И решение Рика, что Кэрол больше не должна оставаться с ними. И та последняя ночь, когда они с Дэрилом… Почувствовав, что сейчас заплачет, она резко прервала поток своих мыслей. Всё, хватит. Может, кого-то из них уже нет в живых. Но возможно, многие ещё живы. И не важно, что будет дальше. Нужно попытаться помочь, насколько это будет возможно.

Настоящее время, тюрьма

– Выезжаем завтра рано утром. Поедем по этой дороге. Этот путь чуть дольше, но он чище, здесь почти нет ходячих. Так что до города доберёмся уже к обеду. Тайриз, показав на карте путь, который им предстоит проехать, передал карту Дэрилу и отошёл от стола. Никто не нервничал. Вылазки на такие расстояния были не слишком частыми, но необходимыми – в больших городах всё ещё оставалось много ресурсов. Люди покинули крупные города почти сразу, ходячие тоже надолго там не задерживались, так что бетонные джунгли были практически безопасны к этому моменту – минимум шансов нарваться как на большие группы живых, так и на большие группы мёртвых. Дэрил жевал соломинку и изучал карту. Хмурился. – В чём дело? – спросил его Рик, замечая, что тот вроде бы в чём-то сомневается. Дэрил передёрнул плечами. Помолчал, выплюнул соломинку. – Думаю, одному из нас нужно остаться, – он показал пальцем на себя и Рика. – И лучше, чтоб это был ты. Эй! – он поднял руку, пресекая попытки шерифа что-то возразить. – Я с моим арбалетом там пригожусь больше, чем ты с твоей пугалкой. Зато твоя пугалка пригодится тут, если вдруг что. Уезжают почти все, – он посмотрел на Рика из-под чёлки. – Это не впервой, но то, что вчера сказал Гленн… – Гленн сказал, что ему показалось, будто он видел с вышки какой-то отблеск. Ему показалось, Дэрил. Мы пошли туда сразу же и ничего не нашли. – Знаю, – Дэрил кивнул. – Знаю. Не нашли. И я уверен, что ему показалось. Однако, если есть хоть малейший шанс, что он действительно что-то видел… Короче. Давай сделаем по-умному. Останься. Мы справимся там без тебя. – Но здесь остаётся Кэрол, – Рик положил руки на талию и наклонил голову, щурясь на солнце. – Разве этого не достаточно? Она прекрасно знает план на случай, если Гленн действительно что-то видел. Автобус стоит… – Не, – Дэрил упрямо мотнул головой. – Хочу, чтобы с ней был кто-то ещё. Кроме детей и Хёршела. Вы вдвоём сможете защитить друг друга и их, и вытащите их отсюда, если вдруг что. Выражение лица Рика сменилось на насмешливое. Дэрила это злило, и он отвернулся, доставая сигарету. – Считаешь, Кэрол одна не справится? – Сказал же, хочу, чтобы с ней был кто-то ещё. – Но именно я, ну или ты? Не Тайриз, не Гленн, не Мэгги, не Мишонн? – Рик усмехнулся. – Не доверяешь никому, кроме нас с тобой, я понял. – Иди ты, – беззлобно послал его Дэрил. – Но да, не доверяю. Если ты так хочешь поехать, тогда останусь сам. Рик вздохнул, потёр лоб, отыскал взглядом Кэрол где-то у ограды. Помогала укреплять ограждения. Что-то между этими двумя явно происходило, но Рик не спрашивал. Дэрил всё равно ничего бы не ответил, разве что послал бы в своей манере, да и Кэрол от него не отставала, словно перенимала его привычки. Может, отшутилась бы только, или коротко ответила, что ему кажется. – Ладно. Если тебе будет легче, я останусь, – наконец согласился Рик. Не видел особого смысла спорить. Действительно, туда едут буквально все, если будет на одного меньше – ничего страшного. Натура Рика немного бунтовала – он привык идти впереди своих людей, даже если дело касалось банальных вылазок, он привык контролировать и отвечать за всех. Но, с другой стороны, здесь остаются дети, в том числе двое его собственных, и ему действительно будет спокойнее рядом с ними. Гленн вчера неуверенно сообщил, что будто бы на мгновение видел на границе леса какой-то отблеск, когда оглядывал территорию с вышки. Когда он схватил бинокль и стал всматриваться, всё было тихо. Ни людей, ни ходячих. Однако они всё равно сразу же пошли проверять. После истории с Вудбери было не по себе, несмотря на то, что прошло много времени. И они действительно ничего не нашли. Никаких признаков людей в том месте, на которое указал Гленн. Поэтому Рик сразу же выбросил это из головы. Но, видимо, так поступили не все. Так что, поскольку этот компромисс не требовал никаких жертв, он согласился остаться. Чуть наступив на собственную гордость, слегка побунтовав для вида перед Дэрилом, но в итоге – с изрядной долей облегчения. После Вудбери, когда он остался сражаться с людьми Мерла, осознавая, что вооружённая группа, уехавшая из города, вполне могла отправиться в тюрьму и перебить там всех, включая Карла и малышку Джудит, в нём что-то переменилось. Он понимал, что, скорее всего, ему ещё не раз придётся оставлять своих детей без своего присутствия. Он даже частично осознавал – есть немалая вероятность, что оба его ребёнка умрут, не успев толком пожить. Частично осознавал. Каждый раз, когда видел, как кого-то съедают заживо. Каждый раз, когда видел ходячих мертвецов. Все они когда-то были живыми людьми. Все они. Но всё равно – что-то в нём переменилось. Одна его часть требовала быть прежним лидером, стараться, как и раньше, быть таким же смелым, сильным, быть тем самым лидером, которым он стал просто потому, что так было нужно. А другая часть тихим и тонким голосом просила – не надо, не рискуй лишний раз, не нарывайся, сдай лидерство другому, кому угодно, найди этого кого угодно и передай, отдай, сложи с себя эту ношу. Ради детей. Ради Карла и Джудит. И эти две части боролись между собой глубоко внутри. Первая обзывала вторую, употребляя слова вроде «трусость», «слабость», «мягкотелость». Вторая отбивалась фразами «плохой отец», «никудышный защитник», «что бы сказала Лори?» и даже – «Шейн сумел бы справиться лучше»… Глубоко внутри Рика стояла чаша с весами, и одни регулярно перевешивали другие. И этому противостоянию, наверное, конца не будет. Сейчас вторая часть легко взяла верх. Спасибо Дэрилу. Который делал это вовсе не для Рика, но какая разница? Они все делали это всё ради чего-то своего. Рик заметил, как Бэт, которую он увидел впервые ещё совсем юной девочкой там, на ферме Хёршела, провожала Зака на эту вылазку. Практически подслушал, как они прощались, как Зак поцеловал её и спросил, не хочет ли она сказать ему что-то напоследок, а она ответила со смехом – «Нет, потому что ты вернёшься». Он улыбался, слушая это. Зак вернётся, и Бэт сможет поцеловать его снова, и они, скорее всего, вскоре будут заниматься тем же, чем занимались Гленн и Мэгги в любом подходящем месте, и старик Хёршел будет притворно беситься и поучать младшую дочку, что ей слишком рано оставаться наедине с молодыми людьми… Рик улыбался, думая об этом. Думая о том, что даже в этом наполовину погибшем мире находилось место новой любви и новым чувствам. Он думал о том, что, наверное, и его Карл однажды, и быстрее, чем казалось Рику, влюбится в кого-то, и будет переживать все эти чувства, несмотря на апокалипсис и крах цивилизации. И, если им всем повезёт выстоять, у этих новых людей нового поколения появятся свои дети, которые смогут узнать о старом мире, что был до эпидемии, только по рассказам «стариков» – тех, кто застал прежний мир, с его технологиями, мегаполисами, интернетом, компьютерными играми, скоростными поездами, самолётами, попытками разгадать загадки космоса… Уже рассвело, когда несколько машин двинулись вслед за байком Дэрила из ворот тюрьмы. Рик и Кэрол провожали их, следили параллельно, чтобы ходячие не успели добраться до ворот. Один почти смог, но они захлопнули ворота практически перед его носом. Он спустя несколько секунд слепо ткнулся в сетку, издавая вялые хрипы. Прогнил настолько, что не было даже подобия глаз – только чёрные провалы в черепе. Они с Кэрол переглянулись, она достала нож и ткнула им в одну из глазниц уже давно привычным жестом. Ходячий дёрнулся последний раз и упал, когда она резким движением вытащила свой нож. – Что ж, – сказала она, вытирая лезвие о тряпку, торчащую из кармана её штанов. – Пойду приготовлю завтрак для нас и детей.

***

Кровь. Кровь… Кровь! Пресвятая Дева Мария, думал Рик, трясущимися руками обнимая рыдающую Джудит, прижимая её к себе и пачкаясь в крови. Его маленькая, такая ещё маленькая девочка была вся в крови, и, спасибо всем богам, которые существовали или не существовали, что кровь была не её. У Рика тряслись не только руки, но и всё тело, он еле двигался, пытаясь бежать, но получалось очень плохо. Так что он скорее семенил, путаясь ногами в траве, а его мозг страшно подвисал, ведь он не мог вспомнить, где лежит ключ от двери в блок D. А ему надо было именно туда. Ему было надо, чтобы никто не успел его увидеть. Его и того, что творилось сейчас на задней территории тюрьмы. Чуть позже, когда он уже сидел в комнате Дэрила, когда точно убедился, что Джудит не ранена и с ней всё в порядке, когда обтёр её чистой водой и замотал в наволочку с Дэриловой подушки, и когда нашёл у него под тумбочкой несколько бутылок алкоголя и не глядя сделал несколько глотков из той, что оказалась ближе всех… Вот только тогда он смог немного прийти в себя. Джудит затихла, наверное, чувствуя, что опасность миновала, и отец перестал трястись как наркоман без дозы. А Рик осмотрел себя и понял, что сам весь перепачкался, и в таком виде в общий блок нельзя. Снял с себя рубашку, швырнул туда же, где валялась кровавая тряпка, в которую до этого была завёрнута Джудит, нашёл у Диксона более-менее нейтральную футболку и надел. Попытался рассмотреть себя в отражении бутылки. На лице тоже немного крови. Стёр, как мог. Сполоснул руки. Вода закончилась. Дал себе ещё несколько минут. Хотя знал, что ему нужно спешить. Охренеть как сильно нужно было спешить. Но мозг отказывался работать. Совсем. Попытался мысленно отмотать события назад. Что, если это была всего лишь галлюцинация? Нет, кровавые тряпки на полу говорили об обратном. Всё это – правда. Как же это, чёрт его дери, вышло? Они с Кэрол проводили остальных на вылазку, закрыли ворота, Кэрол убила ходячего и пошла готовить завтрак. Рик отправился осматривать грядки, заглянул к Вайолетт, которая недавно опоросилась, проверил пуповины у поросят, как учил его Хёршел, убедился, что у Вайолетт достаточно воды и еды… Потом проснулись дети, все позавтракали, Рик провёл какое-то время на вышке, внимательно осматривая округу, Кэрол занималась стиркой и детьми… Всё было как обычно. Всё было совершенно как обычно. Пока в какой-то момент… Рик запустил руку в волосы и зажмурился. В какой-то момент, когда он наливал воду в ведро из бака, к нему подбежала Кэрол. Она задыхалась, и он сразу же бросил ведро, потому что мгновенно понял по её лицу, залитому слезами, – что-то случилось, снова случилось что-то очень серьёзное. – Рик… Быстрее, пойдём, быстрее!.. И он ломанулся за ней, не тратя времени на расспросы. Она показала рукой – туда, к заднему двору, и он побежал вперёд, обгоняя её. Представлял себе что угодно – стена снова разрушена, куча ходячих на заднем дворе, а может, Гленн и правда видел кого-то, и эти кто-то теперь на их территории, может, кто-то в заложниках, может, кто-то уже убит, или снова кто-то из них чем-то заболел, умер и обратился, или… Что угодно представлял, только не это. Когда он пробежал к блоку D, а оттуда – за угол вдоль стены, к заднему двору, первое, что он отметил – стены целые, и никаких ходячих или чужаков там не было. Поле, деревья и кусты, и… Лиззи, которая сидела на одном из многих пней, что они переделали в подобие стульев. Он сначала ничего не понял. Лиззи была далеко, но он прекрасно видел, что с ней всё в порядке. Сидит, сложив руки на коленях, крутит головой по сторонам… Он обернулся к Кэрол, которая его догнала, и спросил, в чём дело. На секунду подумал, что они решили его разыграть, пошутить, и если так, то и её, и детей ждёт самая настоящая выволочка, потому что нервы и так ни к чёрту, и подобные шутки могут в прямом смысле довести его до сердечного приступа. Но цвет лица Кэрол был болезненно-белым, и слёзы по-прежнему текли из её глаз. Она согнулась, упёршись руками в колени, и помотала головой. – Рик, – всхлипывая, сказала она. – Рик… Только без… без паники. Ты должен собраться. Лиззи сделала… – она выпрямилась, её руки тряслись, но она более-менее справилась с дыханием. – Лиззи убила свою сестру. Стой! Она едва успела поймать его за руку, когда он бросился вперёд. – Стой! – шикнула на него, переводя отчаянный взгляд с его лица на девочку, которая сидела под деревьями, сложив руки на коленях, словно примерная школьница. Рик теперь увидел, что позади неё что-то было – покрывало? Одеяло? На нём кто-то лежал, и этот кто-то шевелился. – Рик, послушай. Если ты сделаешь глупость, она сделает ещё бо́льшую. Ты должен собраться. Нужно сделать вид, что мы её понимаем, нужно ей подыграть. Рик ни черта не понимал. – Она… Ты сказала, что она убила Мику? – Да, – Кэрол ещё сильнее вцепилась пальцами в его руку. – Да. Она убила Мику. Рик… там Джудит. До него дошло не сразу. Сначала отреагировало тело – волосы на всём теле натурально встали дыбом, лёгкие словно вмиг лишились воздуха, рот открывался и закрывался. – Она пообещала не трогать малышку, если мы позволим Мике обратиться. Слышишь меня?! – Кэрол несильно дёрнула его за руку, при этом впиваясь ногтями в кожу и выводя из ступора. – Соберись! Мы должны сделать вид, что всё хорошо. Рик, ты меня понимаешь? Он смотрел ей прямо в глаза сквозь какую-то мутную пелену. Джудит… Она там, где-то рядом с сумасшедшей девчонкой, где-то рядом с её мёртвой сестрой, которая может обратиться в любую минуту. – Рик! – шёпотом воззвала к нему Кэрол. – Очнись! Я одна не справлюсь! И мы стоим здесь уже достаточно долго, чтобы она начала что-то подозревать. Прошу тебя, ты должен собраться! Усилием воли он сфокусировал взгляд на её лице. – Я понял. Понял. Хорошо. Пошли. Кивнув ему, Кэрол медленно отпустила его руку. И одновременно с этим вдруг улыбнулась – почти естественно. И умоляла глазами сделать то же самое. Он кивнул в ответ. Улыбаться не смог, но постарался выдавить из своей мимики максимум возможного. Шёл рядом с Кэрол почти как робот. И по мере приближения к Лиззи замечал – кровь на руках девочки, много крови, почти по локти, брызги на её майке, на лице. Замечал, что Лиззи напряжённо улыбается. Он видел такие улыбки, давно, очень давно, ещё когда работал в полиции округа Кинг – он повидал немало сумасшедших, которые улыбались примерно так же, после того, как убили своих возлюбленных, или целую семью, или целую кучу незнакомых людей. – Ну вот! – бодро сказала Кэрол, когда они подошли. – Рик здесь, видишь, дорогая, всё в порядке! Правда, Рик? Он уже рассмотрел, что шевелилась на одеяле позади Лиззи его дочь, а рядом с ней лежала Мика со множеством ножевых ранений. Уже однозначно мёртвая, но пока ещё – не ходячая. – Да, – подтвердил он, сосредотачиваясь на Лиззи. – Кэрол рассказала мне… О том, что ты хочешь сделать. Ты хочешь, чтобы Мика обратилась, верно? Лиззи посмотрела на него недоверчиво. – Нет. Я хочу, чтоб вы увидели… и поняли. – Поняли что? – уточнил он, сдерживаясь, чтоб не броситься на неё. Но Джудит была прямо позади. А у девчонки в руках был нож, рукоятку которого она сжимала изо всех сил. Одно движение, и она сможет воткнуть этот нож в его дочь. – Что они – точно такие же, как и мы! – прошептала Лиззи, улыбаясь. – Мика станет первой из нас… И вы увидите! Я докажу… – Я понял, – кивнул Рик. – Лиззи… Я и раньше догадывался. Я говорю тебе правду, – заверил он, когда она недоверчиво скривилась. – Я догадывался, но мне было намного проще не видеть этого. Понимаешь? Они нападали на нас, и я… В общем, ты читала историю, ты знаешь. Иногда проще просто убивать врагов, чем пытаться их понять. Верно? Лиззи настороженно кивнула. – Взрослые часто делают глупости, Лиззи, – продолжил он. – Думаю… Я думаю, что твоя миссия – показать нам, что мы были неправы. Но… Плач Джудит прервал его, и он в ужасе уставился на Лиззи. Джудит заревела, но девочку, кажется, это нисколько не разозлило. – Тогда я могу и с ней сделать то же самое? – спросила она, отнимая руку с ножом от колена. – Нет! – влезла Кэрол. – Не можешь. Подумай, дорогая. Просто подумай. Мика уже большая, она скоро очнётся и сможет сама ходить. Но Джудит ещё слишком маленькая. Она не сможет… Ничего. Ни ходить, ни есть, ни общаться. Ты понимаешь? Лиззи задумалась и нахмурилась. – Наверное, да… – сказала она. – Наверное, им надо давать немного вырасти? – Верно, – улыбаясь, заверила Кэрол. – Ей нужно вырасти, иначе она никогда не сможет жить самостоятельно. Сейчас, сидя в комнате Дэрила, Рик не мог поверить, что просто стоял там всего каких-то десять-пятнадцать минут назад и просто слушал весь этот бред. А ведь он и правда стоял и слушал, замерев от ужаса. Он посмотрел на дочь. Теперь она была в порядке. Лежала здесь, на матрасе Дэрила, смотрела по сторонам, что-то угукала сама себе… – Поэтому, – продолжила Кэрол, – давай поступим так. Рик унесёт Джудит, хорошо? Ей нужно поесть, видишь, она плачет – если её не покормить, она не сможет сделать это сама. Пускай Рик заберёт её и покормит, а мы с тобой посидим здесь, подождём, пока Мика… очнётся. Да? – Вы правда понимаете? – мрачно обратилась Лиззи к Рику. – Мистер Граймс? Он собрал последнюю волю в кулак. – Правда, Лиззи. Я понимаю. Мы поступали плохо… Но теперь мы пересмотрим своё поведение. Твоя сестра… – он до крови прикусил щёку с обратной стороны. – Она заслужила жить. И мы точно не станем её убивать. Я обещаю тебе. Клянусь, Лиззи. Она будет одной из нас, и мы покажем всем, что они могут жить с нами. Неожиданно в глазах девочки блеснули слёзы. Она ещё крепче сжала нож, но на её губах появилась вымученная улыбка. – Согласна, милая? – Кэрол сделала шаг ей навстречу, и ещё один, а потом присела на одно колено. – Можно, Рик заберёт Джудит? Лиззи кивнула, переводя взгляд с Кэрол на Рика и обратно. Осторожно, очень осторожно, он пошёл вперёд, готовый в любой момент принять удар ножа, если придётся. Но Лиззи не собиралась ничего делать. Она больна… Эта мысль мелькнула отголоском – ему ведь говорили, Кэрол говорила, и Дэрил говорил, но он не слушал… Мелькнула и пропала. Он схватил Джудит на руки и снова преодолел себя – не бросился с ребёнком бежать по большой дуге. Нет. Сделав глубокий вдох, он медленно пошёл назад тем же путём – прямо мимо импровизированного стула, где сидела Лиззи, мимо Кэрол, что бросила ему короткий взгляд, в котором читалась горечь и боль, прямо по полю, на трясущихся ногах, которые тряслись всё сильнее с каждым шагом. Всё. Он длинно выдохнул, потёр ладони друг о друга, встал и взял кровавые тряпки. Засунул их под матрас Диксона, потом осторожно поднял Джудит, посмотрел на неё, поцеловал в лоб. – Всё будет хорошо, родная. Всё будет хорошо… Тихо пошёл в основной блок, немного постоял в коридоре, слыша, как кто-то ходит мимо, дождался, когда уйдут, и направился к камере, где обитала Бэт. Заглянул – она, напевая что-то себе под нос, штопала одежду. – Не посидишь с Джудит? – спросил он, надеясь, что ничем не выдаст тех эмоций, что сейчас кипели внутри. Старался, как мог, выглядеть буднично и расслабленно. – Конечно! – она улыбнулась, отложила шитьё и встала, чтобы взять у него ребёнка. – Как раз думала сделать перерыв и немного погулять. У Рика дёрнулось веко. – Послушай, может, пока посидишь с ней тут? Ну или погуляйте по тюрьме… На улице похолодало, и после истории с Патриком я очень боюсь, что она заболеет. Она ведь у нас самая маленькая, её нужно беречь больше всех остальных. – О… Конечно, – Бэт снова улыбнулась. – Тогда мы тут походим, а потом возьму её с собой на кухню, буду учить её готовить обед. – Вот и отлично. Спасибо, Бэт! Изобразив улыбку, он кивнул девушке и вышел. Оглянулся – из камеры Карла доносились детские голоса, кажется, Карл объяснял остальным правила какой-то игры… Хёршела не было видно, но он точно находился где-то внутри, и вряд ли пойдёт на улицу. На всякий случай заглянул к детям. – Не выходите наружу, ладно? – сказал он. – Намечается непогода, возможно, будет буря, хочу, чтоб вы все сидели внутри. – Хорошо, пап, – отозвался Карл, отрываясь от карточной игры. – Мы и не собирались. Теперь ему оставалось только вернуться на задний двор и сделать так, чтобы больше никто не пострадал. Он надеялся, что Мика ещё не обратилась, и что Кэрол до сих пор заговаривает Лиззи зубы. Пока шёл, думал, что делать с девчонкой. Однозначно – изолировать. Ей придётся сидеть под замком. А потом они с Хёршелом придумают, как с ней быть. Она сделала страшную вещь, но она ведь ещё совсем ребёнок. Всего лишь ребёнок, который сошёл с ума после того, как умерли друзья, родные, родители… Кто бы подсказал, как вести себя в такой ситуации?! Что делать, если один из младших членов твоей группы буквально сходит с ума, и нет ни профессиональных врачей, ни терапии, ни возможности корректировать это сумасшествие медикаментозно?..