Глава V. «0.007 ppm»

𓅓

      Остаток вчерашнего рабочего дня принёс не только раздражение, но и приятные новости, прогнав гнилостный аромат присутствия Скитер.       Гермиона, к своему стыду, лишь к вечеру вспомнила о своей помощнице и незамедлительно устроила Малфою допрос. Он нехотя признал, что таким способом хотел защитить порт-ключ и не придумал ничего лучшего, чем наложить чары, заставляющие говорить по-французски.       Справедливости ради, Драко, по его словам, понятия не имел, кому предназначался флакон духов. Но девушка отнеслась со скепсисом к его словам. Наверняка, он придумал бы что-то похуже, если бы прознал о её возвращении. Он не раскрыл детали самих чар, но любезно рассказал, как их снять.       И после долгого и напряжённого разговора с Кингсли, Гермиона, добившись своего, получила новый порт-ключ и целый выходной для решения этой непростой проблемы.       И теперь, стоя на пороге своего офиса, она с изумлением наблюдала, как Адель жестами пыталась объясниться с их клиентом.       Женщина средних лет, не скрывая раздражения, требовала позвать кого-то ещё, а помощница, по всей видимости, лепетала извинения.       — Я могу чем-то помочь? — видя, что Адель уже на грани истерики, Гермиона вмешалась.       — Мисс Грейнджер, — женщина повернулась к ней и просияла, — я уже который день пытаюсь сделать особый заказ, но эта девушка всё время что-то пытается объяснить, а я, к сожалению, не владею французским. И это катастрофа! Мне нужен этот аромат!       Гермиона скользнула взглядом по безымянному пальцу женщины.       — Миссис…?       — Ох, зовите меня просто Грэтхен, — на её губах расцвела улыбка, а взгляд потеплел, словно ещё минуту назад она не испытывала злость.       — Пройдёмте в мой кабинет, — Гермиона жестом указала направление и задержалась у стола Адель. — Сегодня мы снимем эти чары, потерпи ещё немного.       Она обречённо вздохнула и кивнула, выглядя более уставшей, чем обычно.       Грэтхен расположилась в кресле для посетителей напротив стола Гермионы и заинтересованно оглядывалась по сторонам, подмечая детали интерьера.       Девушка прикрыла дверь за собой, и женщина тотчас обернулась.       — Я бы не врывалась в ваш офис так неожиданно, мисс Грейнджер, но мои совы получали ответ на французском, поэтому я посчитала, что здесь смогу во всём разобраться.       Гермиона, проходя мимо неё к своему месту, мимолётным взглядом оценила посетительницу. Её умение считывать эмоции по ароматам пригодилось как никогда. Лёгкая волна насыщенного, почти агрессивного аромата ударила в нос — терпкий белый перец, вкрадчивый апельсин и цветочные ноты с оттенком розового перца. Не аромат — заявление. Такой носили женщины, привыкшие требовать, а не просить. Женщины, для которых любая задержка — почти личное оскорбление.       — Прошу прощения за данный инцидент, — спокойно произнесла Гермиона, надевая чисто деловую маску. — К сожалению, в данный момент мы не принимаем индивидуальные заказы, но, может, я смогу предложить другое решение этой проблемы?       — Вы не понимаете, — женщина заметно сникла, отчего её морщины стали сильнее выделяться на лице. — У моей дочери в конце июня свадьба, и мне хотелось подарить что-то памятное. Что-то такое, что могло бы в полной мере выразить мою любовь к ней. Я слышала, что вы мастерски закупориваете чувства и воспоминания во флаконы. Лишь вы, мисс Грейнджер, сможете помочь мне.       — Я понимаю вас, Грэтхен, но в данный момент к продаже доступны другие ароматы. Я временно не веду дела.       — Я заплачу любые деньги!       — Мне жаль…       Женщина поджала губы, бросила в неё взгляд, наполненный тысячей острых кинжалов, и встала. Она явно плохо восприняла отказ, но Гермиона не могла поступить иначе: у неё и так хватало проблем, помимо истеричных и требовательных клиентов.       Когда она только начинала свою карьеру парфюмера, то часто выполняла всю работу самостоятельно, желая угодить каждому капризу заказчика. Но по мере того, как популярность росла, часть обязанностей пришлось делегировать помощникам. Гермиона тщательно отбирала каждого кандидата, проводила десятки собеседований в неделю и заставляла их проявлять свой профессионализм в деле. Лишь четверо счастливчиков удостоились такой чести, но ещё остались клиенты, которые предпочитали делать заказ напрямую у основательницы. Слухи о её способностях были едва ли не легендой, а желающих заполучить аромат авторства Гермионы было слишком много.       Очередь была забита до следующего года, поэтому, даже если бы она не была занята расследованием, то не смогла бы помочь Грэтхен к назначенному сроку.       Женщина, окинув недовольным взглядом Гермиону, направилась к двери. Вероятно, от неё стоило ждать неприятностей, но это было каплей в море по сравнению со всем, что сейчас творилось в её жизни. Дверь хлопнула слишком громко — Грэтхен явно вложила в этот жест всю степень своей злости.       Гермиона откинулась в кресле, устремив взгляд в окно и рассматривая безоблачное небо. Солнце было уже в зените, поэтому не слепило и позволяло рассмотреть бескрайние красоты Италии. Офис располагался в магической части Флоренции, в отдалении от большинства построек. Многие, когда открывали собственное дело, стремились туда, где был большой трафик. Гермиона же предпочитала уединение. Ей нравилось сидеть в своём кабинете и видеть за окном живописный магический сад. Порывы ветра приносили сладкие, порой терпкие или горькие, ароматы растущих там цветов.       Дверь в кабинет тихонько приоткрылась, и Гермиона повернулась, встречаясь с вопросительным взглядом своей помощницы. Она кивнула, позволяя войти, и Адель бесшумно скользнула на стул для посетителей.       Была заметна нервозность в её движениях и проблеск надежды во взгляде, когда Гермиона подошла ближе и достала палочку. Прогнав в своей памяти инструкции Малфоя, она резко взмахнула древком вниз, а затем точным движением изобразила крест над Адель. Веритас Детексио — самое лёгкое заклинание из трёх, которые ещё предстояло применить. Оно помогало выявить присутствие чар, подсвечивая линии голубоватым полупрозрачным свечением.       — Кларитас Сургит, — Гермиона провела палочкой по воздуху, повторяя написание восьмёрки, а потом коснулась кончиком центра. Это помогло распутать сложное переплетение чар, упростив их.       И наконец, Лингвам Либераре — заклинание отсекло лишние светящиеся нити, которые вели по ложному следу и их задачей было запутать волшебника. Осталась лишь одна, которая лопнула, когда Гермиона сделала секущий взмах палочкой.       Адель закашлялась, а потом прикоснулась к горлу, словно что-то причиняло ей дискомфорт.       Грейнджер на мгновение запаниковала и уже решила, что Малфой подставил её, но когда помощница заговорила, волна облегчения тут же затопила всё тело.       — Вы понимаете меня? — она запрокинула голову, встречаясь взглядом с начальницей.       Гермиона улыбнулась и кивнула, ликуя, что одна из проблем была устранена.       — Пожалуйста, больше не открывай неизвестные посылки, — улыбнувшись уголком губ, она вернулась за рабочий стол.       — Больше никогда в жизни. Это были ужасные дни, — Адель замялась, а потом вздохнула и быстро пролепетала: — Мне кажется, мы упустили несколько крупных клиентов из-за моей неспособности вести переговоры.       — Будут другие, — пожала плечами Гермиона. — Ты оказалась в этой ситуации не по своей воле, на твои профессиональные навыки это никак не отразилось, и я всё ещё считаю тебя ценным работником.       Плечи Адель немного расслабились, она наконец смогла свободно дышать, зная, что мисс Грейнджер не собирается наказывать её за эти оплошности.       Разговор ушёл в другое русло, когда Гермиона стала расспрашивать помощницу про текущие дела и заказы, которыми занимались другие парфюмеры в её команде.

𓅓

      Впервые за долгое время Гермиона входила в свою квартиру не торопясь, позволяя себе внимательно осмотреть каждый дюйм открытого пространства. Прихожая представляла собой небольшой квадрат у входной двери, а дальше шла гостиная с кухней, разделённые барной стойкой. Когда-то ей хотелось создать райский уголок, чтобы проводить тихие вечера за прочтением книг, но реальность вытеснила все планы. Сперва работа занимала всё её время по одной только причине: она занималась всем в одиночку, но потом, когда в команде появились и другие, появилась тяга к контролю.       Гермиона печально взглянула на полуувядшие цветы, стоящие возле окон в пол, и сделала мысленную заметку обновить чары перед отъездом, а затем поручить Адель присматривать за ними.       Магические огни поочерёдно вспыхивали, пока она продвигалась вглубь квартиры. Знакомая атмосфера и ароматы действовали успокаивающе, и девушка на мгновение замерла посреди гостиной, наслаждаясь этим чувством. Где-то далеко, на самом краю сознания, были мысли о расследовании, переживания за собственный бизнес и за то, что ей придётся в очередной раз отлучиться так надолго. Она знала, что её подчинённые справятся со всеми текущими задачами, но, к сожалению, жажда всё контролировать подкидывала разные сценарии их провала.       Гермиона вздохнула, бросила взгляд на наручные часы и решила вернуться в Лондон утром. Соблазн побыть ещё хоть немного в своём маленьком мире был слишком велик. И ей нужно было прихватить ещё несколько инструментов, которые в будущем помогут ей в расследовании.       Один из огоньков левитировал следом, пока она шла к кабинету по тёмному длинному коридору. Его тёплое свечение дарило безопасность.       Унылость Лондона резко контрастировала с солнечной Италией. И пусть сейчас был уже поздний вечер, Гермиона наслаждалась уютной тишиной после нескольких напряжённых дней.       Зайдя в кабинет, она окинула взглядом многочисленные стеллажи с книгами и коробками, где хранились первые созданные ароматы, закупоренные заклинанием. Это был алтарь собственному творчеству. Кто-то мог бы сказать, что это нарциссично, но ей хотелось запечатлеть каждый момент своего восхода на пьедестал, чтобы никогда не забывать, с чего приходилось начинать.       Собственноручно созданный анализатор был в одной из коробок — это был первый прототип, и он был не так хорош, но для расследования должно хватить и его.       Гермиона решила предаться ностальгии в следующий раз, поэтому целенаправленно подошла к нужной полке и выудила устройство, но оно зацепилось за записи, которые тут же разлетелись по полу, когда девушка дёрнула анализатор чуть сильнее.       Список ингредиентов, их концентрации и названия созданных ароматов на листах выглядели на первый взгляд хаотичными: без какой-либо системы разбросанные слова по пергаменту, но лишь Гермиона видела в этом систему, потому что в конечном итоге, если зритель немного отойдёт, то увидит черновой набросок флакона.       Записи были датированы двухтысячным годом, как раз когда она проходила обучение в парфюмерной магической академии и где в ней разглядели талант.       Профессор Маглони был весьма специфическим преподавателем, но все его странности характера забывались, когда он начинал лекцию. Его голос гипнотизировал, и юная Гермиона ловила каждое слово, вылетающее из рта профессора, словно оголодавшая по знаниям. Возможно, если бы Рон или Гарри видели, с каким рвением она впитывала в себя новую информацию, то непременно бы пошутили по этому поводу.       Но их там не было.       Гермиона, вздохнув, присела на корточки и принялась собирать рассыпавшиеся листы, положив анализатор на стол. Ярко-красные чернила на одном из пергаментов привлекли её внимание. Она бегло просмотрела заметки, а затем прочла агрессивно выведенное замечание профессора:       «Нестандартная обработка аромата. Неприемлемо для парфюмерии! Переделать, используя одобренные Советом парфюмерии способы».       Девушка сжала лист в своих руках, когда увидела подчёркнутое слово:       Бензоин.       В чём же была ошибка?       Гермиона, позабыв о беспорядке, двинулась к рабочему столу, не сводя взгляда с текста. Сделав мысленную пометку, что стоит поискать потом образец аромата, она ещё раз более внимательно прочла заметки.       Это был конец первого курса и разработка аромата для зачёта. Гермиона помнила, что профессор Гильяни однажды рассказала об этом способе, но они никогда его не использовали, называя нестабильным. В чём была его нестабильность, так и не удалось выяснить, пришлось свернуть свои опыты.       Гермиона на мгновение погрузилась в воспоминания, и почему-то одна фраза особенно сильно отпечаталась в сознании. Ей хотелось узнать больше о способе, который ей запретили использовать, но профессор ответила загадочно, не углубляясь в детали:       «Самые нестабильные ароматы — как самые нестабильные люди. Их легко спутать с чем-то великим».       Только теперь ей удалось понять истинный смысл этого высказывания. Порой люди, достигнув определённой высоты, срывались. Они переставали себя контролировать и делали опасные вещи, а порой и вовсе наносили вред окружающим.       Вернув внимание к листу, Гермиона вдруг побледнела, когда дошла до момента, где подробно описывался способ и результат. Прочла ещё раз, и ещё… Она не верила собственным глазам, но было очевидно, что её с убийцей связывало нечто большее.       Схватив записи и анализатор со стола, она понеслась в гостиную, чтобы, не теряя времени, переместиться по камину и получить наконец ответы на свои вопросы. Потому что впервые с начала расследования ей удалось нащупать что-то весомое. Что-то такое, что превращало убийцу в плоть и кровь, а не абстрактный силуэт.       Ужас сковал всё тело, когда осознание наконец настигло её. Ароматы… Тела… Убийца во всё горло вопил о своих планах всё это время, но они были слишком заняты тем, что разгадать его личность, а не историю.       А чтобы понять, какова его конечная цель, стоило вернуться в прошлое.       Гермиона сжала кулаки, ощущая сухость во рту и бешеный стук сердца в груди. Камин был прямо перед ней, но она не могла ступить в него. Что-то не давало сделать этот шаг.       Раздался шорох, привлекая её внимание к прорези в двери для почты. Конверт с печатью британского Министерства магии ярко выделялся на тёмном паркете. Гермиона призвала его к себе, сломала сургуч и нахмурилась, читая аккуратно выведенные строчки:       «Мисс Грейнджер,       Не хотел так скоро прерывать ваш маленький отпуск, но требуется ваше присутствие. Была найдена ещё одна жертва. Порт-ключ вы можете получить в итальянском Министерстве, но будет лучше, если вы прибудете как можно раньше.       С уважением, Кингсли Бруствер».       Гермиона перевела взгляд на камин, затем снова на письмо. Оставалось сделать выбор, но он был слишком сложным. Тяжёлый вздох нарушил тишину.       Она чувствовала, что нащупала нечто весомое, то, от чего можно будет оттолкнуться. Но желание первой разобрать аромат без Малфоя в качестве надзирателя было слишком велико. Он не даст ей проанализировать образец, пока не закончит сам работу над ним. А если что и узнала Гермиона, проработав с ним так ничтожно мало часов, так это то, что он был слишком дотошным и его исследования могут затянуться на несколько дней.       Решение было принято быстро, поэтому девушка схватила сумочку и выскочила из квартиры, надеясь успеть на место преступления раньше Малфоя.