Макото

Шарлотта распласталась по земле, жадно глотая ртом воздух, её голова кружилась, а ноги слегка дрожали. Сакура над ней сжималась и расжималась, сужалась и растягивалась, Лотти это напоминало анимацию работы сердца на уроке биологии. Ей пришлось зажмуриться, чтобы угомонить бушующий мозг. Над Лотти склонился парень, примерно её возраста. Он изучающе на неё смотрел, пытаясь скрыть любопытство за раздражением. — Иностранка, — пробормотал он себе под нос. Шарлотта приподнялась на локтях и села, пытаясь игнорировать протестующую пульсацию в голове. Её колени, ладони, локти и даже лицо были в грязи, но её это ничуть не смущало. Она улыбнулась во весь рот, продемонстрировав щербинку. — Да ты Геракл прямо, жизнь мне спас! Мальчик опешил, видимо не ожидав, что она заговорит на японском. Он непроизвольно отступил. — Как тебя зовут? — Любопытствовала Лотти, совершенно позабыв о том, что несколько минут назад, чуть не сломала себе позвоночник. — Макото, — скривившись от раздражения, ответил парень. — А я Шарлотта, можно просто Лотти, — она подскочила на ноги и протянула руку для рукопожатия, попутно рассматривая внешность своего спасителя. У Макото были мягкие черты лица. Нос настолько прямой, будто был куском глины накинутым на лицо, который ленивый скульптор не захотел преображать. Волосы тёмные, густые, падали на лоб, как занавес на сцену. Чёрные глаза блестели юностью, в отличии от его сурового выражения лица, присущего старикам. Несмотря на все попытки юноши казаться серьёзным, взгляд выказывал интерес. Хоть Шарлотта и сама ростом сто семьдесят пять сантиметров, он был выше неё на пол головы. На руках виднелись зелёные вены, похожие на виноградную лозу, проросшую прямо под его кожей. Макото недоверчиво обхватил её ладонь, будто считал её сбежавшей из психиатрической больницы маньячкой. — Не думал, что здесь бывают иностранцы. — Я на половину японка, вообще-то. Ответа не последовало, он просто тихо промычал что-то невнятное, явно не настроенный на светские беседы. Шарлотта почувствовала себя неловко. Больше всего в жизни она ненавидела, когда люди не шли на контакт и ей приходилось из кожи вон лезть, чтобы вытянуть из них хоть слово. Макото посмотрел куда-то вверх, а Лотти задалась вопросом, о чём он вообще думает. — Сакура. — Вдруг нарушил он тишину. — А? — Сакура не хотела пускать тебя сюда. Шарлотта была в ступоре. Это какая-то неудачная шутка? Может он шизоид? — Ладно, не бери в голову, — вздохнул Макото, садясь у ствола дерева и подбирая с земли избитую жизнью книгу, которую Лотти заметила только сейчас. У неё было много вопросов и их количество неустанно росло с каждым действием нового знакомого. Недолго думая, она плюхнулась рядом с ним, беспардонно заглядывая в книгу. Макото напрягся, его пальцы сжимающие края страниц побелели от усердий. — Что читаешь? — Игнорируя его дискомфорт спросила Шарлотта. — Сказки, — сказал он сухо. — Что за сказки? — Японские. Народные. Она всё никак не могла зацепиться за тему которую могла бы развить. Японских сказок она не читала, да и вообще читать не любила. Но и сдаваться Лотти не собиралась, даже не замечая, что своим упорством отталкивает бедного мальчика. — Может расскажешь подробнее? — Она наклонилась ближе. В этот момент, перед её лицом появилась эта несчастная книга, Макото держал её, словно барьер, оставляя жирный намёк, сохранять дистанцию. — Иностранка, чего ты хочешь от меня? — В его голосе появилось раздражение. — Пообщаться, разве не ясно? — Фыркнула Лотти, — и я тебе не "иностранка", зови меня Шарлотта! Макото снова опешил. Девушки обычно не горели желанием с ним разговаривать. Да и парни тоже. А эта всё никак отлипнуть от него не может! — Рыжая-бесстыжая, — пробубнил он себе под нос. Слова вылетели из его рта, прежде, чем он успел подумать, как по дурацкий это звучит, в его то возрасте. Но Шарлотту, по всей видимости, это действительно задело, она поднялась с земли и уже собралась уходить, как он крикнул ей в след: — Стой! Я просто пошутил, не обижайся! Макото быстрыми шагами настиг её и схватил за запястье. Лотти застыла на месте, обернувшись. Макото открывал и закрывал рот, не зная, что именно нужно сказать. Сейчас он больше напоминал рыбу, которую вытащили из воды. — Хочешь, чтобы я осталась? — Подсказала ему Лотти. — Да. Она продемонстрировала ему хитрую ухмылку, от которой Макото испытал рвотные позывы. От куда она вообще взялась? Ребята снова расположились у ствола сакуры, Макото теребил в руках книгу, очевидно, ожидая первых шагов от Шарлотты, а она с любопытством его разглядывала. — Расскажешь мне про эту книгу? — Спросила она без лишних предисловий. Макото глубоко вздохнул, разглядывая потрепанную и выцвевшую от времени обложку. На ней была изображена девятихвостая белая лисица, в её глаза были выставленные крохотные фиолетовые камушки, сияющие на солнце. Сзади неё был густой лес в котором мерцали белые огоньки. — Вообще-то, в ней довольно детские истории, но, когда я был маленьким моя мама читала мне её, если я не мог уснуть, — Макото погрузился в свои мысли, но его лице отобразилась грустная улыбка. — Я, как бы это сказать, настольгирую. Шарлотта не раздумывая протянула руки и взяла книгу, даже не спросив разрешения. По какой-то причине, она показалась ей завораживающей. Листая страницы, Лотти будто ощущала странное покалывание в кончиках пальцев. Чтиво даже имело иллюстрации. Вот — на одной странице изображён каппа, пучеглазое низкое существо с перепонками между пальцев. На другой — кицунэ, хитро смотрящая со страницы прямо в душу читателя. — Хотя, не такие уж это и сказки, — задумчиво рассуждал Макото, смотря куда-то вдаль и даже не замечая, пропажу книги с собственных коленей. — Каппу я даже, кажется, видел. — Веришь в ёкаев? — Хмыкнула Лотти. Макото резко перевёл на неё взгляд, в нём горела почти фанатичная убеждённость: — А ты сомневаешься? Они существуют, одно болото чего стоит. — Болото? — Это проклятое место в нашей деревне, — деловитым тоном сказал Макото, будто всю жизнь ждал, когда сможет поделиться этой информацией с непросветленной душой. — Да неужели? — Шарлотта пыталась сдержать улыбку или, ещё хуже, смех. Но идея того, что рядом с деревней находится какое-то загадочное, проклятое болото вызывала у неё лишь веселье. Она старалась относиться к ситуации снисходительнее, всё же, он деревенский парень, оторванный от мира, неудивительно, что верит в бредовые суеверия. — Скоро поверишь, — сказал Макото таким тоном, что Шарлотта невольно съёжилась, а улыбки как не бывало. — Пугать девушек неприлично, — фыркнула она, пихая книгу обратно в его руки. — Я предостерегаю, а не пугаю, — парень закатил глаза, осторожно ложа сказки рядом, словно ценное сокровище. Повисло молчание. Говорила лишь сакура, нашептывая что-то сквозь розовые, цветущие ветви. Разве сакура цветёт в июне? — Ладно, иностранка, если уж ты тут, я должен помочь тебе спуститься, — кряхтя Макото поднялся с земли, — или ты все кости себе переломаешь. Книгу он держал подмышкой, да так крепко, что у него на руке наверное останется вмятина в виде переплёта. Шарлотта последовала за ним. Парень взял её ладонь в свою и велел не смотреть вниз. "Как странно, — подумала Лотти, — склон не кажется таким же крутым, как в первый раз." Макото шёл уверенно, Шарлотта без капли сомнения, смотря перед собой, старалась за ним поспевать. Его тёплая рука крепко сжимала её вечно холодную руку. Снизу слышалось журчание ручья, а значит, они почти спустились. Не успела Лотти опомниться, как Макото остановился и выпустил её ладонь. Она оглянулась по сторонам, а холм и ручей были уже в нескольких метрах от них. В какой момент это произошло? Шарлотта тряхнула головой, решив не зацикливаться на ерунде. Перед её взором снова оказались узкие улочки и старые развалюхи, в которых люди все ещё умудряются жить. Вдруг, она заметила какое-то движение. В заброшенном доме, с покосившимся бамбуковым забором, выбитыми окнами и отсутствием половины крыши стоял высокий силуэт. Конечности были слишком длинными, чтобы его можно было считать человеком, он скорее походил на богомола — тонкие руки застывшие в одном положении, словно его кости вынули, развернули на 180° и вставили обратно, были сложены на груди в молитвенной позе. Лотти не могла разглядеть его лица, из-за широкой шляпы, отбрасывающей тень, но знала, там точно ничего хорошего. Одежда была разорванным подобием кимано, лохмотья словно прилипли к его синеватой коже, как если бы оно только вышло из воды. Существо резко склонило голову на бок, и шляпа сорвалась, упав на землю. В этот момент Шарлотту чуть не стошнило. Вместо глаз у него были две пустые глазницы, но сомнений не оставалось — он её видит. Внезапно, что-то обхватило её запястье. Лотти вскрикнула до того, как успела понять, что это всего лишь Макото. — Пойдём, — сказал он мрачно и потянул её за собой. Лотти, еле перебирая ногами, следовала за ним по пятам, она не могла выдавить из себя и слово, на горле будто бы лежала невидимая рука, грозящая придушить за излишнее любопытство. Сердце бешено стучало в её тощей грудной клетке, а руки внезапно превратились в палки, которые невозможно не согнуть не разогнуть. Макото вывел их на окраину деревни, туда, откуда Лотти с отцом сюда попали. Лишь в этот момент он остановился и осмотрел свою новообретеную подругу по тайне, внимательным взглядом. — Кто это был? — Наконец вернула себе умение говорить Лотти. — Слушай меня внимательно, — вместо ответов на вопрос сказал Макото, он склонился над Шарлоттой и положил руки ей на плечи. — В нашей деревне есть правила и ты должна им следовать, как и все. После заката ты должна быть в доме. Нечести в глаза не смотри и, самое главное, на болото не ходи, даже если оно позовёт по имени. Даже если знакомым голосом. И если резко появляется туман, а лягушки затихают — беги! Шарлотта ошарашено хлопала глазами совсем не понимая, что происходит. Её голова кружилась, словно чёртово колесо и до неё смутно доходили его слова. Нечесть? Болото? Так, это всё правда? — Я не знаю, откуда ты сюда приехала, но, если можешь — уезжай, пока не поздно, — почти взмолился Макото, — это место поглощает чужаков. Он отступил от неё, давая такое необходимое пространство. Лотти сделала глубокий вдох, стараясь прийти в себя, но помогало слабо. — Пошли, я провожу тебя домой. Ты же к родственникам приехала? Назови фамилию, — Макото вдруг стал торопливым и не терпеливым. — Сато, — сдавленно сказала она.

***

Шарлотта и не помнила, как оказалась дома, сидя перед чабудаем, с чашкой горячего зелёного чая в руках. Вокруг суетилась бабушка и всё охала над "нездорово белым" лицом внучки. Лотти даже не слышала, о чем говорит она говорит, перед её глазами мелькало жуткое, насекомо-подобное существо, которое она теперь вряд ли когда-нибудь забудет. В мыслях вспыхнула настоятельная рекомендация Макото, о том, что нужно убираться из этой деревни, пока не поздно. Она поглощает чужаков. — Бабуль, — не выдержала она, — а где папа? — Ах да, он уехал, — произнесла женщина, рассеяно смотря в окно. У Шарлотты от такой новости в глазах потемнело. Она еле сдержалась, чтобы не закричать: он должен был ехать завтра, а не сегодня! — Он сказал, на работе что-то срочное и он не смог задержаться даже на этот день, — вздохнула бабушка. "Значит ли это, что я от сюда не выберусь?" — Эта мысль прочно засела у неё в голове.