Глава 6. Поезд в Неизвестность

Первое сентября пахло старыми книгами и озоном после летней грозы. Гарри проснулся до рассвета, его сердце билось в рёбра с силой пойманной птицы. Сегодня. Всё начинается сегодня. За завтраком напряжение было почти осязаемым. Дадли молча ковырял вилкой омлет, приготовленный Медузой — как всегда, с неуловимым привкусом мёда и трав, которые, казалось, должны были успокаивать, но сегодня лишь подчёркивали необычность момента. — Как думаешь, куда меня? — неожиданно спросил он. Гарри пожал плечами. — Мои родители были в Гриффиндоре. Наверное, я бы хотел туда. — А я? — в голосе Дадли была нескрываемая тревога. — Куда отправляют тех, кому нет места? Медуза, стоявшая у окна, не повернулась, но её голос прозвучал в тишине комнаты, как удар колокола. — За нами наблюдают. Мальчики замерли. — Те… существа? — прошептал Дадли. — Нет, — Медуза покачала головой. — Это не холодная логика машины. Это… одержимость. Чья-то воля, словно игла, пытается проткнуть защитные чары этого дома. Она слаба, но настойчива. — Дамблдор знает? — спросил Гарри, аппетит пропал. — Знает. Поэтому нас будет сопровождать Кингсли. Но будьте начеку. Враг, который действует издалека, часто самый опасный. Поездка до вокзала Кингс-Кросс в бронированном министерском автомобиле прошла в гнетущей тишине. Лондон за окном казался чужим, выцветшим. Реальным был только мир, который ждал их за кирпичной стеной. Барьер между девятой и десятой платформами выглядел совершенно обыденно. В этом и заключался самый большой обман. — Как пройти через стену? — Дадли был бледен. — Вера — это первый шаг в любой магии, — тихо сказала Медуза. — Представь, что стены нет. И её не будет. Она шагнула вперёд и просто растворилась в кирпичной кладке. Гарри, набрав в грудь побольше воздуха, побежал следом. На миг его охватил ужас столкновения, но вместо этого мир взорвался шумом, паром и жизнью. Ярко-красный «Хогвартс-экспресс» дышал, как живое существо. Вокруг сновали сотни детей, и Гарри впервые почувствовал, что он не один. Что таких, как он, — много. Через секунду рядом появился Дадли, с широко раскрытыми от изумления глазами. — Получилось… Они нашли пустое купе. Гарри и Дадли прижались к окну, а Медуза заняла своё обычное место у двери — страж, отделяющий их хрупкий мир от остального поезда. — Здесь свободно? — Дверь открыл рыжий, веснушчатый мальчик. Увидев Медузу, он замер. Его взгляд был полон не столько страха, сколько благоговейного ужаса, как у человека, увидевшего ожившую страницу из книги сказок. — Это Медуза, — представил её Гарри. — Моя защитница. — Рон Уизли, — пробормотал мальчик, опасливо садясь напротив. Когда Гарри представился сам, глаза Рона стали размером с галлеоны. — Правда? У тебя есть… ну… Гарри привычно показал шрам. — А ты… — Рон посмотрел на Дадли, — …ты его брат? — Кузен, — поправил Дадли. — Я магл. Рон растерялся. — Магл? В Хогвартсе? Но как? Дадли коротко, без лишних эмоций, рассказал свою историю. Рон слушал, и его первоначальное изумление сменилось сочувствием. — Ничего себе… Мой отец обожает маглов, но даже он бы не поверил. Затем появилась Гермиона Грейнджер, вихрь энтузиазма и знаний. Она не выказала страха перед Медузой, только научный интерес. — Медуза Горгона! Невероятно! В «Трактате о мифических сущностях» сказано, что ваше проклятие — это уникальный вид перманентной трансфигурации, воздействующий на зрительный нерв и магическую ауру наблюдателя. Это правда? Медуза, явно не привыкшая к такому аналитическому подходу, лишь молча кивнула. Когда Гермиона узнала, кто такие Гарри и Дадли, её восторг не знал границ. — Гарри Поттер! Я всё о тебе прочитала! И маггл в Хогвартсе! Это же прецедент, который изменит всю систему образования! Нужно будет изучить устав школы от тысяча двести девяносто второго года… Она унеслась, оставив за собой шлейф энергии и ошеломлённого Рона. — Надеюсь, она попадёт в другой дом, — пробормотал он. Дадли вдруг усмехнулся. — А по-моему, она забавная. Она похожа на… ходячую энциклопедию. Позже в купе заглянул Драко Малфой со своей свитой. Он источал презрение, отточенное поколениями. Оскорбив Рона и Дадли, он обратился к Гарри. — Ты скоро поймёшь, Поттер, что есть правильные и неправильные волшебные семьи. Я могу тебе помочь. Гарри посмотрел на Рона, который сжимал кулаки, и на Дадли, который смотрел на Малфоя с холодным любопытством, словно изучая новый вид ядовитого насекомого. — Думаю, я сам разберусь, спасибо, — холодно ответил Гарри. Малфой хотел было съязвить, но его взгляд снова наткнулся на Медузу. Она просто сидела, но в её неподвижности была угроза. — За его высокомерием — страх, — неожиданно сказала она, когда Малфой ушёл. — Он боится не оправдать ожиданий отца. Боится оказаться недостаточно чистокровным, недостаточно сильным, недостаточно… Малфоем. Рон недоверчиво фыркнул, но Дадли задумчиво кивнул. — Я его понимаю, — тихо сказал он. — Пытаться быть тем, кем тебя хотят видеть, — это как носить одежду не по размеру. Она жмёт и натирает. Гарри посмотрел на кузена с новым уважением. Трагедия не сломала его, она сделала его мудрее. Когда поезд начал замедляться, а за окном вырос силуэт замка Хогвартс, залитый лунным светом, Гарри почувствовал, как его сердце замерло от смеси восторга и ужаса. — Нервничаешь? — спросил он Дадли. — До смерти, — признался тот. — А ты? — Тоже. Они посмотрели друг на друга. Два мальчика, потерявшие всё, на пороге неизвестности. — Но мы же вместе, — сказал Дадли, и это прозвучало как клятва. — Вместе, — подтвердил Гарри. Медуза поднялась, её силуэт заслонил свет из коридора. — Хогвартс, — произнесла она. — Замок, построенный на древней магии. Хорошее место для битвы. Будьте готовы. Они вышли в холодную ночную мглу, навстречу своей судьбе.