Глава 10. Голос под кожей

I call her trouble (ooh, ooh-ooh) She knows exactly what she's doing to me Oh, I'm in trouble (ooh, ooh-ooh) The moment I met her, oh, I could not believe How sweet trouble could be

Kamylio "Trouble"

*** Это началось медленно. Как еле уловимый звон в ушах после выстрела. Не громко. Не резко. Просто… навязчиво. Я думал, что смогу это подавить. Как всегда. Но теперь всё иначе. Обычно я чувствую людей. И это даёт мне контроль.Я знаю, когда кто-то врет, когда подавляет злость, когда не справляется.Но с ней абсолютная тишина. Глухая, непробиваемая. Словно я пытаюсь слушать сквозь бетон. Кайла – единственный человек, с кем я остаюсь в полной темноте. Она может смеяться и я не знаю, искренне ли.Может молчать и я не понимаю, больно ей или просто спокойно.Она может смотреть прямо в глаза и не выдавать ровно ничего. Это пугает. Это… раздражает. Это ломает меня. Я пытался отстраниться. Назвать это простой любопытной аномалией. Мол, со временем пройдёт.Просто защитная реакция, просто желание понять, почему я ничего не чувствую. Но я лгу себе. Это не просто. Я начал искать её глазами.В людях. В толпе. В паузах разговоров..Я ловлю её голос. Ловлю взгляд.Я… ловлю себя на том, что жду, когда она появится. Я не чувствую её, но не могу не чувствовать к ней. И это сходит с ума. Я не хочу её кровь. Я хочу её знать. Понять. Разобрать по нотам. Но она молчит. Не зовёт. Не отталкивает.Просто есть.Сама по себе. И это, пожалуй, самое сложное. Потому что я не знаю, чего хочу сильнее: чтобы она стала понятной или чтобы осталась такой же загадкой, которую я не могу расшифровать, но не могу и отпустить. А пока я думаю, она уже под кожей. *** В гостиной стоял аромат свежей древесины и сандала, смешанный с легкими нотками запаха новых книг, виски и ещё чего-то… семейного. Эммет устроился на диване, закинув ногу на ногу, задумчиво листая ленту на телефоне. Эдвард сидел у окна, как всегда сдержанный, с бокалом руках. Джаспер был рядом, с виду спокойный, но внутри всё начинало сдавливать. – Окей, – начал Эммет, отрываясь от телефона. – У меня есть гениальный план. – Ты каждый раз так говоришь, – невозмутимо вставил Эдвард, не поднимая глаз. – И не всегда это оказывается ложью, – хмыкнул Эммет. – Слушайте: в воскресенье вечером мы идём к Рику. Без девочек. Без официоза. Только пацаны. Чисто… ну, типа мальчишник. – У него не свадьба, – напомнил Джаспер, скрестив руки. – Кто сказал, что мальчишник только перед свадьбой? Это будет, э-э… символическое возвращение в нашу банду. – Он театрально поднял брови. – Мы ведь потеряли нашего единственного компьютерного червя, когда он влюбился в коды и фриланс. Эдвард хмыкнул. – И с чего вдруг ты решил, что Рик нас примет? – Потому что он сам сказал, что "давно не расслаблялся", – Эммет сложил пальцы в кавычки. – Я знаю, как это бывает. Сейчас он пьёт кофе с тройной пенкой и улыбается, а через неделю у него начнёт дёргаться глаз. Надо срочно вытаскивать. – Ты хочешь вытаскивать его… в его же доме? – Джаспер скептически приподнял бровь. – Всё под контролем. Мы приезжаем к нему. Приносим пиццу. Можем взять настолки, шейкер, три килограмма снеков. И главный бонус – если повезёт, увидим Кайлу. – Ага, вот оно, – пробормотал Эдвард, и в его голосе скользнула усмешка. – Я ждал, когда прозвучит её имя. – Да при чём тут она, – возмутился Эммет слишком быстро. – Мы идём к другу. Просто если сестра друга дома – это... плюс два к настроению, чего вы сразу? – Интересно, кому этот бонус нужнее, – задумчиво бросил Эдвард, бросив взгляд на Джаспера. Тот не отреагировал. Только медленно выпрямился в кресле, словно что-то взвешивал. – Мы не предупредим заранее? – спросил он. – Конечно нет, – широко улыбнулся Эммет. – Это же и есть весь кайф. Залетаем внезапно. Эффект неожиданности. Настоящая мужская экспедиция. – С подарками в виде соуса барбекю и кучей коробок с играми, – добавил Эдвард с иронией. – Именно! – Эммет хлопнул в ладони. – Джас, ты с нами? Джаспер задумался. Не то чтобы он не хотел видеть Рика. Просто он надеялся, что Кайла будет дома.И он не признается в этом никому. Особенно себе. – Ладно, – сказал он, выдыхая. – Но я отвечаю только за соус барбекю и своё лицо. – Договорились, – довольно кивнул Эммет. – Тогда в воскресенье, часов в семь? – Подожди, – Эдвард поднял глаза. – Мы точно уверены, что она будет дома? – Я не экстрасенс, брат, – пожал плечами Эммет. – Но если не будет, мы всё равно весело проведём время. А если будет… – он хитро улыбнулся. – Я сделаю вид, что случайно забыл настольную игру в её комнате и случайно туда заглянул. – Ты встанешь на пороге, – спокойно сказал Джаспер, – и я лично тебя туда не пущу. Эммет театрально прижал руку к сердцу: – Ревнует! Ты это слышал, Эд? – Слышал, но делать вид не буду, – сказал Эдвард. – И советую тебе тоже. Джаспер поднялся. – Пойду поищу настолки. А то ещё подумаете, что я пришёл не играть. Эммет подмигнул ему: – Мы ничего не думаем. Мы всё знаем. *** Когда они пришли домой к Рику и Кайле, солнце уже клонилось к закату. Джаспер шёл последним, машинально оценивая улицу, дом, даже знакомую трещину на бетонной дорожке. Всё было обычно. И всё раздражающе неважным. Эммет, разумеется, ворвался первым. – У-у-у, надеюсь, вы скучали! – крикнул он. – Несите виски, я разнесу вас в пух и прах. – Нет, спасибо, – буркнул Рик, выходя из кухни с банкой пива. – В прошлый раз я чуть не лишился остатков самооценки. – Зато мы получили моральное удовлетворение, – протянул Эдвард, проходя мимо. – Ага, особенно ты, мистер «Я запомнил все правила за 3 секунды». Настолки в итоге всё же разложили, но играли недолго. Энергия у Рика быстро сошла на нет, а Эммет, проиграв дважды, объявил, что правила отстой, и перешёл на чипсы. Они просто болтали. Мужская, шумная, слегка хаотичная беседа обо всём и ни о чём: фильмы, спорт, чьи-то глупые школьные истории. Джаспер в основном молчал, иногда вклинивался парой фраз, не больше. Всё его внимание было… рассеянным. Он ловил каждый шорох, шаг, намёк на нужный звук. Он ждал. И дождался. Дверь открылась. Кайла. На ней был мягкий трикотажный костюм, волосы собраны в небрежный пучок, щёки чуть порозовевшие после улицы, а в руках пакет. Кайла! – раздался басистый голос Эммета. – А мы уже думали послать отряд на твоё спасение из спортзала! – Спасение отменяется, блудница вернулась в родные края.– подыграла она, входя в гостиную. На лице была лёгкая ухмылка. – Кай, – тут же добавил Рик, повернувшись к Эдварду, – Это Эдвард Каллен. Эдвард, знакомься – это Кайла, хозяйка этой крепости. Эдвард встал. Джаспер заметил, как тот чуть напрягся. Эдвард видел всех сразу, и людей особенно. – Рад знакомству, – мягко произнёс Эдвард. Кайла кивнула, но улыбка была вежливой, почти дежурной. – Приятно, – коротко кивнула она. – Ты кто из них?– Кайла обвела присутствующих взглядом. Эммет хохотнул: – Он тот, который когда-то был худшим в сарказме. А потом женился. И теперь просто молчит и слушает чужие мысли. – Отличный навык, – на серьёзных щах заметила Кайла. Рик включился в диалог: – Присоединишься к нам? У нас тут виски и много вкусняшек. – учтиво уточнил Монтего-старший. – Эммет сделает вид, что не видел твой читмил. Эммет тутже активно закивал, а я и Эдвард переглянулись между собой. – Я лучше пойду приготовлю что-нибудь съедобное, что, зря в супермаркет заходила по пути домой. Да и у вас тут мальчишник, а у меня планы. Меня ждут ужин и "Дневники вампира". Неделька насыщенная выдалась. Хочу отдохнуть перед трудовыми буднями, так что извините. А вам хорошего вечера, и, Эдвард, было приятно познакомиться. Кайла пошла в сторону кухни, попутно распуская волосы и вставляя наушники в уши. Она исчезла в глубине дома. Джаспер проводил её взглядом, будто это могло продлить момент. Эммет обернулся к Эдварду и негромко сказал, ухмыляясь: – Что скажешь? – Интересная, – отозвался Эдвард, уже с лёгкой задумчивостью. – И... непрозрачная. Джаспер почувствовал, как мышцы напряглись сами собой. – С ней ты – глух и слеп, да? – спросил он, не глядя. – Почти, – ответил Эдвард. – Она... как радиотишина. Не откликается. – Добро пожаловать в мой мир, – пробормотал Джаспер. *** Когда Рик начал откровенно терять координацию, Эммет поймал момент и, как бы между делом, проговорил: – Слушай, у нас с Розали идея. Семейный ужин у нас в четверг. Вы с Кайлой тоже приглашены. Только не отмазывайся, мы всё уже спланировали. Рик, подмигивая и с явной тяжестью на языке, буркнул: – Естественно, пойдём. Кайла любит уютные вечера. Джаспер приподнял бровь. Вот так вот просто? – Ого, – Эдвард тихо усмехнулся. – Даже не спросишь её? – Да она… не против будет, – махнул рукой Рик. – Я зафиксировал, – ухмыльнулся Эммет. – Готовьте аппетит. И нервы *** Джаспер был в потоке своих мыслей. Потом, не особо осознавая, что делает, поднялся по лестнице. Тихо. Осторожно. Спальня Кайлы. Он не заходил, просто прислонился к дверному косяку. Тень света из коридора высвечивала ноутбук, лежащий на кровати и диалоги из сериала.. Он зашёл и взял его. Просто подержал в руках. Молча. В голове не было ни одной внятной мысли. Только ощущение, что он сам себя предаёт. Ему не положено быть здесь. Не положено трогать её вещи. Но он просто хочет помочь. А ещё... Увидеть, как она спит. Убедиться, что ей спокойно. – О, да ладно! – раздался за спиной Эммет, с широкой ухмылкой. – Вот теперь мы всё поняли. – Что именно ты понял? – сухо бросил Джаспер, даже не оборачиваясь. – Что ты, мой дорогой братец не железный, – ответил Эдвард, появляясь из темноты, как тень. – А мы с Эмметом настоящие детективы. Джаспер обернулся, держа ноутбук в руках, как вещдок. – Она оставила его на краю кровати. Я просто… – он вздохнул. – Неважно. Какого чёрта вы тут делаете? – Мы могли бы задать тебе тот же вопрос, – Эдвард сложил руки на груди. – Я просто хотел помочь. – Конечно. – Эммет кивнул. – И любовался им целых десять минут. – Отвалите. – Эй, без злобы, Джас, – Эдвард поднял ладони. – Просто… не будь идиотом. Джаспер отдал ноут Эдварду и молча вышел из комнаты. Но внутри уже всё трещало по швам. *** Мы стояли на лесной тропе, что начиналась недалеко от дома. Нейтральная зона. Без Розали. Без Эммета. Без Элис. Без неё. Только я и Эдвард. – Ты ведь уже всё понял, да? – голос сорвался, стал хриплым, как будто я сам себя пытался убедить. Он прищурился, но не ответил сразу. – Что именно? – Что с ней… что с Кайлой что-то не так. Не так, как со всеми. – Ты про её барьер? – осторожно уточнил Эдвард. – Я не чувствую её. Вообще. Словно… она не здесь. Но при этом она как будто везде. Эдвард отвёл взгляд и вздохнул. Но я уже выговорил главное. – Я подумал… вдруг она моя певица? Он повернулся ко мне резко. – Джас… – Ну а как ещё это объяснить? – сорвалось с меня. – Я не могу её чувствовать. Ты не можешь её читать. И при этом я, кажется, тону в ней. Даже когда она молчит. Даже когда просто проходит мимо. – Она не похожа на певицу, – жёстко, но спокойно произнёс Эдвард. – Ни по реакции твоего тела, ни по реакции на её запах. Мы оба это знаем. Я отступил на шаг, сжал кулаки. – Тогда кто она, Эдвард? Почему всё внутри меня рвётся? Почему я иду на всякий бред, только чтобы услышать, как она хмыкнёт? Он замолчал. Лицо стало отстранённым. Мысли роились за его глазами, я это видел. Он тоже пытался найти ответ. – Может быть… ты просто хочешь быть ближе к человеку, Джас. Без сверхъестественного. Без связи. Без видений. Просто быть ближе. – Ты думаешь, я это себе выдумал? – Я думаю… ты не хочешь снова потерять контроль. Но в этот раз по другой причине. Тишина повисла между нами. Эдвард снова заговорил, тише: – Не руби с плеча. Не торопись с выводами. Не навешивай ярлыков, если не знаешь, что именно ты чувствуешь. Это может быть началом чего-то… нового. Но если ты начнёшь загонять это в какие-то рамки – потеряешь и себя, и её. Я не ответил. Потому что в этот момент уже был слишком потерян. Если она не моя певица то кто она? И почему именно она моё единственное место тишины? *** Я не сразу понял, почему внутри вновь начал закипать. Просто сидел, слушал пустую болтовню братьев и вдруг… всплыло. "Твой волк может быть быстрее" – ляпнул Эммет, когда выходил из спальни Кайлы. Обычная дурацкая шутка, каких от него сотни. Но сейчас… Она ударила, будто кулаком под рёбра. Мой кулак сжал подлокотник кресла. Розали что-то сказала, но я её не слышал. – Джас? – Эдвард подался вперёд. Его голос стал тише. Осторожнее. – Это была просто реплика. Эммет не подумал. – Вот в этом-то и дело, – процедил я. – Он не подумал. А я теперь думаю. Тишина. Даже Элис замерла в дверях. – Джаспер, – Эдвард осторожно заговорил. – Это ничего не значит. Он просто ляпнул херню. – Тогда скажи правду, – повернулся я к нему. – Ты читаешь мысли. Ты знал, что я спрошу. Он опустил взгляд. И это было хуже всего. – Эдвард… – начал Эммет, но тот поднял руку. – Элис видела что-то, – сказал он наконец. – Неделю назад. Я встал. Даже не заметил как. Просто оказался на ногах. – Видение? Почему я узнаю об этом сейчас? – Потому что она не уверена. Оно было расплывчатым. И она… мы не хотели тебе навязывать. – Навязать? – усмехнулся я. – Серьёзно? Элис сделала шаг вперёд: – Джас, я видела только отрывки. Ла-Пуш. Потом вспышка – Кайла. Возле неё Пол. Но ничего не ясно. И не было чувств. Никакого ясного смысла. Это может быть просто ложный сигнал. Или совсем другой исход. – Но вы решили мне не говорить, – голос мой дрожал. – Чтобы я продолжал копаться в себе, думал, что схожу с ума. Спасибо. Розали поднялась: – Хватит. Элис не хотела тебе вреда. И никто. Мы боялись сделать хуже. – А что может быть хуже, Роуз? – Я смотрел на них всех. И чувствовал, как земля под ногами уходит. – Я впервые… впервые за десятилетия чувствую что-то настоящее. А теперь вы говорите, что есть шанс, что это не для меня? – Нет, – твёрдо сказала Элис. – Я не это сказала. Эдвард медленно подошёл ко мне: – Мы ошибались, Джас. Прости. Но это было сделано для твоего же блага. Я не ответил. Но внутри всё клокотало. *** – Она просто хочет тишины, – неожиданно сказала Розали. Громко. Чётко. Так, чтобы перебить шум в моей голове. – И это нормально. И если уж на то пошло, я её понимаю. Я застыл. Даже Эдвард моргнул удивлённо. – Ты её защищаешь? – осторожно спросил он. – А кто, по-твоему, единственная в этой комнате, кто не пытался столкнуть их лбами? – Розали вскинула бровь. – Элис гонится за кадрами будущего, ты лезешь с дарами в голову, Эммет шутит, как пятиклассник влюблённый, а бедняжка Кайла даже чашку кофе не может выпить без вашей коллективной навигации. – Это несправедливо… – начал Эдвард, но она уже продолжила: – Справедливо. Девушка только вернулась домой после двухлетнего обучения за бугром. У неё каникулы, а она стажируется, пытается помогать брату, пытается создать дома комфорт для себя и Рика. А у неё каждый второй день по сцене давления. Думаешь, она не чувствует? – Она не реагирует, – пробормотал я. – На меня. На Эдварда. – Вот именно, – усмехнулась Розали. – Может, она не обязана? Не все обязаны рассыпаться от вашего гипнотического взгляда, Джаспер. Некоторые просто… закрываются. Я сжал челюсть, но не возразил. Потому что каждое её слово резонировало со мной. – Я не удивлена, что у неё стены, – мягче добавила Роуз. – Я бы тоже их выстроила. И выше.Вы все слишком увлеклись. Особенно ты, – её взгляд метнулся в сторону Эммета. – Хватит строить из Кайлы объект охоты или ставки. Она не очередная сюжетная линия для наших развлечений. – Роуз… – пробормотал Эммет, но тут же замолчал. – Знаете, что я вижу? – продолжила она, глядя по очереди на каждого. – Уставшую девушку, которая просто хотела тишины и передышки. А попала в зону повышенного внимания, и всё это без её согласия. Джаспер, Эдвард, Элис, Эммет… даже Карлайл уже пару раз интересовался. Вы сговорились? Я сжал челюсть. Она была права. Чертовски права. – Она держится, как может. Закрывается. Да. И что? Это повод копаться в ней глубже? – теперь Розали смотрела на Эдварда. – Как думаешь, сколько раз ты пытался её прочитать? Он отвёл взгляд. – А ты, – перевела взгляд на меня, – сколько раз пытался поймать её эмоциональные флуктуации, чтобы убедиться, что всё не зря? Я молчал. Горло сжалось. – Роуз… – попыталась вставить Элис, но та подняла руку. – Элис, ты лучше всех понимаешь, как сложно, когда кто-то навязывает тебе сценарий. Не будь такой. Дайте ей почувствовать свободу, выбор, время. Не превращайте её в героиню своего видения. Секунду стояла тишина. Только часы на стене мягко тикали. В этот момент Элис напряглась. Её зрачки расширились, она вытянулась и замерла, как статуя. – Видение, – прошептал Эдвард. Все притихли. Минуту никто не дышал. Потом Элис моргнула и пошатнулась. – Ты в порядке? – Эдвард тут же подскочил. – Да… я… – она провела рукой по лицу. – Я видела Кайлу и Джаспера. Вместе. Они шли вдоль сквера… вроде бы после ужина. Спокойные. Без лишних людей вокруг. Просто двое. И это было... по-настоящему. Она взглянула на меня, будто что-то понимала. – И ещё… – она нахмурилась. – Был… Пол с Рэйчел. Очень коротко. Как вспышка. Его что-то зацепило. – И? – спросил Эдвард. – И ничего. Всё размыто. Это было не сейчас. И даже не факт, что будет. Как будто судьба ещё не решила, что с этим делать. Я ничего не сказал. Мои мысли снова были там, в той прогулке. Я почти видел, как мы идём. Без слов. Просто рядом. Без давления. Без страхов. Просто – вместе. *** – Ты ведь понимаешь, что я не нападала на тебя, – раздался голос Розали у него за спиной. Джаспер стоял у большого окна, уставившись в тёмный сад за домом. Он даже не оглянулся. – Я знаю. Розали подошла ближе, но встала поодаль, не вплотную. Слишком хорошо знала: он не любит, когда кто-то лезет в его пространство в моменты перегруза. – Я вижу, что с тобой происходит, Джас. Но и с ней тоже, видимо. И… не хочу, чтобы вы оба перегорели в этом. Он обернулся, наконец-то встретив её взгляд. – Я не знаю, что с этим делать, Роуз, – тихо произнёс он. – Всё, что я делаю, кажется неправильным. А бездействие ещё хуже. – Потому что ты впервые не можешь просто прочувствовать человека, – мягко сказала она. – У тебя нет доступа. Никаких коротких путей. – Я не привык к «слепоте», – признался Джаспер. – Это пугает. Но и притягивает чертовски. – Ну хоть не отпугивает, – усмехнулась Розали, скрестив руки. – А она? Что ты чувствуешь… ну, не считываешь, а ощущаешь? – Что она настоящая, – ответил он почти не задумываясь. – Что с ней не нужно прятаться. Но она будто держит дистанцию… И я боюсь её спугнуть. – Потому что мы уже её пугаем, – заметила Роуз. – Не ты один. Мы все. Даже Элис с её «невинными» сообщениями. Даже я, возможно. – Эммет точно, – пробурчал Джаспер, и Розали усмехнулась. – Эммет вообще считает, что весь мир ситком. Но в одном он прав: она тебе небезразлична. Он кивнул. Молча. – Просто... не спеши, ладно? – сказала она после паузы. – Дай ей возможность выбрать. А себе дай время понять, что именно ты выбираешь. Не чувство, не порыв, не дар... А её. Целиком. Со всеми тараканами, замками и колючками. – Она стоит того, – сказал он едва слышно. – Ну так и веди себя соответственно, – улыбнулась Роуз. – А если потеряешься, то я рядом. Но, ради всего святого, не делай глупостей. И не шпиони у неё в спальне. – Это был не мой finest hour, – признал Джаспер, и они оба рассмеялись. В этот момент напряжение чуть ослабло. И он понял,что благодарность к Розали была тёплой, глубокой и настоящей. Она всегда говорила, когда нужно. И всегда по делу. *** – Ну что, дамы и господа, – важно начал Эммет, входя в гостиную с видом человека, который только что изобрёл велосипед, – у нас с вами на носу грандиозное событие. – Ты опять записался на армрестлинг с дальнобойщиком в баре? – лениво уточнил Эдвард. – Хуже. Ужин с людьми. У нас дома. И не просто людьми, а с Риком и его сестрой, Кайлой. Да-да, с той самой. – Не драматизируй, – отозвалась Розали, скрестив руки. – Это просто еда, а не битва за трон. – Ну, для некоторых это одно и то же, – пробормотал Джаспер, незаметно переводя взгляд на окно. Но Эдвард, конечно же, поймал этот взгляд. И не только взгляд. – Да ты бы видел его, когда он её имя слышит, – подколол брат. – Глаза светятся, как у Элис на распродаже в IKEA. – Очень остроумно, – буркнул Джаспер. – Ребята, давайте по делу, – вмешалась Элис, перехватывая инициативу. – Ужин в четверг. Кайла ещё ни разу не была у нас, а значит впечатление будет первым. Мы не устраиваем королевский банкет, но и халатно не подходим. – Она любит испанскую кухню, – внезапно выдал Эммет. Все повернулись к нему. – Откуда ты это знаешь? – уточнил Карлайл, приподняв бровь. – Рик как-то проболтался, что она обожает паэлью. И, цитирую, "она чёртовски вкусно готовит". Ну, если это не прямой намёк... – Я могу заняться паэльей, – с энтузиазмом отозвалась Эсме. – С морепродуктами. А на десерт лимонный тарт? Думаю это гармоничное сочетание. – Она любит сорбет и кофе, – сухо уточнил Эдвард. – Но тарт пусть будет. – Подожди, – встрял Джаспер, – она упоминала ещё, что любит домашнюю кухню. Мы говорили в банке… – О, мы обязаны это обыграть, – воодушевилась Элис. – Маленький сет тапас в домашнем варианте, как закуска. Чисто символически. – Я за атмосферу! – воскликнул Эммет. – Скатерти, свечи, музыка. Я составлю плейлист. Что-то типа... фламенко? – Только не кастаньеты, – простонал Эдвард. – И никаких шляп с помпонами. – Плейлист я соберу, – вмешалась Элис. – И ещё, давайте сделаем обстановку тёплой, но не слишком интимной. Чтобы никто не чувствовал себя под микроскопом. – Особенно Кайла, – добавила Розали. – Учитывая, как мы все на неё смотрим, бедняжке стоит выдать бронежилет. Нас слишком много. – Спасибо, – тихо сказал Джаспер, и на этот раз без сарказма. – Просто… – Розали пожала плечами, – Мы должны ей дать пространство. И тебе тоже. Дайте себе шанс подружиться по-человечески, без семейных вмешательств. Карлайл понимающе кивнул: – Я предложу вино к рыбе, если будет рыба. И займусь сервировкой. – Тогда я возьму на себя напитки и кофе, – кивнул Эдвард. – Без кофейной пены в форме сердечек. – Ну почему, – усмехнулся Эммет, – может, Кайла воспримет это как судьбу? – Судьба не приходит в форме капучино, – сказал Джаспер, но всё же уголки его губ дёрнулись. – В любом случае, – подвела итог Эсме, – мы готовим тёплый, вкусный и душевный ужин. Никакого давления. Просто знакомство. Приятное, спокойное, уважительное. И, пожалуйста… не задавайте ей неловких вопросов. – Например? – уточнил Эммет. – Например: «А как ты относишься к вампирам?» – О, да. Это могло бы быть весело. – Эммет. – Ладно, молчу. Все рассмеялись, и на мгновение в комнате повисло ощущение чего-то настоящего и простого. Семья, собравшаяся, чтобы принять гостей, без масок, без напряжения, с тёплым желанием показать: у Калленов, несмотря на всю их странность, есть душа. И она распахнута. *** Среда. Один день до ужина. Дом Калленов погрузился в тишину. Где-то в гостиной Эммет всё ещё возился с колонками и что-то мурлыкал под нос. Остальные разошлись по своим делам: Элис ушла редактировать список всего необходимого, Эсме – перепроверить рецепт, а Эдвард сидел за роялем, почти не касаясь клавиш, погружённый в собственные мысли. Джаспер стоял у окна в своей комнате и смотрел на ночной лес. Он не отдыхал. Уже третью ночь подряд. Кайла. Имя всплывало с пугающей регулярностью. Не как мысль – как импульс. Как дыхание. Он откинулся на подоконник, сцепив пальцы в замок. Всё шло как-то слишком… не так. Он знал, как трудно жить в режиме обороны. Он сам был таким долгие десятилетия. И всё же… рядом с ней он не чувствовал страха. Ни тревоги. Даже теперь, когда чувства стали почти навязчивыми, Джаспер ощущал странное спокойствие. И этот дурацкий момент у кафе. Как она улыбнулась, когда села в машину. Как извинилась, будто ей было важно, чтобы он понял её – не просто на словах, а глубже. И как обняла его на прощание. Лёгкое, осторожное прикосновение. Как будто проверяла – выдержит ли он. Он выдержал. Но с тех пор не дышал. – Ты уже второй час стоишь на месте, – прозвучал голос Эдварда из-за двери. Без стука. Конечно. – Не хочешь присоединиться? Будем вдвоём смотреть в темноту. – Ты думаешь о ней. – А ты когда-нибудь не думаешь о Белле? – спокойно отозвался Джаспер. Эдвард помолчал. Затем сел в кресло у двери, наблюдая за братом. – Ты боишься, что всё это – слишком быстро? – Я слишком форсирую события, мне кажется. И я не знаю, что она чувствует и что это не поддаётся логике, – признался Джаспер. – И что я могу разрушить то, что ещё даже не началось. – Но ведь ты не хочешь остановиться? – Ни на секунду, – тихо выдохнул он. Эдвард кивнул. Потом поднялся. – Завтра будет хороший вечер. Просто… будь собой. Без ожиданий. Без планов. Она ведь такая, какая она есть, Джас. Это чувствуется. Когда брат ушёл, Джаспер снова остался наедине с тишиной. Он не знал, что ждет их в четверг. Но впервые за десятилетия он чувствовал страх перед неизвестностью. Он ждал. И это чувство было почти… человеческим.