Глава 4

— Раз уж я начал чувствовать вкусы… Попробую этот ваш мерчай, — Черри потянулся к чашке и сделал маленький глоток. Мисти, которая могла пить мерчай литрами, замерла в ожидании. Но Черри не спешил пока делиться впечатлениями. Он откинулся на спинку кресла, обхватив пальцами чашку, и смотрел прямо перед собой. — Ах, дружок, ну скажи же хоть слово! Вкусно? — не выдержала Мисти. — Ммм, — протянул он. — Что это с ним? Может, мерчай слишком крепкий? С утра стояла неимоверная духота. Лаванда, изнывая от жары, обмахивалась веером, усыпанным переливающимися цветами. Черри, наконец, поставил чашку на стол и обернулся к Мисти. — Я понял, почему вы здесь пьёте мерчай как божественный нектар. Мисти, душенька, снимаю шляпу и целую твои ручки, что приготовили это чудо. И в подтверждение своих слов Черри стянул с головы непонятно откуда взявшуюся соломенную шляпку-канотье и небрежно отбросил её в сторону. Она постепенно растворилась в пространстве золотистым сиянием. — О, Черри, — с умилением сказала Мисти. — Ты точно прирождённый мерцаль. Добро пожаловать в семью! — А руки кто целовать обещал? — прищурилась Лаванда. — Назвался цветком, так дай пыльцу. — И откуда у тебя шляпа? — опомнилась Мисти. Она бросила взгляд на Черри и поняла, что он успел незаметно измениться. В его образе появились новые детали, которых не было раньше. — Он просто за мной повторяет, — Лаванда поправила свою шляпу, потревожив задремавшую на ней бабочку. Друзья сидели на плетёных стульях в тени густой кроны старого дуба. На коленях у Мисти лежала книга — та самая энциклопедия духов, которую им выдал Флинт. Как ни уговаривал вчера Черри начать чтение сразу, как только они переступили порог дома, Мисти решила, что будет нечестно изучать энциклопедию без Лаванды. Теперь, когда все собрались в саду Мисти, она бережно раскрыла книгу. Страницы были плотные, с чуть пожелтевшими от времени краями. Буквы были не похожи ни на один известный ей язык, но Мисти это не смутило. — Сейчас начнётся магия, — сказала Лаванда, обращаясь к Черри. — Следи за руками. — Ничего особенного. Просто мой дар — читать книжки, — пошутила Мисти. Она потерла ладони друг от друга, высвобождая немного мерцания. Для неё любая вещь была подобна замку, и задача — подобрать к нему верный ключ. Мисти постаралась сконцентрироваться, чтобы настроиться на суть книги. Ведь именно в глубине скрывается самое важное. Но первый ключ оказался слишком большим, второй же — наоборот слишком маленьким. — Тьфу ты ну ты, — пробормотала Мисти, чувствуя, как постепенно теряет концентрацию. Образ книги стал меркнуть. — Простите, друзья, — вздохнула она, с досадой глядя на то, как новый ключ рассыпался в воздухе. Лаванда тепло улыбнулась, накрывая плечо Мисти своей маленькой ладошкой. — Душенька, не перенапрягайся, пожалуйста. Книга никуда не убежит. А если Флинт попытается её забрать раньше времени, я с ним потолкую. — Ты справишься, звёздочка, — подмигнул ей Черри. Раньше Мисти сдалась бы уже после второй неудачной попытки. Но поддержка друзей помогла ей поверить в себя. Даже если не получится сейчас, всегда можно пробовать ещё. Немного передохнув, Мисти вновь ощутила приятный жар мерцания между ладоней. Магии будто стало больше, чем обычно. Сейчас она быстро и чётко представила себе образ книги. Ей было непривычно так легко управляться с магией. Если обычно мерцание ощущалось как тоненький ручеёк, то теперь хлынуло потоком. Ключ появился будто сам собой. Тонкий, изящный, сплетённый из серебристых веточек тимьяна, он идеально подошёл к замку. Текст на страницах тут же зашелестел, как листва на ветру. Черри заворожённо посмотрел на сияющий ключ, но как только протянул к нему руку, тот растворился в воздухе, разлетаясь крошечными мерцающими искорками. — Не переживай, — успокоила его Мисти. — Ты тут ни при чём. Ключ нужен только чтобы открыть замок. — Мисти — умница, может что угодно открыть. Хоть банку с вареньем, хоть портал в другой мир. — Лаванда, — Мисти смущённо отвела взгляд. — Спасибо, конечно, но ты преувеличиваешь. Мои способности очень посредственные. Только сегодня мне так повезло. В какой-то момент Мисти даже показалось, будто ей помогают. Как ещё объяснить этот внезапный прилив сил? — Ну, раз все готовы, начнём, — сказала Мисти, отгоняя ненужные мысли. Теперь она понимала всё, что написано в книге, поэтому стала медленно читать вслух: — Посвящается Рильюсу Ноктурну. Каким бы ни было моё детство, именно те обстоятельства помогли мне стать тем, кто я есть. Спасибо, папа. — Это очень мило, — тут же сказала Лаванда. Как все мерцали, она очень ценила семейные узы. Мисти тоже тронуло то, с какой теплотой Аурэя отзывалась об отце. — Перед вами первое и единственное руководство о духах. Вся информация в этой книге — результат моего личного опыта. Здесь есть как теоретические данные, так и описания магических ритуалов. Но предупреждаю: не все из них безопасны. Черри зевнул. — Так, давай без долгих предисловий, пожалуйста. Книга-то огромная. — Не волнуйся, вступление закончилось. Дальше — сразу про духов. — Не надо только про всех читать. Только про таких, как я. Мисти зашелестела страницами, быстро пробегая глазами по строчкам. — Вот, нашла. Потерянными называют души, которые не могут отправиться в страну Лета, потому что утратили нить памяти. — Хм, ну то, что я ничего не помню — мы и так знаем. А почему так происходит? — Сейчас… Тут говорится, что это возможно только из-за заклинаний, которые действуют под покровительством Первых Богов. Стоило Мисти упомянуть богов, как в груди у неё словно что-то сжалось. Стало трудно дышать. Неужели даже небольшое упоминание из книги несёт в себе частичку давно исчезнувшей силы? На миг перед ней вспыхнул образ: громадный паук, плетущий паутину из тончайшего шёлка. Между серебристых нитей словно капельки росы мерцали жемчужные бусины. Мисти тряхнула головой, и видение рассеялось. — Вот тут описан какой-то метод… Называется сшивание души. Черри поморщился. — Звучит не очень. — Согласна, терпеть не могу шить, — сказала Лаванда. — Сшивание души происходит при помощи особой иглы — древнего артефакта, который, по легенде, когда-то принадлежал Богу-ткачу. — Я вам не дырявые штаны, чтобы меня штопать! — фыркнул Черри. — Не переживай, милый, в Фогвуде только обычные швейные иголки, — успокоила его Мисти. — Ну и сосновые, конечно. — Да и не только в Фогвуде, — добавила Лаванда. — Сомневаюсь, что во всём Мерцающем лесу есть хоть один древний артефакт. Мисти вновь углубилась в чтение. — Этот предмет считается давно утерянным, и последние упоминания о нём есть лишь в архивах. Интересно, что за архивы такие? — Может, те, что на площади? Где наш дорогой Олеандр заседает, — предположила Лаванда. Мисти вдруг заметила текст, которого до этого там явно не было. — Постойте, тут ещё есть кое-что, оказывается. Считается, что на территории Великого леса не осталось больше богов. По крайней мере в их первозданном обличии. — Вот откуда Аурэя об этом знает? — нахмурилась Лаванда. — Даже Флинт сказал, что не осталось упоминаний о богах. А он читал всё на свете. Мисти вспомнила, с какой неохотой Флинт отдал книгу. Если он поймёт, что там про Богов и странные ритуалы, то ещё чего доброго спрячет её под замок. — Ой, да ладно вам, все боги давно канули в лету, — беззаботно заметил Черри. — Душенька, продолжай, что там дальше. — Неприкаянному духу опасно долго оставаться в мире живых, — прочитала Мисти вслух. — Чем дольше он блуждает по земле, тем больше шансов, что он постепенно исчезнет. На последней фразе голос её слегка дрогнул. Мисти за короткое время так привыкла к Черри, что и представить себе не могла, что он может исчезнуть. — А у нас как будто всё наоборот, — Лаванда зевнула, прикрыв рот кружевной перчаткой, и откинулась на спинку кресла, позволяя солнцу заглянуть под поля шляпы. — Когда вы впервые пришли, дух был как сгусток света. А теперь… хм, вполне милый мерцаль в расцвете сил. — Может, я особенный? — сказал Черри, наливая себе очередную кружку мерчая. Мисти, оторвавшись от книги, заметила, что кувшин уже почти пуст. Каждый хозяин знает — нет комплимента лучше, чем когда гости всё съели и выпили. — А помните, тот занудный дядюшка сказал что-то про «ни жив, ни мёртв»? Что бы это могло значить? — Надо будет к нему в гости заглянуть. Вопросов пока больше, чем ответов, — вздохнула Мисти и продолжила читать. — Также мутирующая энергия создаёт различные аномалии: порталы, которые ведут неизвестно куда, временные петли, природные катаклизмы. — Да уж, — протянула Лаванда. — Полезай-ка ты обратно в фонарь. От тебя одни беды. — Поздно, я уже набрался сил. А ещё попробовал клюквенный мерчай. Никуда теперь не денусь. — Пока вроде всё хорошо, — рассеянно сказала Мисти, оглядывая сад. Ей вдруг показалось, что птицы в небе слишком тревожно кричат. — Но что-то книжка слишком мрачная. Предлагаю на сегодня закончить, — сказала Лаванда, и Мисти не стала с ней спорить. — А давайте к дяде Виндору сходим? Вдруг он про фонарь что-то знает. По мнению Мисти, в любой непонятной ситуации было два выхода: пить мерчай с мятными пряниками или пойти в гости. Второй вариант был даже предпочтительней. Ведь в гостях тебя могут напоить, накормить, да ещё и успокоить приятной беседой. Правда, дядя Виндор совсем не умел готовить мерчай. Но зато у него получались потрясающие пышки и яблочный пирог — сочный, с хрустящей золотистой корочкой. — Это уже без меня, — отозвалась Лаванда и, лениво потянувшись, поднялась с кресла. — Я пошла сажать пыльчушки, пока ещё светло. — Пыльчушки? — удивлённо спросила Мисти. — Они же только в Пыльцеграде растут. Наша почва им не подходит. — Вот именно! Но мне Флинт достал пару зёрен, попробую посадить. Когда подруга ушла, Мисти осталась сидеть в саду. Она думала о том, что написано в книге. Но из-за жары мысли были вязкими, и ни к чему толком она не пришла. — А расскажи мне про фонарь, — попросил Черри. — Как он появился в твоём саду? Его звонкий, словно маленький колокольчик, голос развеял мрачные тучи тревожных мыслей. Мисти разлила остатки мерчая по чашкам и задумалась. — Я мало что о нём знаю. Только то, что фонарь нужно хранить. Он перешёл ко мне от мамы, а той — от бабушки. — И всё? — недоверчиво спросил Черри. — Охраняй то, не знаю что? — В детстве мне говорили, что фонарь загорится, когда придёт время. Не думала, что оно когда-нибудь настанет. Ладно, дружок, давай-ка мы с тобой прогуляемся. Черри резво соскочил с кресла, слегка задев ногой стол. Чашки протяжно задребезжали. — Наконец-то! А наряжаться будем? В новую жизнь нужно заходить красивыми. Мисти с этим не могла поспорить, тем более ей самой очень хотелось отвлечься. Пока она не спеша заносила посуду в дом, Черри уже успел залезть в её шкатулку с украшениями. — Хочу это кольцо с жемчугом. И вон то, в форме листа. О, ещё с жёлтым камнем, — глаза его жадно блестели. — Нечего так смотреть, у меня десять пальцев. Могу хоть по два кольца на каждое надеть. — Бери что хочешь, — заверила его Мисти. Сама она вновь попыталась ограничиться чем-то одним, но не смогла вовремя остановиться. Когда всё сияло и мерцало, на душе становилось спокойней. От дома, где жила Мисти, можно было пойти налево — в сторону книжного магазина Флинта, или направо — к центру города. — Это что за камень посреди дороги? Мисти присмотрелась и увидела, что на старом пне расположилась большая Жаба. Давненько она её не встречала. — Это Жаба. Только характер у неё непростой, — шепнула Мисти. — Если она будет не в настроении, может и проклясть. — А как понять, в настроении или нет? Желательно выяснить это до того, как мы к ней подойдём. — Тут не угадаешь, — тихо ответила Мисти. — Придётся рискнуть и положиться на удачу. Шкурка у Жабы была жёлтой, с коричневыми пятнышками. Она грелась на солнышке, но, заметив Мисти, повернулась и посмотрела на неё круглыми сонными глазами. — Доброго денечка, Исабелла. Жаба лениво зевнула, широко разинув рот. — И вам не хворать. Куда собрались с утра пораньше? — Но ведь уже обед. — Когда проснулся, тогда и утро, — сказала Жаба. — Ну так что, далеко намылились? Могу подбросить вас. Мне как раз надо лапы размять после долгого сна. Жаба была достаточно большой, чтобы они легко могли вдвоём забраться ей на спину. Единственное — нужно постараться не свалиться по дороге. Кожа-то у жабы скользкая. Не будешь же свободолюбивой Жабе предлагать надеть на неё седло и поводья, того и гляди проклянёт, обратив в мошку. — Ого, проехаться на большой Жабе! А мне нравится, как начинается моя новая жизнь! Черри уже ходил вокруг Жабы, видимо, пытаясь понять, как лучше всего устроиться у неё на спине. — Да не мельтеши ты, — не выдержала Жаба. — Иначе начала твоей новой жизни так и не случится. — Прости-прости, Исабелла. Ты мне нравишься. — Даже не пытайся, — хмыкнула Жаба. — Не люблю подхалимов. Мисти вспомнила, что так и не ответила на вопрос. — Мы идём к дяде Виндору. Он живёт на Лунной поляне, ближе к центру. — Так-с, я имена не запоминаю. Скажи-ка мне… Это который весёлый или который занудный? Мисти усмехнулась тому, как метко Жаба описала двух дядюшек. Правда, Робину бы это не понравилось. Ну, оно и понятно — кто же хочет прослыть занудой. — Весёлый. — Это хорошо, потому что занудство заразно. Будешь долго слушать чужой нудёж — сам таким станешь. Ну, чего стоите, запрыгивайте, пока я не передумала. Мисти отказываться не стала, осторожно забралась на спину и кое-как обхватила холодную, покрытую пупырками жабью шею. Черри сел позади, и Мисти ощутила невесомое прикосновение его рук на своих плечах. — Держись крепче, — только и успела сказать Мисти, как Жаба уже подорвалась с места. Прыгала она на своих сильных лапах далеко и высоко. Конечно, с ношей на спине ей наверняка было тяжело, но даже так Жаба умудрялась почти не сбавлять темпа. У Мисти слегка закружилась голова от резких скачков. Они то отрывались от земли, то ныряли обратно в густой мерцающий туман, и от этого захватывало дух. Мелькали кусты и стволы деревьев, ветер дул в лицо, а волосы Мисти едва не запутались в колючих ветках. Но всё в итоге обошлось. Довольная Жаба залилась громким кваканьем. — Вы как там сзади, живы? А то попадёте ещё вниз, как переспелые яблоки. — Отлично, — радостно ответил Черри, крепче сжимая Мисти за плечи. — Только шляпа улетела. — Зачем призраку шляпа? — хмыкнула Исабелла. — Как это — зачем? Для красоты. Вскоре Жаба остановилась, потому что перед ними уже раскинулась лунная поляна. Место, где Мисти провела свое детство.