Хаос Небытия

      — Нет, нет, нет! Она не должна её забрать! Шепард, прошу, я заплачу сколько угодно! Я согласна на «Нормандию»! Помоги её вернуть! — голос Каэлы дрожал от отчаяния.       Я кивнула, и мы бросились в медотсек. Первым делом Ария пошла бы туда — Рори была в критическом состоянии и нуждалась в срочной помощи.       Предположение оказалось верным. Весь медотсек был окружён солдатами Арии. Она вышла к нам с самодовольным видом.       — Как только ее состояние стабилизируют мы улетим. Я предупредила вас обоих. Вы сломали ей крылья. Я же дам ей всё, чтобы она снова засияла. — Королева Омеги раскинула руки, демонстрируя своё превосходство.       — Харпер этого так не оставит, Ария! — азари негодовала, буквально вибрируя от сдерживаемой энергии.       — Я считаю, нам нужно поговорить, всем, — я пыталась выиграть время. Пока мы шли, я отправила команде распоряжение: «срочно вернуться на борт» — обработка «Нормандии» и снаряжения была завершена. Гаррусу и Джеймсу велела зачистить место у челноков от тел. На мой омни пришло сообщение от Каэлы Т’Лэстар. У меня был полный доступ к грузовому кораблю «Центурион». На мой вопросительный взгляд она лишь коротко кивнула. — Так что, ваше величество, королева Омеги, сядет с нами за стол переговоров?       — Мне не о чем с ней говорить, а с тобой можем посидеть. У меня есть время, пока моё сокровище готовят к перевозке, — в её отношении к Рори было что-то неправильное, почти собственническое. — Ты же не надеешься, что я соглашусь её отдать?       — Ария, она не вещь. Ты же понимаешь, что это живой человек? — мы медленно двигались к диванам в зоне ожидания рядом с медицинским отсеком.       — Это говоришь мне ты? Пару часов назад тебя это не волновало, — она улыбнулась и вальяжно расселась на диване, закинув ноги на столик. — На, послушай.       Мне пришёл видеофайл с камеры в медицинском отсеке. На записи голос Рори звучал надломленно и горько:       [Капитан Джейн Шепард в своем репертуаре... моей жизнью могут распоряжаться все кроме меня.]       Её слова прозвучали как пощёчина. Мой эгоизм стоил жизни её сестры. Я гонялась за ней два года вместо того, чтобы договориться о встрече. Ни разу не спросила, хочет ли она вообще нас видеть.       — О, а тут мне нравится! Ты как подтверждение вошла — и… она телепортируется. Ты, можно сказать, толкнула её прямо ко мне в руки. Но мой тебе совет: в следующий раз сама бейся головой о стены, ладно? Её прелестное личико мне по вкусу, а ее мозги еще нужны этому миру. — Ария рассмеялась. Мне стало не по себе. Мы все до тошноты эгоистичны, а расплачивается за это Янг. Вот что слышал Гаррус и почему пытался меня остановить. Проклятье.       — Честное слово, Джейн, ты не перестаёшь удивлять. Ты полтора года провела с ней и не смогла добиться расположения. Согласись, она как непослушный птенец, так и норовит укусить.       — Что ты имеешь в виду, говоря про полтора года? — Ария знала, что Янг, это Феникс. Но откуда?       — Давай не будем играть в эти дурацкие игры. Я в курсе, кто такая Феникс на самом деле. А ещё в курсе про твою «любимую» подружку. Я была первой, кто коснулся её разума после пробуждения, — она продолжала смеяться, положив ногу на ногу. — Я удивлена, что Т’Сони ещё дышит. Видимо, наш птенчик приготовила для неё что-то поистине ужасающее.       — Ария, ты… Почему мы вообще с тобой враждуем? Ты хочешь забрать её, не спрашивая мнения. Давай дождёмся, когда она придёт в себя, и спросим. Поступим так, как она сама захочет, — я села, облокотившись на руки, и посмотрела в сторону медицинского блока. В моем голосе звучала усталость.       — Нет, сейчас это мой единственный шанс вырвать её из лап Цербера. Я два года ждала этой возможности, и ты подарила её мне. Прости, но нет. Хочешь выпить? Отпразднуем мою победу. — На моём инструментроне появилось сообщение: вся команда на борту. Я переслала информацию Каэле. И заблокировала сцепки на фрегате Арии.       — Проводишь меня? Я собираюсь улетать, у меня ещё есть незаконченные дела. — Ария, взяв бокал, довольно кивнула и пошла со мной к шлюзу.       — Я не считаю тебя врагом, Джейн. Скорее, ты недальновидна. А твои методы… будем честны, они ужасны. Там, где нужна твёрдость, ты даёшь слабину. Одно то, что именно твои офицеры напали на пташку, говорит о многом. — Ещё одна пощёчина от Арии. Сегодня она была в ударе.       — Твои люди могли бы также напасть…       — Но напали офицеры Альянса. Ты, конечно, пристрелила обоих, но… — она покачала головой и отпила шампанское, — это твоя ошибка. У тебя бардак в организации на которую ты работаешь и бардак в команде. Прекрасным цветкам, как сказала бы Харпер, не вырасти в такой грязи.       — Эти ваши метафоры… Я вернула тебе Омегу. За тобой должок, — я напомнила Арии о нашей совместной миссии.       — А я отдала почти весь свой флот. Так что нечего тут жаловаться, — она хитро подмигнула. — Тебе нечем крыть, Шеп.       — Ты украла мой поцелуй, а значит, всё же должна мне, — я вспомнила её… своеобразную благодарность за возвращение титула.       — Могу вернуть его тебе с процентами, — задумавшись, она продолжила. — Хотя пожалуй, уже нет. После смерти Найрин мне одиноко. И я думаю, скоро это место перестанет пустовать. У меня на примете есть цель поинтереснее.       На омни-тул снова пришёл сигнал. Всего одно слово: «Готово». Я улыбнулась и прошла в шлюз. Надеюсь, Ария не будет слишком сильно психовать.       «Нормандия» снялась с прикола и на всех скоростях направилась в сторону Местного скопления, к Земле.       — Капитан там что-то творится в медицинском отсеке, Чаквас передала, что это срочно. — Джокер повернулся на кресле — Похоже ваши гости вышли из-под контроля, а?       — Спасибо, пойду узнаю что там. — Я побежала в медицинский отсек. Азари закрыла девушку биотическим куполом и не подпускала никого, гладила её волосы и вводила препараты из своей сумки.       — Ну и зачем всё это было, если ты не доверяешь нам? Как долго будешь держать купол? — я подошла вплотную, но приблизиться не смогла из-за поля.       — Я не доверяю только ей. И не подпущу её. Она уже причинила Фэн столько боли, что во век не расплатится, — Каэла резко показала в сторону мониторов. Там стояла Лиара с окаменевшим лицом, не отрывая взгляда от Рори. Я вдруг вспомнила, что мы как-то не упомянули, что она жива.       Я подошла к подруге и мягко повела ее. Остановившись у выхода, сказала:       — Лиара не будет приближаться к Рорите…       — К Фэнриа! Она не будет приближаться к Фэн! — азари выкрикнула так, словно это было жизненно важно.       — Как скажешь. Карин, помогите доктору Т’Лэстар, — я взяла Лиару под руку и пошла по коридору. — Дааа… Рорита, вроде бы, жива. Я хотела тебе сказать, но всё закрутилось после Фел Прайм… Там ее сестра погибла, и эта обработка. В общем, как-то вылетело из головы. Я сама пока перевариваю все это. — Мы медленно шли к её каюте. — И я не шучу: лучше не приближайся к ней.       — Шепард, — азари смотрела на меня злобным взглядом — это она… она пришла, чтобы убить меня, — голос Лиары был переполнен холодной уверенностью.       — Лиара, она была на корабле несколько дней и даже не делала попыток напасть на тебя. Мне кажется, ты преувеличиваешь. Дай ей прийти в себя. Я хочу с ней поговорить, посмотрим, что она скажет.       — Ты обещала, что защитишь меня! И запустила на «Нормандию» воскресшую Рориту Янг и её любовницу! — азари нервно вырвала руку и скрылась в своей каюте.       Я вздохнула, потирая виски.       — EDI, веди контроль над перемещениями Рори и её подруги, — пробормотала я себе под нос. — Посмотрим, что из этого выйдет… Феникс       Я не могла понять, где нахожусь. Вокруг была лишь, непроглядная тьма, поглотившая всё. Я ощущала своё тело — руки, ноги, — но не видела их. Закрывала и открывала глаза — ничего не менялось. Тьма была абсолютной.       Я попыталась вспомнить, как оказалась здесь, но мысли путались, распадаясь на обрывки. В этой тишине я чувствовала себя в безопасности. Могла расслабиться, раствориться в моменте. Закрыв глаза, я почти осязала счастье… свободу и легкость. «Сколько времени я тут?» Вопрос потерял смысл. Здесь не существовало ни времени, ни пространства — только покой.       Лёгкий ветерок донёс до меня звук. «Или показалось? Стоило ли реагировать?» Я повернулась на бок, стараясь не отвлекаться от сладкого бездействия.       Снова звук. Настойчивый, назойливый, будто пытавшийся прорваться сквозь барьер тишины. Я знала: если он достигнет меня, в жизнь вернутся боль, тревога, опасность. «Не хочу!» — я закрыла уши ладонями и сжалась в клубок. «Не хочу!» Я проснулась от детского смеха — настырного, проникающего даже сквозь прижатые руки.       [Ха-ха-ха, Лоли, смотли, самолётик!]       Я помнила эти звуки. Они выманивали меня из укрытия, расставляли ловушку. Признать их — значит признать, что пустоты не существует. Значит вернуться… «Не хочу!» — я плотнее прижала ладони, стараясь не слышать, не думать.       [Лоли, Лоли, идём! Там мама!]       — Нет, Ноа… там никого нет. Мамы нет… и тебя больше нет… — сказав это вслух, я сорвала хрупкий плод иллюзии. В наказание я должна была покинуть этот ложный рай.       Осязание вернулось. Свет больно ударил по глазам. Звуки складывались в слова, слова в предложения, обретая чёткий, жестокий смысл. Вместе с чувствами вернулась боль. Воспоминания обрушились тяжёлой лавиной, Фел Прайм, Циклы, Челнок… два подонка разрывающих одежду…       Мне не было места в раю. Я сама загнала себя в эту ловушку.       Я не могла сдержать слёз, даже дышать было тяжело.       — Она пришла в себя! Спасибо, Карин, это была хорошая идея, — голос Каэлы звучал с надеждой, но для меня он был лишь отдалённым эхом.       «Идея у них была хорошая», — пронеслось в сознании, горько и едко. «Затянули меня в пучину отчаяния и радуются, что всё получилось». «Ненавижу. Всех вас ненавижу».       Я не сразу осознала, что произношу это вслух, шепча в подушку, но уже не могла остановиться. Слова текли сами, выплёскивая наружу всю горечь:       — Сначала рвут на части… уничтожают… Я была так счастлива… так тихо… Верните… верните меня обратно… Ноа… Мама… вернитесь… ко мне…       — Это нормально, такое уже было. Она справится, она сильная, — голос Каэлы дрогнул, — Мне не просто видеть её такой…       Мне стало её жаль. Искренне, до боли. Но я не могла остановить собственный эгоизм, этот чёрный поток, что вырывался изнутри. Я не хотела быть здесь. Я даже не понимала, где это «здесь» находится.       И тогда я почувствовала лёгкое жжение в районе шеи — знакомый укол, холодок, растекающийся по венам. Сон, тяжёлый и безразличный, снова начал затягивать сознание. Последнее, что я успела осознать — это тихий вздох Каэлы и приглушённые шаги, удаляющиеся от койки.       Тьма снова ждала. И на этот раз я почти радовалась её приходу.