Фокусировка

Утренний свет мягко заливал спальню, но место рядом с Джеймсом было пусто. Он мгновенно пришел в себя, тревога сжала горло, но тут же услышал приглушенные голоса из гостиной. Феникс сидела на полу, скрестив ноги, напротив Явика. Ее лицо было бледным и напряженным, капли пота стекали по вискам. — Ты не сосредоточена, — прорычал Явик, и невидимый мысленный подзатыльник заставил Феникс вздрогнуть и отшатнуться. Четыре недовольных глаза смотрели на нее с явным раздражением. — Я стараюсь… — выдохнула она, снова закрывая глаза. Джеймс прислонился к дверному косяку, наблюдая за ними с легкой улыбкой. Картина была почти комичной. — Я вижу, о чем ты думаешь, человек. Сосредоточься! — Явик отрывистым движением кинул в ее лоб маленький, щиплющий сгусток темной энергии. Феникс дернулась, как от удара током. — Хватит! — она потеряла равновесие, вставая. — Я близка к пределу… — Тогда на этом все, — флегматично заключил Явик, поднимаясь с пола и разминая плечи. Джеймс не удержался от едкого замечания: — Еще не всех азари в округе охомутал? Явик остановился и медленно повернулся к нему. Его взгляд был непроницаем. — Я не мыслю такими категориями, Вега. И я посещаю руины — места славы своих собратьев, — он развернулся и вышел, громко хлопнув дверью. Феникс потерла покрасневший лоб. — Ты разозлил его. Или я… Не получается сосредоточиться. Этот урод из головы не идет. — Я получил файлы от Шепард, — Джеймс подошел к ней, активируя омни-тул. На голографическом экране возникло фото и досье. — Узнаешь? Она внимательно посмотрела, и ее лицо вытянулось. — Стив… Хаккет. Сын адмирала… Я видела его раньше, до вчерашнего дня. Говорила с ним… — ее голос сорвался, и она резко отвернулась, чтобы налить себе воды. Руки слегка дрожали. — Говорила? Когда? — Джеймс нахмурился, его тело напряглось. Он подошел к столешнице и уперся в нее руками, подавшись вперед. — Ты хочешь сказать, вчера была не первая встреча? — Да, — тихо призналась она, делая небольшой глоток. — Пару недель назад, на нашем прежнем месте. Я тогда вышла проветриться. Он… ничего не сделал. Подошел, вроде как познакомиться, спрашивал имя. — Что вчера он сделал? — голос Джеймса стал низким и опасным. — Ты была в ужасе. — Он схватил меня за талию и сдавил. Я не могла использовать силу и запаниковала. Что-то говорил… — она снова потерла лоб, пытаясь вспомнить. — «Ты хорошо двигаешься», и что-то… «познакомиться поближе». Он говорил все это в ухо, так близко, что я почти не разбирала его слов в тот момент… Я… — она замолчала, с трудом подбирая слова. — То есть, просто какой-то извращенный способ приставания? Это все, что он хотел? — Джеймс сжал кулаки, костяшки побелели. Вместо ответа Феникс молча подняла край своей майки. На боках, чуть выше тазовой кости, отчетливо проступали сине-багровые отпечатки пальцев. — Как по-мне, странный способ знакомиться, — она с отвращением посмотрела на синяки. — От адреналина я не чувствовала, а сейчас… — она задумалась, опуская майку. — Перекинь мне его досье. Хочу понять, кто против нас. Джеймс подошел и обнял ее, прижимая к себе. — Прости. Я не должен был тебя оставлять. Она прижалась щекой к его груди. — Ты не можешь быть со мной рядом сутками напролет. А я больше не стану паниковать из-за таких пустяков. Без своей силы я провела почти три года и справлялась. Все в порядке… Но ее голос звучал неуверенно, а взгляд был прикован к голографическому изображению Стива Хаккета, будто она пыталась разгадать загадку, которую он собой представлял. — Пошли лучше потренируемся в стрельбе. Я готова сейчас обойму разрядить куда угодно, — Феникс сжала кулаки, ее глаза горели решимостью. — У нас сейчас в любом случае нет никаких дел. Мы пока можем только ждать. — Я бы предложил другую тренировку, — Джеймс хитро улыбнулся, видя ее запал. — Ну... Раз ты в порядке, идем на стрельбище. Они спустились в подземный тренировочный комплекс, взяв с собой оружие. Их набор был привычным: Джеймс с «Призраком», а Феникс с «Палачом». Каждый занял свою огневую позицию, и в тире зазвучали четкие, ритмичные хлопки выстрелов. Феникс выбрала сложную программу — «на бегу». В просторной комнате-лабиринте то и дело возникали голографические манекены, а датчики испускали безвредные лазерные импульсы, имитирующие выстрелы. Она двигалась легко и стремительно, отшатываясь, делая перекаты и с ходу поражая цели. Щеки порозовели, на лбу выступил пот. Набрав 81 балл из 100, она вышла из симулятора довольная, но совершенно мокрая. Волосы, собранные в высокий хвост, прилипли к шее и растрепались. — Твоя очередь, лейтенант. Покажи класс, — она с улыбкой пропустила его вперед, опираясь на колени и переводя дух. Он приобнял ее за плечи, делая вид, что кряхтит. — Я уже стар для таких подвигов, но ладно уж, посмотрим. По сигналу он рванул с места. Его движения были не такими изящными, как у нее, но точными, мощными и экономичными. Каждый выстрел бил в цель без промаха. Набрав 98 баллов, он вышел с довольной усмешкой, смахивая капли пота со лба. — Ну что, похоже, я еще в форме, а? — он шагнул к ней, чтобы обнять. Она с фальшивым отвращением отпихнула его. — Фу, сначала в душ, потный зверь! Они шли обратно по коридору, смеясь и обсуждая ее ошибки. — Ты не использовала поле, — заметил Джеймс. — Можно было ставить барьер для укрытия, а не только уворачиваться. — Не хочу снова зависеть от биотики, — ответила она, и ее улыбка немного потухла. — К тому же, тренировка с Явиком меня почти опустошила. Дальше — предел, и снова боль. Не хочу… — Понял, — тут же смягчился Джеймс. — Тогда не надо. Ты и так стала хорошо двигаться. Можем дома попрактиковать спарринг без всего. Я снова тебя повалю, — он подмигнул, и она стукнула его по плечу. Они вернулись в свои апартаменты, все еще перебрасываясь шутками. Их здание надежно охранялось, и здесь, в этих стенах, они могли быть уверены в своей безопасности. Почти месяц они прожили в таком ритме: тренировки, задания, поздние возвращения домой. В одну из таких ночей Феникс внезапно остановилась у самой двери в апартаменты. — Слушай, хочу купить что-то получше этого термоядерного кофе. Может, в магазин наконец завезли что-то адекватное. — Сходить с тобой? — Джеймс знал, что она имела в виду маленький круглосуточный магазин на первом этаже их же башни. — Лучше иди в душ. Я отсюда чувствую… интенсивность сегодняшней тренировки, — она фыркнула, проводя рукой по его пропотевшей спине. — Я быстро. Взять тебе чего? — Не, не надо. а хотя, ладно, бери то же, что и себе. — Ага. Скоро вернусь. Лифт, мягко звякнув, доставил ее вниз. Магазин был пуст и залит слишком ярким, неестественным светом. Подойдя к витрине с напитками, она с тоской констатировала: сливок снова не было. Несмотря на всю нелюбовь к сладкому, она чувствовала, как мозг требует глюкозы после изматывающего дня. Она вяло перебирала банки, бормоча себе под нос: «Этот приторный… Этот вообще непонятно из чего… О, а это что?» Взяв банку с клубничным коктейлем, она скептически изучала состав. «Содержание сахара вроде умеренное… Не должен быть таким сладким…» Внезапно свет погас. Мгновенно и абсолютно. Пропал гул холодильников, погасли даже светящиеся витрины. Воцарилась оглушающая, давящая тишина. И тут же — чуть слышное дыхание у самого затылка. Мурашки побежали по спине. «Когда он успел?» Инстинктивно она рванулась за «Палачом», но холодный ствол пистолета грубо уперся ей в ребра, заставив застыть. — Моя незнакомка любит клубничку. Запомню, — тот же мерзкий, тягучий шепот прямо в ухо. — Опусти оружие. Аккуратно на пол. Она разжала пальцы, и пистолет с глухим стуком упал на кафель. Мысли лихорадочно метались. Щит. Надо поставить щит. Она напрягла мышцы спины, пытаясь вызвать хоть искру биотики. — Молчи и не дергайся, — голос за спиной стал тверже. — Твоя биотика не сработает. Я доработал подавитель. Ты беззащитна. — Он наклонился так близко, что губы его коснулись мочки ее уха. Отвратительное, влажное прикосновение. — Что тебе нужно? — выдавила она сдавленным шепотом. — Я же говорил — познакомиться. Тебя так трудно поймать без твоей… охраны, — он произнес это слово с презрительной насмешкой. — Он бы просто не дал нам возможности спокойно поговорить. Повернись. Медленно. Она подняла руки в жесте покорности и начала разворачиваться, одновременно делая два мелких шага назад. Ей отчаянно нужна была дистанция. Он ухмыльнулся, наблюдая за ее попытками. Его уверенность была пугающей. — Сама Феникс. Сегодня, я смотрю, уже не плачешь. И биотика к тебе вернулась… Значит, те, кто ломал, плохо сработали. Но я здесь не для этого. Не сейчас. Она быстро окинула взглядом помещение, ища путь к отступлению. Он заметил это и в два шага сократил дистанцию, с силой прижав ствол прямо к ее груди. — Я не задумываясь нажму на курок. Только дернись, — в его голосе не было и тени блефа. — Что ты хочешь? — повторила она, заставляя свой голос звучать холодно и ровно. Левой рукой он полез под куртку и достал небольшое запоминающее устройство. — Здесь информация на моего отца. Если поможешь устранить его. Физически, а не политически. Возможно, я оставлю тебя в покое, — он приблизил свое лицо к ее, и она снова почувствовала его дыхание на своей коже. — Я найду тебя, где бы ты ни пряталась. И ни одна система тебя не защитит. Так что не отказывайся… И советую молчать. Ты же не хочешь, чтобы пострадали твои спутники. Он вложил устройство ей в дрожащую ладонь, и в следующее мгновение что-то с шипением упало на пол. Ослепительная вспышка белого света выжгла сетчатку. Когда зрение начало возвращаться, его уже нигде не было. Она стояла одна в гробовой тишине, сжимая в руке устройство. «Что это значит? Что за…» На автомате она подключила его к своему омни-тулу, скинув данные. «Потом. Сейчас надо успокоиться». Только тут она заметила, что выпустила из рук банку с коктейлем. Присев, чтобы ее поднять, она пыталась заглушить панику глубокими, ровными вдохами. Свет так же внезапно зажегся, и в магазин ворвались двое азари-охранников. — С вами все в порядке? Произошел внезапный сбой в системе энергоснабжения сектора, — одна из них подошла ближе, оценивающе оглядывая Феникс. — Что-то случилось? — Вы… вы не видели, кто выходил? — голос ее предательски дрогнул. — Кроме вас, здесь никого не было, — азари бегло просмотрела данные с камер наблюдения на своем омни-туле и показала экран Феникс. На записи она стояла одна среди рядов с товарами, подняв руки в странном, напряженном жесте. «Что за черт?» Рядом с ней на видео плыло и искажалось небольшое пятно, будто камера не могла его нормально зафиксировать. «Ясно. Камеры его не видят». — Я просто… банку уронила. Испугалась темноты, — она постаралась придать голосу максимальную правдоподобность, показывая на банку. Вся галактика знала о ее травме, так что подобная реакция не должна была вызвать лишних подозрений. Азари кивнула, хотя в ее взгляде читалась легкая настороженность. — Вы под защитой. Не переживайте. «Ага, как же. Прямо у вас под носом творится черт-те что», — пронеслось в голове. Она взяла две одинаковые банки с коктейлем, расплатилась на терминале, охранники проводили ее до лифта и вернулись на свои посты «От кого он выступает? От Альянса или действует сам? Почему хочет убить собственного отца? Что это вообще было? Надо рассказать Джеймсу. Вместе решим, что делать». Она вбежала по лестнице на десятый этаж, не дожидаясь лифта, и остановилась, только когда за спиной щелкнул замок. Сердце бешено колотилось. Ей казалось, он повсюду — в каждой тени, за каждым углом. Она прислонилась к двери, закрыла глаза и попыталась, как учил Явик, «просчитать» пространство вокруг — уловить присутствие чужого разума. Он мог подавлять ее биотику, но спрятаться от ментального взора было куда сложнее. Подавителя на ней не было, и она могла попробовать. — Долго ты… — Джеймс вышел в коридор и замер, увидев ее бледное, напряженное лицо, прилипшие ко лбу от пота волосы. Закрытые глаза и сосредоточенное выражение подсказали ему, что она чем-то сильно взволнована. Он осторожно подошел, не мешая. Как только он оказался на расстоянии вытянутой руки, она одним движением бросилась ему на шею, вцепившись так крепко, будто тонула. — Нам надо поговорить. Общаться будем только вот так, близко. Я не доверяю пространству, — ее голос был беззвучным шепотом прямо у его уха. Продолжая держать ее в объятиях, Джеймс бережно приподнял Феникс от пола, давая ей почувствовать себя в полной безопасности. — Клубничные коктейли… — произнес он вслух обыденным тоном, играя роль. — Ты же сладкое не любишь. — Сладкое сейчас требуется моему мозгу, — она ответила, стараясь, чтобы голос не дрожал, но паника в глазах не угасала. — А клубничный вкус не так сильно раздражает. Я хочу в душ. Составишь компанию? — Вы надолго туда? Я тоже хотел сходить! — раздался голос Явика из гостиной. — Иди, мы подождем, — крикнула в ответ Феникс, все еще вцепившись в плечи Джеймса, пытаясь унять дрожь в руках. — Ладно, идите вперед. Ваши примитивные потребности часто не терпят отлагательств… — ворчание Явика стихло за дверью. Феникс, не слушая, потянула Джеймса в ванную. Дверь закрылась. Она щелкнула замком и резко повернула кран, чтобы шум воды заглушил их голоса. Потом прижалась к нему вплотную, губы у самого его уха. — Стив. В магазине. Приблизился вплотную и передал данные на своего отца. Сказал, чтобы я убила его, — ее шепот был прерывистым, дыхание сбитым. Джеймс крепче прижал ее к себе, его руки легли на ее спину защищающим жестом. — Тогда не будем разделяться. Ты чувствуешь его присутствие сейчас? — так же тихо, губами у ее виска, спросил он. Она отрицательно покачала головой, прижатой к его груди. — Нет. Но боюсь, что здесь есть прослушка. Он предупредил не говорить никому. Иначе убьет вас, — она показала глазами на устройство, зажатое в ее ладони. Он чувствовал, как она дрожит, но старается сохранять концентрацию. Она обвила его шею руками, положив ладонь туда, где под кожей отдавался ровный, успокаивающий ритм его сердца. — Ты могла бы пристрелить его, закрывшись щитом, — прошептал он, проводя рукой по ее мокрой от пота спине. — Он изменил подавитель. Рядом с ним я даже не чувствую энергию, — она грустно опустила лицо ему в ключицу, и голос ее стал совсем тихим. — Я бесполезна… и слишком напугана. Он прижал ее еще сильнее и поцеловал в макушку, потом в лоб. — Мы справимся. Надо подумать и выяснить, что он передал. Похоже, СПЕКТРом тебе лучше не становиться, — он повернулся, прижимая ее спиной к прохладной кафельной стене, и губы его коснулись ее шеи. — Но это потом… Сейчас я просто хочу ощутить тебя рядом. Ее не заводило чувство опасности, но чувствовать Джеймса рядом было ее насущной необходимостью — единственным способом отвлечься, убежать от кошмара, который снова настиг их. Она ответила на его поцелуй, вцепившись пальцами в его волосы, ища в нем опору и забвение, хоть на мгновение. Шум воды скрывал их шепот и заглушал звук собственного бешеного сердца.