Загнанные в угол

Последние недели перед Советом пролетели в напряженной подготовке. Они собирали свидетельства, свозили в безопасное место ключевых свидетелей. Неожиданным, но крайне важным союзником стал Стив Хаккет, прибывший лично, чтобы выступить против руководства Альянса. Документы проверялись и перепроверялись с особой тщательностью. Феникс лично готовила материалы и морально настраивалась на предстоящие провокации. Они уже заметили прибывшую журналистку Аль-Джиланни. По заверениям Стива, ее репортаж и навязчивые попытки взять интервью были первой запланированной провокацией. Вторая ждала их непосредственно на Совете. Руководство Альянса уже прибыло на Сур’Кеш. Открыто атаковать они не могли — планета была надежно защищена. Турианский флот вместе с флотилиями кланов Кроганов стянулся к системе, готовый к любым выходкам со стороны Альянса. Азари и остатки «Цербера», ныне действующие под руководством Харпер, сделали то же самое. Альянс оказался в тисках, и они даже не подозревали, что против них выступит собственный агент — Стив Хаккет. Шепард пролистывала финальные файлы на своем терминале. — Ты все подготовила. Все, что мне нужно, это показать, что было на «Титане», когда мы тебя забирали. У меня сохранены все записи с «Нормандии». Гаррус, которому также предстояло выступить в качестве свидетеля, мрачно кивнул. — Джеймс тоже выступит свидетелем, — добавила Феникс, — но, скорее всего, его слушать не станут. Я ожидаю, что его попытаются спровоцировать. Важно, чтобы никто из вас не сорвался. Советница Ирисса и делатресса Эшил подтвердили, что мы будем на защищенной силовым полем трибуне. Так что убить нас у них не получится. — Она сделала паузу, ее лицо стало серьезным. — Но я опасаюсь за «Жнеца». Они могут использовать его как козырь. Стив, молча слушавший до этого, вмешался: — Я проверил информацию. «Жнеца» точно не задействуют. Они боятся потерять его архивы и стянули к нему всю защиту, опасаясь атак как раз во время Совета. Феникс кивнула, немного расслабляясь. — Вот и ответ. — Что касается тебя, Стив, — она повернулась к нему, — твое появление будет почти в самом конце. И, пожалуйста, без эмоций. — Она снова механически проверила стопку документов, которые он должен был предоставить, убеждаясь, что туда не попал никакой «мусор». — С той лабораторией… так и не удалось получить записи? — спросила она, обращаясь уже ко всем. Шепард отрицательно покачала головой. — Те, кого мы отправляли, не смогли проникнуть. Слишком сильно охраняется. Стив также покачал головой, подтверждая ее слова. — Тогда у нас есть время отдохнуть и привести мысли в порядок, — заключила Феникс, вставая. — Стив, тебе лучше не светиться до самого Совета. И… спасибо. За все. Комната постепенно пустела. Пришло время набраться сил перед решающей битвой, которая должна была произойти не на поле боя, а в зале заседаний Галактического совета.

***

— Ты не спишь? — тихо спросил Джеймс в темноте комнаты. — Нет. Я жду свои проценты, — она улыбнулась ему, поворачиваясь на бок. — Я долго держался. Хочешь начать провоцировать меня уже сейчас? — На самом деле, нет… — ее улыбка потухла. — Меня не перестает мучить предчувствие, что мне не нужно тут находиться. Что все это — ловушка причем для меня. Впервые у меня нет уверенности в плане. — Все получится, вот увидишь. Ты умница, — он поцеловал ее в висок. — Я боюсь… Мне страшно… — Просто засыпай. Хочешь, я расскажу тебе какую-нибудь скучную историю? — он лег на бок, подпирая голову рукой, и притянул ее спину к себе. — Нет. Лучше отдай проценты, которые обещал на Тессии, — она потянулась, чтобы поцеловать его, развернув голову и найдя его губы в темноте. — Тебе говорили поберечься. Ты совсем недавно закончила реабилитацию, — он поцеловал ее в ответ, его губы скользнули по ее шее. — Мне даже биотику разрешили использовать, и ты противоречишь сам себе, зачем так делаешь? — она прошептала эти слова, положив руку ему на предплечье. — Потому что я не железный. И долго ждал, когда ты восстановишься mi reina, — прошептал он в волосы. — Про «богиню» мне нравилось больше… — она сильнее прижалась к нему спиной, притянула его руку и выдохнула: — Это не успокаивает… Черт… Я только сильнее нервничаю, зная, что могу потерять в этой борьбе… — Ты не потеряешь. У тебя свой план, а у нас — свой. Если все пойдет к черту, мы тебя вытащим. Я тебя вытащу. Он нежно водил пальцами по коже ее живота, вспоминая места старых шрамов, которых больше не было. Его прикосновения вырисовывали причудливые узоры. Он чувствовал, как ее дыхание сбивается. Он осторожно провел кончиками пальцев от пупка к боку, а оттуда — ниже, к бедру, сжал его рукой, чуть притягивая ближе, и спустил ее трусики. Он и прошептав: — Я буду аккуратен. — Нежно прикусил ее за мочку уха. — Дыши ровнее. Вега провел носом по шее, и вошел осторожно, медленно. Он потянул ее бедра ближе, входя глубже. Ее спина выгнулась, и она положила руку ему на бедро. Он с осторожностью провел рукой и коснулся ее мягкой, влажной кожи между бедер, ускоряя ее удовольствие, двигаясь так, чтобы не сильно напрягать ее тело. Она постанывала, нежно извиваясь рядом с ним на боку. Когда он почувствовал ее напряжение внизу живота, он тоже не стал сдерживаться и отпустил себя, выдохнув ей в плечо. Она повернулась, чтобы поцеловать его, и сказала: — Это не похоже на проценты. Скорее, на аванс… Он посмеялся: — Это и есть аванс. Проценты — после Совета… Хочешь остаться так или сходим в душ? — Душ. Он помог ей подняться, взял на руки, понес в душ. Аккуратно намылив ее спину, по традиции помог помыть волосы, смывая с нее все — напряжение, усталость, страх. Завернув ее в большое полотенце, он отнес обратно на кровать. — Теперь спи, рулетик, — он укутал ее в одеяло и лег рядом. Она провалилась в беспокойный сон, но на этот раз ее дыхание было ровным, а рука крепко сжимала его ладонь.

***

Величественный зал, напоминавший своими стрельчатыми арками и высокими витражами зал Цитадели, был полон. Воздух гудел от приглушенных разговоров, перешептываний и скрипа кожаных кресел. Феникс и Джеймс, держась за руки, вошли в просторный коридор, их взгляды устремлены вперед. Они знали, что сегодня решается не тоько их судьба, но и будущее галактики. У самого входа их уже поджидала Калисса Аль-Джиланни, ее улыбка была ослепительной и насквозь фальшивой. — Феникс, можно у вас взять интервью? — ее голос, прозвучал сладко и навязчиво. — Легенда «Цербера» известный разработчик новых имплантов Фенриа Торн с нами в прямом эфире с Сур’Кеш. Кто она великий спаситель колоний или ручная игрушка Альянса — репортерша закончила представлять Феникс для зрителей ее камеры Феникс и Джеймс обменялись краткими взглядами. Они ожидали этого. Стив предупреждал, что первая атака будет вербальной и публичной. Джеймс сжал кулаки сдерживаясь. Феникс сделала шаг вперед, ее лицо выражало вежливое любопытство. — Скажите, если вы агент «Цербера», зачем тогда вы поддерживаете Альянс? — выпалила журналистка, поднося микрофон ближе. На лице Феникс промелькнуло легкое недоумение, она элегантно скрестила руки на груди. — Я не понимаю, о чем вы, Калисса. Моя позиция всегда была прозрачной. — Но ваша риторика… Я слышала, сегодня вы будете выступать за снятие санкций против Альянса, не говоря о том что вы состоите в отношениях. — журналистка подмигнула — N7 плотно засел в вашем… кхм сердце — не отступала Аль-Джиланни, ее глаза блестели азартом охотницы, почуявшей слабину. Феникс внутренне улыбнулась. Они пытались сыграть на ее выступлении с поддержкой переговоров Цербера и Альянса и на ее отношениях с Джеймсом, намекая что наемники также были из N7. — Боюсь, вас ввели в заблуждение, — ее голос оставался спокойным и холодным. — Моя цель, правда и справедливость, а мои отношения не столь интересная тема. — И последний вопрос, если вы так любите Альянс, думаете, Совет к вам прислушается? — в голосе журналистки прозвучала язвительная нотка. Уголки губ Феникс дрогнули в легкой, почти незаметной усмешке. — Я думаю, что Совет ко мне прислушается. Потому что там выступаю я, а не вы со своими… бреднями. — Она мягко отвела микрофон в сторону, и не сбавляя шага, направилась вглубь зала, ее плащ развевался за ней как знамя. Джеймс шел рядом. — Слабая провокация, — тихо проворчал он, не поворачивая головы. — Шепард бы ей снова по носу дала. — Ожидаемо слабая, — согласилась Феникс. — Они не знают, с кем имеют дело, сейчас нельзя срываться. В отведенной для них ложе их уже ждали Шепард и Гаррус. Напротив, за массивным столом, сидели главы Альянса. Адмирал Стивен Хаккет-старший поймал взгляд Феникс, и на его лице расплылась презрительная ухмылка. Выглядела он так, словно уже держал победу в кармане. — Слишком уверены в себе, — прошептала Феникс, устраиваясь на месте. — Они не знают о документах. И уж точно не знают о Стиве, — так же тихо ответила Шепард, ее взгляд был прикован к трибуне. Заседание открылось. Первой слово взяла Антиа Харпер. Ее доклад о новом поколении ретрансляторов, уже функционирующем между Иден-Прайм и Палавеном, вызвал легкий ропот в зале. Лицо адмирала Хаккета стало маской, ухмылка медленно сползла с него, уступая место настороженности, а затем тревоге. Шепот за его спиной становился все громче. Затем трибуну заняла советница Ирисса. Ее речь о «прыжковом двигателе Янг», способном создавать стабильные кротовые норы, повергла зал в настоящий шок. В воздухе повисло всеобщее изумление, перемешанное с недоверием и жадным интересом. Квентиус и Эшил лишь кивали, их спокойствие подтверждало, это не блеф, а реальность, к которой они уже причастны. — И теперь, — голос Ириссы зазвучал торжественно, — я передаю слово той, чья воля и разум открыли для нас эту технологию, а также СПЕКТРу Совета — Фенриа Торн, она же Рорита Янг, с докладом по расследованию которое она вела как СПЕКТР. Феникс поднялась и вышла на трибуну. Каждый ее шаг отдавался эхом в наступившей тишине. Ее голос разносился под сводами зала. Она говорила о технологиях, о предательстве, о боли. Она показывала на экранах неопровержимые доказательства, записи с «Титана», чертежи подавителей, показания искалеченных биотиков. Она методично, безжалостно и точно разбирала лживую конструкцию Альянса по кирпичику. Когда на трибуну один за другим поднимались Шепард, Гаррус и Вега, дополняя ее слова своими свидетельствами и записями, стена лжи начала рушиться с нарастающей скоростью. — На основании всего вышесказанного, — голос Феникс звенел, — я требую немедленной отставки главнокомандующих Альянса и заключения их под стражу прямо здесь, в зале заседания Совета, как виновных в преступлениях против галактического сообщества, а также против биотиков в частности! Тишина, последовавшая за ее словами, была оглушительной. Ее нарушил лишь скрип кресла, когда поднялся Адмирал Хаккет. Его лицо было багровым от ярости и унижения. — Вы действительно верите словам этого… создания? — его голос гремел, полный презрения. — Этой шлюхе с «Титана», которая снималась в порнофильмах под видом пыток? Я покажу вам оригинальные записи! На экранах возникло искаженное видео. На нем Феникс не сопротивлялась, а, наоборот, обнимала своих мучителей, стоны были стонами удовольствия, а не боли. — Ну и где же здесь пытки? — язвительно спросил Хаккет, обращаясь ко всему залу. — Больше похоже на дешевый эротический триллер! Он смотрел на Феникс, ожидая слома, слез, истерики. Но она лишь… зевнула. Широко, демонстративно, прикрыв рот кистью руки, словно ей смертельно наскучил этот спектакль. Ее глаза, холодные и безразличные, встретились с его взглядом, и в них он прочитал лишь одно — абсолютную, непоколебимую уверенность. В ярости Хаккет начал кричать, отрицая все, называя технологии фальшивкой, а обвинения — клеветой. Его слова теряли вес с каждой секундой, превращаясь в беспомощный, стариковский гнев. И в момент, когда чаша весов уже готова была качнуться, но еще нужен был последний, решающий аргумент, Феникс подняла руку. — Уважаемые члены Совета, — ее голос вновь очистил зал от гула. — Есть еще один свидетель. Тот, чьи слова опровергнуть будет невозможно. Массивные двери в конце зала с глухим стуком распахнулись, пропуская внутрь яркий луч света. В проеме возникла высокая, подтянутая фигура в идеально сидящей форме Альянса. Шаги эхом отдавались по мраморному полу, приближаясь к трибуне. Это был Стивен Хаккет-младший. Его лицо было бледным, но взгляд горел решимостью. — Я, капитан Альянса систем Стивен Хаккет-младший, — его голос, усиленный микрофонами, был четок и ясен, — подтверждаю подлинность каждого документа, каждого видео, каждого слова, сказанного Спектром Торн. — Он повернулся, глядя прямо на своего отца, в чьих глазах застыли шок и недоверие. — Более того, я представляю неоспоримые доказательства подготовки и санкционирования Альянсом террористического акта на Тессии. Вот имена всех причастных. И вот список жертв, которые поплатились жизнями. Он поднял руку, и на главном экране один за другим возникли лица, имена, документы с печатями самого высокого уровня. В зале воцарилась абсолютная, гробовая тишина. Игра была окончена. Шах и мат.