Глава 13: Нити истины

Дождь не прекращался с тех пор, как они сидели в кафе. Это был не ливень, а ровная, ритмичная морось, которая, казалось, отражала медленное разрушение их стен. Буря снаружи была не просто погодой — она ощущалась как что-то, что нарастало между ними. Шао все еще был далек, хотя и не так, как раньше. Это было похоже на то, как будто он открыл дверь, просто щель, и теперь они стояли на тихом пороге. Впервые Има мог увидеть очертания жизни, которую он скрывал за своим сарказмом и отстраненностью. Этого было недостаточно, чтобы полностью понять, но это было что-то. И для Шао это должно было быть ужасающим. Има взглянула на него, ее глаза изучали, как он смотрел на свой кофе, в его глазах был отсутствующий взгляд. Он снова закрылся, но это было не так холодно. Он как будто думал, вычислял что-то — что-то личное, чем он не был готов поделиться. Она не была уверена, сколько еще она сможет выносить его молчание. «Шао», — тихо сказала она, и в ее голосе слышалась тихая настойчивость. «Что творится в твоей голове? Ты ведешь себя тише обычного». Его взгляд метнулся вверх, чтобы встретиться с ней, затем быстро отвел глаза. «Ничего», — пробормотал он, и та же старая защитная стена отползла назад. «Просто... думаю». Има приподняла бровь. «Ты всегда так говоришь. Думаешь о чем?» Шао не ответил сразу. Вместо этого он снова взял кружку, барабаня пальцами по ее краю. То, как он держался, настолько напряженный, заставило ее почувствовать, что она находится на грани чего-то — грани, которую он не совсем готов был переступить. Она наклонилась вперед, положив локти на стол. «Знаешь, я начинаю понимать, что у тебя есть эта... маска, которую ты носишь. Ты не хочешь, чтобы люди видели, что под ней». «Я ничего не скрываю», — быстро, слишком быстро, его тон был оборонительным, сказал Шао. Но даже когда он это сказал, он не посмотрел на нее. Его глаза были прикованы к конденсату на стекле, он следил за каплями воды, словно они были чем-то более важным. «Возможно», — сказала Има, ее голос стал тише и менее конфронтационным. «Но скрывать вещи вечно не получится. В конце концов, это тебя настигнет». Шао поднял взгляд, выражение его лица было настороженным. В его глазах что-то промелькнуло, что-то грубое и невысказанное. Она не стала настаивать. Ей это было не нужно. Он заговорит, когда будет готов. «Почему тебя это так волнует?» — спросил Шао, и его голос внезапно стал тише, почти слишком тихим. «Я не особо облегчаю жизнь людям, понимаешь?» Има моргнула, удивленная переменой в его тоне. Она могла услышать уязвимость под его вопросом — намёк на неуверенность, которую он обычно никому не позволял увидеть. «Мне не все равно, потому что я не такая, как все», — сказала она ровным голосом, без колебаний. «Я здесь не для того, чтобы исправить тебя. Я даже не уверена, что смогу. Но... я вижу в тебе то, что ты не хочешь, чтобы кто-то видел». Губы Шао дернулись, но это была не обычная саркастическая улыбка. Эта была другой — маленькая, неуверенная, как будто он не знал, как обращаться с ее словами. Тихая искренность этого заставила ее почувствовать себя тоже уязвимой, но в хорошем смысле. «Что ты видишь?» — спросил он почти осторожно. Има на мгновение заколебалась, глядя на него глубже, чем когда-либо прежде. Острые углы, сарказм, постоянная самозащита — в нем было больше. Она чувствовала это. Больше, чем маска, которую он носил, больше, чем шутки, которые он отпускал. «Я вижу человека, который никого не подпускает близко», — медленно сказала она, тщательно подбирая слова. «Кто-то, кому слишком часто причиняли боль, чтобы он верил в людей, в связь». Взгляд Шао дрогнул всего на долю секунды, но этого было достаточно, чтобы ее сердце сжалось. «Я вижу кого-то, кто боится быть увиденным», — продолжила Има, ее голос был тихим. «Боится позволить кому-либо увидеть сломанные части. Части, которые нужно починить. Но я здесь не для этого, Шао. Я просто... здесь. Для всего, что тебе нужно. Когда ты будешь готов». Его пальцы сжали кружку, и долгое время никто из них не говорил. Единственным звуком между ними был тихий гул фоновой музыки кафе и редкий звон ложки. Наконец Шао нарушил молчание. «Я не... Я не знаю, как нуждаться в ком-то. Я никогда не позволял себе этого». Има кивнула, как будто поняла. «Все в порядке», — тихо сказала она. «Я не прошу тебя измениться за одну ночь. Я просто здесь, Шао. Когда ты будешь готов перестать притворяться, что тебе никто не нужен». Взгляд Шао смягчился, но лишь на секунду. Затем он снова отвел взгляд, выражение его лица стало жестче ровно настолько, чтобы выбросить ее слова из головы. «Я не уверен, что когда-нибудь буду готов», — сказал он с тихим смирением. Има не знала, как на это реагировать. Она не могла обещать ему, что все станет легче, или что однажды он внезапно потеряет бдительность и все ей расскажет. Но она могла пообещать ему одно: она никуда не уйдет. На этот раз молчание между ними длилось дольше, но оно не было тяжелым. Это было такое молчание, которое ощущалось как общее понимание, где слова не были нужны. «Я доберусь туда», — сказал Шао спустя долгое время, его голос был тихим, почти про себя. «Но не сегодня». И Има, с легкой улыбкой, которую могла видеть только она, просто кивнула. «Я буду здесь, когда ты будешь готов»..