Глава 22: Сэр Крякает-а-Латте и другие священные реликвии

Квартира Имы была именно такой, какой ее представлял себе Шао: нечто среднее между уютным комиссионным магазином и эксцентричным арт-проектом. Как только он вошёл, его встретил вид кружек – сотни кружек – выстроившихся на полках, висящих на крючках и занимающих каждый свободный сантиметр прилавка. На некоторых были узоры, на других – лица, а один неудачный экземпляр имел форму гигантской кошачьей лапы. «Добро пожаловать в моё святилище», — торжественно сказала Има, бросая сумку на диван. «Пожалуйста, снимите обувь и избавьтесь от негативной энергии перед входом». «Слишком поздно», — пробормотал Шао, всё же снимая обувь. Он оглядел комнату, подняв брови. «Это… куча кружек. Ну, прямо куча ». «Не удивляйся», — сказала она, проходя мимо него с лукавой улыбкой. «Ты же видел меня в дикой природе — это просто моя естественная среда обитания». Он взял одну, на которой весёлыми пастельными буквами было написано: «Кофе помогает мне тебя переносить» . «Эта открытка кажется мне очень личной». «Считайте это дружеским предупреждением», — ответила она и остановилась, увидев, как он внимательно рассматривает кружку в форме утки в солнцезащитных очках. «Осторожно! Это же «Сэр Кря-Латте». Он такой хрупкий». Шао ухмыльнулся. «Ты их назовёшь?» «Конечно. Что за чудовище коллекционирует кружки и не даёт им названий?» Она склонила голову набок, изображая возмущение. «Спорим, ты не даёшь названий своим кроссвордам». «Они не живые», — сказал Шао. «И Сэр Кря-Латте тоже, но дело не в этом», — сказала она, выхватив утиную кружку, словно он её обидел. «Знаете что? Сядьте. Вы ходите по тонкому льду, мистер». Шао опустился на удивительно мягкий диван, а Има скрылась на кухне. Он огляделся — повсюду были мелкие детали. Пробковая доска, приколотая случайными фотографиями, корешки билетов, открытка с кричащей чайкой. Стопка книг на журнальном столике, в основном на малоизвестные темы, например, «Искусство одержимого коллекционирования» и «Жизнь в кружке: история любви». Когда Има вернулась, она держала в руках две разномастные кружки, наполненные дымящимся чаем. Она протянула ему одну с надписью «Брудер №1» , и ему пришлось сдержать улыбку. «Ты выбрала это специально?» «Конечно. Теперь это практически твоё право по праву рождения», — сказала она, плюхнувшись рядом с ним. «Выпей и прими свою судьбу». Некоторое время они молча пили. Но неловкости не было, как прежде. Всё было… легко. «Знаешь, — начала она, вертя кружку в руках, — большинство людей считают, что это глупо. Коллекционировать кружки». Шао посмотрел на неё, и его голос стал тише: «Я не знаю». Она подняла бровь. «Правда? Ты же сам назвал мой дом мультяшным взрывом». «Это было верно», — признал он. «Но я понимаю. Вам нравится находить важные мелочи. Большинство людей даже не замечают деталей». Има какое-то время молча смотрела на него, и на её щеках появилась ямочка, когда она слегка, но искренне улыбнулась. «Это… удивительно проницательно. Ты можешь заработать очки». «Я думал, что уже ступаю на тонкий лед?» «Ты прав. Но ты ещё и заставляешь лёд таять. Не разрушай его» Где-то между смехом и очередной волной саркастических замечаний о том, какая кружка объективно лучше , Шао понял, что не просто терпит хаос в её квартире. Ему она нравится. Ему нравится находиться здесь. И возможно, только возможно, она ему нравилась.