Глава 90: «Декабрьский дрейф»

Дата: 15 Декабря. Место: Франция. Прошли недели. В городе стало холоднее, небо приобрело более стойкий серый оттенок, а ветер с острее пронёсся по узким улочкам. Река мерцала под бледным солнцем, которое отказывалось согревать что-либо, кроме самого света. Има и Шао привыкли к размеренному ритму жизни. Дни состояли из небольших открытий, тихих кафе и вечерних прогулок по улицам, блестящим от недавнего дождя. Внешний мир по-прежнему двигался, спешил и был безразличен, но внутри их привычного ритма все казалось тщательно выверенным и управляемым. Они сидели в своем любимом уголке крошечной пекарни, обхватив руками дымящиеся кружки. Календарь на стене показывал середину декабря, напоминая о том, как быстро летит время, и как медленно оно тянется, не вызывая ни чувства комфорта, ни скуки. «Ты здесь уже почти две недели, — сказала Има, отламывая небольшой кусочек круассана. — Ты, наверное, запомнила все улицы, которые я знаю». Шао наклонил голову, задумавшись. «Возможно. Но я заметил, что ты останавливаешься у каждого окна». «Да, — призналась она. — Мне нравится не торопиться. Некоторые вещи недолговечны». Он кивнул. «Как пирожные». Она рассмеялась, ее смех был тихим и негромко звучал в гуле пекарни. «Именно. И, наверное, люди тоже». Их разговор затихал, прерываясь тихим смехом, звоном чашек и изредка звоном дверного колокольчика, когда кто-то входил или выходил. Зима здесь казалась почти вежливой — тихой, терпеливой, позволяющей им существовать без вмешательства. Ближе к вечеру они снова прогуливались вдоль реки. Тротуары были скользкими от инея, листья под их шагами превращались в хрупкое стекло. «Не могу поверить, что уже декабрь», — сказал Шао. «Время здесь как-то странно себя чувствует». «Это город, — ответила Има. — Он позволяет тебе передвигаться, но не спрашивает, куда ты идешь». Шао взглянула на неё. «Как ты думаешь, это хорошо или плохо?» «Зависит от дня», — сказала она. Они остановились на небольшом мостике, наблюдая за бурлящей рекой. Где-то на берегу трепетал цирковой плакат, слегка порванный по краям. Она сразу это заметила и остановилась на полшага. Шао проследил за ее взглядом. «Опять», — тихо сказал он. Има сжала руки в карманах пальто. «Дело не в цирке, — пробормотала она. — Дело… в самой идее. В опасности, замаскированной под искусство. И иногда я к этому не готова». Он не ответил сразу. Вместо этого он на мгновение протянул руку к ней, легкое прикосновение говорило больше, чем слова. «Хорошо», — наконец сказал он. — «Пока нам не нужно с этим разбираться». Она позволила себе немного расслабиться. «Хорошо». Они продолжали свой путь, позволяя ветру развевать шарфы, улицы окутанными первыми зимними сумерками. Пока что цирк был лишь тенью в углу города, нитью, которую они могли игнорировать. Внутри продолжались небольшие ритуалы. Ужин с едва приготовленной пастой, книги, передаваемые из рук в руки, тихое общение в долгие минуты молчания. Снаружи Франция казалась терпеливой. Город, река, холод — всё это ждало их. Возможно, на сегодня этого достаточно. Но где-то вдали, по ветру, доносилось слабое эхо музыки, напоминая, что даже терпению есть предел.