Часть 8

      Когда сумерки окончательно сгустились, Шедоу наконец-то получил возможность оценить кулинарные эксперименты Эми. Вдвоëм они, как могли, героически сражались с процессом готовки, и Шедоу, сдержав слово, мужественно проглотил половину креветок, обгоревших до состояния угольков. Почти не поморщившись. Ну, если не считать лëгкого подëргивания левого глаза.       Как только кулинарный шедевр был готов, Эми с гордостью разложила его по тарелкам.       — Ну, прошу к столу! — провозгласила она, сияя, как начищенный самовар.       Ëж, вооружившись единственной ложкой в квартире, осторожно попробовал курицу.       — Вкусно. Очень вкусно, — констатировал он, и его обычно суровое лицо расплылось в подобии довольной гримасы.       Он поглощал ужин с таким видом, будто это была его личная миссия по спасению продуктов от забвения. Хотя, по правде говоря, ему есть было не то чтобы жизненно необходимо, но раз уж Эми решила проявить себя на кухне, он был намерен съесть всё до последней крошки.       "Чтобы продукты не пропадали зря. И потому что Роуз, когда не витает в облаках, готовит действительно неплохо", — размышлял он, запивая бульон из-под курицы и с хрустом отправляя в рот очередную горелую креветку вместе с сыром, который они нарезали в итоге просто так.       Увлекшись процессом "утилизации" продуктов, он не сразу заметил, что Эми сидит напротив и с нескрываемым восторгом наблюдает за ним.       — Хочешь? — вдруг спросил он, зачерпнув ложкой бульон с кусочком брокколи и протянув его Эми.       — Эм, Шедоу, ты чего? — розовая ежиха слегка смутилась от такого неожиданного проявления щедрости и отодвинулась. — Ешь сам, я дома поем.       — Возьми.       — Шедоу, ты же вроде не горел желанием, чтобы...       Не успела она договорить, как ёж аккуратно, но настойчиво запихнул ложку ей в рот. Девушка от неожиданности чуть не поперхнулась, но всё же проглотила еду.       — Эй, ты чего?! Совсем с дуба рухнул! — возмущение Эми достигло точки кипения, но Шедоу лишь спокойно глядел на неё.       — Ты так смотрела, что я подумал, ты тоже хочешь. Прости.       Эми уставилась на него, пытаясь понять, был ли это приступ странного ежиного альтруизма.       — "Прости"? Ты только что насильно скормил мне брокколи! Это как минимум тянет на нарушение личного пространства и кулинарное насилие! — выпалила она, скрестив руки на груди.       Шедоу слегка нахмурился. Кажется, его жест доброй воли был воспринят как акт агрессии.       — Я просто подумал, что ты очень голодная, — пробормотал он, отводя взгляд.       — Да! Но я же сказала, что поем дома. Не надо так делать больше, ладно? — Эми всë ещë кипела от возмущения, но в еë голосе проскальзывали смешливые нотки, словно она пыталась удержать смех, который вот-вот вырвется наружу.       Шедоу вздохнул. Общение с розовой ежихой иногда напоминало разминирование минного поля, где каждое слово могло привести к взрыву.       — Ладно, я понял. Больше никаких насильственных кормлений. Обещаю, — сказал он, поднимая руки в знак капитуляции. — Но если ты будешь смотреть на мою еду таким голодным взглядом, я не ручаюсь за себя.       Эми фыркнула, но уголки еë губ дрогнули в улыбке. Чëрно-алый ëж вроде и стал более дружелюбным, но всë равно оставался "социально неловким дикарëм". Поэтому ежиха не могла долго сердиться на него. Ведь он и правда не хотел ничего плохого, это она понимала.       — Хорошо, хорошо. Я буду держать себя в руках. А ты не будешь пихать мне в рот ложку, договорились?       — Договорились, — ответил Шедоу, возвращаясь к своей тарелке, словно ничего не произошло. Некоторое время была тишина, лишь стук ложки о тарелку нарушал еë.       — Помнишь ты недавно предложила готовить на двоих? — ёж на миг оторвался от еды, словно вспомнив о чëм-то важном. — Если до сих пор хочешь, то можем вместе уничтожать запасы продуктов. А то если ты вот так, каждый раз, будешь сидеть и просто наблюдать, как я ем, то мне будет не по себе.       — О, значит ты не против! — Эми широко улыбнулась, еë глаза заблестели от радости. — Тогда в следующий раз приготовлю целый стол еды!       ...Когда Шедоу нахлебался бульона с курицей и брокколи, и положил оставшуюся половину "угольных" креветок в холодильник ("на завтрашний десерт", как он сказал Эми), они пошли в гостиную, так как ежиха очень хотела показать подушку. Подушку, которая, по еë словам, была "самой мягкой и уютной в мире", и которую ëж, конечно же, должен был оценить.       — Ой, какие лапочки! — проворковала Эми, с умилением глядя на спящих котов. — Ты же увидел плед? Красивый, да? — обратилась она уже к Шедоу. — Это мой любимый, но я его тебе дарю.       Ёж скептически скривил свою, надо признать, весьма симпатичную морду.       — Второй раз мне его дарят. Похоже, придется смириться с этим подарком судьбы.       — Второй раз? — девушка вопросительно наклонила голову, словно пытаясь уловить суть.       — Ага. Эту тряпку мне пытались вручить на работе. Я решил отдать еë в штаб синего идиота. Чтобы хоть на чëм-то сидеть, кроме этих скрипучих деревяшек, которые по недоразумению назвали там сиденьями.       — А, точно! Я вспомнила, что плед был в штабе, но он мне так понравился, что я его утащила к себе. Значит, он твой был изначально, хе-хе, — Эми дурашливо улыбнулась и достала пакет, припрятанный за диваном. — А вот и подушечка! Очень мягкая и красивая. Я подумала, тебе понравится.       Выудив подушку и вручив еë ежу, девушка с любопытством наблюдала за его реакцией.       — Подушка как под... То есть, очень красивая. Идеально впишется в моë скромное жилище, — Шедоу лениво окинул Эми взглядом. — Спасибо.       — Ура, я знала, что тебе понравится! — восторженно хлопнув в ладоши, Эми плюхнулась на диван. От такого резкого движения проснувшиеся коты пулей разлетелись в разные стороны. — Ой, простите, мои хорошие!       Шедоу кинул подушку на диван и скрестил руки на груди.       — Уже темнеет. Давай я тебя провожу, ночью может быть не очень безопасно. Изумруд я Руж одолжил, так что телепортировать тебя домой не смогу. Хотя... — он задумчиво посмотрел на Эми и замолчал, напоминая скорее застывший манекен, чем живое существо.       — Да не переживай ты так! — розовая ежиха махнула рукой, вскакивая с дивана. — У меня же есть мой верный Пико-Пико молоток!       Эми, приняв шутливо-героическую позу, вытянула руку, ожидая, что молоток материализуется в ней. Но ничего не происходило. Ежиха в недоумении ещë немного пошевелила пальцами, словно пытаясь ухватить воздух.       — А где мой... А, то-очно! Я ведь...       — Бросила его в парке. Я подобрал и спрятал в кусты, — спокойно закончил за неë чëрный ëжик.       Эми удивленно уставилась на него.       — А ты откуда знаешь?       — Я был там на задании, а вы, две бестолковщины, помешали мне.       Ежиха покраснела как помидор.       — Так ты видел, как мы... — Ей вдруг стало очень стыдно. Она подумала о том, как, наверное, по-дурацки выглядела со стороны, пока пыталась прибить Соника с помощью Пико-Пико.       — А-а мы можем прямо сейчас сходить до парка, пожалуйста?       Шедоу просто кивнул.       — Дай-ка мне твою руку, хочу попробовать кое-что.       — Ахм, да, — до сих пор стыдливо краснея, ежиха протянула ему руку, не задавая лишних вопросов.       Ëж сжал еë ладонь и прикрыл глаза. Сначала ничего не происходило, и Эми уже готова была спросить, что же он там задумал. Но едва она открыла рот, как окружающий мир вокруг неë поплыл, и прежде чем она успела моргнуть, они уже стояли в парке.       — Хм, снова сработало, — Шедоу медленно отпустил еë руку. Эми, проигнорировав его комментарий, тут же бросилась к кустам, где, как она надеялась, затаился еë верный Пико-Пико.       — Так, молоток, мой молоточек, где же ты...       — Вот, — Шедоу мягко выдернул Эми, которая уже наполовину нырнула в заросли, и протянул ей еë пропажу. — Он в другом месте лежал.       — Мой молоточек! Спасибо! — Эми сгребла своë оружие в объятия, прижимая его к себе, словно младенца. — Больше я тебя нигде не оставлю, обещаю.       Чëрно-алый ëжик лишь фыркнул, наблюдая за еë умилением.       Внезапно раздался голос, который ежиха предпочла бы не слышать ещë очень долго.       — Эми! Я тебя ждал возле дома, а ты… — Синий ёж, чуть ли не подлетевший к девушке и только потом заметивший Шедоу, застыл на месте, как будто врезался в невидимую стену. — Так значит, вы и правда вместе?       Шедоу, как всегда невозмутимый, продолжал смотреть на Соника, а затем выдал:       — Эми, сегодня я сказал ему, что ты помогаешь мне с детьми. А он, представляешь, не поверил!       — Дети? А… — Эми, вытаращив на него глаза, хотела возразить, но, взглянув на застывшего, как "каменный статуй", ежа (который подмигнул ей так, будто в глаз что-то попало), она улыбнулась и сказала:       — Да, всё верно, Соник! — Ежиха гордо вздернула носик, глядя на синего собрата. — У нас с Шедоу есть дети, да!       — И им уже шесть лет, между прочим, — добавил чëрно-алый ëж, спокойно рассматривая свои начищенные кольца-ограничители на руках. Он явно наслаждался моментом.       Бедный Соник не знал, как реагировать на этот поток информации, и просто открывал и закрывал рот, как рыба, выброшенная на берег.       — Я… Я… — наконец выдавил из себя синий ёжик. — А… А тогда зачем ты признавалась мне… недавно?              — А это, "милый" Соник, — девушка угрожающе подняла свой внушительный молоток и резко метнулась к несчастному парню, — потому что я просто поругалась с Шедоу и хотела ему насолить!       Мощный удар пришëлся прямо рядом с синим ежом, заставив его, забыв о своей суперскорости, едва увернуться.       — А ты думал, что я так и продолжала тебя любить, да? Иди нафиг, ёжик Соник!       Эми, на ходу сочиняя свою гневную тираду, не жалела сил, чтобы от души попытаться достать Соника молотком.       — Вот бы сюда попкорн, или хотя бы креветки, — пробормотал Шедоу, прислонившись к небольшому дереву и наблюдая за разворачивающейся перед ним драмой. Он изредка поглядывал на часы в телефоне. — А то как-то скучновато просто так смотреть.