Часть 18

      Джим вышел на сушу. События сегодняшнего вечера лихорадочно прокручивались в его голове. Только сейчас молодой капитан осознал, что чувствует огромный стыд за своё поведение. Он не должен был... так вести себя с Кэтрин. Было видно, что она чем-то огорчена.       А он... всего лишь космоплаватель, который прилетел из другой планеты и слишком много себе позволил на Земле. Сначала его враньё, как он считал, во благо, затем его разговоры с Кэтрин, которые навлекли гнев её отчима...       Джим взял камень и бросил его в море.       — Чёрт! Моя первая самостоятельная миссия идёт не по плану!       Сжав кулаки, Хокинс попытался собраться с мыслями. Нет, он капитан! Он не должен идти на поводу у эмоций и сиюминутных чувств. Амелия была права.       Но... капитан — тоже живой человек. Неужели он не мог просто поговорить с Кэтрин? Конечно, уйти в разгар торжественного вечера из зала — поступок не из лучших. По крайней мере, для их репутации. Джим мог представить, как на это отреагировал Фламер.       Этот Александр вызывал большего всего ненависти у Джима. Его бесконечный контроль, педантичность, желание подстроить жизнь под определённые правила и порядок.       " — Жизнь при дворце — проклятие. Бедная Кэтрин... я вижу, что она не рождена для такого. Ей нужна свобода. Я в шестнадцать лет...".       И тут он вспомнил, что в шестнадцать лет был тем ещё бунтарём и доставал бесконечные проблемы бедной матери. Возможно, Александр поступает в каких-то случаях правильно, стараясь уберечь падчерицу от всяких глупостей. А с другой... разве нужна такая жизнь, когда каждый твой шаг должен быть идеальным? И согласовываться не с твоими внутренними желаниями, а проклятым королевским этикетом?       — Во многом Землю мне не понять. — вздохнул Джим и уже решил возвращаться к кораблю, спать уже хотелось.       Но тут его внимание привлекла загадочная фигура, которая быстрым шагом направлялась из дворца. Причём, не из центральных ворот, а из какого-то заднего тайного выхода.       Джим прищурился. Он не хотел заведомо иметь враждебный настрой, но и расслабляться было опасно. Это мог быть кто угодно... он обязан был защитить свой корабль, капитан же он, в конце концов!       Человек приближался всё ближе и ближе. Джим наконец увидел в темноте, что это женщина: из-под ткани чёрного плаща была видна светлая ткань юбки. Но какой девушке из дворца понадобилось бы уходить в такой час? Да и ещё под прикрытием.       Сердце Джима замерло. Неужели это Кэтрин?       В руках у таинственной личности был мешок. Это ещё больше озадачило Хокинса.       Девушка направилась в сторону от корабля, придерживая капюшон плаща.       Джим осознавал, что этот вечер принёс и без того много хлопот, поэтому снова приставать с разговорами к местным людям не стоило бы, но любопытство парня взяли верх:       — Извините!...       Женщина остановилась, но не повернулась. Её рука по-прежнему придерживала капюшон. Было отчётливо видно, что этот тёмный плащ был большой для неё.       Джим осторожно подошёл к ней, желая разглядеть в темноте её лицо, но незнакомка тщательно его скрывала.       — Кто... вы? Почему вы убегаете из дворца?...       Она ничего не ответила. Только лишь отвернулась и пошла дальше. Поведение этой беглянки испугало капитана. Было видно, что у девушки что-то случилось.       — Постойте! — пытался остановить её Джим. — Что у вас случилось? Вас кто-то преследует?       Хокинсу хотелось помочь, если это было так, но незнакомка лишь ускорила шаг и направилась дальше.       — Что ты опять делаешь?! — сзади раздался гневный голос Амелии.       Он ошарашенно повернулся, совсем не ожидая, что всё это время Смоллетт наблюдала за ними.       Вздохнув, Джим понимал, что сейчас надо быть не пойманным на месте преступления мальчишкой, а юношей, который уже давно отвечает за свои поступки.       — Я хотел узнать, кто она... она убегала из дворца. Этому человеку, возможно, нужна помощь!       — Даже если и нужна, — стиснув зубы, Амелия подошла к нему, — это не ваша забота, капитан Хокинс. Вы могли только лишь испугать человека своим допросом. Чтобы ты знал, я умалчиваю про твои вольности, когда посылаю отчёты в Академию! Но если ты сорвёшь миссию, ты не станешь настоящим космоплавателем!       Погода вторила настрою Амелии: тучи сгущались на ночном небе, а море начинало бушевать. Шторм... то самое, чего боялись земные моряки, корабли которых не могли летать и спастись от неминуемого кораблекрушения.       — Пойдём! — рявкнула Амелия. — Не хватало ещё промокнуть под дождём.       — Нет! — резко ответил Джим. — Я чувствую... чувствую опасность!       Ни слова не говоря дальше, Хокинс побежал туда, куда направлялась та беглянка. Амелия широко разинула глаза и уже мысленно проклинала юношу всеми существующими на свете бранными словами.       " — Просто немыслимо! Что с ним случилось на Земле?! Неужели на людей так действует земной воздух! Проклятый мальчишка! Вот и пусть бежит, куда ему вздумается! Я его дальше спасать не собираюсь!".       На Амелию капнула одна из первых капель дождя. Кошка глубоко вздохнула и направилась к кораблю.       " — Нужно опустить защитный купол на корабль, не хватало ещё судно потерять, как и разум его капитана.".

***

      Кэтрин облегчённо вздохнула, зайдя в какую-то отчуждённую улицу. Начинался дождь. Ей нужно было переждать это время. Но где?...       Внутри себя девушка радовалась: она смогла сбежать!       Но Гваделупе... девушка оставила её. Но она не хотела брать женщину с собой, ведь в её возрасте уже не так легко пережить все эти побеги и испытания.       Найдя в темноте деревянный навес у какой-то лавки, Кэтрин спряталась под ним. Тяжёлый плащ, найденный ею в закромах, свисал грубой тканью.       Внезапно послышались чьи-то шаги. Девушка насторожилась. Ей совсем не хотелось лишних расспросов в это время. Из лавки вышел крепкий мужчина в годах.       Он закрывал лавку, что-то бормоча себе под нос. Очевидно, это был хозяин заведения. Кэтрин молилась про себя, чтобы в темноте он не увидел её фигуру, к тому же, плащ помог слиться с мраком ночи.       Но мужчина нечаянно выронил из рук ключи от лавки.       — Чёрт! — воскликнул он. У него не было ни свечи, ни факела.       Пришлось полностью довериться своему осязанию и искать ключи руками на холодной каменной кладке у лавки. Ключи торговец нашёл, но вместе с тем заметил и таинственную женскую фигуру в плаще.       — Эм... сударыня! — грубо окликнул он девушку. — Не поздновато ли для прогулок?       Кэтрин ничего не ответила, лишь больше закрылась капюшоном, не желая показывать своё лицо.       Мужчина подходил ближе к ней, желая узнать, что за девушка посетила его в такой поздний час.       — Открой лицо. — буквально отдал приказ он.       Девушка отвернулась от него, не желая разговаривать.       — Живо показалась! — мужчина уже не стеснялся в действиях и нагло схватил её за руку.       Кэтрин удивилась наглости этого человека, но потом вспомнила, что находится не в стенах дворца, где везде соблюдается этикет, а на улице города с обычными живущими здесь людьми.       — Кто ты?! Ограбить решила?!       Из под капюшона вывалились чёрные кудри Кэтрин.       — Нет. — наконец ответила она. — Пожалуйста, дайте мне уйти.       — Сначала покажись, кто ты! — мужчина подошёл ближе. — Вдруг, преступница или ведьма.       — Вам нечего бояться. Я хотела переждать здесь дождь. — тихо ответила Кэтрин.       — Верю. И погулять в такое время.       Он подошёл ближе к ней и протянул руку к лицу. Кэтрин попыталась увернуться, но безуспешно. Рука мужчины смахнула с неё капюшон, открыв лицо.       — О... — протянул мужчина. — Такую красавицу ко мне по ночам ещё не заносило. Как зовут тебя?       Внутри Кэтрин пожалела, что попала именно сюда. Теперь нужно было аккуратно уйти от этого наглеца...       — Извините, я не могу задерживаться... — Кэтрин попыталась увернуться от него, но безуспешно.       Он схватил её за руку, не позволяя уйти. Кэтрин вскрикнула, чувствуя, как ладони потеют, а к горлу подступает ком. Она не была готова к такому...       — Отпустите! — завопила девушка, пытаясь дать отпор ему.       — Тихо ты! Раскричалась тут, а ночь на дворе. Разбудить всех хочешь?! Ты явно не местная... вон наряд какой, из дорогих тканей.       Кэтрин испугалась, он понял, что она могла быть из дворца, ведь придворную певицу обычно редко можно было увидеть на улицах города.       Мысленно девушка перебирала, какую легенду ей можно придумать, чтобы он её отпустил. Но паника была сильнее разума, и ничего внятного креолке придумать не удавалось.

***

      Джим бежал по улицам города, не обращая внимания на дождь. Сейчас ему было плевать на то, что его могут увидеть. Где-то глубоко внутри капитан чувствовал, что ему просто необходимо найти ту девушку! Интуиция редко подводила Хокинса, и тот предчувствовал опасность.       Но город был невероятно большим... это подобно поиску иголки в стоге сена.       — Чёрт! — выругался Джим. — Темно! И никого нет.       Любой факел здесь тотчас погаснет от дождя. Джим ощущал себя в тупике: он бросил команду и корабль ради какой-то призрачной девушки, которая даже не сказала ему своё имя... Амелия будет в ярости.       В момент, когда Хокинс уже решил сдаться, из глубины улицы послышались женские громкие крики. Сердце Джима забилось. Это была... она! Это была Кэтрин!       Предчувствие его не обмануло. Не думая ни о чём, он побежал на эти крики. Ботинки хлестали по лужам, промокшие волосы прилипали к лицу, рубашка стала тяжёлой, но это было неважно в этот момент.       Наконец он увидел фигуру Кэтрин. Она уже была без плаща. Рядом с девушкой был крупный мужчина средних лет, который нагло приставал к ней.       У Джима был пистолет, но использовать его сейчас было опасно. К тому же, он не знал, как поведёт себя космическая конструкция на Земле.       Стиснув зубы, Хокинс побежал к мужчине и оттолкнул его от Кэтрин так, что наглец упал на мокрую каменную кладку.       От шока креолка широко разинула глаза и прижалась к стене. Ей хотелось убежать, пока этот мужчина ничего не понял.       — Что за?!... — незнакомец потёр голову. — А ты вообще кто?!       — Неважно. Но я точно не тот, кто в ночи пристаёт к девушкам!       Он быстро взял в руки плащ и накинул на Кэтрин. Девушка ещё не успела промокнуть, ведь всё это время они находились под навесом.       — Бежим! — парень схватил Кэтрин за руку и повлёк за собой.       Ей казалось, что сердце сейчас остановится. Сначала побег, этот мужчина, а теперь она бежит в неизвестность за Джимом...       Дождь успел намочить плащ и волосы Кэтрин: теперь её копна завелась ещё больше от влаги.       — Джим! — наконец спросила девушка. — Куда мы... бежим?       — На корабль! Тебе нужно переждать дождь и обсохнуть.       Кэтрин не рискнула спорить — сейчас она полностью доверяла Джиму и его действиям. Но больше всего на свете сейчас она ощущала себя глупым человеком, который не подумал о последствиях своих действий. У неё не было ни чёткого плана побега, ни места, куда можно убежать и жить первое время. Зато теперь она точно навлечёт на себя гнев Фламера...       Вскоре они добежали до корабля. Кэтрин увидела странный шар фиолетового цвета, который возвышался над деревянным кораблём, но сейчас это волновало девушку меньше всего.       Они оказались на корабле, и Джим повёл беглянку в одну из пустых кают. К удивлению, все уже спали.       — Не бойся. — тихо сказал Джим. — Ты здесь в безопасности.       Он снял с Кэтрин мокрый тяжёлый плащ и протянул ей полотенце, чтобы та могла вытереться.       Кэтрин лихорадочно дрожала. Но сейчас это уже было не от дождя или холода, а от осознания случившегося. Если бы не Джим, никто бы не знает, что с ней произошло... и побег, а теперь она скрывается на этом корабле.       Джим осторожно взял её за плечи и подвёл к кровати.       Кэтрин не спешила садиться на неё, казалось, мыслями она где-то далеко от этой каюты.       — Ты можешь переночевать здесь. Мы тебя не обидим. — тихо говорил Джим, стараясь интонацией успокоить девушку.       Губы креолки дрожали. Она не знала, что ей делать — остаться на корабле или бежать обратно во дворец, пока никто не заметил её пропажи. Но история от того мужчины явно пронесётся по всему королевству...       — Кэтрин, почему ты не во дворце? Что случилось?       Хотя где-то внутри Хокинс понимал, что случилось. Вернее, кто. По щекам девушки покатились слёзы.       — Джим, я... я сбежала. Из дворца. Я больше не могу там жить. — она села на кровать. — Он доведёт меня! Он хочет, чтобы я... я... была в этой клетке вечно. Я не хочу такой жизни!       Джим сел рядом с ней и аккуратно приобнял за плечи, желая утешить.       — Что он сделал?...       — Он хотел запереть меня в комнате. Контролировать каждый шаг. Не давать жизни.       — У вас всегда на Земле так с детьми и родителями?       — Нет. — всхлипнула девушка. — Но родители у нас много решают в жизни. Например, ищут достойную пару для тебя, брак с которой принесёт пользу семье...       Джим был в шоке от сказанных ею слов. Нет, он конечно понимал, что на Земле другой менталитет, но чтобы за тебя выбирали спутника жизни...       — Это глупость. — ответил Джим. — Неужели он думает, что будет контролировать тебя до старости?       — Наверное. — она вытерла слёзы рукой. — Но лучше умереть, чем жить так...       Джим сжал кулак от такой несправедливости. Когда они летели на Землю, никто и предположить не мог, что их ждут такие... сюрпризы. Хокинс ещё мог понять, когда заключались династические браки, хотя на Монтрессоре такое тоже считалось дикостью, но Кэтрин не была принцессой. К чему это?!       — Кэтрин, ты можешь остаться на корабле у нас. — твёрдо сказал Джим. — Я обещаю, что никто здесь тебя не обидит, ты можешь...       Джим понимал, что эта идея звучит почти безумно — взять землянку в экипаж космической команды, но стремление к свободе Кэтрин и её внутренняя сила не были созданы для дворцовой клетки.       — Стать частью нашей команды! — закончил Джим воодушевлённо.       Кэтрин ошарашенно подняла на него глаза. Такое предложение казалось ей сумасшедшим, но весьма заманчивым. Это был шанс убежать от дворцовой жизни...       — Что? Джим, но я никогда не была... если хочешь знать, у нас очень плохо относятся к женщинам на корабле.       — Бред. — нахмурил брови Джим. — Амелия была одним из лучших капитанов на Монтрессоре, никто не спорил с этим. И она управляла командой из мужчин, остальные подчинялись ей!       Всё это казалось Кэтрин какой-то сказкой, не иначе. Женщина подчиняет себе мужчин, является капитаном судна, браки могут заключаться по любви, а не ради выгоды...       — Ты говоришь правду?... — тихо спросила Кэтрин. — Это звучит... как сказка из другого мира.       — Не забывай, — усмехнулся Джим, — что и я с другой планеты. У нас всё по-другому.       — Но куда я с вами полечу?... люди ещё никогда не были в Космосе. Если я не смогу выжить там?       — Мы будем на Земле несколько месяцев. Мы не собираемся сейчас летать в Космосе. Наша цель — морские путешествия.       Глаза Кэтрин загорелись. Это то, о чём она мечтала когда-то — свобода, бескрайние моря, настоящая жизнь. Конечно, были и опасности, риск, а иногда и вовсе смерть была совсем рядом, но это было именно тем полноценным счастьем, а не дворцовой клеткой.       — Я очень хочу этого. — призналась Кэтрин. — Я всегда мечтала о приключениях. Я вообще не их этих мест. Я родилась в другой семье. В местах, где полная свобода, а не эта золотая тюрьма!       Джим слушал её и вспоминал себя в шестнадцать лет. Когда-то он тоже желал большего и стремился к бескрайнему Космосу и приключениям. Он видел в Кэтрин такой же потенциал, который нельзя было погасить.       Внезапно в дверь постучали. Джим и Кэтрин встрепенулись.       — Можно войти? — это был голос Амелии.       Джим понимал, что сейчас будет.       — Да. — коротко ответил он.       Смоллетт вошла в каюту и оглядела их. У неё не был злобный или недовольный вид, наоборот, подозрительно спокойный и снисходительный.       — Понятно. — сделала заключение Амелия. — Джим, можно тебя на минутку?       Джим молча встал и направился за Амелией. Сейчас он не боялся, он был готов взять на себя эту ответственность и объявить о том, что Кэтрин станет частью их команды.       — Ты знаешь, что я с тобой сделаю. — сказала Амелия, когда они оказались в коридоре.       — Нет. — бросил Джим. — Не знаю.       — О, нет, друг мой, знаешь. Просто надеешься, что на этот раз я передумаю.       Джим был абсолютно спокоен. Сейчас он являлся капитаном корабля и отчётливо понимал последствия своих решений.       — Амелия, Кэтрин нужна была помощь. Помощь!       — Какая? Ты понимаешь, что мог сделать ей хуже, притащив её на корабль...       — Я не притаскивал её сам! И тем более не похищал! Она сбежала из дворца от своего отчима! Я побежал за ней и спас от нападения на неё мужчины! Ей нельзя возвращаться во дворец! Ей и не нужно это! Слышишь меня?       Амелия молча смотрела на него. Неожиданно в её кошачьих зелёных глазах сверкнуло... одобрение? Джим не мог поверить увиденному.       — Если это так, — вздохнула Смолетт, — то приношу свои извинения. Ты спас её. Но ты же понимаешь, что мы не можем оставить её на корабле?       — Почему? У нас есть пустая каюта, Кэтрин может жить там. Продовольствия у нас тоже хватит.       — Джим, но она же дворцовое... — она перешла на шёпот. — нежное создание! Такая девушка не создана для морских штормов и трясок.       — Нет, Амелия, нет! Она не из таких. И я это вижу. Если бы она была такой, она бы смирилась с обстоятельствами и не сбежала из дворца. Она уже сделала шаг к свободе! Мы должны дать ей шанс... вернее, я, как капитан, даю ей шанс! И я уверен в ней.       Амелия смотрела на него долго. Она видела ни мальчишку, ни ученика, а равного себе капитана, который принимает рискованное, но осознанное решение.       — Ты сейчас играешь не только своей репутацией, Джим.       — Я знаю. — тихо ответил Джим.       — Ты играешь репутацией всей команды. Любая ошибка — нас выгонят из Земли. Не здешних люди, а администрация Академии.       — Я понимаю.       — И всё равно идёшь на это?       Джим даже не задумывался над ответом.       — Да.       Где-то за стенами корабля гремел гром. Амелия прикрыла глаза на секунду, словно что-то для себя решая.       — Тогда слушай внимательно, капитан Хокинс. Если эта девушка останется — она не "гостья". Не "беглянка, которую пожалели". И уж точно не "твоя личная ответственность". Она — часть команды. И как часть команды — она будет работать. Учиться. Подчиняться правилам. И отвечать за свои действия так же, как любой из нас.       — Да. — без колебаний ответил он.       — И если она не выдержит — ты лично объяснишь ей, почему она уходит.       — Я возьму это на себя.       Она собиралась уйти, но остановилась через пару шагов.       — И, Джим...       Хокинс посмотрел на Амелию.       — В следующий раз... — её голос стал чуть мягче. — Сначала думай, потом спасай. Хотя, признаюсь, сегодня ты всё сделал правильно.       Она ушла.       Джим остался стоять в коридоре на секунду, будто не до конца веря, что это только что произошло. А потом быстро вернулся в каюту, не желая надолго оставлять Кэтрин одну.       Девушка сидела на краю кровати, сжав в руках ткань платья. В её глазах всё ещё было напряжение и... страх.       — Что она сказала? — тихо спросила креолка.       — Сказала, что ты принята.       Кэтрин замерла.       — Правда?...       — Да. Не переживай, первые дни будет трудно. Но это проходили все. Ты научишься всему, мы тебе поможем.       Девушка медленно поднялась, очевидно, до сих пор не в силах поверить в это.       — Я могу остаться на корабле?       — Да... если ты сама этого захочешь.       Дождь за бортом усилился. Кэтрин посмотрела в сторону иллюминатора, а затем на Джима. В её взгляде впервые за вечер пропал страх.       — Хочу...